Маятник Милберн

— Мне нужно поговорить о мисс Монро. Миз Милберн (именно так она попросила к ней обращаться: не мисс, но и не миссис — этакий компромиссный вариант) отложила в сторону толстенный блокнот, который она внимательно изучала до его прихода, и чуть заметно улыбнулась. — Вот как? Хорошо, дорогой. Я слушаю. Возраст миз Милберн, по версии Джеймса, застыл на отметке «слегка за пятьдесят», хотя с тем же успехом ей могло оказаться как сорок пять, так и шестьдесят. Элегантная, ухоженная женщина с прической волосок к волоску, легким макияжем и аккуратно подстриженными ногтями с бежевым маникюром. Ничего лишнего. Ничего, что выделяло бы ее из толпы, быстро сообразил Джеймс. Миз Милберн всячески подчеркивала свою усредненность и, возможно, слегка перебарщивала в подобном старании. Этим она ничем не отличалась от его матери. Амелия Крест обожала нейтральные цвета, ее гардероб являл собой двести оттенков бежевого. Сдается ему, они довольно быстро нашли бы общий язык с миз Милберн. — Дорогой? — мягко сказала она, возвращая Джеймса в реальность. — Давай начнем. — Да. Джеймс откашлялся. Вот черт. Он понятия не имел, как подступиться к делу. Жаль, здесь нельзя курить. Сигарета бы ему сейчас точно не помешала. — Ты хотел поговорить о девушке по имени Джейни, — подсказала ему миз Милберн. — Да, ее так зовут. — Джеймс снова прочистил горло. — Я все время думаю о ней. Представляю…всякое. — Всякое? — Ну, в плане секса. — Джеймс почувствовал, что краснеет. — Как мы делаем разные штуки. — Так ты думаешь о Джейни или о сексе с ней? — миз Милберн подтолкнула рукой стоящий на столе маятник Ньютона, и тот закачался перед глазами Джеймса: влево-вправо, тик-так. — А есть разница? — возразил он. — Конечно, — кивнула его собеседница. — Это разные аспекты проблемы. — Ну, наверно в большинстве своем о сексе. — Джеймс вздохнул. — Мне сложно отделить одно от другого. Мы только и делаем, что проводим время в постели. Стоит ей уйти, и мне хочется начать все сначала. Это вроде обсессии, понимаете? — Ммм. — Миз Милберн пристально наблюдала за маятником. — Скажи, ты раньше уже посещал психотерапевта? — Нет, мэм. То есть миз. — А почему? — она упорно не смотрела на Джеймса. — Мне казалось, я могу справиться сам. — Джеймс одернул костюм: воротничок так и норовил впиться в горло. — Но с терминологией обсессии ты тем не менее знаком. — Я прочитал пару книг, кое-что загуглил, — пробормотал Джеймс. Черт, почему тут так душно? Крутой сексолог вроде Джин Милберн, вполне мог бы раскошелиться на кондиционер. — Это не в упрек тебе, милый, — улыбнулась она, наконец перестав смотреть на маятник. — Так в чем же проблема с этой девушкой, Джейни? Ей нравится твое общество? — Да. — Джеймс замялся. — Полагаю, что да. Секс определенно хорош, то есть… У меня нет проблем с тем, чтобы кон… С тем, чтобы довести дело до конца. — Вот как. — В глазах миз Милберн вспыхнул огонек. — Это похвально. — Иногда несколько раз за ночь, — торопливо добавил Джеймс. Его ладони окончательно взмокли. — И Джейни всегда с энтузиазмом откликается на любое мое предложение. — Так в чем же дело? — брови миз Милберн поднялись на несколько миллиметров вверх. — Я… — Джеймс оглянулся в поисках недоступной и такой желанной сейчас сигареты. — Порой мне кажется, что все слишком идеально. Мы просто трахаемся как кролики, потом обнимаемся, она уходит, приходит снова и так по кругу. Мы почти не разговариваем. — У вас нет общих тем для разговора? — неожиданно миз Милберн достала из ящика стола сигарету, чиркнула зажигалкой и жадно затянулась. — Все никак не брошу, — виновато сообщила она в ответ на изумленный взгляд Джеймса. — Хотя я обещала Отису… Почему же вы не говорите? — Ну, поначалу говорить нам было некогда. — Джеймс криво усмехнулся. — А вот потом, после того, как мы стали регулярно спать вместе… Я испугался. — Испугался чего, дорогой? — Сложно сказать. — Джеймс пожал плечами. — Мне кажется, Джейни видит меня как какого-то крутого парня. Знаете, я президент клуба «Роузвуд». Точнее, был им, — поправился он. — Пока нас не закрыли. Это долгая история. Я вроде как из тех людей, что всегда решает проблемы. Еще отец… Вот черт. Он покосился на миз Милберн. — Попсовая психология, да? — она радостно рассмеялась. — Никуда без дедушки Фрейда. Все наши проблемы начинаются с воспитания родителей. — Но на меня и правда всегда возлагали большие надежды. — Джеймс с наслаждением втянул сигаретный дым. — С самого детства. Я вечно был кому-то обязан. И теперь мне кажется, что и Джейни тоже считает, будто я супермен и готов всю ночь напролет резвиться с ней как какой-то граф Дракула. — Боюсь, я не совсем поняла аналогию, милый, — призналась миз Милберн, стряхивая пепел прямо на ковер. — Почему именно Дракула? — Ах, это… — Он закашлялся. — Все дело в визуальных новеллах. Ну знаете, игры на мобильник. Джейни их обожает, постоянно в них залипает. Суть в том, чтобы героиня в конце истории осталась с одним из парней, и для этого нужно платить игровую валюту… Вот Дракула — один из самых популярных персонажей в этом приложении. — Ясно. — Джин кивнула. — Что-то вроде симулятора свиданий в экзотических декорациях? — Да. Иногда она даже… — Джеймс вновь замялся. — Что? Маятник Ньютона, наконец, остановился. Джин подалась вперед. В этот момент она ну никак не тянула на свои «слегка за пятьдесят», а скорее походила на юную девушку, спешащую узнать последние сплетни от лучшей подружки. — Я думаю, что она чрезмерно увлекается всей этой ерундой, вплоть до того, что воспринимает меня одним из фаворитов в ее игре. Однажды после секса она сказала что-то вроде «отличная сцена, и сотни алмазов не жалко». — А это не цитата из какого-нибудь ромкома? — Не уверен. — Джеймс вздохнул. — Но в том приложении алмазы — это игровая валюта, так что… И она все время хочет со мной секса, а я не чертов Казанова, готовый трахаться день и ночь, у меня порой тоже болит голова. Я знаю, что мне всего двадцать три, но черт, после этих вечеринок с шампанским ничего не хочется кроме как сдохнуть. — И ты боишься, что если не будешь соответствовать ее представлениям об идеальном парне из новелл, Джейни тебя бросит? — Я не знаю. Возможно. — Это сводит тебя с ума? — Теперь миз Милберн едва различима из-за клубов сигаретного дыма. — Дело ведь не в одержимости сексом, ведь так? Ты боишься потерять эту девушку, потому что она тебе дорога? Ее голос поднимается выше на пару октав. Джеймс вдыхает пропахший никотином воздух. Хочется возразить, но слова никак не идут на ум — в голове шумит, чертов маятник Ньютона стучит набатом. Тик-так, тик-так. Ну какого черта этот сексолог так много курит. Что за дурацкое имя — миз Милберн. Берн. Огонь. Почему она здесь, ведь ей положено быть в Англии, в Мурдейле, а не в Карни. Как он здесь оказался, как… Будильник звенит над ухом, и Джеймс чуть не подпрыгивает на постели. — Мм, который час? — Джейни Монро рядом с ним подслеповато щурится на экран телефона. Сон. Это всего лишь чертов сон. Джеймс нервно выдыхает и отключает будильник. Задумчиво смотрит, как Джейни пинает подушку, устраиваясь поудобнее. Где-то фоном гудит телевизор. Сегодня он пригласит Джейни на прогулку. Возможно, купит ей цветы. И больше никогда не станет засыпать под просмотр «Полового воспитания». Маятник Ньютона все еще качается где-то в глубине сознания: влево-вправо, тик-так, тик-так.