Мина, поцелуй меня ещё

      — Мина-я! Девушка дёргается от резкого радостного крика по ту сторону трубки и сама тихо вскрикивает от неожиданности.       — Пхильсон! Я чуть не оглохла! Раздражённо выдыхая, та облокачивается плечом об стену.       — Что случилось? Почему ты звонишь мне.. - Мина посмотрела на часы, что висели над одним из столов в её кафе, — В одиннадцать часов вечера? С ума сошла? На самом деле, получить звонок от подруги в такой поздний час было действительно удивительно. До Пхильсон дай бог дозвонишься, а тут она звонит сама, так ещё почти что ночью. В голове брюнетки проснелись сотни предположений и мыслей, что же могло послужить причиной такого позднего звонка. Прислонилась спиной к стене и начала накручивать провод от телефона на указательный палец. Волнуется?       — Ты только присядь, ладно? - послышалось тихое хихиканье.       — С тобой даже прилечь не поможет, выкладывай давай. Это была чистая правда. Дуэт двух девушек, которых связывает школа, любовь к танцам, нестандартное поведение и отсутствие полноценной родительской любви - Пхильсон и Мина. Такие одинаковые, но в то же время совершенно разные. У Пхильсон - целеустремлённость, амбиции и дикая страсть в глазах. Она подобна яркому пламени, которое если подойдёт слишком близко, то сожжёт тебя до тла и не оставит ничего, кроме пепла, ожогов и тихих слов "ты лучше, чем Дон Хён". Огонь невозможно приручить, он всегда останется слишком обжигающим, чтобы дотронуться. Слишком ярким, чтобы кто-то мог его затмить. У Мины иначе. Она никогда не гналась за огромными амбициями, не горела изнутри как яркое пламя. Скорее, была шумным потоком воды, который бежал так быстро, что мало кто мог устоять на ногах от такого напора. Их дуэт был действительно чем-то особенным. Обе девушки были как заноза для администрации единственной школы в их маленьком городке. Практически в любых ситуациях они всегда оказывались в центре событий, а их демонстрация танцевальных навыков на переменах, которая превращает школьные коридоры в зону танцпола, никак не нравилась директору. Все наказания девушки выносили вместе и тихо хихикали, смеряя друг друга весёлыми и одновременно тёплыми взглядами. В такие моменты, Мина невольно дольше задерживалась взглядом на подруге, обводя взглядом её растрепанную причёску, кошачьи глаза, аккуратный нос, пухлые губы.. кажется, иногда она слишком долго рассматривала её. Через пару таких наказаний, брюнетка начала замечать, как всё чаще хочется смотреть на Пхильсон, пока та лениво пишет конспект на занудном уроке. Как хочется чаще шутить, чтобы та смеялась и улыбалась рядом с ней и только для неё. Как прогуливаться с ней до её дома после школы, а потом ещё пол часа болтать у двери. Крепкие объятия, запах шампуня чужих волос и слегка прерывистое дыхание. Мина была готова поклясться, что ощущала, как огонь горит у неё под пальцами, пока те сжимали спину шатенки сквозь ветровку. Как горит прямо у неё в груди. И, может, у неё даже возникла мысль о том, что она позволит этому огню сжечь себя до тла. Как-то раз, после подобного очередного прощания, Пхильсон медленно отстранилась от девушки. Смотря в глаза, с нажимом опустила руки на её талию и поцеловала в губы. В тот вечер, огонь был в каждом уголке сердца Мины, медленно начиная сжигать его. Как бы голос разума не кричал об опасности, брюнетка, наперекор всему, обвила руками шею одноклассницы, и лишь притянула ещё ближе, охотно отвечая на поцелуй. Огонь и вода, что слились воедино, не уничтожили друг друга, а создали сверхсилу, которая способна уничтожить всё, что только можно и нельзя. Коктейль смерти. Мина спешно перешла поцелуями на шею девушки, задыхаясь от нехватки воздуха и нахлынувших эмоций, которые невозможно удержать в себе. Проходясь руками по бёдрам, шатенка напротив тихо поскуливала и закусывала нижнюю губу, откинув голову назад.       — Ты лучше, чем Дон Хён.. - почти что простонала Пхильсон, сжимая талию одноклассницы, — Мина.. поцелуй меня ещё. "Мина, поцелуй меня ещё" - эта фраза надолго засела в голове брюнетки, прокручивая её перед сном снова и снова. Особенно впечаталась она тогда, когда на следующий же день её подруга начала совершенно не замечать присутствия Мины. Или же замечать как какую-то очередную знакомую, имя которой помнишь с трудом. Огонь никогда не приручить, так ведь? Она коснулась пламени, и теперь оно сжигает её изнутри. Все последующие дни, та ходила домой либо с Дон Хёном, либо одна. Они так и не поговорили об этом. Не обмолвились даже словом, взглядом, вздохом. Просто через мучительных пару дней шатенка сама начала общаться с ней. Пхильсон казалось, что она совершила ошибку. Неисправимую, страшную, такую грязную, о которой лучше забыть и больше никогда не вспоминать. Только где была грязь, если она сама буквально плавилась под её поцелуями? Просила целовать ещё, и даже когда лёгкие горели от нехватки воздуха, всё равно продолжала отвечать, лишь бы не прекращать и не разрушать момент. Цеплялась руками за талию, волосы Мины, прижимая её к себе так близко, словно желая залезть под кожу. Неужели это грязь? Ощущать такие сильные чувства со своим же полом было неправильно и неприемлемо. Но разве можно противиться тому пожару в груди, который загорелся в десять раз сильнее, как только она поцеловала Мину? Как её губы горели ещё час от ощущения фантомных поцелуев, которые та оставила за собой. Как даже ночью, спустя несколько часов, Пхильсон лежала на кровати и сжимала ноги, чувствуя, как воспоминания ударяют жаром между ног.       — Мм.. - девушка перекатилась на кровати, ложась на спину, чувствуя, как тянет низ живота от нахлынувших эмоций и воспоминаний недавнего события. Чёрт, она точно сведёт её с ума. Хмурясь, Пхильсон опускает руку под одеяло, невесомо касаясь внутренней стороны бедра, а затем начинает поглаживать промежность сквозь тонкую ткань нижнего белья, которое уже и так промокло насквозь. Закусив нижнюю губу, через пару мгновений, девушка запустила руку под бельё, касаясь оголённой плоти, массируя клитор, ощущая, как к щекам приливает стыд и яркий румянец от осознания того, что она сейчас делает. Проведя средним и безымянным пальцами по влажным складкам, девушка медленно вошла в себя, выгинаясь в спине.       — М.. м.. - послышалось от шатенки, когда она начала двигать пальцами, чувствуя как слабо сокращается влагалище вокруг её пальцев. Ей нужно быть тише, ведь за соседней стенкой спит её отец, который работал с раннего утра и пришёл со смены час назад.       — Мина-я.. - тихий шёпот, вперемешку с прерывистым дыханием, быстрыми толчками и хлюпающим звуком под одеялом, — Пожалуйста.. Несколько секунд, и ноги школьницы сильно затряслись, всё тело пробила судорога, и та накрыла рот собственной ладонью, из-за чего вырвался лишь тихий скулёж.

Может, собственный огонь однажды поглодит её саму?

И вот казалось, спустя месяц этой ситуации, всё вернулось на круги своя, но.. звонок в одиннадцать вечера всё ещё казался странным.       — Ну?       — В общем.. - короткая пауза, — Я позвонила в танцевальное агентство Сеула, помнишь, я ещё газету показывала с их вывеской? - по голосу девушки можно было понять, что она улыбается, — Меня пригласили на кастинг. Я завтра вечером уезжаю в Сеул. Скорее всего, навсегда. На мгновение, весь мир замер, а в ушах послышался лёгкий звон. В Сеул? Навсегда? Нет, Мина безусловно знала о мечте подруги уехать в большой город и заниматься там тем, что любит больше всего - танцевать. Но та будто бы до последнего надеялась, что значит для неё хоть что-то, чтобы та на секунду задумалась о подруге.       — Вау.. Пхильсон, это замечательно! - выдавила из себя радостный голос, запрокидывая голову назад, чтобы назойливые слёзы не потекли по щекам, — Папа знает?       — Знает, но как всегда не одобрил. - девушка усмехнулась, — Приедешь завтра на вокзал? С губ брюнетки сорвался нервный смешок.       — А Дон Хён? По ту сторону трубки послышался тяжёлый вздох:       — Я рассталась с ним ещё неделю назад.       — Ах, вот оно как.. - подруга тихо прыснула со смеху от абсурдности всей ситуации. Неужели она вообще никем не дорожит? — Пхильсон..       — Прости. Молчание. Обе девушки замерли, сильно сжимая телефон в собственных руках и не веря в происходящее до конца. Мина начинает сомневаться в происходящем и сильно щипает себя за руку, проверяя, не видит ли она десятый по счёту сон.       — Что ты..-       — Мне очень понравилось целовать тебя. Я не уеду, пока не поцелую тебя снова. И не сказав больше ни слова, шатенка повесила трубку, оставив Мину с затяжным гудком телефона.