Иуда

,,Von allen Lastern ist das größte Undankbarkeit (Из всех пороков самый великий есть неблагодарность)." Лев Толстой ,,Возможно, ты будешь одет в неглаженый китель сержанта, А может в чудной балахон «Punks not dead», в очках и чекистской кожанке, А может ты будешь застольным кентом, острить, подливать, называть меня «brother», Но ты не смикитишь ни разу о том, что я тебя выкупил сразу, По липкому меду в устах, по шустрым глазам, по прищуру, В зрачках я увижу INRI на лубянских крестах, и угли из адских печурок, Стальной и больной, колёсный в груди, весь черный, как гарлемский Луи, Иуда, приди! Приди! Мир так ждал твоего поцелуя..." (Александр ,,Бранимир" Паршиков) Он родился в середине восьмидесятых в небогатой интеллигентной семье. Отец и мать работали учителями и получали копейки. Жить было тяжело, у него почти не было игрушек, он редко ел мороженое и еще реже ходил в парк. - Маам, мне скучно! - говорил он по нескольку раз в неделю, - мне не с чем играть! - Скажи спасибо, что ты сыт, - отвечала мать, - какие тут игрушки... - Мне нечем заняться!... - не успокаивался сын. - Возьми вон книгу, - мать неопределенно показала рукой на шкаф. - Но там же взрослые книги, без картинок! - говорил мальчик. - А голова тебе на что? Придумай в голове себе картинки. Все взрослые так делают. - Ну хорошо, - сын шел к шкафу и доставал первую попавшуюся книгу. Вскоре он, шестилетний ребенок, прочитал все имевшиеся в доме книги. Родители наконец успокоились, но на смену одной проблеме пришла другая. Их сын не мог спать. - Почему ты не спишь, милый? - спрашивала вечером мать. - Я думаю... - как-то странно говорил сын. - О чем? - О том, что написано в книгах... О жизни.... - Постарайся уснуть, - мать накрывала его одеялом. - Не могу, мысли мешают... - говорил ребенок с какой-то взрослой болью в голосе. - Ладно, сейчас накапаю тебе валерьянки, - мать вставала и шла на кухню. Валерьянка помогала, но каждый вечер все начиналось снова. - Вот еще беда... - устало говорила мать, - а ты не можешь перестать думать? - Нет, не могу... - сын морщился, будто от боли, - я бы очень хотел, но не могу... В итоге примерно с семилетнего возраста он начал страдать бессонницей. При этом он постоянно читал, книги были для него чем-то вроде наркотика. Он пошел в школу, учился прекрасно, учителя не переставали хвалить его, считали маленьким гением. Он все схватывал на лету, педагоги не успевали ставить в журнал пятерки. - Какой умненький, способный мальчик! - твердили ему отовсюду. Он так привык к постоянной похвале, что в какой-то момент и сам поверил, что он гений и умница. Похвала больше не приносила ему радости, она стала для него просто констатацией факта. Вскоре он превратился в красивого высокого юношу со стройным телом и глубокими глазами. Девчонки бегали за ним толпами. Его подвешенный язык прокладывал ему широкую дорогу повсюду. Он часто смотрел на себя в зеркало и понимал, что да, черт возьми, он красив и умен, что еще нужно в жизни? Все вокруг нахваливали его, взращивая его эгоизм и уже к концу школы в нем начали проявляться первые признаки мании величия. Он хамил учителям, издевался над влюбленными в него девочками, унижал одноклассников. Родители огорчались по этому поводу, но надеялись, что институт все исправит, поставит их сына на место. Он по-прежнему очень плохо спал. И вот в какой-то момент старшеклассники предложили ему выпить. Как же ему стало хорошо! Все мысли, которые постоянно мучали его и не давали покоя, отступили. Он почувствовал себя, как в раю. С тех пор он стал регулярно выпивать и, наконец, решил таким образом свою многолетнюю проблему бессонницы. Через какое-то время родители начали замечать от него запах перегара. - Почему ты начал пить, сынок? - говорила мать, - у тебя какое-то горе? - Нет, просто без этого я не могу уснуть, - без тени сожаления отвечал сын. - Но ведь ты сопьешься! - тихо произносила мать, напуганная его равнодушием. - Ну и плевать, зато я сплю, - говорил он, пожимая плечами. В итоге к восемнадцати годам он практически всегда был пьяный. А в двадцать ему поставили диагноз ,,алкоголизм" и поставили на учет в наркологию. Он без проблем поступил в институт, но на лекциях постоянно был пьяный, мог запросто уснуть, дерзил преподавателям и учился недобросовестно. - Что с тобой происходит? - говорили родители, - ты ведь такой умный, способный... - Да я вообще божество, - дыша перегаром, отвечал сын и отправлялся в комнату спать. Наконец, во время одного из экзаменов, когда ему поставили три вместо ожидаемой им пятерки, он нахамил комиссии, встал, порвал зачетку, назвал всех дегенератами и ушел. Вместо того, чтобы устроиться на работу, он целыми днями валялся на кровати и плевал в потолок. При этом постоянно просил у родителей на выпивку. Когда в конце концов ему отказали, он собрал свои вещи и ушел из дома. Куда идти, он не знал. Потом вспомнил про своих многочисленных поклонниц и понял, как он будет жить дальше. Он оставался то у одной, то у другой девчонки, говорил, что любит и женится, просил в долг на водку и уходил. Когда ему намекали, что надо бы деньги вернуть, он пожимал плечами и говорил, что он уже отработал их в постели. - Тебе ведь было приятно? - говорил он без тени сожаления, - все, мы в расчете. В конце концов девчонок не осталось и ему пришлось идти работать. Он устроился грузчиком. Сначала все было хорошо, если не считать его постоянного пьянства. Родители продали их общую квартиру и отдали ему его долю. Он купил малосемейку на окраине города, в самом криминальном и неблагоустроенном районе. Проходил год за годом. Его организм постепенно изнашивался, в какой-то момент он сорвал спину, потом стали болеть ноги. Работать он больше не мог. Он опять начал просить в долг. Иногда ему давали, иногда нет. Нечего было есть, не на что покупать одежду, нечем платить за квартиру. Он покатился вниз в долговую яму, заложил свое жилье, надеясь, что найдет новую работу. Но чуда не случилось. Никто не хотел брать на работу человека с мутными глазами, красным от алкоголя лицом и больной спиной. У него началась депрессия, он перестал убираться, его квартира превратилась в свалку, полную клопов и тараканов. Кое - как он наскребал себе на водку, чтобы просто уснуть, добрый сосед кормил его гречкой. Даже приступы белой горячки не останавливали его, он ни дня не мог прожить без водки. Из-за клопов спать было невозможно, как-то раз он собрался и пошел ночевать к соседу. - Впусти меня пожалуйста, - попросил он заплетающимся языком. - Заходи, сейчас поедим, - ответил сосед. Он начал есть кашу, но тарелка выскользнула из его дрожащих рук. - Ты свиньей-то не будь! - произнес сосед, бросая ему тряпку, - вытирай! - Да иди ты! - злобно выкрикнул он ему в лицо, - а зад тебе не подтереть? Сосед схватил его за шиворот и вышвырнул за дверь. Он лежит на своей постели, по его телу бегают клопы. Денег на водку нет, а это означает, что нет возможности заснуть. Скоро ему сорок, или, как он любит говорить, соракет. Через месяц у него отберут квартиру. У него не осталось ни друзей, ни товарищей. Даже родные давно сдались в своих попытках вернуть его к нормальной жизни. Он смотрит в окно. Он никогда не верил в Бога. Но почему-то сейчас он поднимает взгляд вверх, и, сам не понимая, почему, тихо спрашивает: - За что?