Часть 1
25 сентября 2025 г., 01:31
Примечания:
Холодной осенью захотелось чего-то горяченького, давно я такого не писала😏
Однажды мне предъявили, что перед работой следовало указать, что понадобятся запасные трусы😅 На всякий случай подготовьте🤭
Как всегда буду благодарна исправлениям в ПБ🖤
Если Ким Тэхёна спросят, как ему удаётся справляться со стрессом на работе, он скажет о трёх вещах.
Во-первых, спорт. При физической нагрузке выделяются эндорфины, снижается уровень кортизола, улучшается сон, а качественный отдых напрямую связан с меньшей тревожностью. Регулярные занятия делают нервную систему более устойчивой к нагрузкам, укрепляют здоровье в целом, и тело становится менее уязвимым. А ещё это хороший способ отвлечься и выпустить пар, поэтому Тэхён три раза в неделю посещает корпоративный спортзал, который находится в здании их компании.
Во-вторых, он профессионал своего дела. В свои двадцать восемь Ким занимает должность главы отдела маркетинга, и не за красивое личико, а вполне заслуженно. Он хорошо знает свою работу, уверен в том, что делает, каждую свою позицию аргументирует, поэтому не переживает за результат.
В-третьих, многие почему-то пренебрегают этим советом, но в момент стресса бывает полезно для расслабления представить себе место или ситуацию, в которой тебе спокойно и приятно. Тэхёна эта техника уже почти два месяца, с момента как к ним пришёл их новый босс, отлично выручает.
Вот как сейчас, например. Он сидит на очередном совещании в числе менеджеров разных отделов, где Чон Чонгук выедает чайной ложечкой мозг каждого из собравшихся. Прикрывает глаза на пару секунд и визуализирует себе уже знакомый сценарий.
В нём Тэхён представляет себя в сыром подвале, в котором он привязывает своего начальника к стулу верёвкой. О, мастера шибари позавидовали бы тому, с какой тщательностью он обматывает все конечности и вяжет узлы, обездвиживая тело. Смотрится так красиво и эстетично, что Тэхён даже в мыслях кивает сам себе. Напоследок он завязывает Чону глаза, запихивает в рот кляп и уходит с улыбкой на лице, запирая за собой дверь.
На секунду Ким почти улыбается в реальности, но сдерживается и спокойно возвращается к обсуждению.
Чон Чонгук в их компании на должности исполнительного директора с середины лета, уже около двух месяцев, и Тэхёна он бесит примерно столько же. Это не потому, что Чон на год его младше и уже на такой высокой позиции, Кима полностью устраивает его должность и на место босса он не метит.
Сложно объяснить, но бывает так, что человек просто начинает раздражать без причины. Зачастую при дальнейшем знакомстве мнение о нём меняется в лучшую сторону, но тут чем дальше в лес, тем злее Тэхён, мысленно связывающий Чона в своём воображаемом подвале.
Смена начальства это всегда сложно, но сперва Ким относится к этому позитивно: свежий взгляд, новые идеи, дисциплина, которой, скажем прямо, многим сотрудникам не достаёт. Однако сейчас понятно, что ко всему вышеперечисленному прилагается и педантичность, от которой у Тэхёна сжимается челюсть.
Чонгук безупречен во всём: от идеально выглаженных рубашек до выстроенной по минутам повестки встреч. Он никогда не повышает голос, но каждое его замечание режет острее ножа. На совещаниях он может одним сухим «переделайте» перечеркнуть две недели работы и при этом остаться вежливым до тошноты.
Тэхёна больше всего раздражает именно это спокойствие, словно Чонгук существует вне человеческих слабостей. Его нельзя назвать холодным роботом, скорее человеком, которого нереально вывести из равновесия. И, возможно, именно поэтому Ким всё чаще ловит себя на том, что хочет увидеть, как трескается эта идеальная оболочка. Слабости и внутренние демоны есть у всех, он убеждён, а за подобной безупречностью их может скрываться даже больше обычного.
Из-за того что их кабинеты расположены на одном этаже, ещё и по соседству, да и просто в силу работы пересекаться с Чоном приходится постоянно.
Помимо совещаний и частых планёрок, которые проходят узким кругом менеджеров прямо в кабинете директора, они могут встретиться в тесном коридоре, где Чонгук непременно ему кивнёт и вежливо уступит дорогу без намёка на эмоцию.
Или Тэхён может принести начальнику очередной отчёт, который тот медленно пролистывает, тщательно изучает и, когда Ким внутри уже готов взорваться, наконец поднимает на него глаза.
– В целом неплохо, но переделайте графики. Они нечитабельны.
Сказано вежливо и спокойно. И от этого «в целом неплохо» Тэхён кипит больше, чем если бы его разнесли в пух и прах. В другие разы он специально допускает мелкие недочёты, проверяя реакцию, но она обычно ровная, такая же, как на идеально написанный отчёт.
Как-то раз после напряжённого совещания Ким возвращается в кабинет, но слышит голос Чонгука через тонкую стену. Тот спокойно отчитывает кого-то по телефону: без криков и эмоций, только сухими формулировками. «Ну сорвись хоть раз, идеальный ты ублюдок», – думает Тэхён, сдерживаясь, чтобы не закурить прямо в кабинете.
На самом деле, он пытается бросить курить. Пока ему удаётся лишь заменять обычные сигареты электронными, но и они запрещены в стенах компании, поэтому приходится терпеть до конца рабочего дня. В курилку Тэхён принципиально не ходит – далековато, и всегда есть риск поддаться соблазну. Конечно, иногда в качестве исключения он всё-таки позволяет себе эту слабость, сидя в кабинете, если задерживается на рабочем месте и знает, что в офисе никого не осталось.
Порой Чонгук вдруг решает с ним заговорить на отвлечённые темы, будто просто из вежливости, чем вызывает сильное раздражение. Однажды утром, когда Ким освобождается после ранней тренировки в зале, он заходит на кухню за кофе и застаёт там Чона.
В такое время на работе? Он вообще уходит домой? Как всегда одетый с иголочки, в начищенных ботинках, в которых можно разглядеть своё отражение, и с уложенными назад волосами, лишь одна прядь из которых спадает на лоб, но и у неё, Ким уверен, чётко выверенное место.
Тэхён подготавливает для себя чашку, сразу насыпая туда сахар и добавляя сливки. Чон молча нажимает кнопку на кофемашине, потом вдруг спрашивает, даже не глядя в его сторону:
– Вы всегда берёте с сахаром?
Простая фраза, но Тэхёна переклинивает. «Тоже мне, внимательный, заметил», – думает он зло, хотя раздражает не сам вопрос, а то, с какой непринуждённостью он задан, будто они уже давно ведут подобные беседы, и это их привычный утренний ритуал.
– Да, надо же хоть как-то подсластить себе рабочий день.
Он отвечает слишком резко, косясь на двойной эспрессо начальника, но тот и бровью не ведёт. А Ким потом ещё полдня думает, почему такой пустяк его цепляет.
⋆ ✧ ⋆
Сегодняшнее пятничное утро Тэхён проводит в тренажёрном зале компании. В такое время тут, как правило, почти никого нет, мало кому хочется приезжать в несусветную рань, чтобы потом ещё успеть принять душ и привести себя в порядок. У Тэхёна с этим проблем нет, поэтому он наслаждается тренировкой в одиночестве с любимой музыкой в ушах. После усиленного кардио на беговой дорожке футболка пропитывается потом насквозь и неприятно липнет к телу, так что он выключает тренажёр и снимает её, отбрасывая в сторону. Ким вытирает лицо и шею полотенцем, а потом жадно припадает к бутылке с водой. Он поворачивается на сто восемьдесят и почти закашливается от неожиданности, когда видит Чон Чонгука в нескольких тренажёрах от себя. От вида начальника Тэхён теряет дар речи на несколько секунд. К такому он оказывается не готов. Каждый день он видит Чона лишь в пиджаке и рубашке, сейчас же на нём красуется до неприличия облегающий компрессионный лонгслив и двухслойные компрессионные шорты с нижним утягивающим слоем и верхним более свободным. Волосы, верхняя часть которых убрана в полупучок, в небольшом беспорядке, но даже в таком виде он кажется до зубного скрежета идеальным. И где он, чёрт возьми, обычно прячет эти мышцы? Встряхнув головой, Тэхён вынимает один наушник, встречаясь взглядом с Чонгуком. – И давно вы здесь, директор Чон? – Не больше десяти минут, не хотел прерывать вашу тренировку или пугать. Надеюсь, я не помешаю? – Вы ведь в курсе, что это общий спортзал, так к чему эти вопросы? К счастью, тот ничего не отвечает, лишь кивает, подходя к одной из беговых дорожек. Ким не слишком доволен таким соседством, он приходит сюда выпустить пар, а не раздражаться ещё больше. Но не подерутся же они из-за тренажёров в конце концов, так что он просто уходит в другую часть зала, возвращаясь к своей рутине. Однако, как он ни старается, взглядом то и дело находит Чонгука. Сначала мимолётно, а потом всё чаще, дольше, и Ким сам не замечает, что перестаёт следить за собственным пульсом и подходами. Чонгук работает спокойно, методично: разминка, равномерное дыхание, правильная техника, каждое движение выверено. Мышцы напрягаются под тканью лонгслива, и Тэхён впервые понимает, насколько крепким и горячим может быть человек, которого он привык считать холодным занудой. Особенно выбиваются из общей картины татуировки, выглядывающие из-под задранного рукава: чёрные линии на коже, которых обычно не видно за одеждой. Они завораживают, притягивают взгляд, как и блеск капель пота, скользящих по шее и линии ключиц. Ким чувствует, как в груди нарастает странное напряжение – не то раздражение, не то что-то ещё, от чего хочется отмахнуться, но вместо этого он ловит себя на том, что жадно разглядывает. В голове мелькает непрошеная мысль: а каково будет сорвать с него одежду и увидеть всё тело целиком? Медленно провести пальцами… нет, языком по V-образной линии Адониса, потом вверх через рельефный пресс прямо до соска и… Фантазия обрывается в момент, когда Чонгук ложится на скамью для жима штанги. Вес на грифе приличный, Ким оценивает это на глаз и хмурится: для разминки многовато. Чон уверенно снимает штангу с упоров, но к четвёртому повтору его движения начинают замедляться. Лицо напрягается, мышцы дрожат, и в какой-то момент становится ясно, что тот не вытянет. Гриф опускается чуть ниже, придавливая грудь. Чонгук сдержанно выдыхает, пытаясь поднять, но руки предательски сдают. – Чёрт… – вырывается у него, и в тот же миг Тэхён оказывается рядом. Он почти не думает, подскакивает, хватает штангу, но, чтобы поднять такой вес, нужно зафиксироваться. Инстинктивно Ким садится сверху: коленями на скамью, упираясь бёдрами в торс Чонгука, словно седлает его. Теперь они лицом к лицу, на смехотворно близком расстоянии, а с него самого всё ещё льёт пот, грудь голая, горячая и липкая. Собравшись, он рывком поднимает гриф и ставит его обратно на упоры. Тяжёлое железо звякает, и в зале воцаряется тишина, нарушаемая лишь их прерывистым дыханием. Только теперь Тэхён осознаёт, в каком именно он положении: почти нависает над Чонгуком, чувствуя жар его тела под собой. Секунда – и он готов поклясться, что замечает на лице начальника нечто большее, чем усталость. Он резко отстраняется, будто обжёгся, спрыгивает со скамьи, хватая полотенце. – Осторожнее с весом, директор Чон, – бросает он слишком резко и уходит из зала, лишь бы не сделать какую-нибудь глупость. Скрывшись в раздевалке, Тэхён несколько раз трёт лицо руками и понимает, что в штанах у него крепкий стояк. Лучше и быть не может. Он не пубертатный подросток, чтобы идти дрочить в душ, тем более на своего раздражающего босса. Нужно просто проветриться и остыть. Тэхён достаёт из сумки электронную сигарету и идёт в ближайший туалет. Сейчас всё равно никого нет, а здесь хорошая вентиляция. Он запирается в первой кабинке, встаёт на крышку унитаза, поближе к потолочной вытяжке, и глубоко затягивается. Сейчас как никогда хочется закурить обычную сигарету, но и такой способ доставки никотина неплохо справляется с задачей. С каждой затяжкой Тэхён всё больше расслабляется, а непрошенные мысли утихают и уходят на второй план. Это просто физиологическая реакция организма, в этом нет ничего страшного, а на месте его начальника мог оказаться кто угодно. Двери уборной распахиваются, и Тэхён слышит быстрые чужие шаги. Человек проходит до последней кабинки, а потом возвращается к началу и запирается в соседней от Кима. Тэхён замирает и больше не затягивается, боясь дать себя обнаружить, он уверен, что вошедший не знает о его присутствии. – Чёрт, – из соседней кабинки слышится шипение и сдавленные ругательства. И Тэхён узнаёт этот голос, припоминает буквально то же самое пять минут назад в тренажёрном зале. Но чтобы удостовериться, он всё-таки аккуратно спускается на пол и нагибается, заглядывая в промежуток от пола до разделяющей их перегородки. Да, это совершенно точно кроссовки Чон Чонгука. Так же аккуратно он встаёт обратно на крышку унитаза, надеясь, что его небольшой шум потонет в копошении по соседству, и облокачивается на стену. Тэхён застывает, сердце стучит в ушах так громко, что он боится: его вот-вот услышат и резко окликнут. Но вместо этого до него начинают доноситься другие звуки: короткие сдавленные выдохи, скрип пластика под весом сидящего тела и характерное, предательски узнаваемое движение ладони. Он не верит себе, но стоит прислушаться внимательнее, и сомнений не остаётся. Чонгук дрочит. Здесь, в туалете компании, после того, как Тэхён практически сидел на нём. Интересно, это как-то связано? Ким чувствует, как внутри что-то хищно сжимается. Он остаётся без движения, почти не дышит, только слушает. Сначала негромкие рваные вздохи, потом хриплое «да…», едва слышное, но будто адресованное прямо ему. Ещё немного и к ним добавляются низкие стоны, такие интимные, что Тэхёна прошибает холодный пот. И чем дольше он слушает, тем сильнее пульсирует в паху. Ким ощущает, как возбуждение накатывает почти болезненно, плоть упирается в ткань спортивных штанов, требуя внимания. Он закусывает губу, стараясь не выдать себя. В голове мелькает мысль: что он там представляет? Кого? Соседняя кабинка наполняется всё более откровенными звуками: тяжёлое дыхание, влажный хлопок ладони о плоть, сдавленные ругательства, рваные стоны, которые слышны всё чаще и громче. И в какой-то момент Тэхён сам едва не стонет в ответ, так сильно это всё на него действует. Он засовывает руку в штаны, даже не осознавая, как это происходит. Просто пальцы уже сжимают его собственный член, напряжённый и болезненно пульсирующий. Он дрочит в унисон с начальником, стараясь не шуметь, но в висках грохочет одно: я слушаю, как Чонгук мастурбирует, и мне это нравится. Чон кончает с протяжным высоким стоном. Тэхён даже не успевает зацепиться за мысль, что не прочь услышать это ещё раз и даже стать главной причиной, как изливается следом, второй рукой зажимая себе рот для надёжности. Он остаётся в таком положении ещё какое-то время, выравнивая дыхание, даже когда в уборной наступает тишина. Вот теперь ему точно нужна сигарета.⋆ ✧ ⋆
С того самого момента всё идёт наперекосяк. Мало того, что весь оставшийся рабочий день Тэхён не может выбросить из головы увиденного и услышанного, так ещё и на выходных образы его не покидают. А самое страшное поджидает на следующей неделе, когда от навязчивых мыслей не спасает даже визуализация жёсткой расправы в подвале. Ким, насколько это возможно, избегает лишних встреч с Чоном, не пересекается взглядом и не остаётся с ним наедине. Даже на тренировки ходит строго по вечерам. Но это нисколько не спасает. Теперь Тэхён знает, как звучит Чонгук в момент возбуждения, в момент оргазма, когда он сдаётся физическому желанию и отпускает себя на это короткое время. И теперь воображение Кима играет против него. Проверенная техника с мысленным связыванием не работает. Раньше это была игра разума на тему контроля, способ погасить злость и обуздать раздражение, но теперь картинка меняется. Узлы больше не орудие расправы, а повод посмотреть, как красиво перетянуты мышцы. При этом в голове у Тэхёна только одно: а если он будет стонать так же, как тогда, в туалете? Каждый день он злится на начальника, злится на себя, а вечером в душе своей квартиры снимает напряжение, представляя как поставит Чонгука на колени. – Тебе бы потрахаться, – заключает Юнги, когда Тэхён заканчивает историю о своём помешательстве. Ким курит сигарету, которую стрельнул у друга, и мрачно усмехается. Мин даже вылезает из своей любимой серверной на свет божий и сам предлагает им подняться на крышу, видя дёрганность Тэхёна и то, с какой обречённостью тот просит сигарету, хотя уже долгое время пытается завязать. Но он не спорит и молча выслушивает, позволяя себе комментарий только в самом конце. – Спасибо, – фыркает Тэхён. – Как-нибудь обойдусь дрочкой, разницы никакой. – Ну, физиологически – да, но психологически… – он делает многозначительную паузу. – А советы попроще будут, док? – Куда уж проще? – качает головой Юнги. – Но ты можешь попробовать вылить все свои навязчивые мысли в текст. – Предлагаешь мне писать эротические рассказы? – Тэхён скептически выгибает бровь. – Я предлагаю тебе метод катартического письма, – не находя в глазах Кима понимания, Юнги продолжает. – Когда не вариант действовать в реальности, человек может выплеснуть фантазии и напряжение в символическую форму, в твоём случае текст. Разгрузишь мозг. Иногда воображение требует завершенности, какого-то финала, что как раз можно сделать в тексте. Плюс это возможность пережить все эмоции, не касаясь реальности. Хочешь трахнуть начальника – напиши как именно и во всех подробностях и, глядишь, гештальт закроешь. – Нихрена себе. Да уж, ты со своими книжками по психологии умеешь удивлять. Не думал сменить профессию? – Не-а. Слишком много общения с людьми, мне милее компьютеры. Сначала Тэхён не рассматривает этот совет всерьёз. Мало ему навязчивых мыслей, так ещё и фанфики про них с Чоном начать писать. Супер. Но уже в этот же вечер, задержавшись на работе, он сдаётся. И дело даже не в возбуждении – с этим он умеет справляться, просто постоянные картинки в голове не дают ни на чём сосредоточиться. Ладно, была ни была. Он ведь не собирается кому-то это показывать или куда-то выкладывать. Тэхён создаёт в облаке текстовый файл и даёт волю мыслям, чтобы те плавно трансформировались в слова на белом листе. Ким, по сути, пересказывает их яркую встречу в спортзале, изменяя концовку. В этой истории он не сбегает в раздевалку, а так и остаётся сидеть сверху на Чонгуке, позволяя себе некоторые вольности, распаляя их обоих. Чон его не отталкивает и не сопротивляется, наоборот, охотно отвечает – даже в своих фантазиях Тэхён не хочет ни к чему принуждать. А заканчивается всё в душевой взаимной дрочкой друг другу. Спустя час он получает несколько страниц… рассказа? Зарисовки? Да какая разница, как это назвать. Главное, что мысли в голове успокаиваются и он довольный откидывается на спинку стула. То самое чувство завершённости, о котором говорил Юнги, действительно помогает. Правда эффект длится недолго, ровно до момента, когда на следующий день Чон приглашает его в свой кабинет обсудить пару вопросов. И здесь фантазия услужливо подкидывает сцены, как Тэхён берёт своего начальника прямо на его рабочем столе. Блять. Самообладание трещит по швам, но ему всё же удаётся вернуться в свой кабинет. После недолгих раздумий Тэхён снова открывает текстовый файлик и начинает строчить. Только дописав, он расслабляется и вдруг задаётся вопросом: а насколько безопасно хранить это в рабочем облаке? Вчера он бездумно воспользовался тем, что было под рукой, да и сила привычки сделала своё дело. Впрочем, сейчас он не чувствует страха. Рабочий компьютер запаролен, никто никогда не просматривает скучные файлы с названиями вроде Отчёт, Смета, Коммерческое предложение, тем более у начальника отдела. А ещё, и Тэхён в этом ни за что не признается даже самому себе, ему нравится скрывать маленький грязный секретик буквально у всех на виду. В то время как опасность быть пойманным будто делает его тексты ещё острее. Назвав свой документ «Отчёт по эффективности рекламы», он откидывает все переживания и возвращается к своим прямым обязанностям.⋆ ✧ ⋆
Кажется, Юнги стоит как следует поблагодарить за совет, ведь Ким Тэхён возвращается к привычному чувству контроля. Только теперь у него появляется новая привычка. Он больше не гасит фантазии насильно и не гонит их прочь, а, наоборот, позволяет им распускаться до конца. Стоит только картинке мелькнуть в голове, он замирает, проживает её, продумывая детали, а потом спешит к своему «Отчёту» и переносит всё в слова. Сцены становятся всё разнообразнее. Иногда это короткие, но яркие зарисовки, а порой объёмные сценарии, подробно расписанные от первого прикосновения до последнего выдоха. Тэхён позволяет себе пробовать разные роли и сюжеты: то властный, то нежный, то жестокий, то внимательный. Где-то Чонгук стоит на коленях, где-то сам нависает над ним, а иногда они равны и сталкиваются на грани борьбы и страсти. Файл растёт, истории множатся, а вместе с ними и напряжение. Ким сам не замечает, как вечером уже не идёт в спортзал, а остаётся в кабинете, выдумывая всё новые сцены. Ирония в том, что сам процесс записи для него сродни тренировке: он выходит оттуда выжатый, но довольный, с облегчённым дыханием и ясной головой. Впрочем, есть несколько смущающих моментов. Тэхён не замечает, как от графичного порно постепенно приходит к описанию чувств своих персонажей, будто между ними не просто секс, а более глубокая связь. Чонгук в его текстах всегда отвечает, никогда не отворачивается, не сопротивляется, не уходит. В этих фантазиях он такой же увлечённый, как сам Тэхён. И, кажется, Ким начинает переносить образ написанного им Чонгука на реального, размышляя, как бы тот отреагировал в реальной жизни. Да, он его хочет, с этим ничего не поделаешь, но пока Тэхёну удаётся сублимировать своё желание, он не собирается бить тревогу. К тому же, раздражает его Чон ничуть не меньше, чем до этого, а может, и больше.⋆ ✧ ⋆
Чонгук на работе обычно предельно собран и готов к любому развитию событий, но всё-таки незапланированная встреча за пределами офиса немного выбивает его из колеи. А может, всему виной отсутствие машины, оставленной в ремонте, и резкая смена погоды. Для конца сентября слишком холодно и промозгло, на его взгляд. Он вообще не разделяет этого осеннего ажиотажа с фотосессиями в куче опавших листьев и стаканчиками пряных сезонных напитков. На всю эту ерунду у него нет ни времени, ни компании, возможно, в этом проблема. Пока он ждёт такси, проезжающая мимо на полной скорости машина обдаёт его водой из лужи, пачкая и костюм, и светлое пальто. Скандалить или возмущаться нет смысла, так что Чон просто меняет в приложении конечный адрес с рабочего на домашний – само собой, в таком виде он в офис не отправится – и спокойно дожидается водителя. В новой компании у него не взято ни одного дня удалённой работы или дополнительного выходного, хотя с его должностью это можно себе позволить. Чонгук предпочитает контролировать всё лично, но для всего бывают исключения. Не беда, он и дистанционно сможет исполнять свои обязанности, только внесёт некоторые коррективы в расписание. Что-то ему подсказывает, что для многих сотрудников его отсутствие станет облегчением. Чонгук не дурак, понимает, какую репутацию имеет среди своих подчинённых, но ему плевать до тех пор, пока все исправно делают свою работу. Кстати об этом, сегодня ему нужно обсудить несколько вопросов с отделом маркетинга, а точнее с менеджером отдела, Ким Тэхёном. К нему у Чонгука, эм-м… неоднозначные чувства. С самого начала работы здесь он ощущает на себе его пристальное внимание. Сперва он убеждает себя, что это очевидный интерес к новому начальству, но потом перестаёт понимать происходящее. В один момент Тэхён сверлит его уничтожающим взглядом, в другой – абсолютно расслаблен, будто под дозой успокоительного, при этом кажется, что на его лице вот-вот заиграет блаженная улыбка. Как к сотруднику у Чона к нему ноль вопросов, поэтому он просто старается не заострять внимания на этих странностях. И с этим бы не было проблем, если бы не тот случай в тренажёрном зале. В то утро Чонгук приходит позже обычного и никак не ожидает застать в спортзале полуголого Тэхёна. Признаться, это сильно отвлекает от тренировки, а вкупе с пристальными взглядами Кима в его сторону, вообще делает его рассеянным настолько, что он не замечает, как перебарщивает с весом штанги. В момент, когда Тэхён нависает над ним, Чонгуку следует думать о чём угодно, но только не о крепких бёдрах, обхватывающих его торс, и блестящей от пота накачанной груди. Стоит хотя бы поблагодарить за помощь, но всё, что он может сделать, это тяжело сглотнуть и постараться отвлечься, чтобы полутвёрдый член в штанах не достиг полноценного стояка, который в его одежде не разглядит только слепой. К счастью, Ким довольно быстро покидает зал, ничего не замечая. Однако Чонгуку это не сильно помогает – слишком свежи эмоции и ощущения. Уже через пять минут он лежит всё на той же скамейке и понятия не имеет, что делать с такой неуместной эрекцией. Пойти в раздевалку и душевую означает снова столкнуться с Тэхёном, а такой расклад его не устраивает. Единственной здравой идеей кажется дрочка в туалете. С того момента с Чонгуком происходит что-то странное. Внешне он по-прежнему спокоен и собран, но внутри то и дело накатывает волнение, часто снятся влажные сны с участием Кима. Начинает казаться, что тот догадывается о его грязном секрете и будто ведёт себя иначе. Сам Чонгук тоже неосознанно избегает Тэхёна, но позже замечает: внешне тот остаётся всё тем же, хотя в его взглядах явно что-то не так. Понять бы ещё, что именно. Чонгук отбрасывает лишние мысли и возвращается к работе. Отчёты сами себя не проверят. Он открывает файл с анализом по последней рекламной кампании, который ему скинул Ким, и собирается пробежаться глазами по таблицам, но вместо них видит какой-то текст. Прокручивая несколько страниц вниз, Чонгук так и не находит искомого, и закрывает файл, не вчитываясь в содержимое. Ладно, с кем не бывает ошибок.Чон Чонгук:
Менеджер Ким, кажется,
вы скинули мне не тот
файл, проверьте, пожалуйста
Сообщение отображается прочитанным, но в ответ тишина. Чонгук успевает сделать себе чай, но в чате всё так же тихо.Чон Чонгук:
Менеджер Ким?
Вы сделали отчёт?
Ким Тэхён: Да. Прошу прощения, сейчас отправлю нужный файл Почти сразу прилетает документ, который Чон изучает, а потом созванивается с Кимом, чтобы уточнить несколько моментов и обсудить план на следующий месяц. Они не включают видео, но даже по голосу кажется, что Тэхён какой-то дёрганый и рассеянный. Тот уверяет, что всё в порядке, и они довольно быстро заканчивают звонок. В конце рабочего дня Чон сверяется со списком задач на сегодня и выключает компьютер, перед этим натыкаясь на диалог с Тэхёном. В памяти опять всплывает его странное поведение, и Чонгуку становится любопытно. Может ли причина этих странностей крыться в том самом файле? Он ещё раз открывает их чат уже с телефона, но видит, что на месте вложения красуется «сообщение удалено». А вот это точно выглядит подозрительно. Чонгук мало чего понимает в технических вопросах, но уверен, что почти всё удалённое можно восстановить. Он находит контакт системного администратора Мин Юнги и звонит ему. Сам не понимает, почему делает это, но в данный момент ему просто жизненно необходимо поиграть в шпиона, а бурлящий в крови адреналин только подгоняет. – Директор Чон? – раздаётся удивлённо. – Да, Мин Юнги, это я. Вы ещё на работе? – Ну… собирался уходить. У вас что-то важное? – Очень важное, – и он почти не врёт. – Скажите, если я удалил файл из корпоративного чата… его реально достать? – Вполне, – отвечает тот, а потом усмехается. – Наивно думать,что при нажатии «удалить» всё исчезнет. Файл дублируется в резервном хранилище, и даже при удалении у нас в течение месяца хранится его копия. Но… я предположу, что файл не ваш. – Почему ты так решил? – Чонгук замирает и не замечает, как опускает формальности. – Потому что, будь он ваш, на компьютере должен остаться оригинал. С чего вам его удалять? А даже если и удалили, то вы можете найти его в корзине, – на это нечего ответить. – Директор Чон, если хотите, чтобы я вам помог, мне нужны ответы. Так глупо он ещё никогда себя не чувствовал. Но ведь он и сам не знает, что там внутри, верно? Он же не личный дневник Тэхёна собирается достать, следовательно и совесть не должна его мучить. – Это не мой файл. Его скинул менеджер Ким из отдела маркетинга, а потом удалил. Я не успел скачать себе файл. – Очевидно это что-то важное по работе, я правильно понимаю? Что-то, что не ждёт до завтра? – вкрадчиво спрашивает Мин после паузы. – Да. Мне очень нужен этот файл. На другом конце наступает тишина, а Чон задерживает дыхание. – Окей, – сдаётся Юнги. – Скиньте мне время отправки, имя отправителя и, если помните, название и тип файла. Я постараюсь найти и прислать. Чонгук благодарит его и отправляет всю нужную информацию. Позже в личном сообщении от Мина он получает тот самый файл, но не спешит открывать, хочет оттянуть момент. Он почти уверен: для Тэхёна это что-то личное. Но почему же тогда он не испытывает никаких угрызений совести по этому поводу? Впрочем, вопреки расхожему мнению Чонгук не идеален и уж тем более не святой. Он тоже человек со своими слабостями и пороками, и любопытство один из них. Да, на работе все видят контрол-фрика, у которого всё разложено по полочкам, но в обычной жизни всё немного по-другому. Немного, потому что не доходит до фанатизма и он позволяет себе расслабиться, однако всегда ощущает внутреннюю тягу всё держать под контролем. Особенно тяжело с этим в личной жизни. Возможно, поэтому у него давно нет постоянного партнёра, да и непостоянного тоже – мало кто готов с таким мириться. Чонгук заканчивает с ужином из доставки, принимает душ и устраивается на кровати. Он испытывает волнительное предвкушение и сразу скачивает документ на телефон на всякий случай. Открывает файл и, выхватывая абзац, начинает вчитываться в текст. …Ладонь Тэхёна медленно скользила по широкой груди, опускаясь ниже, и Чон выдохнул так, будто уже готов был сдаться. Он не говорил «нет», вообще молчал, только смотрел снизу вверх, и это выражение делало Тэхёна безумным. Он придвинулся ближе, а Чонгук сам приподнял бёдра навстречу. Чёрт, какой же он был горячий… Взгляд застывает на собственном имени. Он перечитывает строчку и глупо моргает. Совпадение? Пролистывает выше и читает с самого начала. Сцена кажется знакомой, и внезапно до него доходит, что она повторяет происходившее с ними в реальности. Он и Тэхён, спортзал, скамья для жима. Только здесь всё развивается иначе: Тэхён не убегает, а остаётся сидеть сверху, держит его, прижимает к себе, и каждое движение описано так детально, что у Чонгука сбивается дыхание. Он будто смотрит порно со своим участием, особенно когда доходит до продолжения в душевой. Нравится ли ему? Пожалуй, вставший член говорит сам за себя. Но всё-таки Чонгук закрывает файл и отбрасывает телефон в сторону. – Блять. Он с силой растирает глаза, пытаясь избавиться от яркой картинки в голове, но ничего не выходит. Тогда Чон идёт в ванную, где ополаскивает лицо ледяной водой и смотрит на своё отражение. – Ты ведь не будешь дрочить на своего подчинённого? Но тут же криво усмехается, потому что уже. В голове тут же всплывает воспоминание о том, как он даёт волю своей фантазии, пока мастурбирует в туалете. Хорошо хоть имя Тэхёна вслух не выстанывает. Пару часов он почти успешно отвлекает себя каким-то сериалом, музыкой и просмотром тупых роликов на ютубе. И всё-таки Чонгуку далеко до святоши, поэтому, лёжа в постели и пытаясь уснуть, он сдаётся своим внутренним демонам и продолжает читать дальше. …Чонгук сидел на столе у себя в кабинете. Дверь была заперта, бумаги сдвинуты в сторону, а Тэхён нависал над ним, удерживая за запястья. Глаза Чона чуть расширились, дыхание сбилось, и было видно, как он дергался от собственного желания, даже не пытаясь это скрыть. Стол под ним заскрипел, когда Тэхён вжался в него сильнее. Рубашка была растёгнута, галстук ослаблен, и ему захотелось оставить на шее Чонгука следы от зубов, чтобы потом тот сидел на планёрке и ёрзал от каждого прикосновения ткани… Он сам не замечает, как читает эти истории одну за другой и не может остановиться. Меняются локации, роли, позы, но сексуальное напряжение не спадает ни на секунду. Чонгук быстро сдаётся и запускает руку под резинку штанов, представляя себя на месте того Чонгука. И ему нравится. Особенно будоражат сцены с властным и доминирующим Тэхёном, который ставит его на колени или прижимает к стене. А Чон безоговорочно сдаётся и позволяет ему вести. Впервые в жизни Чонгук ловит себя на том, что мысль о потере контроля не пугает его. Она заводит. И это странно, даже немного страшно. Чон всегда предпочитает вести в постели, держа всё в своих руках. У него есть опыт и в пассивной роли, но даже так полностью довериться партнёру очень тяжело. Почему же сейчас он готов позорно скулить, когда представляет, как Тэхён его обездвиживает, сжимает запястья, нависает сверху, тянет за волосы? За чтением Чонгук теряет счёт времени и ложится спать уже под утро. Неудивительно, что он на автомате вырубает будильник и в следующий раз просыпается от звонка секретаря, который, судя по голосу, в полной уверенности, что начальник при смерти. И хриплый после сна голос только подогревает беспокойство. Все в офисе знают о педантичности Чонгука и о том, что он приходит на работу одним из первых. Поэтому, когда он не появляется спустя два часа после начала рабочего дня, бьют тревогу. Вдобавок ко всему на сегодня назначена встреча с генеральным директором, которого тоже поставили на уши. Никакие заверения, что с Чонгуком всё в порядке и он может приехать в офис, не срабатывают. Гендиректор Пак практически требует, чтобы Чон оставался дома и лечился, а тот тихо офигевает от происходящего. Доходит до того, что ему даже не верят, что он мог просто проспать, считая это попыткой скрыть своё самочувствие и самоотверженно приехать на работу. А на последний аргумент, что Чонгуку нужно подписать гору бумаг, господин Пак обещает прислать к нему кого-нибудь с документами. Кажется, Чону стоит хоть иногда показывать сотрудникам, что их начальник тоже человек.⋆ ✧ ⋆
Тэхён не понимает, как так вышло, что в середине рабочего дня он едет к Чон Чонгуку с целой кипой бумаг на подпись. Когда он задерживается после собрания с генеральным директором, то не ожидает, что его отправят с таким поручением к начальству. Нет, им безусловно есть, что обсудить по работе, но Киму сейчас меньше всего хочется видеть Чонгука. Точно не после вчерашнего. Слово «проёб» даже не покрывает масштаба произошедшего пиздеца. Отправить начальнику именно тот файл, который он никогда не должен увидеть, это надо уметь. А ведь он его даже успел открыть. Хорошо, что Тэхён сразу всё удалил, а Чон, кажется, не стал вчитываться в текст, судя по его спокойной реакции и привычному поведению. Юнги, зная о всей ситуации, до сих пор над ним ржёт. И самое интересное, Тэхён понятия не имеет, почему у файлов настолько одинаковые имена, что в запаре их очень легко перепутать. Конечно, сейчас он чувствует себя более уверенно, но перспектива ехать к Чону домой ему не нравится. Поэтому припарковав машину, он ещё минут десять сидит внутри, прежде чем подняться в квартиру. – Менеджер Ким? А вы здесь откуда? Судя по лицу Чонгука, его эта встреча застаёт врасплох. – Добрый день, директор Чон. Да вот, привёз вам документы на подпись, – он крутит в руках увесистую папку. – Я, если честно, ждал секретаря. – Я тоже ждал на своём месте секретаря, но господин Пак лично поручил это задание мне. Впустите? – Да, конечно, прошу прощения, – Чон отмирает и наконец пропускает его в квартиру. Тэхён немного теряется, наблюдая, как тот ставит перед ним тапочки и протягивает вешалку для пальто. – Эм, я, наверно, здесь подожду, – предлагает он несмело. – Это займет время, так что раздевайтесь, – настаивает Чонгук. – Я привык изучать документы, которые подписываю. – Кто бы сомневался, – тихо бурчит Тэхён, но соглашается. Квартира Чона оказывается совсем не такой, как он себе представляет. Тэхён ожидает увидеть холодный минимализм, стекло и белые стены, в которых отражается собственное эхо. Но вместо этого его встречает просторная гостиная в тёплых тонах с кирпичной кладкой на одной стене, тяжёлый кожаный диван и низкий столик с коллекцией ароматических свечей. В его голове это мало соответствует образу директора Чона, зато хорошо сочетается с расслабленным домашним Чонгуком, открывшим ему дверь. Без костюма, укладки и начищенных ботинок он больше смахивает на обычного человека и даже меньше раздражает. Чон проводит его на кухню, предлагая кофе. Молча делает себе американо и капучино с сиропом для Тэхёна, а потом зарывается в изучение бумаг. Ким же в свою очередь начинает изучать самого Чонгука. – Вы не похожи на больного, – слова сами вырываются, когда он вспоминает сегодняшнюю шумиху в офисе. Тэхён готов дать себе затрещину за подобное, но Чонгук только удивлённо вздёргивает брови, а потом усмехается. – Да, потому что я не болен, а просто проспал. – И так спокойно об этом говорите? – Да я и не скрывал этого, но всем, видимо, проще поверить, что я заболел. Иногда мне кажется, что меня считают роботом. – Их можно понять, – бубнит Тэхён в чашку, не ожидая, что Чонгук его услышит и уставится в немом вопросе. – Без обид, директор Чон, но вы часто производите такое впечатление на работе. Тэхён не знает, откуда у него вдруг эта смелость на грани с дерзостью. Может, его подталкивает реакция Чонгука, который смотрит на него со странным интересом. – Поясните? – Чон отодвигает папку в сторону и скрещивает руки на груди, откидываясь на спинку стула. – Не стесняйтесь, я хотел бы услышать честное мнение о себе. – Да тут нечего пояснять. Просто вы любите всё держать в своих руках и живёте по расписанию: рано приходите, поздно уходите, планируете всё до мелочей. Да вы единственный из директоров без личного помощника, потому что привыкли всё контролировать сами. Поэтому сложно поверить, что вы могли допустить такую оплошность как «проспать». Вы, конечно, не спрашивали советов, но я бы сказал, что вам стоит попробовать отпустить контроль и довериться другому человеку. Чонгук внимательно смотрит на него нечитаемым взглядом, толкаясь языком в щеку и о чем-то размышляя. И когда Тэхёну кажется, что тот вот-вот скажет что-то в свою защиту, Чон лишь благодарит за честность и возвращается к работе. Через пару минут он снова отрывается от бумаг. – Если вам интересно, проспал я, потому что лёг под утро. Всё никак не мог оторваться от одного увлекательного чтива. Тэхён не понимает, почему ему должно быть интересно и почему Чонгук смотрит на него так странно, будто чего-то ждёт или на что-то намекает. Но после этого Чон больше не заговаривает с ним, уделяя внимание работе. Ким же, не зная куда себя деть, всё своё внимание уделяет начальнику. Он будто новым взглядом осматривает его с головы до ног, подмечая детали. Выразительные глаза, кажущиеся слишком большими и тёмными, острые скулы, пухлые губы. Он замечает несколько едва заметных проколов в ушах. Они всегда там были? Наверно, пора признать, что влечение к Чону давно выходит за пределы просто фантазий. Тэхён хочет его, безусловно, но за этим стоит нечто большее. Сейчас он видит другую сторону своего начальника и очень не хочет на этом останавливаться. От Чонгука Ким уезжает ещё более загруженный, чем приехал. Ему и своей головной боли хватает, так ещё и Чон добавляет напоследок. Когда дело касается рабочих вопросов, тот, как правило, немногословен, говорит чётко и по делу. С чего ему вдруг хвалить отчёт Тэхёна по эффективности рекламы? Да ещё и добавлять в конце, что он заставил его о многом задуматься. Тэхён завозит все документы в офис и работает ещё пару часов в своём кабинете до конца рабочего дня. Слова Чона то и дело всплывают в голове, и Ким не находит им объяснения, пока не натыкается глазами на тот самый злополучный файл. Всё никак не мог оторваться от одного увлекательного чтива. Мне очень понравился ваш отчёт по эффективности рекламы, заставил меня о многом задуматься. Ну нет. Этого не может быть. Или может? Он быстро набирает Юнги, чтобы подтвердить свои догадки. – Тэхён, я уже ушёл. И вообще официально я уже в отпуске, так что у тебя есть минут пять на всё про всё. – К удалённым файлам из чатов есть доступ? – сразу переходит к делу без предисловий. И Тэхёну не нравится усмешка, которую он слышит. – У меня есть доступ ко всему, – звучит довольно. – Даже к личным файлам на твоём рабочем компьютере. Смекаешь? – То есть? – Тэхён, – вздыхает Юнги, – ты классный парень, но иногда тугодум. Скажем так, Чон вчера вечером задавал мне похожий вопрос. – Ты же не мог… Не мог же, да? – О, ещё как мог. И немного поправить названия твоих файлов тоже. – Ах ты… психолог хренов. Эксперимент решил устроить? Я тебя другом считал! – Вот именно поэтому я и должен был что-то сделать. Ты бы ещё сто лет ходил ядом плевался. – Погоди-ка, – Тэхён задумывается. – Так ты изначально мне не просто так советовал писать, да? – Ты мне ещё спасибо скажешь. – За что спасибо?! Он же меня теперь уволит! – Если бы хотел, уже уволил бы сегодня, – тут Тэхёну нечем крыть. – Всё Тэхён, не истери, возьми яйца в кулак и подумай о том, чего действительно хочешь. А я отключаюсь, увидимся через две недели. Ким не успевает даже выругаться напоследок, как Юнги сбрасывает звонок и, судя по всему, кидает его в блок везде, где только можно. Ну ничего, он ещё отыграется, знает, что Мин слюни пускает по Чимину из бухгалтерии. Но как бы Юнги сейчас не бесил, в одном он прав: Чон мог уволить его сегодня. Тот достаточно прямолинеен и следует правилам, чтобы сразу сказать о том, что для него неприемлемо, или как минимум попросить прекратить это всё. А он не только не заговаривает об этом, но и даёт странные намёки. Тэхён не видит причин такого поведения. Только если… Поздним вечером дома, взвесив все за и против, он решает проверить свою смелую догадку. Просто открывает чат с Чонгуком и начинает писать, уверенный, что его поймут правильно.Ким Тэхён:
Понравилось, что прочитали,
господин Чон?
Имейте в виду, мне тоже есть
чем крыть. Я знаю, о вашей
дрочке в туалете
Тэхён не стесняется в выражениях. Хуже он уже точно не сделает и от увольнения себя не спасёт. Но если все так, как он думает, то игра стоит свеч. Сообщение прочитано сразу, но ответ приходит с задержкой. И Ким ухмыляется, когда его читает. Чон Чонгук: Понравилось, что услышали, менеджер Ким? Но меня этим не напугать, вряд ли вам кто-то поверит. Не поспоришь, без доказательств ему правда никто не поверит. Но Тэхён и не собирается его шантажировать.Ким Тэхён:
Даже не пытался вас пугать
И да, мне понравилось
Сейчас или никогда. Он быстро отправляет сообщение, чтобы не передумать, и почти жалеет об этом, когда в ответ долго ничего не приходит. Возможно, в этот самый момент Чон решает для себя что-то важное, и наконец присылает сообщение с коротким: Чон Чонгук: Мне тоже. Тэхён получает ответ на свой вопрос, но понятия не имеет, как теперь себя вести. Написать что-то пошлое и провокационное или мягко его разговорить? Допустим, Чонгуку нравится написанное про них двоих, но готов ли он зайти дальше фантазий? К счастью, Чон сам даёт подсказку, отправив ему свой личный номер. Тэхён сразу добавляет его в контакты и пишет.И что мы будем делать теперь,
директор Чон?
Для начала перестань звать меня директором. Попахивает харассментом.Никакого харассмента, если
это по взаимному согласию
А ты согласен?Считай официальным согласием
всё, что я написал. Вопрос в том,
на что согласишься ты. Чего ты
хочешь, Чонгук?
Ответа нет уже несколько минут, а то и дело всплывающее «печатает» заставляет нервничать. Может, он слишком давит? Но что-то ему подсказывает, что с Чоном именно так и нужно. Я соглашусь на всё, что ты готов мне предложить. Тэхён хочет предложить ему так много, что уже чувствует сгущающееся возбуждение. Но он оставит это до личной встречи, чтобы видеть реакцию на каждое слово и действие. Молча скидывает адрес, не говоря больше ничего. Чонгук будет у него через два часа.⋆ ✧ ⋆
Тэхён слышит звонок в дверь почти минута в минуту, и сердце начинает колотиться где-то в горле, отбивая бешеный ритм. Он делает глубокий вдох и открывает дверь. Блядский боже. Перед ним стоит Чонгук в чёрной кожаной куртке, плотно облегающей широкие плечи, а в руке – массивный мотоциклетный шлем. Волосы слегка растрепаны, но это только придает ему дерзкий, почти дикий вид. Взгляд скользит по Тэхёну, задерживаясь на губах, в глазах вспыхивают искорки, а рот растягивается в довольной усмешке. Он понимает, какое производит впечатление. Тэхён не дает ему сказать ни слова и сам ничего не говорит. Не думает, просто захлопывает дверь, резко прижимая Чонгука к ней спиной. Кулаки упираются по обе стороны от его головы. Воздух между ними становится таким плотным, что его можно потрогать. А потом он целует. Властно, жадно, без всяких предисловий. Губы Чонгука сразу расслабляются, отвечая на поцелуй с нарастающей страстью, а руки притягивают Тэхёна ближе, ложась на талию. Шлем падает на пол с глухим стуком, но ни один из них не обращает на это внимания. Тэхён углубляет поцелуй, проникая языком в рот Чонгука, исследуя каждый уголок. Он чувствует его нарастающее возбуждение – тело напряжено, дыхание сбивается. Тэхён отстраняется на мгновение и заглядывает в глаза, находя в них смесь удивления, желания и разгорающейся искры, которая вот-вот превратится в пламя. – Нравится? – шепчет он, проводя большим пальцем по влажным губам Чонгука. Тот не отвечает, лишь тяжело дышит, взгляд прикован к Тэхёну, а глаза поблёскивают в полумраке прихожей. Ким ухмыляется, точно зная, что делает, и наклоняется, почти касаясь губами уха Чонгука. – Ты хорошо подумал, Чонгук? Готов играть по моим правилам? Он чувствует, как по телу Чона проходит дрожь, а из груди вырывается тихий сдавленный стон. И это подтверждает догадки Тэхёна. Он берёт полный контроль в свои руки, осознавая, что Чонгук не просто готов, он жаждет этого. Киму нравится эта властность и сила, и всё же он ждёт от него прямого ответа. – Готов, – тихо выдавливает Чон. – Отлично. Но если что-то будет не так, тебе достаточно сказать, хорошо? Тот кивает и не сопротивляется, когда Ким утягивает его вглубь квартиры, в тускло освещённую гостиную. Он начинает расстегивать куртку. Медленно, дразняще, словно смакуя каждый момент. Кожа мягко поскрипывает, молния издает тихий шорох. Чонгук стоит неподвижно, позволяя Тэхёну делать всё, что ему хочется, при этом не отрывает от него полный ожидания и желания взгляд. Куртка падает на пол, открывая взору плотную черную футболку, которая обтягивает рельефные мышцы. Тэхён проводит ладонью по груди Чонгука, чувствуя тепло кожи сквозь ткань. Он спускается ниже, обхватывая талию, и медленно поднимает футболку, стягивая её. Не может оторвать глаз от обнажённого торса. Кубики пресса, широкие плечи, грудные мышцы – всё это буквально кричит о силе и большой работе. Тэхён проводит пальцами по его телу, чувствуя, как кожа Чонгука покрывается мурашками. Касается чернильных узоров на правой руке. – Красиво, – выдыхает он. Но рассматривать татуировку Тэхён будет позже. Пока он снимает с себя футболку, оставаясь в трикотажных спортивках, и кивает на чёрные джинсы Чона. Тот без слов всё понимает и раздевается, откидывая штаны в сторону. Чонгук тяжело дышит, облизывая его голодным, затуманенным желанием взглядом. И Тэхёну нравится этот взгляд. Как и весь Чонгук. В паху отзывается возбуждением от мысли, что сегодня он будет целиком принадлежать ему, будет в полной его власти. – На колени, Чонгук. Его голос тихий, но требовательный, не терпящий возражений. Чонгук прикрывает глаза, судорожно втягивая воздух через нос, а потом распахивает их и, не разрывая зрительного контакта, опускается перед ним на колени. Тэхёна натурально ведёт от этой покорности. – Не представляешь, сколько раз я воображал себе эту картину, – он проводит по волосам Чонгука, спускается к челюсти и подцепляет подбородок, немного задирая голову. – Но не ожидал, что ты будешь таким послушным мальчиком. Чонгук тихо стонет, закрывая глаза, а Тэхён отмечает ещё одну его слабость. Он чувствует, как тот цепляется руками за колени, пытаясь удержаться, и ухмыляется, понимая, насколько сильно Чонгук заводится от его прикосновений. Тэхён наклоняется, влажно и глубоко целует пухлые губы, а потом резко отрывается, заставляя того скулить от разочарования. – Нравится вид? Чонгук гулко сглатывает и кивает, переводя взгляд на видимое возбуждение в штанах Тэхёна. – Можно? – произносит Чон непривычно хриплым голосом. – Инициатива поощряется. Тэхён заворожённо наблюдает за тем, как тот нетерпеливо стягивает с него штаны вместе с бельём и помогает высвободиться из одежды. Возбуждение пульсирует внизу живота, когда Чонгук смотрит на его член потемневшим взглядом и облизывает губы. Тэхёну всё ещё с трудом верится в происходящее, что прямо перед ним на коленях стоит Чон, мать его, Чонгук. Но все мысли разом вышибает, когда тот проходится языком по стволу. – Блять, – шипит Тэхён сквозь зубы. Чонгук не медлит и обхватывает мягкими губами головку, не отрывая взгляда от Кима, следя за реакцией. Он начинает посасывать её, дразня и лаская языком. А у Тэхёна из груди вырывается сдавленный стон. Он проводит пальцами по волосам Чонгука, затем опускает ладонь на затылок, слегка надавливая. Тот охотно берёт глубже, прикрывая глаза и мыча от удовольствия. – Хороший мальчик, – выдыхает Тэхён, наслаждаясь властью. – Вот так. В ответ на это Чонгук громко и протяжно стонет, отдаваясь вибрацией в паху. Тэхён запрокидывает голову, впиваясь пальцами в чужие волосы, слегка оттягивая их. Он наслаждается каждым движением, каждым звуком, который издает Чон, ощущает, как напряжение нарастает, и практически не контролирует себя. Чонгук ускоряет темп, его щеки покрываются румянцем. Он смотрит на Кима снизу вверх, и в его глазах читается неподдельное удовольствие от того, что он угождает. Тэхён видит, как Чонгук пытается заглотить глубже, и это заставляет его сжаться. – Да, Чонгук, – рычит он, – ещё глубже. Приказ послушно выполняют, а Тэхён делает несколько толчков навстречу, ощущая, как его тело начинает дрожать. Он не может больше сдерживаться, чувствует приближающийся оргазм, но хочется, чтобы Чонгук был с ним до конца. – Хватит, – резко останавливает Тэхён, отодвигая его от себя. Чонгук выглядит растерянным, смотрит на Тэхёна с вопросом в глазах, его губы влажные и покрасневшие. – Мы перемещаемся на диван, – объясняет Тэхён, не давая ему опомниться. Он хватает Чонгука за руку и тянет вверх, помогая встать. Чон послушно поднимается, тело всё ещё дрожит от возбуждения. Тэхён толкает его на диван, и тот падает на мягкие подушки, раскинув руки. Ким нависает над ним, видя, как тяжело вздымается его грудь, и опускается на диван, располагаясь между ног Чонгука. – Лежи смирно, Чонгук, – шепчет он, ведя пальцами по его бедру. – Теперь моя очередь. Тэхён усмехается, глядя на лежащего перед ним в предвкушении Чонгука, в глазах читается абсолютная покорность, и это только усиливает азарт. Он наклоняется к горячей шее, проводя по ней носом, а потом языком, чувствуя, как Чон выгибается в спине, тяжело дыша. – Ты такой податливый, Чонгук-и, такой послушный, – мурлычет Тэхён, наслаждаясь этой реакцией. – Мне нравится. Он спускается ниже, оставляя влажные дорожки поцелуев на ключицах, затем на груди, дразнит, задевая языком чувствительные соски, и Чон тихо стонет, цепляясь пальцами за обивку дивана. Тэхён ощущает каждую мышцу под своими пальцами и дуреет от этого сильного тела. Чонгук может пригвоздить его к этому дивану и взять силой, если захочет, вряд ли Ким победит его в равном бою. Но вместо этого Чон лежит под ним и покорно принимает ласки, отдаваясь на милость Тэхёна. Стянув боксеры одним движением, Ким позволяет себе полюбоваться красивым ровным членом и обводит пальцем головку. Хочется узнать, каково это – чувствовать его в себе, но сегодня у них другие планы. Тэхён наклоняется и вбирает член в рот наполовину, несколько раз скользит вверх и вниз и наслаждается тем, как Чон давится стонами. Он отстраняется на мгновение, чтобы посмотреть в глаза Чонгуку, не переставая ласкать его рукой. Тот задыхается, его щеки покрыты румянцем, а зрачки расширены от желания, пытается что-то сказать, но из горла вырываются лишь сдавленные звуки. – Скажи мне, Чонгук, – голос Тэхёна звучит требовательно. – Чего ты хочешь? Чон закусывает губу, не в состоянии ответить. – Тебя… я хочу чувствовать тебя внутри, – наконец выдыхает он. Ким снова наклоняется и притягивает Чонгука за затылок, целуя в губы. Поцелуй глубокий, настойчивый, и ему отвечают на него с такой страстью, что Тэхён рискует воспламениться от желания. Он углубляет поцелуй, сжимая волосы на затылке и проглатывая сладкие стоны, а потом отрывается от губ Чонгука, чтобы встретиться с его взглядом. – Я хочу забрать тебя себе без остатка. Он ни разу не собственник, но сейчас слова вырываются сами собой. Уже наверняка знает, что одного раза с Чонгуком будет слишком мало. Тэхён берет смазку со столика рядом с диваном и выдавливает небольшое количество на пальцы. Взгляд Чона прикован к каждому его движению. Целуя его в шею, Тэхён опускает руку ниже и проникает пальцем в Чонгука, отчего тот тихо стонет, напрягаясь всем телом. Тэхён двигается медленно, осторожно, давая привыкнуть к ощущениям, добавляет ещё один палец, затем ещё. Чонгук тяжело дышит, хватается за чужие плечи, а сильные бёдра сжимают Кима, будто в тисках. – Расслабься, Чонгук, – шепчет Тэхён, глядя в глаза. – Доверься мне. Он мягко целует его, долго, неспешно, на этот раз без напора, будто прося о доверии не только словами. И Чонгук расслабляется. Он начинает постанывать в поцелуе, сам насаживается на пальцы, и это дает Тэхёну зеленый свет. – Готов? Чонгук мелко кивает и смотрит поплывшим взглядом, как Тэхён надевает презерватив и пристраивается между его ног. Он входит не спеша, с наслаждением наблюдая, как Чонгук выгибается всем телом и распахивает рот в немом стоне. Сделав паузу, Тэхён начинает двигаться медленно, давая привыкнуть к новому ощущению. Чонгук обхватывает его ногами, притягивая ближе, отчего проникновение становится ещё глубже. Комната наполняется шлепками и стонами. Темп постепенно нарастает, а Чон почти скулит, срывая голос. – Тебе нравится, Чонгук-и? – Тэхён вбивается в него сильными размашистыми толчками. – Это ты себе представлял, когда ехал сюда? Отвечай. – Д-да… – Только посмотри на себя, – он останавливается, оценивая вид. – Такой покладистый и отзывчивый, так хорошо меня принимаешь. А ещё ты блядски красивый, знаешь? Тэхён мокро его целует, а потом проводит большим пальцем по губам, размазывая слюну. Чонгук сразу прихватывает палец ртом, начиная медленно посасывать его, словно леденец, глазами не отрываясь от Кима. – Блять, – шипит тот. – Хочу разложить тебя на столе прямо в твоём кабинете. Как думаешь, тебе понравится? Он не дожидается ответа и срывается на бешеный ритм. Одной рукой фиксирует запястья Чонгука над головой, а другой опускается к его члену, начиная дрочить в такт. Через пару минут Чон изливается себе на живот, запрокидывая голову и выстанывая что-то нечленораздельное. А Тэхён берёт его за бёдра и продолжает эту сладкую пытку, догоняя собственный оргазм. Чонгук хнычет и мечется на подушках от гиперстимуляции, и от этой картины Тэхён не выдерживает, громко кончая. Потом осторожно выходит и заваливается на него сверху, утыкаясь в изгиб шеи. Он не знает, сколько они лежат в таком положении, но чувствует пальцы Чонгука у себя в волосах. – М-м-м, кажется, у меня сейчас будет второй оргазм, – бубнит Тэхён и слышит, как Чон усмехается. Он поднимает голову, рассматривая его. – Ты как? – Прекрасно. Наверно, впервые, Тэхён видит на его лице такую блаженную улыбку. В этот момент Чонгук кажется абсолютно безмятежным и счастливым. – Я не переборщил? – с опаской интересуется Тэхён. – Нет, – Чон мотает головой. – Всё было… как надо. Спасибо, – он оставляет короткий поцелуй на губах. – Душ? Тэхён переводит взгляд вниз, где между их животами всё липко от размазанной спермы. – Сто процентов, – кивает он. В душевой они долго стоят под струями воды, позволяя ей сделать своё дело, пока сами лениво целуются и блуждают руками по телам друг друга. С закономерным возбуждением справляются взаимной дрочкой и вымотанные заваливаются спать.⋆ ✧ ⋆
Просыпается Тэхён от назойливого писка из кухни, запоздало понимая, что это датчик дыма. Он подрывается с кровати, отмечает, что Чонгука нет рядом, и несётся на звук. Кухня встречает запахом гари и небольшим задымлением. Окно открыто настежь, а Чонгук уже копошится под потолком, стоя на столешнице, и отключает раздражающую пищалку. В этой суматохе Тэхён окончательно понимает, что его начальник тоже может быть простым человеком. Со своими закидонами, да, но вне офиса это просто Чонгук. А возможно, теперь и в офисе он не будет представляться ему таким уж идеалом. – Решил убить меня во сне? – смеётся Тэхён, обращая на себя внимание. – Хотел бы убить – сделал бы это тихо, быстро и более продуманно. – Ах, да, извините, мистер я-планирую-всё-до-мелочей, – он вскидывает руки в извиняющемся жесте. Чонгук качает головой, вздыхая, и ловко спрыгивает со стола на пол. – Ты же понимаешь, что я не такой идеальный, как ты себе представляешь? – О да, теперь понимаю, – Ким подходит к столу, рассматривая обугленный кусок хлеба на тарелке. – Этот уголёк, мечтавший стать тостом, говорит сам за себя. И за что ты так с ним? – театрально вздыхает, подцепляя сгоревший хлеб и закидывая его в мусорное ведро. – К слову, я не считаю тебя идеальным. Для меня ты раздражающе педантичный контрол-фрик. Бесят такие, знаешь ли. – Я заметил, – усмехается Чонгук. – Как скажешь. Тэхён идёт в комнату и натягивает спортивки, которые находит на тумбочке рядом с кроватью. Те самые, что со вчерашнего вечера должны вместе с остальными вещами валяться на полу гостиной. В ней, кстати говоря, уже чисто. Усмехается, понимая, что это дело рук Чона, и идёт в ванную, прежде чем вернуться на кухню. – Суббота. Семь часов утра. Какого хрена, Чонгук? – зевает Тэхён, усаживаясь за стол. На столе его уже ждёт чашка кофе с сахаром и молоком. Всё как он любит. – Режим, – пожимает плечами Чон, попивая свой американо. – Режим, – передразнивает Ким. – Кто бы сомневался. В следующий раз умотаю тебя так, что до обеда не проснёшься. Только после брошенных отчасти в шутку слов он невольно задумывается над тем, а будет ли этот следующий раз. Для себя Тэхён понимает, что не хочет отпускать и останавливаться на этом, но у Чонгука может быть другое мнение. Сейчас тот смотрит на него внимательным взглядом, но никак не комментирует фразу Тэхёна и продолжает пить кофе. – Ты и мотоцикл? – вдруг вспоминает Ким и с интересом смотрит на Чона. – Ну да, – тот пожимает плечами, не видя в этом ничего необычного. – Машина в ремонте, поэтому решил, что так будет быстрее. Не ездил уже больше года, но тело всё помнит, – он улыбается своим мыслям. – А раньше часто гонял, это был мой способ снимать стресс. Когда летишь на скорости по автостраде, а в крови бушует адреналин, все мысли испаряются. Чувствуешь себя заново родившимся. – После твоего рассказа самому захотелось сесть на байк. – Могу прокатить с ветерком. – Прямо сейчас? – А у тебя были планы на сегодня? – Тэхён мотает головой. – Ну вот. Погода хорошая, дождя нет, можем заехать куда-нибудь нормально позавтракать. А то у тебя в холодильнике из съедобного только лёд и молоко. – И хорошо, иначе ты бы ещё что-нибудь сжёг, – подкалывает беззлобно. – Эй, я умею готовить, – оправдывается Чонгук, не выглядя при этом обиженным. – Просто не подружился с твоим тостером. – Да? – Тэхён откидывается на спинку стула и с вызовом смотрит на него. – Что ж, в таком случае жду приглашения на ужин, директор Чон. Покажете мне свои кулинарные навыки. Чонгук смотрит на него нечитаемым взглядом несколько секунд, а потом усмехается, толкаясь языком в щёку. В глазах просыпается азарт. – Идёт, – бросает тот. – Но при одном условии. – И каком же? – Ты сдержишь своё обещание, и на следующее утро мы будем спать до обеда. – Это не единственное моё обещание, – хитро улыбается Тэхён, припоминая своё озвученное желание разложить его на офисном столе. – И до остальных дойдём, – Чон, прикусывает губу, понимая, что он имеет в виду. – У тебя этих обещаний на целый текстовый документ. Тэхён делает серьёзное лицо и важно кивает, поджимая губы в попытке скрыть расползающуюся улыбку. – Очевидно нас ждёт много работы, директор. Как считаете, стоит начать прямо сегодня? Чон не сдерживается и расслабленно смеётся, отчего Тэхён тоже начинает улыбаться. Ему хочется почаще видеть Чонгука таким. – Собирайся, Тэхён, – отсмеявшись, тот берёт в руки телефон. – Или ты передумал ехать? – И упустить возможность лицезреть тебя в коже? Ещё и на мотоцикле? Ни за что. – К твоей откровенности придётся привыкнуть, – Чон качает головой. – А я пока подыщу нам место для завтрака и закажу доставку продуктов на вечер. – Как я и говорил: мистер я-планирую-всё-до-мелочей, – Тэхён поднимается из-за стола, собираясь пойти в комнату. – Посмотри что-то недалеко от парка, я хочу прогуляться потом. А то осень в самом разгаре, а у меня ни одной фотографии в инстаграм. Что? – он оценивает скептический взгляд Чонгука. – Я люблю осень, и мне всё равно, что ты об этом думаешь. Побудешь моим фотографом. На этих словах он удаляется в спальню, тихо посмеиваясь. Чонгук не отталкивает его, не закрывается, и пока этого достаточно. Кажется, сейчас они с ним в одной точке. Да, им с Чоном ещё предстоит узнать друг друга получше, но Тэхён точно не один в своём желании увидеть, что же из этого получится. И да, Юнги всё-таки придётся сказать спасибо.
Примечания:
Визуализация к работе: https://t.me/by_savon/89?single
