Наша война

Я прибыла на тренировочную площадку с тяжестью в голове. Теперь я в замешательстве, что мне следует делать или скорее, я в замешательстве от того, что сказать Итачи.  Я знаю, что мне следует сделать. Во имя судьбы Учих, мне следует достигнуть мастерства в Камуи, это и должно быть моей главной целью. Мы с Итачи можем подождать.  — Привет, т/И! — энергичный голос Обито вывел меня из мыслей.  — Привет, — отрешенно ответила я, готовая приступить к тренировке. Сжав кристалл в кулак, я положила его в карман. Надеюсь, сегодня боли будет меньше.  Я встала в позицию и сосредоточилась на перемещении моей руки в другое измерение. Пожалуй, я могу переместить ее в небольшой лесок.  Покалывание начало расти, однако, не такое болезненное. Как только я переместила фокус от моих кончиков пальцев к запястью, покалывание стало расти еще больше. Сосредоточившись теперь на своем плече, болевые ощущения начали снижаться.  Быть может кристалл действительно работает. Никакого Итачи, значит больше силы; больше роста.  Его ониксовые глаза всплыли в моем разуме. Его завлекающий взгляд, кажется захватил каждую часть меня. Ох уж этот взор, я не могу от него оторваться.  Давление начало стремительно нарастать, но я все еще держала его под контролем. Все что теперь у меня на уме, это парень которого там быть не должно.  Да, Итачи тот еще симпатяга, но что в нем действительно меня привлекает, это его личность. Что-то есть в нем такое, что делает его таким надежным и порядочным. Не упоминая факта того, что он готов умереть за деревню или кого-либо из нее.  Мои мысли стихли, как только боль пронзила все тело. Я даже не заметила, как Камуи распространилось по всему моему телу.  Боль была невыносима. Ощущалась она так, будто в меня без остановки втыкали сенбоны пропитанные ядом, каждая часть моего тела горела. Я еле разобрала свой удушливый крик вышедший из пересохшего горла.  Боль только увеличивалась и я упала на колени, вместе с тем и крики не утихали. Перед глазами начало плыть и появились черные точки. Я могла едва ли заметить силуэт Обито склонившегося над мной.   В следующую секунду, перед глазами открылась тьма. Странно немного, учитывая что боли больше не было, но я все еще будто прибывала в сознании.  Глаза привыкали понемногу к окружению, который оказался моим старым домом. В том, где я жила с мамой.  — Выглядит знакомо, т/И? — спросил голос позади меня.  Голос, который я не слышала так долго. Отчаянно завертев головой, я увидела прекрасное лицо моей мамы.  — Мам? — прошептала я, надеясь что это не сон.  — Моя маленькая девочка, — она дотронулась своей теплой рукой до моей щеки, стирая слезы которые я даже не почувствовала. — Ты выросла в такую прекрасную девушку. Хотелось бы мне сделать для тебя большего.  Я мягко помотала головой.  — Нет, мам, ты сделала столько сколько могла. Однако, почему ты здесь? Почему я это вижу?  — Потому что, милая, тебе нужно нас отпустить, — позади нее показался мой отец. Не тот что был сплошным злом, но добрый какого я помнила в детстве. Взгляд в их глазах говорил мне о том, что они счастливы.  — Пап, прости меня, — я склонила голову пытаясь остановить всхлипы исходящие от меня. — Прости за то, что не утерла нос Итачи, прости за то, что убила маму, прости за то, что была недостаточно сильной.  Он посмотрел на меня с нежностью в глазах, той, что я не видела с тех пор, как мама умерла. Один только взгляд заставил меня рыдать еще сильнее. Он положил руку мне на плечо, другой обнимая мать за талию.  — Я горжусь тобой, т/И.  Мои глаза округлились и выражение лица превратилось в шок. Я хотела услышать это заявление на протяжении всей своей жизни, это было единственное чего я от него хотела.  — Пап, — всхлипнула я. — Мне следует отпустить вас, не так ли?  Они с печалью кивнули, теперь я знаю что кристалл делает то, что должен.  — Я прощаю тебя, пап. За все, что ты говорил мне, кажется это меня наоборот закалило. Мам, я прощаю тебя за то, что покинула меня, даже несмотря на то, что это была не твоя вина.  — Это была и не твоя вина, т/И, — мягко сказала мама.  Теперь, кажется это ускользало и от меня. Что мне предстоит сделать, чтобы остановить ниндзя, кроме как убить себя в процессе?  Я шагнула к женщине по которой скучала все эти годы. Обняв ее, я позволила слезам скатываться в ее ключицу.  — Я нуждалась в тебе, мам, когда у меня впервые пошли месячные. Когда я впервые поцеловалась, влюбилась, впервые начала краситься, надела мой первый лифчик. Во всем. Я нуждалась в тебе.  — Я знаю, я знаю, но клянусь, я все время наблюдала за тобой, — прошептала она мягко мне на ухо, поглаживая по спине. Это ощущение и есть материнская любовь? Я вправду позабыла каково это. — Я люблю тебя, дорогая.  Ее объятия стали мягче, я отстранилась, наблюдая как они оба начали испаряться.  — Нет, не уходите, не сейчас. Пожалуйста! — взмолилась я, выставив руку и пытаясь их остановить.  — Ты сделала все, что требовалось, моя дорогая. Все что осталось, это отпустить его.  Итачи… даже моя мама хочет чтобы я его отпустила. Я согласно кивнула, глядя на то как исчезали улыбающиеся лица родителей.  Прощение интересная вещь. Люди неохотно прощают, почему мне было так легко простить моего отца за то, что он делал со мной? Почему так легко было простить их за то, что они оставили меня одну?  Я прощаю их, но я так и не научилась прощать себя.