Вотиакан 3: Отряд Бабочка

      До материка известие дошло не скоро. Когда Гриса с родителями вернулась домой, все было как обычно. И лишь через две недели слухи о сбежавшем тёмном маге стали распространяться. Сначала это не было так заметно. Все вели себя как обычно, просто у них появилась новая тема для обсуждений. Но уже совсем скоро по ночам улицы стали пустеть. Родители стали бояться выпускать на прогулки своих детей, всюду вокруг домов волшебников стали виднеться барьеры. Родители Грисы исключением не стали. Саймон был довольно сильным волшебником, а потому и его дом окутал оранжевый полупрозрачный купол. Грису так же не отпускали гулять в одиночестве. В общем, она и не рвалась на прогулки, не было для этого настроения.       Грису стало мучить много всего. Например, этот сбежавший преступник. Она знала, что будет в будущем, так как уже видела это. И поначалу ей было страшно, но теперь она не понимала, что должна чувствовать. Ее бесило, что ее будущее уже предопределено, но где-то в глубине души внутренний голос твердил, что только она и сможет расправиться со злом. Она — уанс. Единственный из тех, кто все еще способен бороться. Один из уансов был стар настолько, что в любой момент мог превратиться в прах, а другой прятался, не желая быть оружием.       Так же Гриса очень часто думала о Сине Чжоу. Он был ранен, а его рана не заживала. Это заставляло Грису чувствовать вину, ведь она не помогла ему в тот день. Но, глубоко задумавшись, она всегда приходило к выводу о том, что этот парень заслужил холода с ее стороны, так как он перешел на сторону зла и даже не пытался это скрыть. Вот только книга заклинаний сеяла сомнения. Син не просто так оставил эту книгу, у него были какие-то намерения. Но какие? Зачем Грисе эти заклинания? И, если они и правда ей понадобятся и помогут, то зачем Син оставил книгу ей? Он все же был на ее стороне, и она ошиблась, сделав выводы об увиденном в зеркале. Или, может быть, у Сина были плохие намерения, когда он оставлял книгу. Единственное, в чем девушка была уверена, это в том, что Син больше ничего к ней не чувствовал. Вот только это почему-то Грисе больше не казалось хорошей новостью. Иметь влюбленного в себя парня по ту сторону могло бы ей сильно помочь. Но, может быть, были и еще причины.       Еще Грису мучили мысли о Маркусе. Она никак не могла усвоить мысли о том, что этот парень желал ей зла. Она слишком долго вынашивала теорию Криса о том, что он и есть тот из предсказания гадалки, верный Грисе. И она все никак не понимала его перемен в настроении. Он то был с Грисой очень мил, то гнал ее в шею. Это запутывало еще больше. И если с Сином Гриса могла поговорить, то Маркус выпустился и теперь вряд ли Грисе повезет снова встретить его. Если он, конечно, и правда не окажется приспешником злодея.       Много Гриса думала и о своих настоящих родителях Асе и Фине. Она очень хотела узнать чуть больше о том, что происходило в те годы, когда они учились в школе. Вот только она боялась спросить об этом у Саймона. Она боялась, что ее отношения к нему изменятся в плохую сторону, когда она узнает о том, что же все-таки Саймон делал бедной Асе и почему удочерил именно ее дочь.       Поговорить о своих переживаниях Гриса ни с кем не могла. Родителям она доверяла не слишком, так как они уже однажды обманули ее. И еще те слова о заглаживании вины, что сказал лорд Хорс. В общем, с родителями Гриса не желала обсуждать свои тревоги. Друзьям Гриса тоже не хотела писать, чтобы не заставлять их волноваться. У Криса, который вернулся на ледяной остров, были свои проблемы, а Лайла… почему-то Грисе не хотелось с ней откровенничать.       Гриса, Лайла и Крис, конечно, переписывались, но очень редко. Лайла снова путешествовала с родителями, только выбирали они безопасные по их меркам места, а Крису так и вовсе разрешалось посылать ограниченное количество писем. Да и он знал, что отец, возможно, читает его письма, а потому не писал ничего такого. Гриса тоже ограничивалась самыми простыми вопросами.       Несмотря на то, что где-то на свободе гулял сильный темный маг, в правительстве, казалось, никому до этого не было дела. Улицы никак не охранялись, нигде не висели портреты преступника с подписью «разыскивается» и даже нигде не было никаких досмотров в целях безопасности. Гриса пару раз спросила у своего отца об этом, но тот уклончиво отвечал на ее вопросы. Грисе стало ясно, что Саймон не тот человек, у кого можно что-то узнать.       В середине каникул Грисе пришло пасмо от Лайлы. Та звала подругу прогуляться где-нибудь. Гриса даже не ответила на это письмо. Она была зла. Почему когда происходит страшное, ее подруга ведет себя так же, как обычно? На кону стоят многие жизни, а всем вокруг плевать. Почему все это заботит одну только Грису? Или, может быть, она просто принимает все слишком близко к сердцу?       Саймону и Клариссе было больно смотреть на то, какой стала их дочь. Они знали, что однажды Гриса станет более замкнутой в себе, тихой и малоразговорчивой, но ведь не настолько. Больше было похоже на то, что у Грисы депрессия. Она редко выходила из своей комнаты, мало ела и почти не улыбалась. Родители не знали причин такого поведения, а потому обратились к старому знакомому Домитро. Они много о чем его спрашивали, но тот, хоть и был с Грейс более близок, чем с другими учениками, не смог ответить ни на один. В школе ведь Гриса вела себя как обычно. Нарушала правила, любопытствовала, всегда ходила вместе со своими друзьями. В каком момент все пошло не так, Домитро не знал. А Кларисса и Саймон решили, что дело в них.       Чтобы наладить отношения с дочерью, Саймон решил устроить веселые выходные. Он взял отпуск, что кстати получилось совершенно беспрепятственно, так как даже стражи не были влиты в поиски сбежавшего мага. А затем он арендовал домик на базе отдыха для лунных волшебников, и решил устроить дочери сюрприз. — Собери летнюю одежду, купальники, полотенца. — сказал он Грисе, хитро улыбаясь. — И выходи. Мы будем ждать в машине.       Гриса ненавидела сюрпризы. Она и раньше всегда просила родителей заранее предупреждать, если они затевают устроить вечеринку на ее день рождения, а потому сейчас она была больше раздражена, чем рада поездке. Своих эмоций она, естественно, не показала. Она улыбнулась и пошла собирать вещи, мысленно ругая родителей. Она ведь не знала, что те просто беспокоятся о ее состоянии. Лишь в машине Гриса решила напомнить о том, что ей сюрпризы не по душе. — К чему все это? — спросила она. — Могли бы просто поехать отдыхать. Без всей этой таинственности. — Все это для тебя. — широко улыбнулся Саймон, ведя машину. — Хотим тебя порадовать. — Мне было хорошо и дома. — закатила глаза Гриса. — С тобой все хорошо? — спросила Кларисса, пытаясь скрыть очень сильное беспокойство. — А со мной что-то должно быть плохо? — не поняла Грейс. — Если вы опять об экзаменах… Мне жаль, что я вас разочаровала. Обещаю в этом году сдать все экзамены на «отлично». — Мы не об оценках переживаем. — заговорил Саймон, а улыбка спала с его лица. — Мы о тебе переживаем. — Зачем переживать обо мне? Лучше переживайте о мире. — выпалила Гриса, не подумав. — А что с ним не так? — удивился Саймон. — Ну не знаю… — Гриса растерялась. — Солнечные доминируют над лунными, енкели в рабстве, школьная программа совершенно нелогичная, правительство скрывает огромную бойню. — Ох… ну… енкели вовсе не в рабстве, им платят за их работу. — Да ну? — Гриса закатила глаза. — А что тебя не устраивает в школьной программе? — Много всего. Почему ментальную связь не изучают в первую очередь, например? Почему ученики не могут связываться друг с другом каждый раз, когда им это нужно? Ну или, например, вызов сигнала СОС? Мы выучили его только в начале второго курса. И то потому, что Строцци настоял, в школьной программе это изучается еще позже. Это совершенно нелогично. Ученики на первом курсе не могут о себе позаботиться, они обязаны знать это заклинание. — Многие родители учат этому своих детей еще до школы… — Давайте просто помолчим всю дорогу? У меня нет настроения обсуждать все это и дальше.       Саймон и Кларисса переглянулись. В их глазах читалось беспокойство. Тем не менее всю оставшуюся дорогу они молчали. Гриса же и вовсе заснула, так как ее режим сна сбился до нормального для лунных.       К вечеру они были на месте. Саймон привез жену и дочь в очень красивое место, напитанное лунной энергией. Почти идеально круглое и очень глубокое и большое озеро было окружено скалистыми горами. Оно уходило вглубь, ниже уровня моря, и там концентрировалось много лунной энергии. Окруженное синими цветами место всегда было заполнено белыми бабочками. Выглядело очень атмосферно. Вокруг озера построили около пятнадцати коттеджей, которые и служили домиками для отдыхающих.       Гриса слышала об этом месте, а потому, поняв, где они, ужаснулась. Как и Солнечный город, в котором жила Лайла, был плох для лунных волшебников, так и такие места, как эта база отдыха, была плоха для солнечных. И если Клариссе, человеку без капли магии, было без разницы где находиться, то Саймону, солнечному волшебнику — нет. — Ты не можешь тоже отдыхать здесь. — мрачно сказала Грейс, не спеша выходить из машины. — Не беспокойся. — улыбнулся Саймон. — Я сильный волшебник, на мне это не сильно скажется. — На сколько мы здесь? — не унялась девушка. — На четыре дня. — Нет. Поехали домой. Тебе нельзя так долго находиться здесь.       Саймон был непреклонен. Он пообещал каждый день выходить выше в горы, чтобы набираться сил. Грисе это не понравилось, но солнечный волшебник был уж слишком упрям. В итоге ей пришлось спрятать беспокойство об отце и сделать вид, что она рада отдыху.       Был уже поздний вечер. Солнце давно скрылось за высокими горами. Саймон, Кларисса и Гриса шли по каменной тропе к своему домику от парковки. Место оказалось даже атмосфернее, чем Гриса себе представляла. Высокие хвойные деревья, папоротник, бабочки, которые начинали летать всюду только ближе к ночи, и голубой свет, который шел от озера, напитанного магией. Домики были построены полностью из дерева. Выглядели они по-настоящему волшебно.       Глядя на все это, Гриса совсем забыла о всех своих переживаниях. А сила места вселяла в нее еще больше магии, чем у нее уже было. Домик, который арендовал Саймон был поодаль от остальных, так что идти пришлось довольно долго. Пока семья шла по тропинке и восхищалась видами, другие отдыхающие, завидев Саймона, кидали на него презрительные взгляды. Солнечному магу в этом месте явно были не рады. Но тот будто бы не замечал всех этих взглядов. — А вот и наш домик! — воскликнул он, увидев на доме номер «12».       Грисе позволили войти внутрь первой. Она огляделась. Просторная уютная гостиная с диваном и камином, две большие спальни с огромными удобными кроватями и жутко приятной на ощупь постелью, кухня со всем, что нужно. Цветовая гамма интерьера была спокойной и мягкой, что заставляло расслабиться настолько, насколько только возможно. Гриса улыбнулась. Пусть она и не любила сюрпризы, этот и впрямь был хорош. На лужайке у домика было еще лучше. Пруд с рыбками, беседка из темного дерева, небольшой бассейн, качели. — Тебе нравится? — спросил Саймон, улыбаясь. — Я в восторге. — сказала Гриса. — Правда. — Это ты еще не была на озере. Там можно купаться, становишься после купания сильнее. Не настолько, конечно, чтобы свернуть горы, но все же. — У нашей малышки и так безграничный запас энергии. — рассмеялась Кларисса. — И правда. — Саймон тоже рассмеялся.       Ночью никто не спал. Сначала Саймон предложил поесть, затем все втроем пошли делать круг вокруг озера. Эта была самая атмосферная прогулка за все время. Эти белые бабочки, цветы вокруг, светлячки, свет полной луны и красивая каменная дорожка. На время Гриса, наконец, отключилась от всех мыслей. Ей давно это не мешало.       Под утро Саймону стало совсем плохо. Он был вялым и еле соображал. Кларисса пошла сопровождать своего мужа в горы, а Гриса легла спать. Все следующие дни Саймон чувствовал себя все хуже и хуже. Пусть он и выходил в горы каждый день, это спасало лишь на то время, пока он не спускался вновь обратно к озеру. Гриса очень волновалась, но не показывала этого. Саймон все-таки сам решил провести здесь так много времени. Да и родители хотели видеть ее счастливой. Такой она и старалась казаться. Она купалась в озере, гуляла, качалась на качелях, глядя на звезды. А ее родители были спокойны.       В последнюю ночь перед выездом домой вся семья собралась на лужайке. Они устроились на траве и стали рассматривать небо. Гриса думала о том, как бы она хотела, чтобы каждый день был таким же беззаботным, как эти выходные. Она хотела бы, чтобы ей не приходилось ни с кем сражаться. — Я расскажу тебе об Асе и Фине? — вдруг спросил Саймон. Гриса нахмурилась. — Мне кажется, ты хочешь знать о них с тех пор, как нас вызвали в школу. В любом случае ты заслуживаешь знать правду. — Или ты просто хочешь, чтобы я не думала о тебе плохо после того, что наговорил мистер Хорс. — съязвила Гриса. — А потому расскажешь не всю правду. Если так, то не стоит. — Нет, я расскажу все. — горько усмехнулся Саймон. — Ты в праве знать. Даже если в итоге наши отношения изменятся. — Не изменятся. — замотала головой Кларисса. — Ты уже давно не тот хулиган, которому еще нет двадцати. Ты изменился. Стал хорошим. — Спасибо. — улыбнулся Саймон. — Ладно, я слушаю. — нехотя сказала Гриса. И Саймон начал свой рассказ.       В годы, когда Саймон был лишь подростком, в нем играло озорство. Он очень хотел казаться окружающим крутым, а потому вытворял всякие дурные вещи. Он задирал тех, кто не мог постоять за себя, выводил из себя профессоров, прогуливал уроки и все в таком духе. У него было очень много друзей. Но когда он стал защищать Клариссу, друзья стали исчезать. Никому не нравилось, что их ставят на место. Чтобы восстановить свою репутацию плохиша, Саймону пришлось искать новую жертву для его нападок.       На шестом курсе он смог найти себе игрушку. Среди первокурсников с лунного факультета отыскалась очень скромная и тихая девочка. Она была настолько пугливой и зашуганной, что подходила просто идеально. У нее не было друзей, а сама она не могла постоять за себя. Пусть она и была очень красивой, лунная магия в крови давала поводы оскорблять ее и смеяться над ней.       Поначалу девочка терпела нападки. Она и правда не могла о себе позаботиться, ведь она была на первом курсе, а Саймон на последнем. Даже если бы она захотела, она бы не справилась с ним и с его друзьями.       После новогодних каникул у Асы вдруг появился защитник. Фил с третьего курса лунного факультета. Он был сильным волшебником и очень смелым. Он, заметив, что Асу задирают, встал на ее защиту. И поначалу это была просто помощь товарищу. Но ближе к концу курса Аса и Фил стали лучшими друзьями. С тех пор Саймон больше не мог ее задирать. А потом он и вовсе выпустился.       Прошли годы. Саймон перестал быть задиристым подростком. Он вырос и стал работать на серьезной работе. Однажды он встретил Асу. Конечно, он извинился перед ней за то, что было в школьные годы. Аса была очень доброй, а потому простила его. А вот Фил нет. Как можно было простить того, кто издевался над твоей любимой, даже если тот изменился? Тогда Саймон и узнал, что у них серьезные отношения. Он был искренне за них рад.       После окончания школы Аса и Фил поженились. Вскоре у них родилась дочь. Аса, будучи очень доброй волшебницей, на вечеринку в честь рождения дочери позвала и Саймона с его женой. Пусть Фил и не был этому рад, возражать он не стал. Но он ни разу не отошел от жены и дочери, боялся, что Саймон снова что-то выкинет. Семья их была очень крепкой. И все должно было быть хорошо.       Остров Вотиакан захватили, а правительство не желало вмешиваться в это. Тогда Апарио, очень смелый волшебник, собрал свой отряд. В него вошли многие волшебники как солнечные, так и лунные. Среди них были и Аса с Филом. Так же в него вошли Домитро, лучший друг Асы и Фина еще со школьных времен, и Джейк Хорс. Эти волшебники были не из тех, кто готов пустить все на самотек и стоять в стороне, пока происходит что-то плохое, пока кто-то погибает. Они встали на защиту острова, на котором они когда-то учились, где прошла их юность.       К сожалению, Игалук был слишком сильным. По его вине погибли очень и очень многие. Среди них оказались и Аса с Фином. Когда Саймон с отрядом стражей правительства пришел на остров и ворвался в укрытие Игалука, то нашел Асу и Фина мертвыми. Он помнил об их дочери, а еще он знал, что Аса сирота, а родители Фина погибли не так давно. Других родственников, кто мог бы взять на себя воспитание погибшей пары, не было. Саймон решил, что он это сделает, чтобы загладить вину перед ними. Но оказалось, что на дочь Асы и Фина претендовал еще кое-кто. Домитро, лучший друг семьи, хотел забрать Грису себе. После долгих споров было решено, что воспитанием все же займется семейная пара. Домитро был один, и он бы не справился с этим. А у Саймона была жена. У него был явный перевес. Домитро нехотя согласился с этим.       Кларисса сразу полюбила Грису, так как на не могла иметь детей, а Гриса была для не спасением. А вот Саймон очень долго видел в Грисе погибших волшебников, перед которыми он был слишком виноват. К счастью, это прошло, когда Грисе исполнилось 5. Он свыкся с тем, что теперь она их с Клариссой дочь, что она не чужая. И он полюбил девочку как свою. — В общем, — подытожил Саймон. — Твои настоящие родители были героями. Такими смелыми и добрыми. Я таким не был. И я пойму, если ты меня возненавидишь.       Грисе было вовсе не до ненависти к своему приемному отцу. Она задумалась о настоящих родителях. Они и правда были героями. Они не побоялись выступить против такого зла как Игалук. Они знали, что могут погибнуть и оставить дочь. Но только избавившись от зла, они могли ее защитить. Они не хотели, чтобы их ребенок жил в мире, где существует такое зло. И они пожертвовали собой ради шанса оставить дочь в мире и безопасности.       Гриса только сейчас смирилась с тем, что и ей придется сражаться. Ее родители не должны были погибнуть зря. Если они хотели избавить мир от зла, она должна продолжить их дело. Она не будет стоять в стороне, имея при себе огромную силу. И, может быть, однажды ее будут называть героиней, как и ее родителей.

19.09.2025