До первой крови

Шкаф. Просто старый, пыльный шкаф в точно таком же старом и пыльном доме. Сейчас же в этом небольшом шкафу, практически вплотную прижавшись друг к другу, прятались двое: Пагсли Аддамс и Юджин Оттингер. Как они оказались там? Не важно, ведь прямо сейчас именно их усиленно разыскивает Хайд, громко топчась подле дома, в котором парни нашли укрытие. И если Аддамс сохранял своë невозмутимое спокойствие, то Юджин таким сейчас похвастаться не мог. Оттингер вечно ëрзал в не без того тесном для них двоих шкафу, моментами стараясь то-ли отодвинуться, зажавшись в угол, то-ли наоборот прижаться к Пагсли ещё ближе, и в те моменты когда они ещё теснее, ещё ближе прижимались друг к другу Аддамс отчётливо ощущал на своëм теле чужую крупную дрожь, исходящую не от чего-то одного, а от всего Юджина целиком. Но всё это, будь то дрожащие коленки, трясущиеся пальцы крепко обнимающие собственные плечи или неровное, сбитое дыхание приправленое редкими всхлипами — всë это вызывало в Пагсли бурные эмоции, но частично присутсвовала и грусть от того, что в практически кромешной тьме их временного укрытия было не разглядеть  весь спектр эмоций Оттингера, царивших на его миленьком лице. Лишь сквозь небольшую щель между закрытыми дверьми шкафа просачивался небольшой луч лунного сияния, освещая тонкой светлой полосой лицо Юджина, и Пагсли зацепился своим взглядом за нервно бегающими чëрными зрачками под блестящей мокрой пеленой, застилающей чужой глаз и отражением блика на толстых стёклах очков. Но даже эта "демо-версия" отчётливо навевала ему лишь одну до безумия навязчивую мысль — хочется буквально "вгрызться" в чужое лицо. Проходит ещё мгновение прежде чем Пагсли идëт на поводу у своих фантазий, хватая горячее лицо Юджина в свои руки, попутно впечатываясь в чужой рот, царапая свои губы и дëсна об железные брекеты, переменно кусая до крови губы владельца этих брекетов. Реакция Юджина последовала быстро, но не то чтобы эффективно: сначала хотелось оттолкнуть Аддамса, но после пары-тройки сильных толчков выяснилось, что толкать то и некуда, а отвернуться вовсе не представляется возможным — его лицо крепко схвачено, будто его держат не в руках, а в железных тисках, от которых переодически мелко бьёт током. В голове возникла ещё одна идея: всего-то навсего отодвинуть лицо Пагсли от своего, но вот незадача, он присосался к Оттингеру словно пиявка, кровожадно кусая и целуя его. Больше не в силах это терпеть, Юджин с силой потянул Аддамса, схватившись пальцами за копну его чёрных волос, мельком разглядев блик в чëрных, горящих азартом глазах, после чего со всей силы сжал зубы, до боли кусая губы Пагсли так, что сперва казалось, что он прокусил слизистую губ насквозь. Теперь тëплая кровь наполняла рот с новой силой, которую не давали мелкие ссадины и царапинки, это дарило Аддамсу больший прилив адреналина, ровно как и их с Юджином новоиспечённая "битва за первенство". Теперь их зубы бессовестно стучались через раз, языки сплетались, активно обмениваясь слюной, пока по губам, вниз, к подбородку, алыми каплями стекала кровь, попутно смешиваясь между собой. И прямо сейчас где-то неподалёку бродит Хайд, пока эти двое жадно целуются в тесном, душном шкафу, цепляясь за плечи и наэлектризовывая волосы.