Пока ты спал

Машина Лань Ванцзи похожа на его мотоцикл – такая же черная, обтекаемая и хищная. Даже если бы сам хозяин не стоял рядом, Вэй Усянь все равно бы понял, чей это автомобиль аккуратно припаркован неподалеку от основного входа. - Привет, - говорит Лань Ванцзи, едва завидев Вэй Усяня, - хорошо выглядишь. - Ты тоже… ничего, - заикаясь, возвращает комплимент тот, хотя хочется сказать куда больше. Ради бабули или еще для чего Лань Ванцзи расстарался, одевшись в синий джемпер с рубашкой в тон и нежно-голубые джинсы-трубы, а роскошные свои волосы убрал в лаконичный хвост на затылке, перевязав коричневым шнуром. Все вместе смотрится безусловно гармонично и очень сексуально, особенно трогательные ключицы в расстегнутом рубашечном вороте, неожиданно тонкие запястья под слегка поддернутыми кверху рукавами и узкая талия, затянутая ремнем. - Поехали? – спрашивает Лань Ванцзи, дав Вэй Усяню вдоволь собой налюбоваться, и открывает дверцу машины со стороны пассажира. - А далеко? – неловко уточняет Вэй Усянь, когда они оба рассаживаются по своим местам. - Сюйхуэй, - роняет Лань Ванцзи, и Вэй Усянь тихонько вжимается в кресло. Нет, он конечно осознает, что Лани довольно обеспеченное семейство, но то, что бабуля Ю обитает в самом престижном районе Шанхая, все равно плохо укладывается в его голове. Сменив одежду, Лань Ванцзи словно и стиль вождения сменил, потому что автомобиль он ведет спокойно и даже где-то учтиво, на адекватной и вполне удобоваримой скорости, и Вэй Усянь уже в первые минуты поездки перестает тревожиться за свою жизнь. Радио настроено на классическую волну, транслирующую что-то смутно знакомое, но Вэй Усянь не может понять – Шуберта он слышит, Шопена или вообще Шумана. Как будто уловив его сомнения, Лань Ванцзи интересуется: - Нравится Массне? Вэй Усянь кивает, помедлив, а потом признается: - Я не всегда помню, кто какую музыку написал, просто слушаю то, что мне нравится. Эта вещь есть у меня в листе, но я забыл автора и название. - Большинство населения планеты узнает классическую музыку по принципу «где-то слышал, что за произведение, не помню, композитора вообще не знаю, но мне нравится», - с неожиданной мягкостью говорит Лань Ванцзи, - так что, если ты не музыкальный критик и не эксперт, подобного подхода не нужно стесняться. Главное, что тебе по душе действительно красивая качественная музыка и ты любишь ее слушать. Он притормаживает на светофоре и бросает на Вэй Усяня краткий взгляд: - Вэй-сюн, я очень уважаю в людях честность. Спасибо, что не врешь мне, даже в таких мелочах. Это дорогого стоит. «Ох, лучше бы ты мне так не верил…» - проносится заполошная мысль. - Когда ты получил степень? – спрашивает Вэй Усянь, чтобы перевести тему, и Лань Ванцзи дарит ему удивленный взор золотистых глаз. - Откуда… Ах, да, сайт… - он ненадолго умолкает. – В начале года. Не думал, что дядя так стремительно подсуетится и даст указание вставить упоминание о степени на мою страницу… - Ну, это престижно, - пожимает плечами Вэй Усянь, - а дядя явно тобой гордится и хочет всем показать, какой ты молодец. Ты, наверно, самый молодой доктор наук в Китае. Ой, а сколько тебе, кстати? - Двадцать шесть, как и тебе. И нет, есть моложе, - Лань Ванцзи слегка улыбается. Вэй Усянь поворачивается к нему всем телом, насколько позволяет ремень безопасности: - Хм, я даже не буду спрашивать, откуда ты знаешь о моем возрасте, но мне реально интересно, как так получилось, что я все еще учусь, а у тебя уже степень доктора наук? - Экстернат в старшей школе и в университете, - лаконично отвечает Лань Ванцзи. – Магистратуру я окончил в двадцать один, потом два года в аспирантуре и три – в докторантуре. И вот я здесь, - он едва заметно усмехается. – Я просто реально хотел знать все о том, чем занимаюсь. - Это очень круто! - Вэй Усянь даже не замечает, как повторяет слова и восхищенный тон Сюэ Яна. - Спасибо, - непринужденно благодарит Лань Ванцзи, чуть сильнее, чем прежде, сжимая руль длинными пальцами.

***

Несмотря на престижность района и заоблачные цены на землю, не все построенные дома кажутся вычурными и кричат о богатстве здешних обитателей, некоторые со стороны выглядят вполне обычными и уютными. Двухэтажный дом бабули Ю, выкрашенный в приятный лавандовый цвет, как раз из таких. Он прячется за высоким кованым забором, оплетенным диким виноградом, и с дороги почти не виден, но, когда автомобиль Лань Ванцзи въезжает в гостеприимно распахнувшиеся автоматические ворота, особняк, увитый плющом и окруженный разноцветными клумбами, является перед взором сказочным пряничным домиком. Лань Ванцзи паркует машину на небольшом пятачке рядом с двумя другими авто и смотрит на притихшего Вэй Усяня, исподлобья изучающего крыльцо, на которое как раз в этот момент выскочили Лань Лилан и ее младший брат А-Лэй – с ними Вэй Усянь уже имел удовольствие общаться в клинике в самый первый день. - Ничего особенного, - говорит Лань Ванцзи, отщелкивая ремень безопасности. – Просто обед и общение с теми, кого ты уже знаешь. Не трусь. - Я не!.. – возмущается Вэй Усянь, но тут же заметно сникает. – Да не то чтобы я трусил… Ванцзи-сюн, прости, а можно просьбу? Тот снова приподнимает бровь – Вэй Усянь уже начал привыкать к этой особенности его мимики. - Это может прозвучать странно, но… Понимаешь… мне очень сложно разговаривать о наших отношениях с Сичэнем, особенно сейчас, когда он в больнице, и я не знаю, что будет, когда он очнется. Я… - Вэй Усянь стискивает пальцы. – Не мог бы ты намекнуть как-то, что я бы не хотел пока говорить об этом? - Ты не уверен в его чувствах к тебе? – уточняет Лань Ванцзи, но в его глазах нет ожидаемой холодности. - Есть такое, - честно признается Вэй Усянь, вскидывая на него взгляд. – Слишком мало времени прошло с первой встречи, я ни в чем не был уверен до ограбления и не уверен сейчас. Поэтому я и спросил, уместно ли мое присутствие на семейном обеде. Лань Ванцзи некоторое время смотрит на него изучающе, а потом кивает: - Хорошо, я попрошу всех обходить эту тему. Главное – ты спас Сичэня, вовремя вызвал помощь и теперь в глазах всей семьи ты несомненный герой, что бы вас с братом ни связывало на самом деле. Выдав эту тираду, Лань Ванцзи выходит, прикрыв дверцу, а Вэй Усяня будто обливает холодной водой из ведра: «Догадался? Или просто попал пальцем в небо? Черт… а если я все испортил?» Он съеживается на сиденье и не сразу замечает, как открывается дверь с его стороны. Лань Ванцзи нависает над Вэй Усянем, обдавая его ароматом своего парфюма с легким древесным ароматом с примесью сандала, и Вэй Усянь замирает от внезапной близости их тел, но Лань Ванцзи лишь ловко отстегивает удерживающий его ремень, после чего выпрямляется и протягивает руку: - Пойдем. Ничего не бойся. Просто будь собой. - Ладно… - выдыхает Вэй Усянь и выбирается из машины, легонько отведя предложенную ладонь. – Ну что я, девчонка, что ли… Лань Ванцзи усмехается и руку убирает, а к стоянке уже несутся радостные Лилан и А-Лэй: - Сянь-гэгэ! – кричат они наперебой. – Ты приехал! Они накидываются с объятиями, и Вэй Усянь вдруг задыхается от нахлынувшего непонятного пока чувства, даже слезы наворачиваются на глаза, но он быстро душит волну неясной паники в зародыше. Брат с сестрой конвоируют Вэй Усяня к дому, не выпуская его из рук, А-Лэй смотрит на него с восторгом, а Лилан, вцепившись в его локоть, щебечет, что его все так ждали, так ждали, что даже делали шуточные ставки, удастся Ванцзи его привезти или нет, и теперь она выиграла три бабулиных пирожка, а может и четыре, и, если Сянь-гэгэ захочет, она обязательно разделит с ним выигрыш. Лань Ванцзи молча идет следом, и, оборачиваясь, Вэй Усянь видит только нечитаемый взгляд золотистых глаз, направленный в его сторону.

***

Внутри дом точно такой же милый и уютный, каким казался снаружи, и Вэй Усянь только мимолетом отмечает для себя абсолютно ламповое его наполнение, без всяких новомодных угловатостей и монохрома. Он словно попал в классическое обиталище идеализированной среднестатистической бабушки, окруженной обожающими ее детьми и внуками, теплыми воспоминаниями и той неповторимой аурой домашней гармонии, которая бывает только в местах, где царит безусловная любовь. Большой стол накрыт в маленькой столовой, делящей пространство с внушительной кухней, и за ним уже переговариваются и веселятся человек двенадцать, каждого из которых Вэй Усянь видел в клинике и знает всех по именам, надо просто вспомнить, как их всех представляли или как они назывались сами. - Ну вот и внучки приехали, - выскакивает откуда-то сбоку бабуля Ю с большим противнем наперевес, а на нем – солидный толстый пирог, пышущий жаром и ароматами специй. – Сейчас А-Лан поможет мне разрезать вот этот маленький пирожок и мы сядем, да, А-Сянь? Я так рада, что ты выбрался, а то Бохай сетовал, что у тебя совсем времени на нас нету, все учишься да учишься, скоро умнее всех станешь! - Он еще и работает, ба! – вступает упомянутый, вставая из-за стола, и идет к вновь прибывшим, на ходу протягивая руку. – Так что он подвиг совершил, вырвавшись к тебе! Привет, Сянь-диди. Я надеялся, что А-Чжань сможет уговорить тебя, так что выиграл у шуфу несколько конфет! – и он довольно смеется. Вэй Усянь пожимает его ладонь и переводит взгляд на сидящего во главе стола Лань Цижэня. Тот чуть склоняет голову, приветствуя, а потом говорит: - Да уж, твой приезд, Вэй-гунцзы, изрядно проредил мой мешок с конфетами! - Почему ты никогда не веришь в своего племянника? – тетя Мей, занимающая стул рядом с ним, шутливо колотит его по плечу. – Я говорила, что А-Чжань его уболтает, и вот, пожалуйста! А-Сянь, надеюсь, обошлось без рукоприкладства? - Тетя, - осуждающе произносит Лань Ванцзи, и та хохочет: - Ладно-ладно, шучу! Приветствия от других знакомцев сливаются в гудение пчелиного роя, Вэй Усяня усаживают на почетное место рядом со второй тетей Ванцзи и Сичэня – маленькой говорливой тетушкой Лули, а Лань Ванцзи, ни слова не говоря, устраивается по другую его руку. Вэй Усянь ощущает некий раздрай – с одной стороны, Лань Ванцзи кажется ему самым опасным в этой радушной компании, но с другой он словно чувствует поддержку со стороны этого малоэмоционального, но весьма проницательного человека. Решив плыть по течению, Вэй Усянь слегка придвигается к своему соседу и спрашивает шепотом: - Почему тебя называют А-Чжань? Ты же Ванцзи. - Мое домашнее имя, - кратко поясняет тот. - А, то есть ты Лань Чжань? – Вэй Усянь смакует эти два слога, перекатив их во рту, как сладкие ягоды. – Лань Чжань. - Меня так называют только мои родные, - говорит Лань Ванцзи, потянувшись за бутылкой вина. Янтарная жидкость падает в бокал перед Вэй Усянем. - А мне можно? – спрашивает тот с замиранием сердца и сам поражается своей смелости. - Можно, - отвечает Лань Ванцзи, наполняя свой бокал, а потом косится на Вэй Усяня. – А твое домашнее имя ведь Вэй Ин? - Откуда… откуда ты узнал?! – возмущенно вскидывается Вэй Усянь. - Навел справки, - туманно отзывается Лань Ванцзи и тут же кратко касается плеча разобиженного соседа. – Не сердись, это обычное дело в нашей семье, мы очень сложно принимаем незнакомцев, ты должен понимать… Вэй Усянь, попыхтев еще полминуты для порядка, постепенно сдувается. - Ладно, понимаю… Но впредь лучше спроси у меня о том, что хочешь узнать, хорошо? - Договорились. Вэй Ин, - и Лань Ванцзи посматривает на него из-под ресниц, ловя реакцию. – Я же могу называть тебя так? - Для тебя – хоть звезду с неба! – вырывается у Вэй Усяня. Это обычная его фраза для флирта без обязательств – с однокурсницами, друзьями или просто хорошими знакомыми, но сейчас она вдруг кажется не совсем уместной, и он сконфуженно замолкает, наблюдая, как слегка расширяются глаза цвета золота. – Ну… да, называй, конечно… - Я учту, - произносит Лань Ванцзи тихо и приподнимает уголок губ в подобии улыбки. – Только потом не отказывайся от своих слов, Вэй Ин. Тот молча утыкается в свое вино.

***

Если кто-то когда-нибудь спросит Вэй Усяня, какой день он хотел бы повторить, среди прочих он несомненно назовет нынешний, ведь столько тепла, заботы и простых радостей, полученных им сегодня от родственников по сути совсем чужого ему человека, на него не сваливалось, наверно, за всю его жизнь. Вэй Усянь не понял, в какой момент и кому Лань Ванцзи шепнул о его просьбе, но за все три с половиной часа, что он провел в обществе этих людей, добродушных и внимательных, никто даже не коснулся темы их отношений с Лань Сичэнем. Вэй Усяня расспрашивают об учебе, работе, друзьях и увлечениях, ответно рассказывают о своих, по-доброму шутят над ним, немножко жалеют «мальчика-сироту» и искренне восхищаются его упорством, благодаря которому он пробивает себе путь исключительно своими навыками, мозгами и руками. Бабуля Ю периодически подходит, обнимая Вэй Усяня со спины, и шепчет ему на ухо, что теперь, когда он практически часть семьи («Да-да, и не спорь с бабулей!»), он сможет рассчитывать на любую помощь. Лань Цижэнь ничего такого не обещает, но как-то, проходя мимо, склоняется и предлагает как-нибудь поболтать о том, чем Вэй Усянь хотел бы заниматься после окончания SUES, и заодно как бы невзначай роняет, что учился вместе с ректором его универа. Не заметив, как пролетело время, Вэй Усянь обзаводится контактами всех присутствующих, получает от бабули внушительную сумку с различными вкусностями и обещает всегда быть на связи, а еще завтра же доехать до клиники и снова почитать Сичэню стихи. При последних словах, сказанных умиляющейся тетей Лули, Вэй Усянь оглядывается на молчаливого Лань Ванцзи, а тот только пожимает плечами. Когда Лань Ванцзи везет его обратно в общежитие, Вэй Усянь все-таки спрашивает: - Почему ты рассказал им про стихи? - Потому что это исключительно удачный способ вернуть брата в сознание, - отвечает Лань Ванцзи, поразмыслив, и признается, – я бы не додумался. Если хочешь, можем поехать завтра вместе. Подберу тебя, где скажешь. - Еще немного, и я подумаю, что ты нанялся ко мне в извозчики, - негромко смеется Вэй Усянь, осознавая внезапно, как легко и свободно ему теперь дышится в присутствии этого мужчины, хотя совсем недавно он опасался даже смотреть в сторону Лань Ванцзи. Тот хмыкает, но молчит. Они преодолевают почти половину пути, когда Лань Ванцзи интересуется: - Ты правда сам собрал с нуля биопротез? - Я же тебе не рассказывал… - Вэй Усянь переводит на него взгляд, но быстро гасит раздражение. – Это все из тех справок, которые ты наводил? - Мгм. Лань Ванцзи сосредоточенно следит за дорогой, но Вэй Усяню почему-то кажется, что он немного смущен. - Собрал, - вздыхает Вэй Усянь. – Правда, ИИ там немного кривовато встал, иногда подводит. Но механика и автоматика в порядке. А-Ян не жалуется, просто иногда просит подправить, если что-то барахлит. - А-Ян? - Ага, это мой друг. Это как раз после его аварии я не очень к мотоциклам… Пришлось, знаешь ли, полюбоваться на его руку, вернее, на то, что от нее осталось, - Вэй Усянь трет лоб, морщась. – Так уж случилось, что я стал свидетелем, как А-Яна по асфальту раскатало, я же ему и скорую вызывал. Ему еще повезло, что жив остался. А вот руку не спасли. Да там и спасать было нечего. Ну я и подумал – а почему бы не попробовать сделать ему нормальный, полностью функциональный протез-мультихват. Повозиться пришлось, конечно, да и с ИИ-конструктом у меня не такие радужные отношения, как с общей мехатроникой, но в конце концов получился вполне сносный прототип. Лань Ванцзи бросает на него краткий взгляд: - Хочешь, я гляну? - А? – Вэй Усянь выдирается из воспоминаний и непонимающе таращится на него. - Гляну его ИИ. - Серьезно? – Вэй Усянь аж попрыгивает в кресле. – Ты правда можешь? - Могу, - Лань Ванцзи задумывается, - если ты договоришься со своим другом, завтра перед тем, как мы поедем в клинику, я посмотрю. Приборы с собой привезу. - Да при таком раскладе А-Ян сам тебя у машины встретит, пропоет тебе осанну и все твои приборы на своем горбу дотащит, - хохочет Вэй Усянь. – Не далее, как сегодня, он предлагал заманить тебя к нам, чтобы ты на его кикимору глянул. - Почему кикимору? – озадачивается Лань Ванцзи, притормаживая на пешеходном переходе – через него как раз перебирается неспешная пара старичков. - Сложно сказать… - Вэй Усянь прикладывает палец к губам, - у А-Яна очень богатая фантазия! - Тогда напиши, во сколько мне подъехать, - Лань Ванцзи плавно трогает машину с места. – Только не соскочи, ладно? – и он снова оглядывается, иронично прищурившись. - Ты что, А-Ян мне не простит, если я лишу его возможности лицезреть тебя в обнимку с его кикиморкой! Вынесет мне мозг, вырвет глаза и лишит языка! Как я тогда Сичэню буду стихи читать? - Похоже, твой друг, сам того не осознавая, становится гарантом наших встреч, - усмехается Лань Ванцзи, а щеки Вэй Усяня почему-то опаляет жаром. – Что ж, я буду ждать вашего с ним решения.

***

- Ты шутишь?! Сюэ Ян таращит глаза, смешно приоткрыв рот, и Вэй Усяню становится невыносимо сдерживать рвущийся из груди хохот. - Да зуб даю! Сам предложил. Так что завтра твой ненаглядный доктор инженерии приедет в наши трущобы только для того, чтобы полюбоваться на твою разлюбезную кикимору. - Так-то он не мой, - крякает Сюэ Ян, с трудом справившись с эмоциями, - а твой. Ты уверен, что все еще западаешь на его брата? – и он ехидно цокает языком. - Все, я понял. Скажу, чтобы не приезжал, - и Вэй Усянь демонстративно тянется за телефоном. - Э! – А-Ян прихлопывает его руку к столешнице, используя для этого «кикимору», и Вэй Усянь невольно шипит от краткой боли. – Ой, прости. Ладно тебе, гэгэ, я же пошутил. Пусть он хоть с утра приезжает, я его сам встречу, сам проведу, сам с комендантом договорюсь! Разве я могу профукать такую возможность?! Так, - Сюэ Ян подталкивает смартфон к Вэй Усяню и дожидается, пока тот возьмет его в руки, - давай, пиши, диктую: дорогой доктор Лань, приезжай поскорее, я тебя очень жду, ой, то есть студент Сюэ и его кикимора, нет, его инновационный бионический протез очень ждут воссоединения, ай, не так, починки и все такое… Вэй Усянь молча набирает текст, жмет «отправить» и кладет смартфон перед носом А-Яна. Тот читает написанное и делано кривится: - «Приезжай в 11 к общежитию. Встретим внизу». Ну ты и скучный, гэгэ. Я бы ему целую поэму накатал, какой он классный и как я ему благодарен, что он согласился пообщаться с кикиморкой. - Завтра тебе представится возможность рассказать ему все это вживую, - обещает Вэй Усянь, отходя к шкафу. – А теперь вали из моей комнаты, у меня еще встреча назначена. - О, точно! Агент ноль-ноль-семь под прикрытием, - хихикает Сюэ Ян, дурашливо салютуя ему. – Передавай привет офицеру Не! - Как ты всех запоминаешь? – восклицает Вэй Усянь, швыряясь в него пиджаком, но тот впечатывается в уже закрывшуюся за шустрым А-Яном дверь комнаты, картинно сползая на пол. – Вот пакостник мелкий… Смартфон пиликает сообщением: «Договорились. Хорошего вечера, Вэй Ин». Вэй Усянь некоторое время гипнотизирует взглядом экран, а затем решительно кликает на имя контакта и вводит новое: «Лань Чжань».