В ритме с тобой

Утро выдалось тяжёлым. Со Ён едва заставила себя встать с кровати, а лицо в зеркале напоминало о бессонной ночи: тёмные круги под глазами, губы прикушены, волосы растрёпаны. "Всё из-за него…" Она плеснула в лицо холодной водой, будто надеясь смыть память о том, как его дыхание касалось её губ, как он говорил «Ты — моя слабость». Но воспоминания возвращались, как назло. --- В университете обстановка оказалась ещё хуже. Стоило ей войти в холл, как чьи-то взгляды сразу устремились на неё. Девушки перешёптывались, прикрывая рты ладонями. — Говорят, Чимин-сонсэнним снова задержался в зале допоздна… с кем-то, — услышала она краем уха. — А кто-то видел, как Со Ён выходила позже всех, — ответила другая. — Ты думаешь?.. Со Ён стиснула зубы и пошла быстрее. "Прекрасно. Теперь ещё и слухи." — Эй, подруга, — окликнула её Чжин А, догоняя по коридору. — Что случилось? Ты вся на взводе. — Всё нормально, — резко ответила Со Ён. — Нормально? — Чжин А подняла бровь. — Тогда почему половина девчонок шепчется за твоей спиной? — Пусть шепчутся, — бросила она, стараясь казаться равнодушной. — Мне всё равно. Но внутри было не всё равно. Совсем. --- Когда они вошли в зал, Чимин уже стоял у колонок, что-то проверяя в телефоне. Его лицо было холодным, отстранённым. Ни намёка на то, что вчера они стояли в шаге от того, чтобы стереть границы. Он бросил короткий взгляд на Со Ён, и она почувствовала, как сердце предательски ускорило ритм. "Не думай об этом. Не показывай виду." — Разминка, — сказал он, и его голос был резким, почти колючим. Со Ён выполняла движения механически, стараясь не встречаться с ним глазами. Но всё равно чувствовала — он смотрит. Каждый её шаг, каждый поворот головы словно находился под его микроскопом. — Со Ён, выше корпус, — раздалось резко. Она сжала зубы. — Так? — специально сделала движение нарочито резким. Он задержал взгляд, и на секунду в его глазах промелькнуло что-то лишнее. Но тут же вернул холодную маску. — Лучше. К концу разминки она была выжата не только физически, но и эмоционально. "Если он думает, что может прятать всё за этим ледяным тоном… ошибается." Она уже знала: после занятий она останется. И в этот раз заставит его говорить по-настоящему. Музыка в зале была громкой и быстрой. Чимин выбрал сложную хореографию, больше подходящую для продвинутой группы, чем для обычного занятия. — Быстрее, — коротко бросил он. — Вы должны чувствовать ритм, а не отставать от него. Девушки переглянулись, кто-то тихо застонал, но продолжили. Со Ён двигалась идеально. Каждый шаг — выверенный, каждый поворот — чёткий. Она чувствовала, что тело слушается её полностью, словно все эти недели тренировок наконец сложились в единую картину. "Вот. Вот оно. Я могу." Но Чимин, казалось, этого не видел. — Со Ён, нога ушла. — Ты опять теряешь центр тяжести. — Смотри внимательнее. После третьего замечания она едва не взорвалась. — Всё было правильно, — пробормотала она, но он услышал. — Правильно — значит идеально. А у тебя не идеально, — его голос был твёрдым. Девушки переглядывались: кто-то сочувственно, кто-то с завистью. "Почему только ко мне он так цепляется? Другие делают хуже, но он будто видит только мои ошибки." Злость поднималась в груди. С каждой секундой. — Снова! — скомандовал Чимин. Они повторили связку. — Стоп, — его голос резал, как нож. — Со Ён, у тебя не хватило экспрессии. Танец — это не техника. Это чувства. Она вспыхнула. — А если у меня чувства другие? — сорвалось у неё. В зале воцарилась тишина. Девушки замерли, удивлённо глядя то на неё, то на него. Чимин задержал взгляд на Со Ён. В его глазах промелькнуло что-то острое, но он быстро спрятал эмоции за маской. — Тогда убери их, — холодно сказал он. — Танец не должен быть личным. Эти слова ударили сильнее, чем любая критика. Со Ён почувствовала, как внутри всё сжимается. "Не личным?.. Но для меня танец всегда был личным. Это я. Это моё." --- Когда занятие закончилось, остальные девушки вышли почти бегом — не выдержав напряжения. Со Ён осталась сидеть на полу, утирая пот с висков. Она смотрела на Чимина, который, казалось, намеренно не замечал её. Его движения были отточенными, холодными: он выключал музыку, собирал вещи, как будто ничего не произошло. "Если он думает, что я проглочу это молча… он ошибается." Она сжала кулаки и решила: сегодня она останется. И заставит его объясниться. Зал опустел. Дверь захлопнулась, оставив после себя лишь эхо шагов. Со Ён сидела на полу, но когда услышала, что Чимин не выходит, а возится у колонок, в груди вспыхнуло раздражение. Она поднялась и шагнула ближе. — Зачем вы так делаете? Он не повернулся. — Что именно? — Вы придираетесь ко мне каждую секунду. Перед всеми. — Она стиснула зубы. — Вам приятно смотреть, как я злюсь? Чимин медленно выпрямился и повернулся к ней. В его взгляде было что-то опасное, от чего у неё перехватило дыхание. — Думаешь, я делаю это ради удовольствия? — А зачем тогда? — выкрикнула она. — Другие ошибаются в сто раз больше, но вы видите только меня! Он сделал шаг ближе. — Может, потому что я смотрю только на тебя. Сердце Со Ён ударило так сильно, что отозвалось в висках. — Это… чушь. — Чушь? — он усмехнулся, но в его улыбке не было лёгкости. — Тогда почему я не могу выкинуть тебя из головы, а? — Замолчите, — её голос дрогнул. — Нет, — его тон стал твёрдым. — Ты хочешь правду? Я с ума схожу рядом с тобой. Он шагнул ближе, сокращая расстояние до минимума. Теперь она стояла прижатая к стене, дыхание сбивалось, ладони вспотели. — Вы… мой преподаватель, — прошептала она, но в голосе не было уверенности. — Я пытался помнить об этом, — он провёл рукой по волосам, почти злой на себя. — Но каждый раз, когда ты танцуешь, я вижу женщину, а не ученицу. Она резко вдохнула. Эти слова пронзили её сильнее, чем крик. — Вы… просто привыкли играть, — выдавила она. — Я знаю, какие у вас были отношения. Его челюсть напряглась. — Думаешь, я вижу в тебе игрушку? — А как ещё? — она почти кричала. — Вы сначала ломаете меня, потом говорите… такие слова… и ждёте, что я поверю? Он приблизился вплотную, их дыхания смешались. — Я ничего не жду. Я просто хочу тебя. Со Ён почувствовала, как колени подкашиваются. Она уткнулась ладонями в его грудь, пытаясь оттолкнуть, но пальцы предательски задержались на его футболке. — Хватит… — прошептала она. — Не могу, — он склонился ближе. — Слишком поздно. И прежде чем она успела что-то сказать, его губы накрыли её. Поцелуй был резким, злым, будто он пытался выплеснуть в него всё напряжение последних недель. Она замерла, сердце рванулось к горлу, а потом тело само ответило. Руки сжались на его футболке, дыхание смешалось, и весь мир исчез. "Чёрт… я ненавижу его. Я хочу его." Он прижал её сильнее, ладонь легла на её талию, другая — к затылку. Её пальцы дрожали, но она не оттолкнула его. Поцелуй длился вечность. Когда он наконец отстранился, оба тяжело дышали. Чимин упёрся лбом в её лоб, глаза прикрыты. — Это… неправильно, — прошептал он. Со Ён сглотнула, губы горели. — Тогда почему мы это сделали? Он открыл глаза и посмотрел на неё так, что у неё перехватило дыхание. — Потому что я больше не могу делать вид. Она вырвалась, прижимая ладонь к губам. — Вы… ненормальный. И почти бегом выскочила из зала, оставив его одного. Чимин закрыл глаза, ударил кулаком в стену и прошептал: — Да. Ненормальный. Из-за тебя. Холодный вечерний воздух ударил в лицо, когда Со Ён выбежала из университета. Она остановилась у лестницы, хватая ртом воздух, будто после марафона. "Что я сделала?.. Что мы сделали?" Губы горели, ладони дрожали, сердце колотилось, как сумасшедшее. Она прижала пальцы к губам, будто надеясь стереть воспоминание о его поцелуе. Но оно не стиралось. Оно горело, жгло, жило внутри. --- Ночью сон не приходил. Со Ён ворочалась, снова и снова прокручивая сцену в зале. "Он сказал: «Я хочу тебя». Это было правдой? Или просто сиюминутный порыв? Может, он так говорил многим…" Мысли кусали её изнутри. И самое страшное — она не могла отрицать: она тоже хотела его. Тем временем Чимин сидел в небольшой кафешке на районе, куда его вытащил Намджун. На столе остывал кофе, а Чимин молчал, крутя чашку в руках. — Ты явно не просто так сидишь с видом, будто у тебя конец света, — спокойно заметил Намджун, делая глоток. — Не начинай, — буркнул Чимин. — Ну, давай угадаю. Это связано с твоей ученицей? — Намджун посмотрел прямо в глаза. Чимин резко поднял взгляд. — Откуда ты… — Ты думаешь, никто не видит, как ты смотришь на неё? — Намджун усмехнулся. — Это очевидно. Чимин откинулся на спинку стула, вцепившись пальцами в волосы. — Я облажался, хён. — Что произошло? — Я поцеловал её, — выдохнул он. Намджун молчал пару секунд, а потом тихо присвистнул слегка с сарказмом: — Ну, это действительно… облажался. — Она моя ученица, Намджун! — Чимин почти сорвался. — Я должен держать дистанцию. Но когда она рядом… всё исчезает. Только она. Намджун поставил чашку и посмотрел на него серьёзно. — Чимин, вопрос не в том, можно или нельзя. Вопрос в том, чего ты на самом деле хочешь. Чимин сжал челюсть. — Я хочу её. Эти слова слетели с губ слишком легко. И слишком честно. — Тогда перестань вести себя как ребёнок, — спокойно сказал Намджун. — Определи для себя: это игра или серьёзно. Потому что если серьёзно — тебе придётся бороться. И не только с ней, но и со всеми вокруг. Чимин уставился в окно, где вечерний свет растворялся в огнях улицы. "Серьёзно? Я готов к этому?.. Готов ради неё?" В груди было тяжело, но и странно светло. "Да. Я готов." А в это время Со Ён сидела у окна своей комнаты и шептала сама себе: — Я не должна была позволять… я не должна была чувствовать это. Но её пальцы снова касались губ, и сердце снова замирало при мысли о его взгляде. "Чимин… почему именно вы?"