***
Утро началось бодро. В их дверь кто-то стучал. Нет, даже выносил. Стас посмотрел на часы, было 8:03 какая рань. Иди срань. Он пошел открывать, чтобы наорать на того, кто потревожил его сон. И оторопел. В дверях стоял Август. Он был уже в желтой футболке, на голове хрен пойми что —Ты чего?- зевая и облокотившись на дверной косяк спросил Стас. —Я есть хочу!- бодро ответил Август двигая Стаса в сторону, направляясь к холодильнику. Через полчаса Август уже сидел и мешал ложкой похлебку из пельменей. Судя по тому как предательски урчал его живот, не ел он давно. Стас лежал на кровати и периодически косил на то, как Август ел и громко сербал, что вызывало у Стаса состояние “вилкой по стеклу”. Но молчал. Доев тарелку, Август вытер рот бумажной салфеткой и повернулся к Стасу. —После плотного обеда по закону Архимеда! - начал Август —Да знаю я, знаю. Сейчас куртку возьму. А ты… так пойдешь? —Там же тепло. — удивился Август —Утро, вроде как— пробубнил Стас и больше возражать не стал —Ха, Волнуешься? - заискивающе спросил Август —Вот за кого, кого. А за тебя нет. - отрезал Стас. - я вообще не представляю как ты до 20 дожил, с такими скилами то. Август посмотрел куда то вдаль, сквозь Стаса. Улыбнулся, встал с кровати и махнул в сторону двери. —у тебя есть? —есть —вот и хорошо. Вот и угостишь. Кто бы сомневался, подумал Стас, схватил куртку и вышел из комнаты.***
С утра было действительно прохладно, хоть день и обещал быть погожим. Стас стоял в куртке, и ежился как воробей от пропахшего влагой воздуха. Солнце поднималось все выше, и на листву, все еще зеленую, падали неровные лучи золота. Было красиво и в то же время грустно. Стасу всегда было грустно осенью. Как будто что-то умирает, умирает чтобы потом воскреснуть. Но это там, за створками окна, за городом, где-то там апрель. Где-то там жизнь начнется сначала. А вот Август стоит рядом и пытается поджечь сигарету, но газ в зажигалке кончился, он цикает, свесив руки по по обе стороны туловища. Стас, смотрит на него с усмешкой. "Как этому дурачку не холодно" Август как будто огромный обогреватель. Ну, не огромный. Он на голову выше Стаса, и в наполовину худее. А светит так, так что глаза слепит. Стас уже хочет поделится своей зажигалкой, как Август пихает сигарету в рот, мгновенно подходит ближе и подкуривает у Стаса, который только и пытается вдохнуть дым, то ли от неожиданности то ли что бы быстрее от него отделаться. Август вдыхает, опять выдает какое-то полу-мурчание, смотрит прямо в глаза и медленно отходит от Стаса. "Что это было?" - вертится на языке, но так и не вырывается вслух. Август тем временем, уже облокотившись на перила втыкает в телефон. Проходит еще минуты 3. Стас замерз, он в ахуях. Он не знает что можно говорит, а что.. не нужно? Тушит сигарету, собирается уже уходить как в спину прилетает —"Приходи к нам на квартирник" - абсолютно будничниым тоном. Это выбивает из колеи. Квартирники собирают музыканты. —А ты разве не с моего факультета? Разве не с пгс? —Какой из меня строитель?– и улыбается этой своей заразительной улыбкой — я на музыкальном. Стас помнил, что год назад, по распоряжению больших дядечек с больших должностей, и нехватки бюджета, к ним присоединили институт искусств. Хотя это было какое-то форменное безумие. Точнее не весь институт, а два направлений, живопись и музыкальное. Как дела обстояли в подготовкой аудиторий, в общем то инженерного университета он не знал, и никогда не вдавался в подробности. Да и расселялись они по всем блокам, он и не пересекался, в прошлом году точно. -Так придешь? - Август, уже тоже потушил сигарету пока солнце легло на его рыжую макушку отливая то ли медью то ли золотом. -Подожди, ты же был в моей аудитории... - Стас совсем растерялся. - Перепутал - пожал плечами Август и опять наклонил голову набок, чуть прищурив свои глаза-галактики. -А когда? Квар-квартирник то ваш? — неожиданно заикаясь, но списав все на утреннюю стылось спросил Стас Август продолжал улыбаться, подошел ближе, как бы невзначай проводя горячей рукой по плечу Стаса. —«Сегодня вечером. Я тебя провожу.» И начал подниматься по лестнице. Стас еще какое-то время смотрел ему вслед, уже шмыгая носом. И в голове было слишком много вопросов. Точнее вопрос был один. «Во что я вляпываюсь?»