Вотиакан 3: Отряд Бабочка

      Теперь Гриса стала еще менее свободной, чем была. Она почти не выходила из библиотеки. Много читала, все время занималась и делала вид, что очень занята. Никто в школе так и не узнал про ее преступление. Но Грисе все равно казалось, будто все в курсе, а потому она пряталась от чужих глаз. Дни она проводила в самой пустой библиотеке в лунном крыле, а ночами в своей комнате, стараясь избегать Майу.       После занятий с девушкой были Крис и Лайла, перед которыми Гриса продолжала носить маску, но теперь не так активно, так как можно было прикрываться произошедшим. Вторую же половину дня Гриса проводила с Дионисом, который теперь почти не отлипал от нее. А Крис и Лайла специально оставляли Грису, чтобы у нее было время на ее парня. Если бы они только знали, как она его не может терпеть. — Завтра праздник. — сказал Дионис, обнимая Грису, пока она делала вид, что что-то читает. — Я бы хотел провести его с тобой. — Мы и так каждый день проводим вместе. — сказала Грейс. — Я хочу побыть и с друзьями тоже. Разве не в этом смысл праздника? Проводить его со всеми своими родными и друзьями. — Да, пожалуй… — Дионис разочаровался, но обнимать Грису не перестал.       Девушка отложила книгу и поцеловала эльфа в щеку. Тот заулыбался. — Мы можем провести время вместе на зимних каникулах. — сказала она. — Ты ведь сможешь приехать в столицу или куда-нибудь рядом? — Ради тебя я все могу. — сказал Дионис, улыбаясь. — Могу даже приехать в твой город. Познакомишь меня со своими родителями. — Не думаю, что это хорошая идея. — Почему? Я серьезен по отношению к тебе. — Может я нет…       Дионис нахмурился, пытаясь понять, шутит девушка или нет. Но понять он так и не успел. В библиотеке вдруг оказался профессор Домитро. Он подошел к столу Грисы. — Крис сказал, где я могу тебя найти… — сказал солнечный декан Грисе, а на его лице показалась неловкость, так как Дионис все еще не убрал своих рук от Грисы. — Можем мы поговорить наедине? — Да, конечно. — ответила девушка и встала, наконец выпутавшись из чужих объятий.       Домитро увел Грису немного подальше, но не слишком. Гриса еще ни разу не говорила с ним после того, как у нее нашли книгу и над ней ожесточился присмотр, а потому она решила, что Домитро будет говорить именно на эту тему. Но даже это было лучше, чем сидеть рядом с тем, кто так сильно не нравится. — Профессор Домитро, если вы пришли снова спросить о книге, то я не скажу вам ничего нового. — сказала Гриса. — Нет, я пришел поговорить не об этом. — покачал головой Домитро. — И зови меня по имени, мы ведь не на уроке. — Вы и не ведете у меня уроки. О чем тогда вы хотите поговорить? — У тебя есть планы на завтра? — Хотели собраться с друзьями где-нибудь в городке. Не так весело, чем прошлые два года, но тоже ничего. — Я хотел тебе предложить кое-что другое. Поехать в одно место, где ты бы точно была бы не против побывать. — С вами? — удивилась Гриса. — Кроме меня никто тебя туда не сводит. И я не хотел бы ждать зимних каникул. — Хорошо. Что это за место? — Мондмун.       Сердце Грисы быстро забилось. В Мондуне был дом ее родных родителей. Там она очень хотела побывать, посмотреть, где она родилась и где жила первые годы жизни. Было даже не важно, что она потратит на это день, который хотела провести с друзьями, что она пропустит праздник. — Да, я хочу поехать. — сказала Гриса. — Хорошо. — Домитро улыбнулся. — Я уже добыл разрешение директрисы. Так что завтра сможешь пройти сквозь портал и оказаться на материке. Без стражей. А раз так, то мы могли бы сходить еще куда-нибудь, если у тебя есть планы. — В любое место? — переспросила Гриса. — В любое. Раз никто не будет следить за нами, я свожу тебя туда, куда ты хочешь. — Что насчет одного музея? — Если туда открыт вход. — Хорошо. — Завтра утром буду ждать тебя у портала. — Хорошо.       Настроение Грисы поползло вверх впервые за очень долгое время. Теперь даже Дионис не бесил ее так сильно. Уже было не до раздражения на него. Гриса быстро доделала всю домашнюю работу и пошла на ужин под руку с эльфом.       Теперь ужинали и обедали все четверо вместе. Гриса с Дионисом и Лайла с Крисом. На этот раз было без изменений. Гриса со своим спутником заняли привычные места и стали ждать друзей. А когда они пришли, Гриса, наконец, решила рассказать им об изменениях в своих планах. — Завтра я не буду с вами. — сказала она. — Почему? — забеспокоилась Лайла. — Это ведь такой важный праздник! Даже если тебя накажут или что-то еще, ты обязана провести время весело. Не каждый день праздник лунного цветка! — Это Домитро? — нахмурился Дионис. — До разговора с ним у тебя вроде были другие планы. — Домитро. — кивнула Гриса. — Но он хочет спасти меня, а не наказать. — И что он сказал? — спросил Крис. — Хочет отвести меня на материк в город моих родителей. Там он поведет меня в их дом. Я очень хочу пойти. Простите за это. — Не извиняйся! — воскликнула Лайла. — Это ведь наоборот хорошо! Мы очень рады. — Вот именно. — согласился Крис.       Дионис проводил Грису до общежития и ушел. На входе Гриса столкнулась с Сином, который уходил куда-то. Парень хотел что-то сказать, но Гриса опустила голову и пошла быстрее. Теперь она старалась избегать его. Так было легче. Но еще легче было бы, не пойми она, что влюблена. И как так вообще вышло, что осознание пришло вместе с тем, как Син изменился и оказался по ту сторону. Гриса точно была какой-то мазохисткой.       Прийдя в комнату, девушка собрала все необходимое в свою бездонную сумку и легла спать. Ей не терпелось скорее проснуться и хоть на один день избавиться от охраны позади себя. А еще ей не терпелось попасть не только в дом родителей, но и в музей с предсказаниями. Она думала, что сможет пойти туда только на зимних каникулах, а вышло даже быстрее.       Утром Гриса быстро побежала к порталу, даже не позавтракав. Охрана все еще ее преследовала, но они должны были проводить ее только до портала. А потому Гриса бежала очень быстро. Домитро уже стоял там и ждал ее. На его лице сияла улыбка. А на руке была завязана голубая лента в знак поддержки лунных волшебников. — С праздником. — сказал он, когда Гриса оказалась рядом. — Спасибо. — улыбнулась она. — Готова? — Да. — Тогда идем.       Портал привел Грису и Домитро в столицу. Оттуда до Мондмуна было не так далеко, всего около получаса на летучем такси. Подлетая к городу, Гриса уже свысока смогла увидеть весь масштаб настоящего праздника. Так как город Мондмун был для лунных волшебников, там праздник лунного цветка праздновали по-настоящему. Весь город буквально был окутан праздничной атмосферой. Там и тут Гриса видела голубые и серые украшения, всюду виднелись световые вспышки, играла музыка, на каждом углы танцевали тансовщицы в карнавальных одеждах всех оттенков синего. Свысока наблюдать за этим было очень интересно. Но внизу на улицах наверняка было гораздо лучше.       Машина приземлилась на окраине города, где начинался частный сектор. Там атмосфера праздника не так бросалась в глаза, но все равно было слышно музыку, а каждый дом был украшен. Идя вдоль улицы, Гриса восхищалась всеми домами и креативностью их хозяев, так как урашения с каждым домом были все интереснее и интереснее. Но один дом почти в конце улицы украшен не был ничем, даже ни единой ленточкой или гирляндой. Он был большим, в два этажа, и очень красивым. Серые кирпичики кладки, окна с узорчатыми ставнями, балкон из резных прутьев, и очень ухоженный газон с фигурными деревьями. Не было похоже, что там никто не живет, но почему тогда его никто не украсил к празднику? Не могли же в лунном городе жить солнечные волшебники. Конечно, Мондмун отличался от солнечного города, в котором жила Лайла, так как здесь солнечные волшебники могли находиться, не чувствуя себя плохо при этом. Но вот рады бы им здесь точно не были. — Я не украшаю дом каждый год. — заговорил Домитро. — Нет на это времени. — Это он и есть? — спросила Гриса, глядя на дом, который так сильно выделялся среди остальных. — Да. За ним ухаживают работники. Стригут газон, ухаживают за садом, убирают внутри, чтобы не копилась пыль. Когда ты выпустишься, ты сможешь прийти в чистый и ухоженный дом. И, надеюсь, ты будешь не одна, а с кем-то, как Аса. Пойдем внутрь.       Внутри дома было очень уютно, чисто и убрано. Но сразу было видно, что никто там не жил уже очень давно. Пусть на камине стояли фотографии и какие-то сувениры, в вазе на столе были свежие цветы, а рядом стояла тарелка с конфетами, все это все равно выглядело каким-то холодным и неживым. Холодные стены в бежевых тонах, серый диван, на котором никто не сидел уже кучу лет, книжная полка, книги на которой не читались слишком давно, посуда, из которой никто не ел.       Гриса подошла к камину и стала рассматривать фотографии в рамках. На одной из них были Аса и Фин, обнимаясь и счастливо улыбаясь. Им было не больше 19. На другой с ними был и Домитро. А на третьей Гриса увидела и себя на руках у отца. Рядом стояла и Аса. Они выглядели такими безгранично счастливыми. И Грисе было уже больше года, а значит, это наверняка последняя их совместная фотография. — Здесь ничего не менялось с тех самых пор, как они были здесь в последний раз. — сказал Домитро. — Разве что здесь проводится уборка каждую неделю. А так… вся мебель, обои, даже посуда… все это покупал Фин. Он хотел, чтобы, когда Аса пришла сюда, она чувствовала себя здесь уютно. Выбирал все то, что ей понравилось бы. Ремонт делал в ее любимых тонах. Очень старался. А я ему помогал. — Мне нравится. — сказала Гриса. — Твоя комната на втором этаже. Первая дверь слева от лестницы. Можешь заглянуть. Правда там все еще стоит детская кроватка.       Комната Грисы была вся в розовых цветах. Розовые обои с белыми цветами, кроватка с розовой постелью, бледно-розовые шкафы и столик. Гриса прошлась по комнате, провела руку по кроватке, подошла к окну с розовыми шторами. За ним был большой и красивый сад с качелями. Жаль Гриса ничего из этого не помнила. Ей ведь было не больше двух лет. Но, с другой стороны, это имело и свои плюсы. Грисе не было больно из-за отсутствия воспоминаний о родителях. Конечно, грустно было, но не больно.       Родительская спальня была огромной. Большая мягкая кровать, бледно-голубые стены, белая мебель. Окно выходило на дорогу и другие дома рядом. В шкафах все еще оставались их вещи. Гриса дрожащими руками достала футболку Фина. Она была нестиранной и все еще хранила запах отца. Гриса убрала ее обратно в шкаф. За ней она достала платье матери. У них с ней был одинаковый вкус в одежде. И размер. Гриса этому горько усмехнулась. — Я могу забрать его? — спросила Гриса, обращаясь к Домитро, который стоял в дверях. — Здесь все принадлежит тебе, а не мне. — сказал он. — Я лишь поддерживаю чистоту. Ты можешь делать все, что захочешь. — Спасибо. — Мне нужно было раньше поговорить с тобой об этом всем и привести сюда. Но Саймон был против. А теперь я перестал его слушать. Тебе ведь 16, ты уже не зависишь от них.       Гриса улыбнулась Домитро и продолжила рыться в вещах родителей. Все и правда осталось так же, как и было. Украшения Асы лежали на туалетном столике, недочитанная книга Фина все еще хранила в себе закладку на странице, на которой он остановился. Это было так грустно…       Гриса вдруг подумала о том, что раз уж у ее родителей были такие хорошие отношения с Домитро, то, может быть, она тоже может довериться ему. Ей не хватало кого-то взрослого рядом. И ее приемные родители были не в счет. Тем более Домитро уже ни раз показал, как он беспокоится о Грисе. — Профессор… — начала она, но мужчина перебил ее. — Алан. — сказал он. — Алан, могу я доверить вам один секрет? — Ты можешь говорить со мной неформально. И да, я сохраню любой твой секрет. — Нужно сохранить его, при этом не вмешиваясь. — сказала Гриса. — Я расскажу вам… тебе, если ты пообещаешь ничего с этим не делать. — Хорошо. — Домитро вздохнул. — Я обещаю. — Ладно… — Гриса выдохнула, чтобы набраться смелости. — Дело в том… я знаю про Игалука немного больше, чем вы… ты думаешь. — Что именно тебе известно? — Это он выкрал зеркало правды. А еще он заглянул в него… — Это видение связано с тобой? Ты видела его? — мужчина начал беспокоиться. — Я видела. Поэтому я хотела бы спросить… Есть ли возможность изменить то, что показывает это зеркало? — На самом деле есть такая возможность. Это очень сложно. Мало кому подвластно такое. Но, если изменить видение зеркала, то изменится очень многое. Например, если зеркало предсказало одновременно рождение избранного и смерть кого-то еще, предотвратив смерть, ты предотвратишь и рождение. Это работает словно домино или эффект бабочки. Одно измененное действие приводит к хаосу, меняет абсолютно все. — Ясно… — Что ты видела? Что тебе нужно изменить? Он убьет тебя? — Нет, не убьет. - Гриса вздохнула и опустила глаза. - Я его убью. — Вот же… — Домитро закрыл лицо ладонями, а затем прошел в комнату и сел на кровать. — Я подумала, если не стану делать этого, то… может быть… — Если не станешь, он может убить тебя. — хмуро сказал Алан. — Но и сражаться с ним… — Это подобно самоубийству. — сказала Гриса. — Именно. — Домитро был в ужасе. — Но избегать это, наверное, еще хуже. Какая безвыходная ситуация. Но еще хуже то, что он тоже знает об этом. Наверняка он попытается убить тебя первым. Странно что до сих пор не попытался. — И что мне делать? — Гриса села рядом. — Как скоро может произойти то, что ты видела? — спросил Алан. — Я не знаю… не слишком скоро. Точно не в этом году. Я в видении была взрослее. Мне было как минимум 18. — Хорошо. Значит есть время подготовиться к этому и морально, и физически. Но плохо то, что Игалук не сидит на месте. — Поэтому я и просила вас… тебя не вмешиваться. Мне нужно набираться сил. А когда за мной следят с каждого угла, тяжело сделать это. — Запретная книга нужна была для этого? — Да. Но, пожалуйста, не нужно мне говорить, как это опасно и глупо… — Не стану. Видение зеркала это очень серьезно. И раз оно показало тебе это, то я должен помочь тебе справиться, а не пытаться остановить. Так будет куда больше шансов. — Правда не станете отговаривать? — Гриса была очень удивлена. — Все, кто знает об этом, только и твердят, что я должна бросить это дело и даже не пытаться. — Если бы ты сама решила сражаться с ним в первых рядах как твои родители, если бы сама хотела убить его и отомстить, это было бы совсем другое дело. Тогда я бы стал отговаривать, ведь Аса и Фин в итоге погибли. Но ты делаешь это не из мести и опрометчивого и глупого желания. Это все зеркало. Намного проще сделать то, что оно уже предсказано, ведь это предрешено. Гораздо труднее изменить видение, пытаться плыть против течения. Мы должны наоборот радоваться, ведь нам дали время на подготовку и… ты видела как именно это произойдет? — Разящий клинок. — Хорошо. Это очень хорошо. Опасное заклинание, но с посредником. Не пытайся освоить его сама. Я помогу тебе в следующем году. — А что насчет защиты и всего такого? Приставите еще стражей? — Нет. Ты ведь не глупая и не станешь поступать опрометчиво. Я тебе верю, раз ты рассказала мне все. Клянусь, мне ты можешь доверять. — Спасибо.       Гриса не сдержалась и обняла Домитро. Тот обнял ее в ответ и погладил по голове. Она для него была как родная дочь, ведь ее родители были для него самыми родными людьми во всем мире. Когда Гриса родилась, она был рад не меньше Асы и Фина. Он обожал присматривать за маленькой Грисой, когда ее родители уходили на свидания, обожал гулять с ней и играть. И он очень хотел удочерить ее после смерти Асы и Фина, чтобы заботиться о ней. Но ему не дали. Он был очень зол и расстроен. А еще он был очень зол, когда Саймон не позволял ему рассказывать Грисе обо всем. Но что он мог поделать? Пусть Гриса и была для него родной, она его не знала и не помнила, а Саймон и его жена были ей близки. Но теперь, когда он узнал обо всем, он пообещал себе позаботиться об этой девочке словно о родной дочери.       Грисе стало намного легче, когда она все рассказала Домитро. Она словно вдохнула свежий воздух. Стало так легко и спокойно. Теперь у нее был хоть кто-то на ее стороне, кто не пытался отговорить ее, кто по-настоящему хотел помочь.       После того, как Гриса посмотрела на свой дом, Домитро повел ее гулять по праздничному городу. Гриса впервые за эти несколько месяцев смогла по-настоящему расслабиться и насладиться временем. Она смотрела постановки на сцене, залипала на тансовщиц, осматривала все эти украшения на зданиях и улицах. Все это было волшебно. — Я купил печенье. — сказал Домитро, отвлекая девушку от волшебства вокруг. — Ты наверняка голодная. — Ужасно. — согласилась Гриса, ведь она так и не позавтракала, так сильно торопилась. — Идем туда.       Домитро увел Грису к столам, установленным прямо посреди улицы. Там продавали не только печенья, но и другую праздничную еду. Гриса набрала себе всего и стала есть так, будто не ела никогда в жизни. — Не торопись. — рассмеялся Домитро. — Мгм. — промычала Гриса. — Признаться, я был очень рад два года назад провести этот праздник с тобой. Я не проводил его ни с кем уже много лет. И сейчас я тоже счастлив. — Тебе пора найти кого-то. — рассмеялась Гриса, отставляя тарелку подальше. — На самом деле у меня была подруга еще в школе. — пожал плечами Алан. — Но она меня бросила, когда мы окончили школу. До сих пор не избавился от любви к ней. — И даже не пытался завести новые отношения? — Нет. Сначала страдал потому, что меня бросили. Потом страдал из-за… потери лучших друзей. Вот и до сих пор не пытался. — Ясно. Но пора бы. Пора прекратить страдать. — Разберемся с Игалуком, а там я подумаю. — Я напомню. И кстати о нем. Правительство так и не собирается вмешиваться? — Оно не только не собирается вмешиваться, но и пытается заткнуть тех, кто говорит об этом. Все плохо. Они закрыли его на острове и думают, что проблема решена. Но можно понять, почему они так думают. Остров маленький, и на нем нет источников магии, откуда он смог бы ее черпать, чтобы вернуться к своему величию. А не будет величия, то не будет и попыток снова натворить дел. — Пещера с озером под школой… — заговорила Гриса. — Ее он опустошил. — Я знаю. Там было не так много энергии. Ему понадобиться сотня таких озер, чтобы хоть немного приблизиться к прошлому. — Ясно…       На обратном пути Домитро, как и обещал, отвел Грису в музей. Там было много разных предсказаний, в которые заглянуть было нельзя, не заплатив при этом огромную сумму. Конечно, под каждым было описание, но этого было мало.       Гриса прошлась по рядам в поисках упоминания в описаниях уанса, Игалука или чего-то подобного. Но по описаниям понять было слишком сложно. Пришлось обойти весь музей, все сотни предсказаний, чтобы найти хоть одно упоминание сильнейших волшебников. Конечно, уанс упоминался косвенно, но кем еще мог быть этот «сильнейший». Вот только ни у Грисы, ни у Домитро таких огромных денег не было, так что они ушли ни с чем. Но Гриса пообещала себе, что она вернется зимой и заглянет в шар, чтобы узнать что там, даже если это будет не о ней. Она готова была отдать все, что угодно, даже ради малейшей зацепки. Она хотела знать, что ей делать.