Другое королевство

Джон рассказал, что всё началось лет тридцать назад, когда «Моя Фарма» — крупнейшая фармацевтическая корпорация этого мира — и «ДоДерье» — транснациональный гигант по производству средств ухода за кожей — протолкнули закон, объявляющий неопрятность, немытость и запах пота «антиобщественными поступками», подлежащими преследованию. До этого корпорации уже годами навязывали людям свои продукты. Сначала нормой считалось мыться раз в неделю, затем дважды, потом ежедневно, а после — дважды в день и чаще. Это внедрялось через рекламу, телешоу, журналы и глобальную информационную сеть — местный аналог интернета. Ассортимент средств ухода расширялся: гели для разных частей тела, шампуни, кондиционеры, средства для смягчения кожи, депиляции и эпиляции. Всё это требовалось использовать регулярно, и всё чаще. Тех, кто не следовал этим правилам, осмеивали, травили в школах и вузах, не брали на работу — даже туда, где внешний вид не имел значения. В результате натуральный иммунитет населения начал слабеть. Аллергические реакции на самые обычные вещи участились, даже молодые организмы не справлялись с простыми болезнями без медикаментов, которые врачи выписывали в огромных дозах при малейших симптомах. Ученых и врачей, осмелившихся говорить о проблеме, лишали грантов, увольняли, а карьеры журналистов, бравших у них интервью, рушились. Общество оказалось морально готово к следующему шагу — введению наказаний за неопрятность на законодательном уровне. Когда такие законы, пусть и изначально предусматривающие мягкие наказания вроде штрафов или общественных работ, были приняты, часть людей, для которых права и свободы ещё что-то значили, восприняла их в штыки. Появились группы и клубы, где собирались люди, протестовавшие против действий правительства и корпораций. Самым простым способом протеста стал отказ от мытья. Несмотря на травлю в реальной жизни и виртуальном пространстве, таких людей становилось всё больше, а их голоса звучали громче. Именно в одной из таких групп более двадцати лет назад познакомились родители Джона и Чумазки. Отец, ученый-программист, работал с группой физиков над каким-то проектом удаленно и вращался в узком кругу коллег, которые не знали о его убеждениях, что обеспечивало семье финансовую стабильность. Мать, педиатр, лишилась работы после публикации статистики об аллергиях у детей. Через пару лет родился Джон, и семья переехала подальше от города, чтобы избежать внимания властей, особенно когда заговорили об изъятии детей у родителей, не соблюдающих стандарты чистоты, «ради их блага». Через год после переезда у рабочей группы, где работал отец Джона, произошел прорыв в области исследований и им удалось создать то, что позже назовут Щель. Сначала названия были намного внушительнее: Портал во Вселенную, Колесо Миров, Зеркало Измерений.. Да, группе физиков, где отец Джона был одним из ведущих специалистов по компьютерному моделированию и программированию, удалось приоткрыть дверку в другой Мир, где тоже жили разумные существа. Дверка оказалась очень узкой, такой, что с трудом и не всегда проходил объект размером с взрослого человека – это было обусловлено какими-то физическими законами Вселенной, но Джон тут объяснить ничего не мог, так как не знал. В конце концов портал между мирами кто-то метко назвал Щель – с тех пор название прилипло и фигурировало даже в официальных документах. Проект был секретным, о Щели знали немногие, а верили в неё ещё меньше. Известно о соседнем Мире было мало, но, по словам отца Джона, там недавно закончилась или ещё шла какая-то страшная глобальная война. Тем не менее, жителям мира Джона удалось установить контакт с обитателями этого Мира, который назвали Альфа и получить технологии, особенно в области робототехники и искусственного интеллекта. Но все это никак не сняло напряжения в обществе, где вспышки новых болезней охватывали уже целые города и регионы. «Моя Фарма» выпускала одну вакцину за другой, но они не очень помогали, а часто наоборот вызывали тяжёлые аллергии из-за ослабленного иммунитета людей, мывшихся по три-четыре раза в день, как продолжали советовать белозубые модели в рекламе. Производителям надо было продавать товар и зарабатывать деньги.. Правительство, вернее корпорации, которые им управляли, сделали то, что всегда делает руководство, в условиях кризиса – назначили крайних. Виноватыми в распространении болезней и вообще во всем плохом назначили те самые группы, которые призывали общество одуматься и прекратить разрушать свои тела частым мытьем и дезинфекцией. Грязнуль, нерях и неумытых трубочистов, как их виртуозно назвал сам председатель корпорации Додерье, признали виновными во всем и призвали общество к борьбе против этих пятен грязи на здоровом теле. Начались полицейские рейды, у родителей отнимали детей, тех, кто сопротивлялся – бросали в тюрьмы, появились первые случаи, когда людей мыли насильно на камеру и потом крутили видео на радость толпе. Образовались отряды Добровольных Помощников Чистоте и Гигиене, которые выявляли, задерживали и передвали в руки полиции всех, кто забыл почистить зубы или не помыл голову. К этому времени в семье Джона родилась Чумазка — мать назвала её так в пику фанатикам гигиены, и отец не возражал. Репрессии усиливались, истерия против грязнуль нарастала. В то же время, технологии из другого мира адаптировали, и на улицах появились первые, пока еще безобидные роботизированные механические существа, упраляемые ИИ в виде кошек и собак — живых животных давно запретили как рассадники грязи. Катострофа произошла, когда Чумазке было восемь, а Джону — тринадцать. Вирус, названный Штаммом 14, стремительно распространился, выкашивая людей. Ослабленный иммунитет не справлялся, а медикаменты были бессильны. Страх превратил людей в управляемое стадо, которое загнали в границы особых зон - санитарных лагерей. Права и свободы забылись, всё делалось во имя спасения через соблюдение строжайших правил гигиены. Несогласных объявили разносчиками заразы, подлежащими обезвреживанию любыми методами. Так заявил председатель новой объединеной на базе "Моя Фарма" и "ДоДерье" корпорации, которую назвали «МойДоДерье», или «Мойдодыр», как его начали называть, чтобы не ломать себе язык. Реки наполняли мыльной эссенцией, а огромные территории засыпали моющими средствами, вроде зубного порошка, через который пробиралась Света. На улицы вышли машины с искусственным интеллектом, охотившиеся на «трубочистов». Тогда появились первые Крокодилы с дронами-сателлитами, а затем и человекоподобные киборги. Их задачами была охота на грязнуль и доставка их в гигиенические центры. Дети и взрослые, редко мывшиеся, как Джон или не мывшиеся вовсе, как Чумазка, оказались устойчивы к Штамму 14, но это никого не волновало. Обществу внушили, что грязнули разносят заразу, что усилило ненависть. Многие люди, из оставшихся менее 10% населения, добровольно проходили процесс кибергизации, превращаясь в полумашины - для них это было как спасением от вируса, так и жест верности и службы единственной организации, ставшей, как им объясняли, на защиту человечества - Суперкорпорации Мойдодыр, во главе с бессменным председателемем Питером Сниггом. Переломный момент в их семье наступил летом, когда Чумазке недавно исполнилось 10. Родители рядом не было – они ушли добыть какой-то еды, и пятнадцатилетнему мальчику с десятилетней сестренкой оказалось нечего противопоставить рейдовому отряду человекоподобных машин, которые вышли прямо на их стоянку в лесу. Джон попытался увести погоню за собой, но уйти от сканеров киборгов детям не удалось. Чумазку выследили и схватили. А самого Джона загнали в скалы, где он попытался спрятаться в пещере, а когда за ним пришли и туда, тощий и верткий как ящерица подросток заполз в такой узкий проход, что размер машин не позволял его оттуда достать. Тогда в проход несколько раз пальнули из плазменной винтовки и сочтя миссию выполненной, покинули стоянку, уничтожив ее до основания Джону, то и дело теряющему сознание от страшной боли в обоженном теле, удалось выползти из пещеры, где его и нашли вернувшиеся родители. А Чумазку привезли в гигиенический центр и отмывали, записывая видео под веселые стишки для пропаганды. Стихотворение под которое ее мыли потом широко использовали для пропаганды гигиены, а вот видео с кричащим от страха и отвращения девочкой, которая в конце теряет сознание, прокрутили пару раз, а потом убрали из эфира. Отец и мать Джона успели увидеть это видео. И тогда они наконец приняли предложение присоединиться к группе активного сопротивления диктату корпорации и машин. Взамен участники сопротивления сумели выкрасть Чумазку из приемной семьи, а Джону сделали операцию по пересадке кожи, что вероятнее всего, спасло ему жизнь, хотя и оставило шрам, как на теле, так и на душе. Семья, ставшая частью группы повстанцев, обосновались на заброшенном промышленном комплексе, покинутом после эпидемии. Несколько лет назад родители ушли в рейд и не вернулись. Джон и Чумазка остались вдвоём с Арни — перепрограммированным отцом киборгом, захваченным у той - самой первой Щели в Мир Альфа, через которую пришли технологии, уничтожившие этот мир. Джон знал о другой Щели, через которую попала Света - ее мир назывался Бета, но могли быть и другие. — Ну как тебе история? Нудно, правда? — спросил Джон. — Страшно, скорее, — ответила Света. — Вам столько пришлось пройти! — Мне нет, а сестрёнка только недавно оклемалась, — с преувеличенной бравадой сказал Джон. — Кстати, у нас тоже есть стих про чумазую девочку, — вспомнила Света произведение, всегда выводившее её из себя несправедливостью. — «Ах ты, девочка чумазая, где ты руки так измазала…» — она осеклась, увидев, как Чумазка сжалась в клубок, спрятала лицо в ладошки и тихо заскулила:— Не надо! — Ой, прости, пожалуйста! — Света бросилась к ней. — Я не знала, извини, не хотела! — Всё… всё нормально, — ужас ушёл из глаз Чумазки, и она немного расслабилась в объятиях Светы. — Она два года не говорила после этого, — угрюмо сказал Джон. — Но то, что ты знаешь эту дрянь, означает, что агенты Мойдодыра были в вашем мире минимум шесть лет назад. Это очень плохо. Мы знали, что сюда попадали дети - взрослых протащить через щель практически нереально, поэтому они и создали тут этот идиотский Пост чистоты с Крокодилами в реке и добренькими Тетушкой и Дядюшкой. Последний случай был три года назад — ребёнка доставил воздушный дрон к реке, и мы ничего не могли сделать. А у вас, значит, они уже шесть лет… Н-да, — Джон почесал затылок, задумавшись, и вдруг стал похож не на мужчину под тридцать, несущего ответственность за сестру и убежище, а на парня чуть за двадцать, узнавшего нечто важное. — Погоди, какие шесть лет? То стихотворение… — Света осеклась, почувствовав, как вздрогнула у нее в объятиях Чумазка, — написано почти сто лет назад. А про Королеву Зубную Щётку мы знаем уже лет шестьдесят. Хотя, может, сюда недавно кто-то провалился. Кстати, что за Королева? Она правда есть? — Да, это приближённая Председателя Мойдодыра. Кстати, теперь его называют командир - ведь они ведут войну за чистоту. С грязнулями - с нами. После заражения Штаммом 14 Королеву превратили в киборга — получеловека-полумашину. Ее официальный титул — Контроллер Зоны Щели, сокращённо КЗЩ, но предпочитает зваться Королевой Зубной Щёткой. Говорят, ей нравится лично чистить зубы грязнулям, поэтому тетушка и дядюшка зубы не трогают. Но погоди, ты сказала сто лет? Как так? — Ну да, примерно. А про Мойдодыра знаем ещё раньше, лет на десять. — Так, спокойно. Мне надо подумать и посоветоваться, — сказал Джон. — Девочки, идите спать, у вас был тяжёлый день. Всем отдыхать, — добавил он, видя, что Чумазка хочет возражать.Света помогла ей встать и спросила: — Ну что, сестрёнка, покажешь, где вы тут спите? — Пошли, сестрёнка, — в тон ответила Чумазка. — Заодно найдём тебе одежду, а то босиком шлёпать — не вариант. Вот пойдём на огород, там мягкой земли по щиколотку - там да! Но это завтра. А пока спать! Спокойной ночи, братик! Девушки ушли по коридору, оставив Джона за столом, напряжённо смотрящего в невидимую точку на поцарапанной поверхности.