Правила игры в шпиона

      Ебучий Роси. Ебучий снег. Ебучие дозорные. Верго ещё не отвечает. Дофламинго раздражённо притопнул по палубе и окинул взглядом Нумансию. Штормовой ветер рвал паруса в вышине, кидал подол шубы, трепля в попытке выдернуть пару перьев, ледяные порывы захлестывали лодыжки. Вокруг царила привычная суета — Детка Пять играла с Буйволом, Джолла мазюкала очередное «Произведение искусства» в каюте, Диаманте стоял за штурвалом, что-то недовольно ворча под нос, видимо в очередной раз проклиная переменчивый погодный фронт. Еще пару раз нетерпеливо притопнув ногой по доскам, Дофламинго выдернул себя нитями вверх на воронье гнездо, лёгкими шагами пройдясь по перилам, мужчина наклонился вперед, свободно нависая над пропастью, нити натянувшись блестят на солнце. Всмотрелся вдаль, прищуриваясь сквозь очки. Сваллоу был прямо по горизонту. Сжав зубы, мужчина широко улыбнулся, они прибыли.       Коразон поставил его в ужасное положение. Почему он его никогда не слушает? Пятна на лице Ло разрослись до непомерных размеров, мелкие ручки натягивали на голову шубу непутевого братца, Ло давился слезами, упрямо сжимал зубы и отворачивал лицо от пирата. Дофламинго нашёл ребёнка в оплаченной комнате отеля на окраине города. Благо хоть не на улице.       На землю, покрытую тонким слоем снега, капают крупные слезы, пока Ло сжимает пальцы, ломая перья на шубе.       — Его здесь нет. Он просто… Просто пропал утром.       — Ло, мы его найдем.       — Он…       Мужчина нагнулся, подхватывая мальчишку закутанного в черную воронью шубу, прижал к груди, ледяные ручки сжали его рубашку на груди.       — Он тебя не бросил, Ло. Роси отправился тебе за фруктом.       — Почему он не сказал… — Мальчишка икнул и поднял голову.       — Потому что упрямый осел. Как ты себя чувствуешь? — Дофламинго успокаивающе прижал пацана ближе. Он даже Детку Пять так не утешал, Росинант будет должен ему по гроб жизни.       — … — Мальчик устало уткнулся лицом в плечо Дофламинго и едва слышно шепнул. — Устал… Доффи?       — Да?       — Я умру? — Трафальгара тряхнуло в объятьях мужчины, мальчишка поднял плечи. — Я не успел убить ни одного дозорного, никого из правительства, а уже умираю.       — Не умрешь. Я тебе это обещал, а я никогда не нарушаю обещания, — мужчина энергично растер спину Трафальгара. — Мы тебя вылечим, не сомневайся.       Мужчина нахмурился, широко шагая к Нумансии, стоило поторопиться, если Ло обнаружил пропажу Коразона только утром, то он ещё не ушел далеко.       Мороз кусал плечи под тканью рубашки, пальцы ног поджимались в тонких туфлях, мужчина ссутулился в попытке согреться и мрачно затянулся сигаретой. Горячий дым наполнил охлажденное горло, спускаясь ниже, и задержав его в лёгких, мужчина выдохнул через нос. Время капало укрываясь почти тёплым снегом, кружащим перед глазами. Снежинки ложились поверх рубашки, почти тут же тая и пропитывая ткань влагой. На холодном ветру образовывались ледяные корочки. Несмотря на неудобство, Роси все равно считал, что Ло шуба была нужнее.       Пробраться на остров не составило труда: он не охранялся, кочевнический ритм жизни местных жителей позволял избегать лишних взглядов, а брошенные дома позволяли скрываться от случайного наблюдения. Проблема была в другом. Он опоздал. Бросил Ло, заставив брата отвлечься от острова, сбежал вперёд парусов, а тут уже стоит корабль дозора и пиратов. Вот же ублюдство.       Остывший заброшенный домик с дырами в потолке дал Коразону краткое прибежище, пока он обдумывал ситуацию. Его тревожил преследующий его взгляд, стреляющий меж лопаток будто из тяжёлого ствола. Едва свернув в полуразрушенную улицу, наблюдатель будто приклеился к его спине, настойчиво, раздражающе, будто ведя в ловушку. Из заброшки через пару домов, спину грел настойчивый взгляд, ловящий каждое движение Росинанта через оконный проем. Даже скрывшись за остатками ледяной стены, ощущение взгляда не отпускало. Для дозорного взгляд был тяжелым, а маскировка превышала ожидания. Пираты так не мелочились — заточка в бок и нет подозрительного мужика. А тут — ни рыба ни мясо. Если бы хотел накрыть — уже бы позвал подмогу, так что можно подождать.       Отвлекшись от размышлений, Коразон, прищурив глаза, выдохнул дымок в воздух и вздохнул. Ледяной воздух стремительно охлаждал тело, резал снежинками кожу, губы трескались от столкновений горящей сигареты и ледяных прикосновений. Надо было решать. Пираты с фруктом были в здании почти в центре острова, дозорные с противоположного края острова уже направлялись к логову.       Ощущение наблюдения исчезло, а на плечи легла тёплая чёрная шуба, ноги будто вросли в пол, невозможно было пошевелить даже кончиками пальцев, губы обожгло. Скрип снега под подошвами ботинок предупредил о приближении брата. Дофламинго пылал сдержанной яростью, тихий смех разрезал холодный воздух.       — Росинант, бросать маленьких мальчиков в ночи — плохой тон. Ты точно в курсе, что так поступать с детьми не стоит.       Росинант скривил губы. Ссориться вот прямо сейчас о делах давно минувших дней не хотелось, но Доффи прямо нарывался. Покосившись себе за спину, Роси выплюнул сигарету, высказывая все что он думает о претензии в отношении Ло.       — Как хочешь, чтобы я выглядел потом? — Почувствовав как нити отступили, мужчина повёл головой из стороны в сторону, хрустя шеей, отерся щекой о чёрные перья на плечах.       — Я бы предпочел твою рожу.       Укоризненный тон неприятно царапнул сознание, Росинант недовольно поморщился. Перекраивать планы на коленке перед выступлением было отвратительно тактикой.       — Это принесет много проблем.       — А меня не ебет.       — С дозором тоже, Доффи. Подумай ещё.       — Роси, не лечи мне мозги.       — Тогда нужен другой план, — мужчина помолчал, жуя фильтр сигареты, — это не выгодная игра.       — Плевать, — тёплая ладонь легла поверх плеча Росинанта. Роси вздохнул и перевел взгляд на брата.       — Че ты такой довольный?       Дофламинго широко ухмыльнулся, подразнивающе отвечая со всей серьёзностью в дурашливом голосе:       — Мне не придется тебя убивать. Оно того не стоит.       Росинант округлил глаза, следом чуть прикрывая веки и оглядываясь сильней. Дофламинго прижался к его плечу своим, нагло вторгаясь в пространство и смешивая перья на шубах.       — Так понарошку же.       — Даже понарошку, Роси, это не приятно.       — Ты убрал наблюдателя?       — Нет.       — Дерьмо. — Росинант постучал пальцами по бедру Дофламинго, отбивая ненавязчивый ритм.       — Ну и хрен с ним.       Пальцы в отместку стучали совсем другие слова, Росинанту не нужна была ден ден муши, а Дофламинго переводил любые слова морзе от Росинанта на автомате, сказывалась долгая практика: «Скорее всего шпион, нужно быстрее. Войдем и выйдем? Как далеко действуют твои способности?».       — Хрен с ним. Обождем пару часов и подойдём со стороны дозорных. Оттуда будут ждать гостей.       Перехватив пальцы Росинанта, Доффи погладил тыльную сторону, начав с запинками отстукивать короткое: «Пойдём сейчас. Приземлимся сверху. Сможешь оглушить?».       — Да, нормально. Думаю, они купятся.       «Принято» — Росинант оглянулся в сторону отсутствующего наблюдателя и коротко выдохнул:       — Через двадцать минут. Что?!       Обхватив брата рукой за талию, Дофламинго подцепился к проходящим кучевым облакам, вздергивая обоих вверх прямо сквозь отсутствующую крышу, игнорируя вытаращенные глаза Роси и его утонувший в розовой шубе вскрик. Натяжение нитей плотными слоями обхватили тело, жёстко фиксируя руки заведенными за шею Дофламинго, обвязка вокруг бёдер фиксирующе сжалась поверх брюк.       — Держись крепче.       — Доффи… — Росинант перехватился за шею Дофламинго крепче, — я мог и сам…       — Ты спотыкаешься даже в воздухе, держись.       Ледяной ветер и брызги снега в глаза, заставили Коразона зажмуриться и уткнуться в плечо брата. Под ногами стремительно удалялись заброшенные домишки, свет ламп из окон угасал под снегопадом. Сильные плечи под руками перекатывались мышцами, когда Доффи перебрасывал их с облака на облако. Это было восхитительно и отвратительно. Пропасть под ногами и полное отсутствие контроля переданного брату.       — В центре острова. Лачуга с пьяными пиратами.       — О да, достойная добыча, Росинант, — посмеялся Дофламинго, — пьяные пираты это твой уровень.       Росинант злобно запыхтел, дёрнул за волосы на загривке Дофламинго, не зная как ещё выразить уровень недовольства от своих бултыхающихся в воздухе ног. Барахтаться навесу в паре километров от земли не было его любимым занятием со времен академии. А снежная крупа, режущая лицо, не доставляла удовольствия и в менее экстремальных условиях.       Захват фрукта прошёл почти скучно. Мелкая лачуга освещенная изнутри керосиновыми лампами, зияла приоткрытыми окнами и дверьми. Не было даже минимальных смотровых. Дурные пираты совершенно расслабились.       Ступив на землю, Росинант присмотрелся к размеру домишка и, кивнув, щёлкнул пальцами, позволяя накрыть весь дом тишиной. Снег накрыл их следы, когда Росинант и Дофламинго проникли внутрь. Бесшумно ступая по доскам, братья миновали подсобные помещения, в которые Росинант заглядывал с отрешенным видом, чисто по привычке не оставлять свидетелей. Дофламинго игнорируя осторожные шныряния брата, шёл прямо на взрывы смеха смешанные со стеклянным звоном бутылок, доносящимся из одной из дальних комнат.       — Эй, Жак, там кто-то пришел, пойди проверь!       — Я тебе че, мартышка на поводу? Сам сходи проверь!       — Вдруг это дозорные, вы с ними пара мартышек, тут же подружитесь! — Взрыв гогота заглушил скрипнувшую дверь. Росинант широко ухмыльнулся и кинул взгляд на брата, кивнув на зал с пиратами, отступил назад, собираясь обойти с другой стороны и забрать фрукт. Дофламинго в ответ широко ухмыльнулся и беззвучно засмеялся. Нити стрельнули во все стороны, ощупывая все на своём пути как щупальца. На пару мгновений сгустки нитей скользнули за шиворот Росинанта, взъерошили волосы под шапкой и отпустили, убираясь вглубь дома. За дверью заорали пираты, остро запахло кровью, крики сменились бульканьем и влажным стуком о пол, Коразон щёлкнул пальцами и захлопал по карманам в поисках сигарет. Мертвая тишина накрыла весь домик.       — С тобой гораздо проще. Остались только дозорные. А ты убил наших подставных.       Скучающий голос Коразона разрядил тишину, щелчки зажигалки озарили полумрак, освещая тёплыми рваными огнями опущенные уголки губ Росинанта.       — Мы возвращаемся к мёртвому мне? — Ехидный тон соседствовал с широкой кривой ухмылкой, повторяющей изгиб нарисованной и кровавым прищуром глаз.       — Ты мог сказать, что нам нужны подставные «утки».       — Мог. Но тогда ты бы не согласился.       Дофламинго раздражённо опустил углы губ. Дразнить брата было весело, но вот пара уток им бы точно не помешала. Скрип снега, слышимый только владельцу Наги-Наги, позволил Росинанту замереть, вскинув ладонь, и проскользнуть в соседнюю комнатушку, из которой был виден вход. А вот и наша уточка. Росинант приподнял край губ. Видимо дозорный хотел сорвать двойной куш и не делиться с коллегами по цеху, но ему не повезло. Дофламинго заглянул вслед за ним, на его виске от раздражения пульсировала вена.       — Кто там?       — Дозорный. Один. — Росинант потарабанил пальцами по оконному откосу, — Если пропадёт и этот дозорный, а следом его тело обнаружат на какой нибудь территории, что не заняли пираты Донкихот…       — Да.       — А тела…       — Сжечь.       — Может тут даже есть пара гранат.       Росинант обернулся на Дофламинго, выпрямился, приближаясь к его лицу вплотную.       — Ты не передумал? Прикончить меня здесь было бы разумно и правдоподобно. Дальше мне будет сложно поддерживать нас не из тени. А если буду мёртв, то будет проще.       Росинант взмахнул руками, тут же захлебываясь собственной речью, ибо Дофламинго перехватил рубашку на груди брата, крепко встряхивая и видимо очень стараясь не взорваться.       — Донкихот Росинант, ты сейчас заткнешься, найдёшь гранаты, а я пока отправлю дозорного в долгий путь на Нумансию. Ты меня понял?       Губы перед глазами Росинанта, скривились в ярости, а голос перешёл в очень спокойные интонации.       — Ладно, ладно. Усложняешь мне работу.       Росинант пожал плечами, отстраняясь от Дофламинго и уходя внутрь помещений. Брат неосознанно очень сильно усложнял ему жизнь и работу по всем фронтам. С него наверняка спросят за фрукт, за присутствие Нумансии в порту Миньона, за его тур по больницам с уничтожением врачей. И это притом что он ещё не придумал о чем лгать Сэнгоку если тот позвонит. А тот уже звонил раз пять минимум за последние десять дней. Всё складывалось просто отвратительно. И как теперь выкручиваться?       Распахнув дверь в помещение с пиратами, Коразон скривил губы в отвращении. С Доффи конечно было проще, но вот куски тел что усеивали пол, выглядели гадко: лужи крови уже добрались до порога и начали подсыхать, кишки, вывалившиеся из трупов, масляно блестели в свете керосиновых ламп, ровные срезы обрубков рук и ног не просто намекали о Доффи и его фрукте, а скорее выделялись, как неоновая вывеска над заведением Тесоро. Запах стоял отвратительно мерзкий, густое амбре крови, спиртного, испражнений. Доффи вообще не контролировал, что творил. Может посоветовать пару практик дыхания из рокусики? Голова смутно трещала в духоте запахов. Оглянувшись по сторонам, мужчина начал шагать по относительно чистым участкам пола, заодно приглядываясь к барахлу наваленному горами по краям, где-то рядом должна быть шкатулка с фруктом.       — Доффи, я нашел. Ты поймал дозорного? — Росинант уже почти привычно возник за спиной, придерживая подмышкой сундук, светлые брюки вымазаны в кровище, шапка почти слетела с головы, а взгляд бегает по Дофламинго, что все еще стоял у окна. Дофламинго растянул губы в улыбке, брат как обычно споткнулся на ровном месте, так еще и похож теперь на дьявола морского, который решил не доедать очередного грешника. Смешной он все же. Дурное чудовище.       — Пойдем?       — Конечно.        Возле деревянной двери застыл дозорный, вокруг рта которого во множество слоев были намотаны нити, руки, опущенные по швам, крепко сжимали табельное оружие, взгляд дрожал, наблюдая за зимним пейзажем. Росинант пошоркал о снег подошвами туфель и потянулся.       — Ты звонил и звонил… Звонил и звонил… — Спина Росинанта замерла, плечи опустились, и мужчина удобнее перехватил сундук с фруктом.       — Как ты ушел? Я ставил ловушки. Ещё и Ло прихватил.       Дофламинго зашагал вперед, потянув следом за собой дозорного, тот споткнулся, упав лицом в стылую слякоть, на что пират, не обратив внимания, просто потащил по земле как мешок с дерьмом. Росинант умел интриговать. Даже зная примерный конечный маршрут брата, выследить его было не просто. Дофламинго и шпионы Трэбола прибывали буквально на следующий день, или несколько часов позже, после отбытия Росинанта и Ло с островов. Горящие клиники впечатляли. Бегающие в панике жители, умершие врачи и слухи о чокнутом «Папаше» с ребёнком на руках. Но почему, этот «Папаша» сжигал клиники, никто не знал.       — Ты не везде их поставил. Я ушёл через окно в детской. Мелких ты не на столько пасешь. — Росинант приостановился и широко улыбнулся, полуобернувшись к Дофламинго.       — А если б пас? — С проснувшимся любопытством уточнил мужчина, нагоняя Росинанта и подстраиваясь под шаг в абсолютной синхронности. След от дрыгающихся ног дозорного заметал следы пиратов. За спиной рвануло здание, осыпая округу кусками горящего дерева, каменной крошкой и остатками пиратской расчлененки.       — Фу… — Коразон, недовольно скривив губы, потёр мизинцем в ухе, — какая мерзость все же.       — Вот кто бы говорил, — ехидно прокомментировал ханжество брата Дофламинго. Как самому больницы взрывать, так это во имя Ло и его лечения, а как пираты кусками разлетаются так «Фу».       — Кора!       Росинант почти споткнулся, когда Ло врезался ему в колени, застывая и отказываясь отстраняться.       — Отчаливаем! — Дофламинго пошёл мимо, помахав ладонью Диаманте. Детка Пять любопытно запрыгала вокруг лидера, удаляясь следом, пока мужчина пытался отстраниться от Трафальгара. Открыв и закрыв пару раз рот, возвел взгляд в небо и оглянулся по сторонам, обнаружив Трэбола. Приставил палец к своим губам, требуя чтобы тот молчал, на что мужчина плюнул за борт, уходя в каюты. Ещё раз оглянувшись, щёлкнул пальцами, накрывая их с тишиной       — Ло…       — Ты лгал мне! — Мальчишка, размахивая маленьким кулаками, обрушил удары на ноги Коразона, заставляя охать и ахать.       — Ло!       Уловив момент, Росинант подхватил ребёнка на руки и, едва не навернувшись о собственные ноги, присел на ближайшие ящики с запасным бухтами веревок, устроив мальчишку на колене. Распахнул сундук, с удовлетворением оглядывая фрукт Опе-Опе.       — Ешь!       — Коразон!       — Ешь! — закусив губу, мужчина насильно сунул фрукт в рот Ло, заставляя откусить. Мальчишка скуксился в отвращении, на глазах выступили слезы, но Росинант продолжил впихивать фрукт в рот Ло. Маленькие ручки схватились за запястье мужчина и Росинант будто очнулся, опуская плечи и прекращая впихивать в ребёнка эту гадость.       — Я так рад тебя видеть, Ло… — Мужчина жалко приподнял губы в улыбке, сгребая мальчика в объятья, вжимая в себя. Дрожь в руках не унималась, пальцы поглаживают тонкие косточки хребта, поджав губы, он был счастлив. Ло жив и вот-вот станет здоровым. А все остальное решаемо.       Вскинув лицо, Ло потянулся вверх, обхватывая руками шею Росинанта.       — Не плачь. Я тут должен плакать. Ты же большой…       Росинант крепче обнял Трафальгара, губы тряслись, из носа текло, рыдания прорывали горло, несмотря на все мысленные увещевания не расклеиваться перед ребенком.