Братья или как подружиться с призраком твоего врага, который пытался убить тебя (дважды)

Впервые Гарри Тома встретил летом после первого курса. Хотя, если быть точнее, их первая встреча состоялась, когда Гарри только вылез и пелёнок и ходить научился. А потом на первом курсе Хогвартса, когда он от Волдеморта спас философский камень. Потому что лорд Волдеморт - страшный злой волшебник - и Том Реддл - несколько занудный слизеринец из сороковых — это один и тот же человек. Что забавно, самому Тому этот факт вообще не по душе. Собственная версия восемьдесят первого года вызывала у него желание застрелиться, да только пистолета нет. Ну или заавадиться, да только колдовать в маггловском городе не стоит. Это они на горьком опыте выяснили после визита немного чокнутого домовика. Том не был призраком. Он был абсолютно осязаем, виден, слышен. Когда хотел этого. Но он не хотел. Антисоциальность Реддла была той ещё странностью: несмотря на ужасное нежелание как-либо взаимодействовать с людьми, мальчик продолжал цепляться за Гарри. Откровенно говоря, Поттер был единственным исключением - единственный видел Тома, когда тот этого не желал, единственный, кто слышал его, единственный, кто обнимал его. Тому было столько же, сколько и Гарри - двенадцать. — А на самом деле мне было пятьдесят два, когда я к тебе прицепился. — Неплохо сохранился. Том был интересным собеседником, а ещё не плохим помощником в домашних заданиях. С ним Гарри быстро написал все эссе и вспомнил все заклинания. Правда, вместо палочки пришлось использовать старый карандаш, найденный под кроватью. Палочка, вместе с остальными колдовскими вещами - Дурсли оставили ему только книги и пергаменты, чтобы он мог делать домашние задания, была надёжно спрятана в чулане. Точнее, Гарри думал, что надёжно спрятана. Пока Том с видом «смотри и учись» не вскрыл замок чулана стащенной из теткиной шкатулки с украшениями шпилькой. Том был кладезем знаний и умений. Он знал несколько языков, и к концу лета Гарри тоже мог сказать несколько фраз на французском, немецком, итальянском, китайском и русском. Он разбирался в рунах и показал Гарри простенькие цепочки, теперь Поттер точно знал, какой предмет выберет в качестве дополнительного. Он любил смотреть на звезды, и Гарри, всегда разделявший этот интерес, был только рад слушать про разные созвездия. Было забавно, как тот, кто по всей логике должен был стать самым страшным врагом Гарри, стал его самым близким другом... Конечно, это произошло не сразу. Изначально Гарри к из неоткуда взявшемуся мальчишек, который ещё и его незадачливым убийцей оказался, испытывал стойкое недоверие и раздражение. Потом, от скуки и безысходности, после нескольких дней тишины, заговорил с ним. От разговоров возник интерес, а там и до привыкания, привязанности, доверия оказалось недалеко. И вот теперь они понимают друг друга с полуслова. И Гарри не может отказаться от предательской мысли о том, что так, должно быть, и ощущается братская связь.

***

Кроме всех прекрасных и полезных качеств к Тома Реддла имелись и менее прекрасные. Такие, например, как его любовь к ругани. Да уж, сложно было ожидать, что за маской идеального и обаятельного отличника-слизеринца прячется тот ещё матершинник. Но не стоило забывать, что парень вырос в маггловском приюте в Лондоне тридцатых годов, а не в особняке с кучей слуг и учителем этикета. Так что ругался Том, как пьяный матрос. — Угадал, кстати! Я всех этих словечек наслушался у сторожа в приюте, а тот как раз во флоте и служил. И к бутылке прикладываться тоже любил.

***

Иногда Том выдавал весьма дельные мысли. — А почему ты вообще в каких-то тряпках ходишь? — спросил он, лёжа на кровати и подкидывая смятую в шар бумажку, пока Гарри возился с эссе по зельеварению. — А что мне ещё одеть? — удивился он. — У меня ничего нет. — Так сходи и купи. — На какие шиши? — нет, общение с Томом все таки плохо на него влияет. Такими темпами Гарри реально оправдает свой маггловский статус ученика школы Святого Брутуса. — Ты долбоеб? — миролюбиво поинтересовался Том. — У тебя в Гринготтсе денег выше крыши. Или тебе не говорили, что галлеоны можно в фунты перевести? От подобной новости Гарри выпал в осадок. А реально: почему он никогда не думал использовать деньги из сейфа? — У меня ключа нет, — вспомнилось вдруг. Том, уже уловивший изменившийся настрой Гарри, сел на кровати и ухмыльнулся. — Разберёмся.

***

— Вау, Гарри, а тебе идёт! — заявила Гермиона, когда они встретились в Косом переулке, куда Гарри отправился с семьей Уизли. Гарри, в новеньких джинсах, черной толстовке, конверсах и бейсболке, ухмыльнулся, невольно копируя Тома. — Спасибо.

***

На Гилдероя Локхарта братья отреагировали абсолютно одинаково: скривив лица, как при поедании очень кислого лимона. На его литературу - со смехом, по крайней мере со стороны Тома - тот ржал, как конь, в течение пяти минут. На желание сфотографироваться с «героем» больше реагировал Гарри - ужасом и раздражением. Пока упирающегося и отнекивающегося мальчика тащили к писателю, пока щелкали вспышки камер, пока Локхарт расхваливал себя, Гарри Поттер мечтал потихоньку укокошить его в тёмном переулке. Вот такой он добрый мальчик.

***

— Блять, блять, блять! — орал Том, пока Форд Англия, на котором Гарри и Рон сдуру решили полететь в школу, направлялся прямо в Гремучую Иву. Честно говоря, Поттер понятия не имел, почему Том так волнуется. Он чёртов призрак! Это Гарри - живой и здоровый человек. Правда, судя по всему, ненадолго. К счастью, им повезло выжить. К несчастью, им не повезло получить наказание. Хотя, в этот момент, Гарри был полностью согласен со мнением учителей: он с Роном и вправду повели себя как идиоты. — Ну нахер такие чудеса авиации! — решил Том. — Машиностроения, — машинально поправил его Гарри. — Зануда. — Учусь у лучших. — Нахал. — Кто бы говорил.

***

— Ахуеть, — заявил Том, уставившись на стену, где чёртовой, блядь, кровью было выведено: «ТАЙНАЯ КОМНАТА СНОВА ОТКРЫТА. ТРЕПЕЩИТЕ, ВРАГИ НАСЛЕДНИКА!» А под этой, безусловно, жуткой надписью висела окоченевшая кошка завхоза Филча - миссис Норрис. И пока Том от души матерился, Гермиона с Роном оторопело таращились на стену, а вблизи слышались шаги учеников, возвращавшихся с праздничного мира, Гарри понял, что год будет ужасным. И ничем не хуже предыдущего. А может даже хуже. «По крайней мере у меня есть Том» — отстраненно подумал он.

***

— То есть, ты хочешь сказать, что в Хогвартсе в женском туалете есть проход в Тайную комнату, построенную Салазаром Слизерином, где живёт огромная змея, способная убивать взглядом? — уточнил Гарри. — Да? — неуверенно ответил Том. — И ты на пятом курсе открыл эту комнату и убил человека, а потом свалил вину на Хагрида? — Д-да? — ещё более неуверенно ответил Том. Бояться было чего: взгляд Гарри мрачнел, а голос холодел с каждой секундой. — Вот черт. Тебе повезло, что ты мой брат. Иначе я бы набил тебе рожу. И что теперь делать? — вопросил Поттер. — Успокойся, Эйчджей. Поболтаю с Васькой, — пожал плечами расслабившийся Том. —Должен послушать. Интересно, правда, кто его выпустил-то?

***

О том, что общение с Томом влияет на Гарри не только положительно, но и отрицательно, догадаться стоило давно. Это случилось на квиддичном матче. Взбесившийся бладжер сломал Гарри руку, а Локхарт... Как всегда оказался «умнее» всех остальных. Странное ощущение прокатилось от плеча до кончиков пальцев, как будто из руки выпустили воздух. Рука больше не болела, Гарри ее вообще не чувствовал. На фоне что-то залепетал Локхарт, но Гарри предпочёл проигнорировать его: всё равно ничего умного не скажет. Вместо этого мальчик встал, вдохнул поглубже, поглядел на руку и чуть снова не лишился чувств. Из рукава выглядывало что-то вроде надутой резиновой перчатки цвета сырого мяса. Гарри хотел было пошевелить пальцами, но куда там! «Локхарт не вылечил перелом, он просто-напросто удалил из руки все кости» - понял Гарри. Осознавший это Том, ёмко охарактеризовал произошедшее одним словом - на большее его не хватило. — Пиздец. Гарри отстраненно повторил. Потом ещё раз, но уже с чувством. А потом, не сдерживая себя в эмоциях и словах, дал оценку матчу, своей руке, ну и интеллекту Локхарта напоследок. Друзья, учителя, квиддичная команда и просто невольные зрители пораскрывали рты, выслушивая подобного рода речи от Героя Магической Британии. Зато Том, избавившись от первоначального шока, расхохотался.

***

А ночью того же дня, как Гарри лишился костей, а половина Хогвартса невинности в плане нецензурной лексики, было совершено ещё одно нападение. — Это что ещё за наебалово?! — возмутился Том, когда директор с учителями и мадам Помфри вышли из палаты. На койке лежал Колин Криви - настырный донельзя первокурсник, постоянно пытавшийся сфотографировать Гарри. Но даже ему участи окаменеть Гарри не желал. — Ты вроде говорил с василиском? — спросил он. — Вот именно! — воскликнул Реддл. — Васька мне честно пообещал никого не трогать. Что за фигня, не понимаю. Надо будет ему втык сделать. — Сделай... — Гарри зевнул, а Том смягчился. — Спи, давай, — а потом решительно, и вместе с тем устало произнёс. — Разберёмся.

***

Вопреки мнению, которое гораздо позже сложилось у Рона и Гермионы, Том не следовал за Гарри постоянно и повсюду. На самом деле они могли днями не видеться, занимаясь своими делами в разных концах замка, пока Том не плюхался в кровать посреди ночи и не бормотал что-то вроде «Спи, давай, у тебя завтра тест по трансфигурации». Это день ничем не отличался от большинства. Гарри ушёл на занятия, Том отправился к василиску. Однако картина, которую вечером застал Гарри, вернувшись с тренировки по квиддичу, была действительно странной. Том сидел на кровати, обхватив колени руками и накрывшись одеялом. Его взгляд был тусклым, потерявшимся в размышлениях. — Том, — мягко произнёс Гарри, садясь рядом и аккуратно дотрагиваясь до его плеча. На самом деле Гарри никогда не приходилось брать на себя роль старшего брата - её обычно занимал Том - и сейчас ему приходилось вспоминать, как это делал Реддл. — Что случилось? Реддл вздрогнул и повернулся. Выражение нервозности на его лице пугало и волновало. — Я... — он закашлялся. — Он... Я сходил к василиску, — всего пара слов дала понять Гарри, насколько плохо было дело. Том никогда не звал змея так - он всегда был Васькой. — Выяснил личину нашего преступника, — Том внезапно улыбнулся. Не будь его улыбка настолько истеричной и явно измученной, Гарри бы усомнился в своей прежней оценке ситуации. — Крестраж, — сказал Реддл, и это всё объяснило. Что такое крестражи Том объяснил Гарри еще летом, на Тисовой. Всё таки сложно было дать иную причину его появлению рядом с Поттером. Честно говоря, Гарри чувствовал максимальное отвращение в тот момент - знать, что в тебе часть другого человека очень неприятно. Но позже, когда он обдумал всё, Гарри был просто в ярости. Ведь Дамблдор знал! Знал и даже на подумал что-то сказать. Сейчас же эмоции сдулись, будто воздушный шарик. Часть его, глубоко внутри, все ещё испытывала раздражение, но Гарри старался держать голову холодной и по возможности избегал директора. — Значит, ещё один... — Да, — резко кивнул Том. — Мне стоило догадаться раньше. Васька даже не удивился, когда я впервые спустился к нему. Это должно было стать первым звоночком. Гарри вздохнул и прижался плечом к плечу Тома, вглядываясь в окно, где начали мерцать первые звезды. — Не вини себя, Том, — шепчет он в волосы брата. Тот чуть дрожит от переполняющих его эмоций. — Мы справимся. Гарри не знал, как они решат проблему с крестражами и василиском, но знал, что пока они вместе – им всё по плечу.