Похожая

      Пенакония – планета возможностей, мечт и неплохих курортов, если вы устали от насущего мира. Пенакония – мир, где вы забудете о своих проблемах и сможете быть, кем захотите. Пенакония – планета, где мечты становятся реальностью. Пенакония – место, где веселье не заканчивается никогда.       Именно такие заголовки будут кричать из каждого утюга, и зазывать вас на планету Пенакония отдохнуть и пропить все ваши деньги. И такая реклама работала как миленькая. Множество посетителей на планете говорило о том, что бедность этому миру не грозит, а вот её посетители не факт что останутся хоть с копейкой в кормане.       Искорка давно хотела попасть на эту планету. Особенно после реклам, что играли на каждой развитой планете. Жаль, что нормально расслабиться ей не получиться. Она прибыла на Пенаконию не просто так, у неё был заказ, который бы стоило выполнить. Но, если планета останется живой, она обязательно на ней отдохнёт после работы.       Девушка размяла мышцы, которые затекли за время поездки, и подошла к девушке на ресепшене.        – Здравствуйте, – мило поздоровалась с ней администраторка, – вы зарегистрированы у нас?        – Конечно, – Искорка мило улыбнулась, – моё имя Хоухуа.       Администраторка уткнулась в свой компьютер в поиске нужного имени. Искорка закатила глаза на свой псевдоним. Какое глупое имя они придумали, вот лучше бы выбрать дали ей.       Имя искалось долго. Видимо гостей было много и имя на будку «Х» вряд ли будет в начале списка. Но ожидание раздражало Искорку, и она начинала недовольно стучать ногой. Там в мире снов происходит что-то интересное и без неё. От скуки она решила рассмотреть гостей.       Гости были разными, но она посчитала всех скучными. В них не было искры, в них не было ни капли интересных черт, которые бы Искорка хотела раскрыть и узнать. Все они были серыми. От чего она вздохнула. Что-то сегодня не её день.        – О! Я нашла вас мисс Хоухуа, – администраторка протянула Искорки ключи. – Надеюсь вам понравится у нас.        – Спасибо, – продолжала мило улыбаться Искорка, забирая ключи, – я тоже надеюсь, что мне у вас очень понравиться.       Искорка осмотрела ключи. На цепочке весело два небольших ключика, видимо внутри было два замка. Это было интересной деталью. Искорка решила, что эта информация в будущем ей могла бы помочь, наверное, если у этой планете будет будущее.       Направляясь к лифтам, внимание Искорки привлекла небольшая компания. Примечательным из них был мужчина среднего роста и блондинистыми волосами. Он показался ей знакомым, но она решила не заострять на этом внимание, мало ли блондинов во вселенной. Но вот шуба у него была странно знакомой.       Попав уже в свою комнату и замкнувшись на оба замка, девушка начала разбирать свои вещи. Их было не много: маски, которые ей могут понадобиться для работы, письмо заказчика, оружие для самообороны. С собой в мир снов она хотела забрать маски и небольшой пистолет. Она считала, что этого ей хватит.       Она осторожно проверила температуру в ракушке, будто собиралась погрузиться в ванну, и только после этого осторожно погрузилась в воду и в сон. К её удивлению сон пришёл быстро. Очень быстро. Толи это тёплая вода виновата, толи аромат в комнате.       Открыв глаза, Искорка оказалась в своём же номере, что её немного расстроило. Она подумывала, что переход в мир грёз будет производиться куда более интересным способом, а не простым засыпанием в тёплой воде.       Она проверила свои маски и пистолет. Было удивительно, но они перенеслись с ней в сон. Она выдохнула и направилась на выход из комнаты. Отель во сне ничем не отличался отелю из реальности, что заставило Искорку задуматься, а может она не перенеслась в мир грёз? Может она, просто рано открыла глаза? Но дверь её номера была открыта.       Искорка решила немного прогуляться по миру грёз, пока не настало время ей действовать. Только выйдя из отеля, она поняла, почему Пенаконию любят гости из других миров. Вне отеля мир был иным, полон некого сюра, что отлично подходило к миру сна и мечт.       Искорке так понравились бегающие за всеми рекламные щиты. Они для неё казались забавными, особенно когда от тех убегали уже порядком уставшие гости. Искорка от них не убегала, она наоборот подстрекала рекламные щиты бегать за людьми и с этого смеялась.       Но долго на одном месте тоже не интересно сидеть. Всё-таки пока её время не пришло, у неё было немало времени изучить мир так, чтобы она могла применить свои способности на выполнение задания. Первое, что она начала изучать, первая её локация для приключения, Золотой миг       Золотой миг был очень оживлённым местом. Людей было огромное количество, все были навеселе: пили, пели, танцевали. Эти вайбы нравились Искорке, и она даже присоединилась к некоторым, чтобы слиться с народом, чтобы не привлекать к себе внимание.       Музыка и весёлые люди позволили ей расслабиться и забыться обо всем. Мир, казалось, вертелся вокруг неё, казалось, что она главная героиня некой пьесы. И это очень нравилось девушке. Она любила быть главной звездой на сцене так же сильно, как и второстепенным персонажем.       Искорка пробегала весь Золотой миг, залезла во все дыры и напакостничала чуть ли не каждому гостью мира грёз. И вот сидя на крыше и доедая мороженное, она заметила свою цель. Девушка с серыми волосами средней длинны, в короткой юбке, футболке и длинном плаще. Тут искорка вспомнила, что видела её на ресепшене в реальном мире.        – Хм, – усмехнулась Искорка самой себе, – так у нас судьбоносная встреча.       Она спрыгнула с крыши и достала маску. Она не знала в кого она перевоплотиться, не знала, кого сейчас будет отыгрывать, но пора было действовать. Иначе она потеряет цель.        – Какие люди! – Поприветствовала она свою цель.        – Сампо? – Девушка удивлённо вскинула бровь, а потом нахмурилась, будто вспомнила что-то неприятное. – Удивлена тебя тут увидеть. Ты в отпуске что ли?       Ах, Сампо. Искорка и не думала, что цель уже знакома с кем-то из Недотёп в масках, но это было и хорошо. Расположить к себе тогда цель было намного проще, чем, если бы она показалась ей в обличии незнакомца.        – Стелла, – девушка, которую Искорка не заметила, обратилась к цели, – ты его знаешь?        – К сожалению, – устало вздохнула Стелла. – Так что, Сампо? Что ты тут делаешь?        – Как и все на Пенаконии, – улыбнулась искорка в облике Сампо, – отдыхаю. Место самое то, чтобы расслабиться и забыться. Ты ведь тоже тут отдыхаешь?        – Ну да, нас вообще пригласили, – Стелла пожала плечами.        – Как приятно было с тобой увидеться, – продолжала улыбаться Искорка-Сампо, – но у меня для тебя есть небольшой совет, подруга. Послушаешь старого друга?        – Мы не друзья, – напомнила Стелла, но махнула рукой на это. – Что ты хочешь мне рассказать.        – Мир Пенаконии, как и её гости, довольно таинственны. Я бы не доверял тут каждому первому встречному.        – Ты тоже не из приятных встречных тут, – Стелла скривилась. – Почему я должна доверять тебе?        – Вопрос хороший, но мы хотя бы познакомились раньше.        – Это не та причина, которая меня к тебе расположит.        – Просто будь осторожна и всё, – Искорка-Сампо пожала плечами и развернулась, чтобы уйти.       Девушка рядом со Стеллой показалась ей странной и может тоже знакомой. Искорка на мгновенье подумала, что что-то в последнее время слишком много знакомых встречает на Пенаконии.        – Какое странное чувство, – пробормотала девушка, снимая с себя маску. – Чувствую, что эта поездка будет самой лучшей у меня.       Искорка завернула за угол, желая скрыться с Золотого мига, как она врезалась в кого-то. Она приземлилась на задницу и злобно посмотрела вверх.        – Смотри куда идёшь! Или очки дома забыл? – Злобно выкрикнула она, желая привлечь к себе внимание.        – Я бы не советовал Недотёпе так громко разговаривать, – тихий, спокойный мужской голос звучал устрашающе, но Искорка была не робкого десятка.       Она внимательно рассмотрела мужчину перед ней. Высокий, накачанный, мужчина с усталым взглядом смотрел на неё сверху вниз, закуривая сигарету. Кажется, он несколько не удивился Недотёпе в маске перед ним, и даже не испугался и не позвал охрану.        – А ты собственно кто? – Искорка встала, отряхнув пыль с наряда.        – Галлахер, один из «гончих», – спокойно представился он. – Если не хочешь проблем, иди молча за мной.       Искорка хотела передразнить его, сообщить, что единственный у кого могут быть проблемы это он, но она промолчала. Что-то в мужчине её настораживало. Не пугало. Её давно ничего не пугает, но настораживало. Что-то глубоко говорило ей, что с этим мужчиной шутки плохи.       Они шли не долго, пока не оказались на крыше. Перед Искоркой открылся просто прекрасный вид на весь мир грёз, из-за чего её дыхание перехватилось. Вид был прекрасен, и она не могла это отрицать.       Мужчина рядом с ней достал сигарету и предложил ей. Она согласилась. И они, молча куря, постояли ещё пять минут. Искорка не понимала, почему её ещё не сдали и почему на Пенаконии такие ужасные сигареты.        – Что Недотёпа забыла на Пенаконии, – наконец нарушил тишину Галлахер.        – Отдыхать приехала, – улыбнулась она. – О вашей Пенаконии по всей вселенной трезвонят, грех не посетить.        – Как ты вообще смогла пройти на ресепшене?        – Вам надо не именами проверять, а фото, тогда бы меня не пропустили и охрану вызвали.        – И какое имя ты себе взяла?        – А вам все расскажите, мистер пёсик, – она потушила сигарету о перила. – Я так понимаю, я вам нужна?       Галлахер тяжело вздохнул и тоже затушил сигарету. Он не спешил с ответом, долго смотрел в горизонт и о чём-то думал. Искорка не могла точно сказать, о чём думал мужчина, но его уставший взгляд просто говорил о прожитых годах долгий работы и усталости от всего, что только с ним было.       Мужчина устало обвёл взглядом место, где они были. Искорка тоже ещё раз пробежалась по месту. Крыши возвышались над красивыми видами мира грёз. Людей было почти не видно, что очень её забавляло. Будто под ногами бегали муравьи.        – Я видел, как с помощью маски ты приняла другой вид, – хрипло сказал ей Галлахер. – Полезная вещица.        – Спасибо, мне тоже нравятся мои масочки, – довольно улыбнулась Искорка.        – Ты с помощью них любой облик можешь принимать? Настраивать облик можно?       Искорка удивлённо посмотрела на Галлахера. Она не понимала, что он от неё и её масок хотел, но ей уже не нравился курс разговора. Лучше бы её схватили и выгнали с Пенаконии, как обычно делали.        – Ну, если я хорошо рассмотрю нужный облик, то смогу принять его. – Пожала плечами Искорка, – А ты это к чему спрашиваешь, пёс?        – Есть у меня к тебе дело, Недотёпа, – Галлахер посмотрел на Искорку. – Скоро тут начнётся кипишь и шум. А вам Недотёпам это, я слышал, это нравится.        – Смотря, какой кипишь и шум, – Искорка прищурила глаза. Она была заинтересована.        – Одну из представительниц верхушки должны будут убить. Эта жертва нужна. От тебя я бы хотел получить помощь, чтобы ты отвлекла брата этой персоны.        – Отвлекла? – Искорка вскинула бровь. – Кого? И насколько сильно его надо отвлечь?        – Его им Воскресение, он занимает высокую должность. – Галлахер вновь достал сигарету и закурил. – Сначала тебе надо притвориться мёртвой его сестрой для нужных лиц, а потом водить его за нос, чтобы он не сразу понял, что тут происходит.        – Ты так говоришь, будто я уже согласилась на твой план.        – Ты продолжаешь говорить со мной, значит, ты согласна работать со мной, разве нет?       Искорка не могла не улыбнуться его логике. Ведь он был прав. Будь она не согласна, то давно бы ушла и не стала бы и слушать его. Но это все интриговало. Она не могла не представить себя на месте главной героини в спектакле, который будет ставиться сейчас на Пенаконии.        – Тут ты прав, я бы уже давно ушла. Так кого мне надо изобразить?       Галлахер достал фотографию красивой девушки. Её длинные ухоженные лавандовые волосы красиво спадали на её плечи, а вечернее платье будто переливалось на свету прожекторов. Девушка была настолько красивой, что даже искорка забыла, как дышать.       Галлахер, заметив реакцию Недотёпы, резко убрал фотографию, отчего Искорка издала недовольные звук. Это явно его повесили, он улыбался. Устало, но улыбался.        – Понравилась девочка?        – Да, очень красивая. Приятно знать, что мне надо отыграть такую красавицу.        – Это Зарянка, главная звезда Пенаконии… – начал Галлахер, но Искорка его оборвала.        – Я знаю её. Ваша Зарянка известна по всей вселенной, давай без предисловий. Мне надо отыграть милую сестрёнку кого?        – Его зовут Воскресенье. Он очень любит и заботится о своей сестре и именно поэтому нам нужна подставная Зарянка.        – Мне даже стало интересно, а где настоящая Зарянка?        – А это уже тебя не касается, Недотёпа, – Галлахер потушил сигарету и опёрся на заборчик. – Ты должна отыграть роль Зарянки и всё, больше ничего не нужно от тебя.        – Уф какие мы скрытные, – Искорка сделала вид, что обиделась, но выхватила фотографию из рук Галлахера. – Давай начинать игру!

***

      Искорка осторожно проскользнула мимо других «гончих». Галлахер пообещал, что её пока не тронут, пока она помогает ему и отвлекает Воскресенье от закадровых дел. Чем он там занимался и зачем ему смерть Зарянки, Искорку не волновало. Саму её волновал лишь игра, которая собиралась разыграться на сцене Пенаконии.       Только что она умело отыграла прекрасную мёртвую девушку. Ей нужно было выдавать премию за такую игру, но жаль ей не платят за это. А был бы договор, она бы всем рассказывала, как на Пенаконии играла роль известной Зарянки.       Она быстро преодолела коридоры отеля и оказалась в просторном кабинете с большим круглым столом посередине. Искорка оглядела быстрым взглядом комнату, но не нашла ничего такого, что могло причинить ей вред. Пройдя по кабинету, она села за стол и принялась ждать. Галлахер сказал, что Воскресенье должен скоро прийти с важной секретной встречи. Откуда это знал Галлахер, если встреча секретная, Искорка знать не хотела, это её не волновало.       Двери открылись, и на пороге появился молодой мужчина в строгом костюме. Искорка сразу его узнала. Было тяжело не узнать высокого беловолосого мужчину с крыльями за ушами. За головой у него золотой нимб с деталями, напоминающими глаза, что символизирует его галовианское происхождение. Узнать нужного человека для искорки было не сложно.       Воскресенье устало вздохнул и расслабил галстук. Подняв голову он наконец увидел гостью в кабинете. Сейчас он видел перед собой свою сестру, такую же галовианку как и он, Зарянку, отчего улыбка появилась на его лице. Искорка не могла не заметить, что Воскресенье был рад видеть свою сестру, значит у них хорошие отношения.        – Заря, – Воскресенье обнял девушку, – ты вернулась домой. Как прошло путешествие?        – Всё прошло хорошо, братик, – Искорка улыбнулась. – Я так по тебе соскучилась.        – Я верю, Заря, – Воскресенье выпускает Искорку из объятий и проходит мимо неё. – Я рад, что ты вернулась домой, где ты теперь будешь в безопасности. Как твоё горло?       Искорка на мгновенье задумалась. Сейчас важно отыграть милую сестрёнку как можно лучше. Она повернулась к Воскресенью и мило улыбнулась. Нельзя дать себе выдать себя же.        – Намного лучше, уже и петь могу. Правда ещё сильно хриплю, и меня просят сильно не напрягаться.        – И правильно тебя просят, – Воскресенье решительно кивнул, – я бы тебя оставил на больничном дома.        – Но я не могу, – Искорка поправила волосы, – ты же знаешь, что моя мечта открывать сердца всем во вселенной. Даже если ты запрёшь меня в клетке нашего дома, то я сбегу.        – Я знаю, поэтому просто беспокоюсь о тебе, пока ты где-то во вселенной и подвергаешься опасности.       Искорка подумала, что Зарянке повезло со старшим братом. Заботливый, поддерживающий. Она могла точно сказать, что Воскресенье был прекрасным молодым человеком, идеальным парнем. Ну, или с сестринским комплексом. Искорка не верит в идеальных людей.       Пока она молча рассматривала Воскресенье, тот что-то набирал на телефоне, а потом сел за стол и кивнул на соседний стул, приглашая Зарянку.        – Расскажи мне, Заря, что у тебя происходило, пока ты покоряла вселенную своим голосом.       Искорка поняла, что тут начнётся её главная роль. Сейчас она отыграет роль девушки, что путешествовала по всей вселенной и пела для каждого человечка в бескрайном космосе. И Искорка начала свой длинный рассказ.       Она внимательно следила за эмоциями Воскресенья, чтобы знать верит он или не верит. Получается ли у неё хорошо отыграть его сестру. Самое сложное это правильно отыграть родственника. Она верила, что актриса она хорошая, но то, как вела себя настоящая Зарянка со своим братом. Отыгрывать перед знакомыми или друзьями всё же было легче.       Воскресенье сидел, подперев голову руками, и внимательно слушал сестру. Можно было заметить, как он затаивал дыхание, когда та рассказывала о нападении бандитов, или как она убегала от сумасшедшего фаната. Под конец истории Воскресенье уже и не рад был узнать, как его сестра жила в своих приключениях.        – Но ты сам попросил рассказать, – Искорка не могла не улыбнуться, смотря как Воскресенье хмуриться.       – Я же не думал, что у тебя были не милые приключения, а набор историй для ужасов, – он поднялся со своего места. – Я заказал ужин, но что-то он задерживается. Я пойду проверить, а ты сиди тут, жди.       Искорка хотела было начать возмущаться, но быстро одёрнула себя. Она сейчас милая певица, что пережила перестрелку и приехала домой, чтобы спеть на празднике и отдохнуть в компании брата. Ей пришлось кинуть, хоть план сидеть в душной комнате ей не особо нравился.       Воскресенье помахал рукой и вышел из кабинета. Теперь это место было под хозяйством Искорки, и так не заставила себя сильно ждать, начала искать какую-нибудь интересную информацию об Воскресенье. Ну не могут быть такие люди идеальные без скелетов в шкафу.       Её внимание привлекла фотография на столе. Там был изображён Воскресенье, Зарянка и девушка, совершенно не вписывающая в идеальный дует брата и сестры. У девушки были длинные каштановые волосы и отсутствовали крылышки. Она была не галовианкой, просто человек.       Искорку поразило в фотографии то, что она просто лежала на столе. Не стояла, чтобы ей любоваться, а лежала изображение вниз. Получается фотография была важна, но не настолько, чтобы на неё смотреть.       Обычная девушка с двумя высокопоставленными жителями Пенаконии. Искорку это заинтересовало. Ведь она с этой девушкой были будто близнецы. Только незнакомка носила распущенные волосы и очки. Жаль Галлахер ничего не рассказал об Воскресенье побольше, чтобы Искорка могла надавить на него и заставить работать так, как ей нужно было. Оставалось выяснить всё самой, как всегда.       Она положила фотографию на место, ровно так как она лежала, чтобы не сдать себя. Хотя если Воскресенье и узнает, то что он сделает? Поругает сестру за то, что она смотрела на фотографию где она тоже присутствует? Это вряд ли.       Искорка прошлась по кабинету несколько раз, рассматривая каждый уголок комнаты в поисках ещё каких-либо тайн. Возможно кабинет не то место, где Воскресенье хранил бы тайны свои, но что-то то должно было быть. Пока эти «что-то» была фотография и больше ничего важного.       В документы ей не хотелось лезть, потому что дела самой Пенаконии её волновало не очень. Ей было абсолютно всё равно, что будет с этой планетой. Планеты рождаются и умирают чуть ли не каждый день. Но вот люди на этой планете, Искорке хотелось поиграть на их нервах очень сильно.       Она вновь подошла к столу и взяла фотографию. В ней должна была быть подсказка. Что-то ж её смущало. Странная зародившаяся в груди тяжесть не отпускала её, пока фотография была в её руках. Но долго задумываться над ситуацией ей не дал Воскресенье, который вернулся с подносом еды.        – Что ты там нашла? – Спросил он, ставя поднос на другой стол.       Искорка не знала как отреагировать и быстро поставила фото на стол.        – Да вот, фото старое наше рассматриваю, – голос прозвучал грустно, будто она скучала по старым дням.       Воскресенье нахмурился, пытаясь понять, какое фото у него может стоять на рабочем столе, а потом подошёл рассмотреть его самостоятельно. Его брови ещё сильнее нахмурились, когда он забрал у Искорки фотографию.        – Да, фото и правда, старое, – тихо проговорил он, будто только для себя. – Тебе не стоило его видеть. Я правда уже не пытаюсь как-то найти её.       Искорка внимательно смотрела за реакцией Воскресенья, стараясь не упустить ни капли информации, которая поможет ей отыграть. Но Воскресенье замолчал и просто смотрел на фотографию. Он не двигался, не говорил ничего и больше никак реагировал на Искорку, хотя та пару раз пыталась перевести тему. В итоге ей это надоело и она с силой забрала фотографию.        – Не стоило мне воротить прошлое, – Искорка положила фотографию изображение вниз, чтобы Воскресенье больше не видел.        – Нет, это я должен был убрать фотографию ещё давно со своего стола, но привязанность к ней мне не позволила, – Воскресенье отошёл от своего рабочего стола и махнул на поднос. – Обед. Я думаю, ты проголодалась.       Искорка поняла, что тема с фотографией довольно больная для Воскресенья и поднимать её пока не стоило. Но она докопается и до этого, но попозже.       Обед прошёл спокойно. Они ели молча и атмосфера между ними стала тяжелее. Искорка не этого хотела, да и Галлахер сказал, что ей нужно будет просто отыграть Зарянку, но теперь Искорке хотелось и узнать. Узнать, что происходило в этой семье. Но почему у неё такое любопытство возникло она не понимала. Пока не понимала.        – Заря, просит, – Воскресенье встал из-за стола, – мне нужно вернуться к подготовке фестиваля. Меня ждут иные представители Семьи, встретимся через пару часов. Отдыхай сестрёнка.        – Удачи, братик. – Искорка помахала ему рукой.       Когда она вновь осталась одна, Искорка быстро выскользнула из кабинета. Ей не говорили сидеть на одном месте и ждать «братика». Поэтому, приняв свой внешний вид, Искорка вновь принялась бродить по миру грёз. Ей хотелось ещё погулять и по возможности встретиться с некоторыми людьми.       Она пробежала быстро по коридору, стараясь не встретиться с работниками. Сейчас ей не хотелось, чтобы её выперли или натравили на неё гончих. Галлахер не обещал ей прямую защиту, особенно если она не в облике Зарянки.       Так она выбралась из Резиденции. Это было не так сложно, как она думала, но и не так легко, как могло быть. Но вот она вновь оказалась на улице и ей очень хотелось навести шороху и размяться. Она всё таки достаточно долго играла хорошую девочку.       Искорка прошлась по тихим уличкам. Тут, где находилась Резиденция, было тихо, спокойно, не как возле отеля, всем видом показывалось, что место это не для просто люда и гостей. Искорке не особо тут понравилось, поэтому она поспешила вернуться к яркому Золотому Мигу.       Как она удивилась, увидев, что в самом мире грёз ничего не изменилось, несмотря на то, что было совершенно убийство некой высокопоставленной персоне. Скрывают ли что-то об этом для посетителей или нет Искорка об этом тоже не думать. Проблемы Пенаконии это не её проблемы.       Она пробежалась по парку Айдана и купила себе бутылочку «Услады», чтобы расслабиться. День у неё и правда был тяжёлый и теперь ей надо ждать знака от Галлахера, когда она сможет прекратить играть роль Зарянки и вернуться к своей «спокойной» жизни.       Пока она попивала «Усладу» и отдыхала от тяжёлой миссии, на её глаза попался знакомый незнакомец. И теперь Искорка вспомнила, где она его видела. Это был один из камней Корпорации межзвёздного мира. Если она правильно помнила как и какой камень выглядит у них там, то этот блондинчик одетый по последней моде, был Авантюрином.       Искорка с интересом наблюдала за ним на расстоянии, пока не поняла, что парень далеко не в адекватном состоянии. Она долго наблюдала за ним, чтобы понять, что тот явно был под чем-то. Она выкинула бутылку и последовала за ним. Член Корпорации межзвёздного мира долго не замечал её, хотя та не скрывалась и даже не вела себя тихо.       Через полчаса ходьбы за Авантюрином, Искорка устала и решила, что пора привлечь к себе внимание.        – Эй! – Громко крикнула Искорка и потянула Авантюрина за его плащ. – Ты, павлин, что не слышишь как с тобой разговаривают? Это очень не вежливо.       Авантюрин повернулся на неё и его взгляд был несфокусированным. Он будто смотрел сквозь неё, что заставило Искорку ещё раз потянуть его за плащ. Теперь он смотрел на неё точно. Его взгляд из рассеянного стал злым и недовольным.        – Недотёпа, – фыркнул он и вырвал из её рук ткань своего плаща, – как тебя только не выкинули из Пенаконии.        – Я очень красивая, – мило улыбнулась она и подмигнула Авантюрину.        – Ну конечно, – фыркнул тот и сел на землю.        – Смотрю тебе очень хорошо, авгин с Сигонии, – на её слова он дёрнулся. – Такой растерянный и растрёпанный, будто на твоих глазах сейчас избивали кого-то из твоих соплеменников, а ты помочь не смог, потому что стоишь теперь выше всех.        – Заткнись! – Крикнул Авантюрин и попытался дотянуться до Искорки, но та отпрянула от него. – Ты ничего не знаешь и не понимаешь!        – Ой, что по больному попала? Я так этого не хотела, – она невинно сложила руки в примирительном жесте. – Мне так жаль, простишь ли ты меня?        – Советую тебе уйти отсюда, – прошипел он, – иначе, я сдам тебя гончим и мы посмотрим, кто будет смеяться.        – Вам бы в вашей корпорации чувству юмора поучиться. Как хоть набор ведётся? На коленях у дивана?       Авантюрин резко встал и протянул руки, чтобы поймать Искорку, но та ловко увернулась от него. Она заливалась смехом, смотря как Авантюрин пытается её поймать. Мужское эго было таким хрупким, что Искорки потребовалось только пару фраз, чтобы заставить того, чуть ли не в слезах, пытаться её поймать.       Она отчётливо видела ненависть к себе в глазах одного из представителей Корпорации межзвёздного мира. Этого то она и хотела у него увидеть. Теперь в нём была жизнь и он не выглядел как безжизненная оболочка, пока пререкался с ней, пытаясь доказать ей, что не слаб и справиться со всем.       Довольная собой, Искорка отвернулась от него и пошла прочь, явна считая, что выполнила свою работу. Но довольно крепкая рука Авантюрина перехватила её за плечо.        – Ты куда? – Зло спросил он, ещё пребывая в гневном настроении после пережитого от неё унижений.        – Я разве не говорила? У меня куча дел, мальчик, поэтому отпусти меня, – она оглянулась и устало посмотрела на уже не интересующего её Авантюрина. – Если я опоздаю, то поставлю тебя на колени тут же.        – Какие у тебя, недотёпы, могут быть дела?        – Очень важные, мальчик. Важнее чем твои сопли, которые я тебе вытирала тут.        – Ты ничего не… – Аван запнулся и удивлённо посмотрел на Искорку.        – Ну, оставляю тебя с твоей шизой один на один, мне пора, – она вырвала свою руку их хватки Авантюрина и пошла прочь.       Последнее что она хотела это быть психологом для бедного парня, который явно пережил много проблем. У неё и без того дел было много. Следовало возвращаться в резиденцию, а то «братик» скоро мог спохватиться «сестрёнки».

***

      Искорке не казалась напряжённым играть Зарянку, как она думала в начале. Воскресенье был с ней мил и ничего не подозревал. Настолько ничего не подозревал, что Искорка расслабилась и начала прощупывать почву для выискивания информации.       Она осторожно задавала вопросы так, чтобы они звучали с ностальгией, чтобы Воскресенье рассказывал ей про него и Зарянку с сам и не догадался ни о чем. И всё шло хорошо. Искорка многое узнала о Воскресенье, о Зарянке, о их жизни. Но не узнала ничего о той девушке на фото.       Воскресенье очередной раз ушёл куда-то по делам и оставил её одну. Она опять рассматривала фотографию, вспоминая взгляд с болью и печалью Воскресенья.        – Эх, ничего не понимаю, – тихо проговорила она самой себе. – Почему я так зациклилась на этой девушке. Одно ясно, с ней случилось что-то плохое. Вряд ли они поругались. С таким как Воскресенье тяжело было бы поругаться до растования.       Она положила фотографию на стол и легла на диван. От этой загадки только голова болела и более ничего. Но зато она поняла, что довольно быстро привязалась к Воскресенью. Да времени прошло не много, она бы сказала где-то с неделю или две, но…       Искорке с ним интересно и она хочет открыться ему. Показать ему себя настоящую, а не прятаться за Зарянку. Познакомиться с ним такой, какая она есть и посмотреть, сможет он её принять. А если она ему не понравится?       Искорка резко села, почувствовав, что ей стало грустно. Ей стало грустно от мысли, что она не понравится кому-то. Нет. Ей стало грустно от того, что она может не нравиться Воскресенью.        – Чёрт! – Она ударила подушку кулаком.        Но её приступ злости был прерван резким открытием двери. Она ожидала увидеть Воскресенье, даже села правильно и ровно, поправив платье. Но тут же её радость сбавилась, когда она увидела Галлахера на пороге.        – Что такое? – Удивлённо спросила она.        – Я хотел поблагодарить тебя, – Галлахер прошёлся в комнату. – Благодаря тебе, всё прошло по плану.        – Мои услуги больше не нужны? – Искорка наклонила голову и прищурилась.        – Да, теперь можешь заниматься своими делами.        – Ну и хорошо, – облегчённо выдохнула Искорка и приняла свой облик.        – И тебе не интересно, для чего ты помогала мне? – Галлахер с интересом поднял бровь.        – А должно? Я согласилась помочь тебе, потому что мне было интересно поиграть роль. Где-то в начале мне было немного интересно, что ты задумал, но теперь мне всё равно.        – Ты должна понимать, что ты не имеешь права рассказывать никому об этом.        – Да даже если я постараюсь рассказать что-то кому-то, думаешь, мне поверят? Или ты думаешь, что я о каждой миссии хожу и рассказываю кому-то? Кто я по-твоему?        – Ты Недотёпа в маске, любительница хаоса, – сухо сказал Галлахер.        – Вот именно, поэтому трепаться мне не интересно.       Искорка встала с диване и подошла к двери. Теперь она могла продолжить заниматься своими делами. Своими делами? А что она вообще делала на Пенаконии? Точно, ей нужно было ставить палки в колеса одного человека, но это она уже сделала. А теперь и за Воскресеньем не надо следить и отвлекать его. Чем ей тогда заниматься на Пенаконии? Пора значит домой.        – Что ж, спасибо вашему дому, пойду к другому.        – Я не уверен, что у тебя получится это сделать, – Галлахер зажёг сигарету и закурил.        – Почему нет? Ты меня арестуешь? – Искорка удивлённо вскинула бровь, поворачиваясь к Галлахеру.        – Нет, делать мне нечего, тв же мне помогла. Просто вся Пенакония сейчас в вечном сне, благодаря Воскресенью.        – Так вот о чём он так часто бормотал, когда был занят бумагами, – Искорка посмотрела на рабочий стол Воскресенья, за которым очень часто видела того.        – Сейчас он сражается с гостями со Звёздного экспресса, путешественники, что следуют пути Освоения. Ставлю ставке, что они победят его.        – Тут и без этого понятно, – Искорка сжала ручку двери. – Он проиграет, потому что не готов к сражению.       Она вспоминала, как Воскресенье горбился над кучей бумаг, вечно что-то высчитывал и рассчитывал, но Искорке не давал смотреть. Ей приходилось молча слушать его бубнёшь, пока она не вытерпела.        – Что у тебя там такое важное, что ты не можешь с сестрёнкой посидеть и попить чай?        – Заря, прости пожалуйста, дела семьи, – Воскресенье посмотрел на неё и грустно улыбнулся. – Я скоро всё закончу и мы проведём время вместе.        – Тебя там так гоняют, что ты в последнее время даже не ешь.        – Не переживай, я успеваю поесть, просто ты не видишь.       Искорка встала с дивана и подошла к его столу. Она редко его беспокоила, когда тот приходил с работой. Вряд ли Зарянка висла на шее брата и мешала ему работать. Но теперь ей было очень интересно, чем же Воскресенье занят.       На столе лежали документы, по которым она не успела даже взглядом пробежать, и план Пенаконии. Искорка в плане смогла заметить, что некоторые участки были помечены, но для чего ей было пока не понятно. Воскресенье резко всё собрал и убрал в сторону.        – Тебе не надо это видеть, ты многое не поймёшь, давно не работала со всей семьёй, поэтому не напрягайся.        – Не надо меня тут глупой выставлять, – Искорка надулась и скрестила руки на груди. – Я бы прочитала всё и поняла. Подумаешь долгое время пела по всей вселенной, это ничего не значит.        – Я не это имел ввиду, Заря, – Воскресенье встал со своего места, а Искорка отвернулась от него. – Эй, ну не обижайся, я сделаю все, что ты хочешь, только не обижайся.       – Тогда дай мне почитать, что вы делаете. Я тоже часть Пенаконии и часть семьи.       – Заря, прости, но нет. Загадай другое желание, прошу.       Искорка посчитала, что Воскресенье не хочет во что-то втягивать сестру и тогда ей надо самой во всем разобраться.        – Хорошо, просто пошли погуляем вместе.        – Спасибо. Тогда как только я со всем закончу, мы погуляем по Пенаконии, – Воскресенье сел за свой стол и принялся работать дальше.        – Нет, ты не понял, – Искорка повернулась к нему, – мы идём гулять сейчас.       Воскресенье пытался спорить, но Искорка была очень настойчива, что через полчаса она сломала его. Теперь они гуляли по ярким переулкам Пенаконии. Искорка была очень рада выбраться из душной комнаты не одной. В тайне от Воскресенья она выходила из комнаты и делала свои дела, ради которых она была тут. Но гулять с кем-то было совершенно иным.       Искорка от счастья таскала Воскресенье по различным магазинам и просила купить всё, на что она указывала пальцем. Воскресенье только качал головой, пикая картой в магазинах. Разве мог он отказать любимой сестре? Не мог.       Походы по магазинам казались вечными, но Воскресенье не жаловался. Он носил кучу пакетов, комментировал каждый наряд, что ему показывали, шутил над тем как выглядела его «сестра». День хоть и пошёл не по плану парня, но ему было весело провести время с человеком, которого долго не видел.       Искорка тоже светилась. Она наконец могла погулять хоть с кем-то по Пенканонии и выговаривать мысли о том, что на ней происходит. Хоть эти мысли она и цензурировала, потому что играет роль хорошей девочки, которая любит свой мир.       Тогда они посетили множество магазинов и отдыхали в дорогом ресторане. Искорка заметила, что Воскресенье поглядывает на время.        – Что, уже думаешь как вернуться домой и засесть за работу? – Вздохнула она.        – Это так выглядит? Прости, – он улыбнулся, – я просто хотел посмотреть как долго мы ходим по магазинам. Побила ли ты свой рекорд или нет.        – И как? Побила?        – Нет, не хватило ещё трёх часов.        – Удивительно, что ведёшь отсчёт времени во сне, – Искорка отправила в рот ложку с мороженным.        – Точно, – согласился Воскресенье. – Привычка осталась. Мы давно так не гуляли.        – Согласна, надо почаще выходить на прогулки, а не сидеть за работой в нерабочее время.        – Во сне нет же времени, – подколол её Воскресенье.        – Есть время, которое ты должен тратить на семью!        – Ты мне сейчас напомнила давние моменты, когда нас было трое, – он грустно улыбнулся и вздохнул, переведя взгляд в окно.        – Давние моменты? – Искорка наклонила голову. Неужели у неё будет шанс узнать о той красивой девушке на фотографии.        – Да, с тобой и Ханаби. Когда та была жива… – он мотнул головой. – Прости, я сейчас грусти накатил, не хотел портить такой момент. Давай сейчас поедим и пойдём погуляем по парку Айдена.       Тогда разговор на этом и закончился. Искорка только и смогла выяснить о том, что Воскресенье над чем-то работает, что у него и Зарянки была подруга Ханаби и то что они часто проводили время вместе.       Искорка долго рассматривала тогда фотографию. Тогда она заметила обручальное кольцо на пальце у девушки и сложила все частички пазла. Мёртвая невеста.       Она покачала головой, скинув, будто с себя воспоминания, которые больше ей не нужны.        – Волнуешься о нём? – Спросил Галлахер, докуривая сигарету.        – Нет, зачем мне это? – Она пожала плечами. – Я отвлекала его отчего-то, что творил ты, теперь я могу быть свободной.        – Я думал, ты привяжешься к нему.        – Я похожа на того, кто привязывается к людям так быстро?        – Нет, но Воскресенье хорошо умеет к себе располагать, вот и подумал, что ты успела к нему проникнуться.        – Я не из таких нежных, чтобы поплыть от одного взгляда. Ладно, я пойду уже.       Искорка сменила внешний облик с Зарянки на свой и вышла из комнаты. Удивительно, но в коридорах не было никого, Галлахер не пошёл за ней. Это тоже напрягло её, но она решила не обращать внимание. Мало ли что сейчас с Пенаконией, если Галлахер сказал, что Воскресенье сражается со Звёздным экспрессом.       Искорка добралась до тихого места, где ещё никогда не была. Она и не знала, что в Пенаконии есть место не такое светлое и яркое. Она с удивлением смотрела на то, как люди в этом месте весело смеются и танцуют под песни уличных музыкантов. Искорка смогла распознать знакомые мотивы в этих песнях. Все они игрались в Золотом миге.       Она осторожно и скрытно прошлась до лестнице и залезла на крышу. Оттуда открывался поистине необычный вид тёмного и немного пугающего места, который всё равно живого и радостного. Искорки это место напомнило о Воскресенье, отчего она мотнула головой, да так, что ударилась об трубу.       Искорка бы так и продолжала смотреть на людей которые живут себе и не знают печалей даже в таком месте, но небо озарилось яркой вспышкой. Будто множество звёзд раскололи его и начали падать вниз. Почему-то Искорка в тот момент подумал о том, что Воскресенье всё таки проиграл и так ярко был показан его проигрыш.       А ведь он долго планировал этот день, готовился к нему. Вот что происходит с теми, кто долго нянчится со своими планами Всё рушится как карточный домик. Именно поэтому у Искорки никогда нет плана, она действует по ситуации. И сейчас, смотря на то, как тёмное небо разрывает от ярких звёзд, она думает, что Воскресенье дурак.       Она спрыгивает с крыши и скрывается в тени. Ей следует подготовиться к эпилогу.

***

      Праздник. Искорка тоже любит праздник. А больше всего она любит портить праздник другим. Ставя последнюю игрушку она прячется в укромное место откуда ей будет лучше наблюдать и создаёт группу из главных героев этого представления.       Она заливается смехом, читая панические сообщения многих в чате, а больше смешно ей становиться, когда она начинает наблюдать, как все бегают по дирижаблю и пытаются найти её бомбы.       Искорка очень довольна собой. Эта шалость ей удалась как никогда. Панические крики и то, как так же панически они переписываются, поддерживая связь друг с другом, кажется, она превзошла себя по панике. Она уверена, что её там хорошо проклинают и ненавидят. И она б ещё подлила бензина в огонь, но боится перегнуть.       И вот её бомба найдена. Светлячок надевает свой костюм робота, хватает бомбу и взлетает. Фейерверк был прекрасным. Искорка быстро исчезает под вспышки огней.       Теперь ей можно покидать Пенаконию. Она выполнила всё, что от неё просили тут сделать. Теперь она точно закончила с Пенаконией и перед ней целая вселенная приключений. Но перед отъездом она пройдётся ещё раз по яркой Пенакониии.       И видимо не зря она решила пройтись по местам, которые хорошо отложились в её сердце. Она слышала из разговоров гостей Пенаконии, что Воскресенье посадили, за то, что он решил призвать эона порядка. Корпорация межзвёздного мира даже обещала строго судить его за это. Но видеть его сейчас в темных переулках Золотого Мига было довольно удивительно. Искорка догадалась, что он как-то договорился с КММ и теперь скрывается. Ей тоже бы надо скрыться от глаз любопытных.       Она осторожно и тихо подошла к Воскресенью со спины. В её мыслях было напугать его, увидеть страх, удивление и, возможно, какое-то облегчение оттого, что перед ним будет знакомое лицо. Она понимала, что он не сможет нормально на неё смотреть. Не с её лицом.        – Простите, – тихо зовёт она Воскресенье.       Если Искорке нужно было бы привести в пример как выгляди до смерти напуганный человек, она бы назвала Воскресенье, который сейчас смотрел на неё. Бледный и шокированный, ясно не верящий своим глазам. Его золотые глаза с болью смотрели на девушку перед ним, а губы поджались в одну тонкую линию. И видеть эту боль было странно.       Воскресенье так смотрел на неё, что казалось в ней скоро появится дыра, довольно большая притом. Искорка только голову наклонила в бок, словно не понимала, что не так.       Воскресенье понял, что слишком долго пялился на незнакомку, которая имеет слишком много знакомых черт. Он смущённо отводит взгляд, а потом и вообще отворачивается. Искорка улыбается такому.        – Я извиняюсь, что так пялился на вас, мисс?        – Меня зовут Искорка, – представилась она. – А вы?        – Я? Я Воскресенье… – немного не внятно пробормотал он и неловко посмотрел на Искорку. – Вы не местная?        – Нет, я тут проездом, – она откинулась на стену и посмотрела на небо. – Много слышала о Пенаконии и долго хотела сюда попасть. Исполнила месту.        – И как вам Пенакония?        – Она прекрасная, мне тут очень понравилось. А вы местный?        – Почти. Был по крайней мере. Сейчас мне надо будет искать своё место в этой вселенной.        – Ну во вселенной много места, я уверена, что вам хватит места.        – Я… Мисс, мы с вами случайно нигде не встречались? Вы выглядите очень знакомо.        – Я не уверена, – Искорка пожимает плечами, – я вас впервые вижу. Но может это судьбоносная встреча.        – Судьбоносная встреча? – Усмехнулся Воскресенье. – Мисс Искорка, а как сильно вы верите в судьбу?       Искорка улыбнулась. Хитро улыбнулась. Она качнула головой, и её волосы колыхнулись от движения. Она не могла заметить, что Воскресенье будто бы затаил дыхание.        – Вы так выглядите, будто увидели призрака, – Искорка начала наматывать локон на палец. – С вами всё хорошо?        – Да… Просто вы мне напоминаете одного человека. Очень дорогого человека для меня.        – И что случилось с этим дорогим человеком? – С любопытством спросила она. Наконец-то она сможет узнать хоть чуть-чуть о той девушке на фотографии.        – Не странно ли делиться чем-то личным с незнакомым человеком? – Воскресенье грустно улыбнулся.        – Наоборот, так люди часто делают. Ведь незнакомцы никогда и никому не расскажут ваши секреты.       Воскресенье оглянулся на улицу, всматриваясь в людей. Видимо он искал хвост за Искоркой, думая что она подставная. Но ничего не увидел и со спокойной душой выдохнул. Он вновь повернулся к Искорке.        – Я не думаю, что тёмный переулок это то место, где хочется говорить о чём-то душевном.        – И куда пойдём? Судя по твоему внешнему виду, свидание будет похоже на миссию ниндзя, искорка подошла поближе.        – Есть место, которое подходит для разговоров, красивое, и не нужно будет скрываться.        – Ты прям, обещаешь, что нас никто там не найдёт?        – Да, – Воскресенье кивнул, а потом задумчиво посмотрел на Искорку. – А ты скрываешься тоже?        – Да. Так случайно получилось, что испортила праздник для очень важных людей. – И так свободно перемещаешься по Золотому мигу, – присвистнул Воскресенье.        – Пока не поймали – не считается, – Искорка показала язык. – Ну, так что? Мы идём в твоё секретное место?        – Ты странная, – признался он. – Собираешься пойти с незнакомцем в незнакомое тебе место.        – Тебе не стоит обо мне переживать. Я могу постоять за себя и всегда ношу с собой оружие.        – Хорошо, я тебе поверю. Пошли.       Искорка с любопытством следовала за Воскресеньем. Он вёл её различными переулками, то спускаясь по ступеням вниз, то понимаясь вверх. Она поняла, что он так вёл их специально, чтобы Искорка не запомнила куда идти и не смогла кого-нибудь привести потом в его укрытие. Да она бы и не хотела.       Искорка порядком устала ходить различными зигзагами туда-сюда. У неё складывалось ощущение, что они просто ходили на одном месте, отчего начинала кружиться голова. Но в момент, когда Искорка хотела высказать всё, что она сейчас чувствовала к Воскресенью и его тайному месту, тот остановился.        – Мы пришли, – махнул он рукой в сторону края крыши. – Мы сейчас на границах грёз и тут редко кто бывает.        Он сел на край и свесил ноги в казалось бы бескрайнюю пустоту неба. Искорка присоединилась к нему. Она посмотрела вниз, где на первый взгляд не было ничего, но только после детального рассмотрения она заметила там землю .Край грёз был удивительным местом всё таки.        Воскресенье молча сидел. Искорка не торопила его. У неё появилась возможность узнать о похожей на неё девушке, поэтому она подождёт ещё немного. Всё-таки он ей откроется. Ей, Искорки. Не фальшивой Зарянки. Это не могло не греть где-то в области сердца.        – Её звали Ханаби, – тихо начал он, – и ты похожа на неё, как две капли воды.        – Я похожа на твою девушку?        – Внешностью да, но что-то мне показывает, что это единственное, что вас может связывать.        – С ней что-то случилось?        – Да, – ещё тише продолжил Воскресенье. – Она сильно заболела. Я пытался помочь. Я был рядом, но болезнь её съедала быстрее. Даже во сне. Она умерла на моих руках. Я до сих виню себя за то, что у меня всё-таки не получилось её спасти.        – Ты же сказал, что сделал всё, что мог. Зачем себя винить дальше?        – Потому что я думаю, что мог бы помочь больше, если бы постарался, – он пожал плечами и посмотрел на небо.        – Ты скучаешь по ней?        – Да, так сильно, что не могу выкинуть фото с ней. Оно у меня единственное осталось. – Он полез в карман и достал то фото, которое Искорка видела у него на столе. – Это был последний раз когда я видел её улыбку. Мы хотели погулять, когда она поправиться, но увы…       Искорка взглянула на фото ещё раз, уже с имеющейся новой информацией. Теперь ей стало понятно, почему он так грустил, когда взгляд натыкался на неё. Теперь она поняла, почему тогда так сильно погрузился в свои мысли. Теперь ей стало понятно, что он чувствовал тогда, когда Искорка вытаскивала его погулять по местам, куда видимо они ходили втроём.       Искорка вернула фотографию Воскресенью. Он бережно убрал её в карман. Так бережно, будто это было самым важным сокровищем. А Искорка была уверена, что для него это было сокровищем.       Искорка взглянула краем глаза на Воскресенье. Тот смотрел вдаль и о чём-то думал. Искорка думал спросить его об этом, но передумала, потому что это было не её дело. Кто она ему? Незнакомка похожая на его мёртвую возлюбленную.        – Ты говорила, что прибыла на Пенаконию для отдыха. – Воскресенье посмотрел на Искорку. – Откуда ты?        – Я с Эдо, – не подумав ответила Искорка. – Почему интересуешься?        – Я теперь свободный человек и думаю отправиться в путешествия, чтобы найти своё место в этой вселенной.        – Тут уже не твоё место? – Искорка наклонила голову.        – Да, – он кивнул, – тут теперь мне быть нельзя. Думаю, ещё немного походить по Пенаконии, места есть любимые. А потом я отправлюсь искать себя.       Искорка неожиданно для себя придвинулась. Смысл этого действия она и сама не поняла. И Воскресенье тоже.        – А тебе компания не нужна? Я ещё не собираюсь покидать Пенаконию.       Воскресенье удивлённо посмотрел на Искорку. Он явно не ожидал, что ему предложат что-то такое. А сомнение, которое читалось в его взгляде, как и недоверие, заставило Искорку резко захотеть отшутиться от этой глупой фразы.       Воскресенье встал со своего места и потянулся. Искорка не могла не отметить, что он так часто делал и когда работал за столом. Видимо сильно спина затекала или стало уже привычкой от многолетней работы за столом.        – Хорошо, составьте мне компанию, мисс искорка, – он протянул ей руку.        – А я думала мы перешли уже черту «на вы», – улыбнулась она и вложила свою руку в его. – Я только скажу это раз: я не твоя мёртвая девушка. Мы похожи, но я не она.        – Я знаю, – ответ прозвучал печально, будто Воскресенье не хотел этого признавать. – Я знаю и даже не думал так думать.        – У тебя на лице все написано, но на первый раз я прощу вас, мистер Воскресенье.       Они поправили плащи, чтобы их лица были не так заметны и направились бродить по Пенаконии. Оба понимали, что возможно это их последняя встреча. Оба понимали, что как бы они не обманывали себя простой прогулкой по Пенаконии в последний раз, каждый имел свои мотивы. Искорка хотела в последний раз побыть с Воскресеньем. Воскресенье видел в ней Ханаби, свою мёртвую девушку с которой у него так и не получилось последний раз пройтись по её любимым местам.