Вновь обрести счастье

Прошло около недели с возвращения Боруто домой. На удивление, он достаточно быстро вошëл в новую жизнь. Снова у него были друзья, спокойная жизнь, и, самое главное, семья. Конечно, за это время Узумаки уже успел дважды загреметь в больницу. В первый раз на несколько часов, после перепалки с Иноджином. Он до сих пор отказывался принимать тот факт, что у его маленькой сестрëнки есть парень! Хотя, возможно, Иноджин был далеко не самым плохим вариантом из всех возможных... Тем более, он ведь его знает, хороший парень, Химу точно защитит. Только вот пронзая Яманаку катаной, эта мысль у него в голове даже не проскочила. Тогда Боруто стал сам не свой, и Наруто, Сай, а потом и Шикадай с Ивабе с ними, безуспешно пытались разнять дерущихся парней. К счастью, всë обошлось, и оба остались живы. Боруто отделался испорченной рубашкой, парой царапин и неглубоких ран и дооолгим выговором от Хокаге с обещанием, что тот накажет его как только придумает, как его теперь вообще наказывать. Как-никак, приставку отобрать не вариант – он ей теперь вообще не интересуется, гулять тоже запрещать бестолку – если этот упрямый захочет выйти на улицу, то просто телепортируется с помощью своего чудо-глаза... И как прикажете наказывать повзрослевшего балбеса-сына?! Ну и конечно, вишенкой на торте была Химавари, которая, узнав о случившемся, готова была надавать брату флешбеков со дня посвящения Наруто в Хокаге. Этот день оба помнили прекрасно. Но с сестрой обладатель Джоогана драться ни в коем случае не стал бы. Поэтому, весь следующий день, он ходил за ней, умоляя о прощении. Однако, простила она его только тогда, когда тот сам почувствовал себя в шкуре Инождина. А бедняга Иноджин пролежал в больнице несколько дней. Жизненно важных органов катана не задела, но вот поток чакры нарушила. После выписки, парни конечно помирились. Они долго обсуждади "условия и права" на Химавари, и Боруто прилагал колоссальные усилия, чтобы не схватиться за рукоять катаны или не отправить собеседника на другой конец планеты с помощью Джоогана. Химавари категорически не нравилось, что еë делят как какую-то вещь, но, по крайней мере, сейчас они это делали мирно. А теперь вернëмся к тому, как же Хима простила своего брата. Два слова: БоруСара и Саске. И по сравнению с битвой за Сараду, сражение за Химавари даже разминкой не назовëшь. Тут уже вся Коноха была бессильна. Оставалось только смотреть, как мужчины колечат друг друга катанами, пространственно-временными дзюцу, просто тайдзюцу и другими козырями, которых у Боруто как ни странно, оказалось больше. Шрам у Узумаки останется на спине и на руке, это было точно. Но парень особого значения этому не предал. Небольшое дополнение в его коллекцию. А вот Учихе больше всего досталось по шее и грудной клетке. Но Сараду он так и не отдал. Ну, или это он так считает. Тут влетело всем. Сеске от жены, дочери и друга. Боруто – от отца, девушки и матери. Зато Хима простила. Блондин должен был лежать в больнице несколько дней, но в первую же ночь тот разумеется благополучно свалил домой, просто телепортировавшись. И все последующие дни, заходил в больницу только чтобы сменить бинты, полностью игнорируя настоятельные рекомендации Сакуры соблюдать постельный режим.

***

– Боруто, собирайся! – Хокаге вошëл в комнату сына, метнув в него корзинку. – На тебе настольные игры! – крикнул он. – Чего, даттебаса? – спросонья, блондин словил корзинку и стал протирать глаза. – Куда собираться? – он ещё раз оглядел комнату. – Батя? А тебе на работу не надо? – У меня сегодня выходной, даттебайо! – с улыбкой воскликнул Седьмой. – И мы идëм на пикник! – он гордо скрестил руки на груди. – Я твой монумент ночью преобразил. – на лице парня появилась ехидная ухмылка. – Выйди, оцени моë творение! – он поставил корзинку, а сам сел на кровати, скрестив ноги. В ответ он получил лишь тяжëлый вздох старшего Узумаки. – И всë же, – Наруто присел на кровать рядом с сыном. – Я по этому скучал. – А? – не совсем понял младший блондин. Он ожидал другой реакции. – Но оттереть тебе это всë равно придëтся, даттебайо! – он наигранно нахмурил брови, чем вызвал улыбку у парня. А затем положил руку на голову сына. – И всë? – поднял левую бровь Боруто. – Ты меня даже никак не накажешь за эту выходку? – Знаешь, – Седьмой посмотрел в глаза сыну. – Я уже как-то наказал тебя за такую шалость и не взял на пикник... – на несколько секунд он замолчал. Воспоминания того дня завертелись у него в голове. Наконец, он выдавил из себя улыбку. – Больше я такой ошибки не повторю... – Хех, я понял... – младший Узумаки довольно улыбнулся. Похоже, отец решил наверстать тот пикник, да и все эти упущенные годы. Что-ж, Боруто был совершенно не против. Он подкинул корзинку и поймал двумя руками, после того, как та несколько раз покрутилась в воздухе. – Щас чë-нибудь подберëм, даттебаса! – Тогда жду тебя внизу через 10 минут на завтрак! – воскликнул Наруто, выходя из комнаты сына. В сердце приятно щекотало. Он пропустил столько лет жизни своего ребëнка... И ему даже не верилось, что он может так свободно говорить со своим сыном. Он действительно вырос. Однако, Хокаге до сих пор волновал один вопрос касаемо сына...

***

Боруто принялся осматривать стеллажи. Почти все настольные игры хранились в его комнате. Однако, вот проблема, в некоторые из них он совершенно не помнит, как играть... Поэтому надо подобрать что-то интересное, подходящее для природы, и чтобы он хоть что-то про них помнил. В поисках, его взгляд упал на фотографию. Как завороженный, парень уставился на смеющегося мальчика на ней. Это был он. Когда-то давно, 3-4 года назад... Счастливый, беззаботный... Интересно, а что бы сказал тот 13-ти летний Боруто, увидев его сейчас? Он бы прыгал и кричал от того, насколько он стал крутым... Каким высоким и красивым... И каким сильным. Сейчас он владеет такими техниками, о которых несколько лет назад даже не мечтал! Но... А что бы сделал тот Боруто, когда узнал бы, каким человеком он стал? Он ведь все эти три года не благотворительностью занимался и не друзей заводил. Он убивал. И много. Он творил ужасные вещи. И сейчас, он вернулся домой и живëт, притворившись, будто ничего этого просто не было. Но это же не так... Конечно, сейчас он был рассудителен и холоден. Но вот в 13-14 лет, в самом начале его поглотила слепая ярость. Представьте себе сломленного 14-ти летнего мальчишку, который больше не знает ничего, кроме боли и страданий. Который убивает просто для того, чтобы заглушить эту боль. Но это не помогает. Сердце разрывается, и он ничего не может с этим поделать. Один. Он абсолютно один, на неверном пути. На пути ненависти и боли... Говорят, время лечит. Но оно не лечит. Со временем мы просто привыкаем к этой боли. Она становится частью нас. Но Боруто оказался сильнее. Он выдержал. Он сам вырвался из этой пучины. Теперь его цель была уничтожить Ооцуцуки. Он больше не собирался убивать направо и налево, но тех, чьи жизни он уже забрал, ему было не жаль. Он вообще не испытывал никаких чувств. Ни угрызений совести, ни страха, ни боли... ни радости... Ни-че-го. Прошлый Боруто испугался бы этого человека, он бы его возненавидел. Он бы взял, да и врезал ему как следует. Он бы в нëм разочаровался... – Боруто? – парень резко повернул голову. Хината зашла в комнату к сыну. Она беспокойно смотрела на своего ребëнка. – Что случилось, Боруто? – тихо, но серьëзно проговорила она. Она сразу увидела, что с еë сыном что-то не то. – Мам? – кратко ответил блондин. – Всë... хорошо... – он словно выплюнул эти слова. А затем попытался выдавить хоть какую-то беззаботную улыбку, но так и не смог ничего с собой сделать. – Боруто. – твëрдо произнесла Хината. Такая интонация машинально заставляла Узумаки выкладывать всю правду и всë, что творилось у него на душе. И за годы она не потеряла своë действие. – Я... Я не знаю... – он потерялся в своих же мыслях. Боялся, что одно неверное слово – и он всë потеряет. Хюга терпеливо ждала. Наконец, парень решился признаться. Не только матери, но и самому себе. – Я... Я уже совсем другой человек. Другой. Я не тот беззаботный мальчишка, которым был три года назад. ... Я изменился. – он посмотрел на мать которая стояла явно не ожидая такой откровенной речи. – Боруто, – мягко улыбнулась женщина. Она подошла ближе к сыну. – Конечно же ты изменился. Ты вырос, повзрослел. Жизнь никогда не стоит на месте, и... – Нет! – резко перебил еë Узумаки. Брюнетка даже немного отшатнулась, увидев своего ребëнка. Теперь в его глазах она видела всю ту боль, что он скрывал всë это время. На мгновение, ей самой стало страшно. – Ты не понимаешь! – воскликнул парень. Он хотел стукнуть кулаками по столу, но в последний момент, руки разжались, и он просто твëрдо штëпнул по столешнице ладонями. – Ты меня совершенно не знаешь... – прошептал блондин. Он наклонил голову, и золотая чëлка почти полностью закрыла его лицо. – Всë хорошо, Боруто... – Хината сделала шаг в сторону сына. – Нет! Ты не знаешь, какие вещи я творил все эти три года! Ты понятия не имеешь, какие поступки я совершал! И я убивал! Ни в чëм не винных людей! Своими руками! Я и похуже вещи делал!!! – он не помнил, когда в последний раз был настолько эмоционален, но сейчас просто не мог остановиться. Всë это копилось в нëм многие годы, и вот, вырвалось наружу. Боруто затих. Медленно, парень осознал, что только что наговорил своей матери. – Прости... – прошептал он, всë ещё пялясь сквозь стол. – Я не хотел... – он жалел о том, что выплеснул свои негативные чувства, ещё и на самого близкого и дорогого ему человека. Скорее всего, теперь родная мать в нëм разочаруется. «Может, это имел ввиду Тонери, когда сказал "отпустить прошлое"? Ну и пусть. Я всë равно... Нет... Нет, не пусть! Чëрт! Что я несу?! Почему всë так сложно? Я не знаю, что мне делать, даттебаса!» Вдруг он вздрогнул от того, что сзади его кто-то сжал. Хината подошла и крепко обняла сына. Она чувствовала, что его что-то гложет. И она была готова помочь. Как? Она мать, она сможет. – Всë в порядке... – прошептала женщина, не отпуская ребëнка. – Я рядом. – Мам...? – наконец смог произнести стоявший в шоке блондин. – Мама, послушай, я... – Я знаю. – отрезала Хьюга. – Всë будет хорошо. Ты теперь дома, Боруто. – Я ужасный человек, мама... – он опустил руки и сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. – Это не так! Ты сбился с пути, но ты справился! И ты выдержишь! Тебе будет нелегко, но ты сможешь! Я в тебя верю! – Нет... Я монстр... Чудовище... – прошептал парень. – Не смей так говорить! – воскликнула Хината. Ей было по-настоящему страшно за сына. – Послушай, я... – начал было Боруто, но тут его перебили. – Ладно, мы поняли! – оба подняли головы и увидели Наруто, стоящего в проходе, облакотившись о дверной проём. – Наруто-кун! – приободрилась брюнетка. – И давно ты там стоишь? – поинтересовался младший блондин, всë же сумев наконец выдавить ироничную улыбку. Ну, это хоть что-то. – Достаточно, чтобы убедиться, что я был прав, даттебайо! – глава семьи подошëл к сыну. – Прав в чëм? – не понял Боруто. – Ты вернулся спустя столько лет. Очевидно, что ты изменился не только внешне. Эти три года ты жил другую жизнь. Возможно, не самую правильную, приятную и законную. И я много об этом размышлял. Боруто, никто не ждëт от тебя, что ты так сразу будешь бегать по Конохе и смеяться. Я понимаю, что тебе сейчас сложно, но ты должен понять одну вещь. – он положил свою руку на плечо младшего Узумаки. – Теперь ты дома. Никто не будет тебя винить и уж тем более осуждать. Мы примим тебя такого, какой ты есть, сынок. – Наруто улыбнулся, заметив резкую перемену эмоций парня. – Просто будь собой, даттебайо! И это было именно то, что нужно. Поддержка и принятие от родных и близких. Боруто и не мечтал об этом... Хотя... Конечно мечтал! Каждый день он представлял свою семью... и себя. Парень резким, но осторожным движением обнял отца и мать двумя руками и уткнулся между ними. Он даже позволил себе выпустить наружу слезинку, одиноко скатившуюся по щеке. Еë никто не заметил, но блондину она принесла огромное облегчение. Наруто с Хинатой, переглянувшись и улыбнувшись, ответили на объятия. – Спасибо... – тихо прошептал Боруто. Он был искреннее благодарен родителям. – За всë... – Помни, что ты не один... – Наруто похлопал его по спине. – Мы всегда будем рядом... –ласково подтвердила Хьюга. – Спасибо, даттебаса...

***

– Да! – воскликнула Химавари, подскачив с пледа, на котором они сидели всей семьëй, играя в бродилку. Это была одна из немногих игр, в правилах которой Боруто был абсолютно уверен. – Я победила! – девочка радостно запрыгала на месте. – Молодец, Хима! – улыбнулся обладатель Джоогана. Глядя на светящуюся сестру, его губы сами расплывались в улыбке. – Эй, Боруто! – окликнул сына Хокаге. Тот сразу повернул голову. – Как насчëт небольшого спарринга? – Наруто-кун! – воскликнула Хината прежде, чем парень смог ответить. – Ты посмотри на него! – она указала на блондина, который, поняв, в чëм дело, решил подыграть матери, скорчил досадное выражение лица и задрал футболку, демонстрируя свои кубики, почти полностью замотанные бинтами. На руках бинты кстати тоже были. – Он сейчас не должен напрягаться, чтобы раны быстрее зажили! А ты предлагаешь спарринг?! – Мам, не переживай, всë хорошо! – поспешил успокоить еë младший Узумаки. – Я прекрасно себя чувствую, даттебаса! – а затем поспешил добавить. – Но конечно, раз ты против, то мы с батей просто прогуляемся по лесу, ладно? И прежде, чем Хината смогла хоть что-то ответить, оба ускользнули с полянки. Хьюга обречëнно вздохнула. Она прекрасно понимала, что собираются делать мужчины. И останавливать их не было смысла. Как бы сильно она не беспокоилась о здоровье своего сына. – Ну что, готов? – Наруто встал в боевую стойку. – Всегда готов! – ответил Боруто, ухмыльнувшись. И следующие несколько минут, Узумаки бились на равных, не уступая друг другу. Боруто сдерживался. Он не хотел навредить отцу или кому-нибудь ещё. Он решил, что не будет использовать в этом бою особо опасные техники. Да они ему и не нужны. Он мог бы в два счëта победить Наруто. Но парень боялся навредить отцу. Момошики что-то ворчал в подсознании по этому поводу про слабаков, но Узумаки его не слушал. В боях он всегда выкладывался на полную, не задумываясь о последствиях. Здесь же всë гораздо сложнее. В битве с Иноджином, а потом и с Саске, он потерял контроль и вот, к чему это привело. Больше он такого не допустит. Решив, что поединок пора заканчивать, Боруто лëгким движением телепортировался за спину отца и поднëс к его шее катану. – Я победил, даттебаса! – довольно ухмылтнулся парень. – Ого... – для Седьмого это было неожиданно. – Но ты ещё не... – и в следующую секунду, он рухнул на землю. – Ладно, сдаюсь! – он неловко улыбнулся. – Ты выйграл... – Хех, – младший Узумаки протянул отцу два пальца в знак примирения. Тот положил на них свои и поднялся, отряхиваясь. – А ты и вправду стал сильней, даттебайо! – он похлопал сына по плечу. – А ты сомневался, даттебаса? – улыбнулся парень.

***

Ровно 10 дней назад Боруто лежал под звëздным небом. Один. Молча. И думал о том, куда отправиться дальше, вспоминал прошлое, размышлял над настоящим... А прямо сейчас он лежит под тем же самым небом. Только он не один. Рядом с ним любимая девушка. Они весело болтают обо всëм на свете. На душе так легко... Где-то слышатся голоса Наруто и Хинаты, которые также вышли прогуляться в эту тëплую ночь. А где-то... ладно, он это признает. Химавари с Иноджином. Но сейчас он об этом не беспокоился. Он был счастлив. Впервые за долгое время он испытывал невероятную лëгкость и радость. Звëзды сверкали, Луна озаряла всë небо своим серебристым светом. Было так умиротворëнно, красиво и хорошо... Сарада взяла его руку, проводя своими тонкими пальцами по ладони. Боруто улыбался. Искренне. По-настоящему.