кофе

в этих ваших интернетах давно ходят то ли слухи, то ли шутки о том, что кофе хорош только тогда, когда его варит представитель квир-сообщества, обязательно пирсингованный, с красивой стрижкой и с тяжёлой семейной историей. никита не верит. залипая в социальных сетях, с забавных видео он смеётся, но не более. «ну как может это влиять на навыки и опыт?» – никита раздражается от того, что начинает серьёзно дискутировать на эту тему. «всё же и так ясно! ни на что это не влияет», – считает он. по крайней мере, до вчерашнего дня. прогуливаясь во время обеденного перерыва, никита забредает в скверик, прячущийся между двумя жёлтыми обшарпанными хрущёвками. там он натыкается на пару скамеек, видит жёлтый ретро-автомобиль, обмотанный гирляндой, и переводит взгляд на неприметную вывеску: «улица грёз». никита не совсем понимает, с какой целью нужно размещать кофейню в таком месте: как будто проходимость невысокая, место нерентабельное. разве оно окупится? но он всё же заходит, рассуждая, «какая разница, где кофе пить? раз уж пришёл, попробую». тем более, ветер неприятно бьёт по щекам, напоминая, что бабье лето закончилось ещё на прошлой неделе и осень, наконец, властно распоряжается своими правами. – брр, холодок, – бурчит себе под нос никита, осматривая заведение. внутри оно ещё меньше, чем кажется с улицы. всего два столика и прилавок со свежей выпечкой, за которым почему-то никого нет. никита уже начинает думать, что нечаянно зашёл в чью-то квартиру: уж слишком нелюдимо место для кофейни. – и не говорите, пока дошёл, чуть уши не отморозил. шапку надо надевать, а я не хотел причёску портить, – никита дёргается от неожиданности. приветливый молодой человек появляется из ниоткуда. – что-нибудь выбрали? – а? – никита не особо соображает: то ли мозг заморожен, то ли от шока не отошёл. – спрашиваю, что бы вы хотели. могу порекомендовать голубичный латте, он ещё остался с летнего сезона. многим посетителям нравился. хотя мне больше по душе классический капучино, возможно, конечно, потому что у меня аллергия на голубику… – бариста продолжает болтать, но никита уже не вникает. «овершэринг файнал босс», – так он решает окрестить работника заведения. никите совершенно не близка такая модель коммуникации с незнакомцами. он предпочитает классический снгшный вариант: угрюмый взгляд и сжатые в полоску губы. так называемые «смолл-токи» ему не по душе. – молодой человек, вы на меня так засмотрелись? – чего? – никита совсем отключается. он вглядывается в лицо бариста, не понимая, почему тот усмехается. «что происходит?» – он задаёт вопрос, пытаясь не погрязнуть в пучине мыслей. у него иногда такое случается: слишком сильно задумывается и теряется, а из-за стресса и давления собеседника не может вернуться обратно в гавань. – вы в порядке? – кажется, что бариста уже тоже начинает теряться. диалог странный и растянутый, благо других посетителей пока нет. работник решает пощёлкать пальцами перед носом зависшего посетителя. на удивление, помогает. – да, а в пряный латте у вас что идёт? – он делается на овсяном молоке с добавлением гвоздики, имбиря, корицы и кленового сиропа. и шот эспрессо, очевидно. знаете, вы как в воду глядите. я раньше этот напиток обожал, только его пил. но летом холодного хочется больше, я уже отвык… – и снова никита выпадает, теперь уже благодаря свою способность отключать слух, когда нужно. его порядком начинает выбешивать этот поток личной информации. – так что, вам его? – давайте, – никита протягивает карточку для оплаты, боясь сказать лишнее слово и снова вызвать его – всадника апокалипсиса. он хихикает от этой мысли. «ох уж эти знаменитые 4 всадника апокалипсиса: чума, война, голод и… – никита опускает глаза в поисках бейджика и – успех! – находит. юра – так зовут его мучителя. – красивое имя», – отмечает никита. – с ним что-то не так? – видя недоумение на лице собеседника, юра добавляет: – со свитером. вы так смотрите пристально. или всё-таки я понравился? не переживайте, я очень прогрессивен во взглядах, – бариста играет бровями. никита фыркает. – нет уж, увольте. я всего лишь хотел узнать ваше имя, – никита не придаёт значения своим словам ровно до того момента, пока юра не начинает расплываться в очередной ухмылке. – можно мне уже, пожалуйста, кофе. и я пойду. кивая, юра поворачивается к никите полубоком, настраивая кофемашину или что-то в этом роде. никита совсем не разбирается. он скрещивает руки на груди, наблюдая за процессом. или же за бариста? никита замечает, что у того проколоты уши и что ему даже идёт. «но вообще это не твоё дело», – прерывает он сам себя. юра же, не теряя времени, снова заводит шарманку: – вот вы словечками разбрасываетесь. увольте, понимаешь ли! кто бы меня уволил, – он жалуется в воздух, но никита, сам того не ожидая, интересуется. – а чего вы не сделаете первый шаг? и почему выбор пал на такое место? – никита всё ещё считает, даже настаивает, что оно нерентабельно. – во-первых, не всегда мужчина должен делать первый шаг. если хотите позвать меня на свидание, зовите самостоятельно, – никитино «я имел в виду уход с работы» юра игнорирует. – во-вторых… – он продолжает: – владельцы – мои родители. тут ничего не изменить. я сегодня вообще не должен работать, но наш стажёр не вышел, поэтому я нёсся из университета, чтоб закрыть образовавшуюся дыру. место такое выбрали, потому что живём в этом же доме. – юра замолкает, пока кофемашина шумит. затем у него открывается второе дыхание. – и знаете, место очень даже неплохое. много кто заходит с утра пораньше, чтоб кофе угоститься. бабушки из подъезда заходят за выпечкой. вы попали в безлюдное время. обычно мы тут не сидим без дела. – ого, – никита уже не так уверен в своей правоте. – а на кого вы учитесь? – с какой целью он спрашивает, никита сам не знает. видимо, болтливость в этом заведении передаётся воздушно-капельным путём. – программирование. в этом году заканчиваю. и всё, в свободное плавание, – юра завершает приготовление напитка. – пожалуйста, – никита лишь кивает, беря стаканчик в руку, и направляется к выходу. – а вы где учитесь? – юра кидает вопрос в спину, когда никита уже открывает дверь. что-то затягивает его обратно: может, это нежелание возвращаться на работу? или холод, пробирающий до костей? или ароматный запах кофе? или разговорчивый бариста? никита не будет отвечать на такие провокационные вопросы. «остался и остался, что тут такого?» – а с чего вы взяли, что я учусь? – никита садится за столик и растёгивает куртку. странно, что он не делает этого раньше. он явно находится тут уже больше получаса. – без обид, но вы не выглядите как важный бизнесмен или несчастный работяга, а вот как студент, прогуливающий пару физкультуры, – очень даже, – юра выходит из-за стойки и подходит к никитиному столу. – не против? – тот отрицательно мотает головой. – я юра, кстати. может, на ты? – никита, – он жмёт протянутую бариста руку. – и чтоб ты знал, я тот ещё работяга, – никита театрально закатывает глаза, а у самого уже счастья полные штаны. есть что-то в этом юре, манящее, притягивающее. – дай угадаю, вчерашний студент? – никита не сдерживается и хохочет, отмечая про себя юрину черту – проницательность. и болтливость. и притягательность. – не вчерашний. я закончил три месяца назад, – никита гордо приподнимает подбородок, сдерживая очередной порыв веселья. он очень серьёзен, между прочим. но долго гримасничать не получается: юра так заразительно улыбается, что никита не может сдержаться. – это всё меняет. кстати, у тебя такая нежная кожа, – юра глазами указывает на только что пожатую руку. – небось крем девушка подарила? – он щурится, но никита не замечает. его мозг усиленно пытается придумать ответ. «к чему эти комментарии?», – никита не понимает, проблема в том, что он разучился коммуницировать с людьми или юра не чувствует личных границ? – ага, – зачем давать такой ответ никита не знает, но решает осмыслить это позже. у него даже девушки нет, что уж тут говорить о средствах. мама его таким родила, вот весь секрет. раздумывая над нежностью своих ладоней, никита упускает из виду потускневшее лицо нового знакомого. стоит ли ожидать другого ответа? точно нет. ожидает ли его юра? да. будет ли он страдать? конечно, нет, но по самооценке это чуть-чуть ударяет. такое уж у него нарциссическое продолжение личности. самокопания обоих прерывает посетитель, решивший, по-видимому, избавить их от неловкости. юра встаёт и уже через секунду оказывается за прилавком, а никита не придумывает ничего лучше, чем бросить «до свидания, всего хорошего» и выпорхнуть из кофейни. расстроен ли юра? совсем капельку. он думал, что они обменяются инстаграмами. со временем погода всё ухудшается, на улице холодеет, а никита скатывается из жизни в существование. на вопрос «что случилось?» он не даёт ответа. не потому что не хочет, а потому что не может. вроде всё по-прежнему: работа, которая ему нравится, редкие встречи с друзьями, приносящие столько удовольствия, прогулки под музыку, зал. однако в груди словно поселилось чувство неполноценности. размышляя над этим, никита сам не замечает, как ноги приводят его к тому самому дворику с жёлтым винтажным автомобилем. заходить в кофейню никита не торопится. сначала он разглядывает вывеску и думает, нужно ли оно ему. вдруг этот юра, мысль о котором поселилась в голове, чёрт бы её пробрал, даже не вспомнит его? каким клоуном он тогда будет? но хотя мозг придумывает неблагоприятные сценарии, сердце начинает биться чуть быстрее, да и коленки дрожат. – добрый день! – сердце перестаёт пропускать удары. никита расстроено хмыкает, но подходит к витрине, за которой стоит невысокая женщина. – что предпочитаете? – на ваш вкус, – никита настолько разочарован, что даже запах выпечки с кофе не поднимает настроение. да и выпечки на витрине особо нет. никита готов стать тем самым блогером, который после посещения заведения садится в машину, где жалуется на обслуживание на видео для тик тока. – могу посоветовать вам лимонно-черничный круассан. в нём черничное компоте и лимонный курд. с минуты на минуты должны принести, как раз свежие, – не успевает она договорить, как раздаётся стук и никита слышит тот самый голос. – мам, придержи дверь! – кивая, женщина выходит из-за прилавка и приоткрывает дверь, через которую юра с коробками в руках вваливается внутрь. секундная заминка. и начинается. – о, чувак. чего такой кислый? расстроился небось, что не я на смене? – никита в ахуе от такого точного попадания. неужели у него действительно на лице всё написано? нет уж, он не проиграет. – привет, знакомы? – «ладно, это уже перебор». юра на мгновение теряет самообладание: классическая ухмылочка с лица сползает, уступая место сведённым бровям и сомкнутым губам. – шучу, конечно, я помню, только ради тебя сюда пришёл, – никита снова, фигурально конечно, бьёт себя по лбу: настоящую мотивацию рассказывать не обязательно. юра же опять бодр и весел, а главное – с высокой самооценкой. никита не решается говорить ещё что-либо, поэтому смотрит на юру как баран на новые ворота, надеясь, что тот опять начнёт болтать. однако юра не торопится. они забывают про юрину маму, которая не понимает, что происходит, забывают про коробки с выпечкой. никите кажется, что пауза наполнена сексуальным напряжением. юра же в этом уверен. – юра, это твой друг? чего мне не представляешь? – несчастная женщина явно не хочет быть свидетельницей гей-паники, творящейся между ними. – а? да, мама, знакомься: это никита, – последний кивает в знак приветствия, пока юра сочиняет, что рассказать об их знакомстве и отношениях – юра не уверен, как это назвать, но он и не против отношений. хотя говорить о таком, несомненно, рано. – мы не так давно знакомы, вот я и не рассказывал ничего, – вот тут юра немного лукавит: маме-то ничего не сообщает, считает, что ей не нужно знать о квир похождениях сына. а вот друзьям уже все мозги прожужжал о парне из кофейни, «который гетеросексуал и у которого есть девушка, но у него такие вайбы». – очень приятно, – она легонько дотрагивается да руки никиты и переключается на работу. – так что, угоститесь нашим круассаном и, может, пряный латте? юра, давай, неси всё сюда, – невидимое облако, обволокшее их двоих, тотчас рассеивается: юра прекращает прожигать дырку в лице никиты, а тот вспоминает, что нужно дышать, и давится приступом кашля. никита считает, что он очень неловок в общении с новыми людьми. вспомнив, что вопрос о выпечке задают ему, он выдавливает что-то похожее на «да, пожалуйста, с собой» и садится за уже-его-столик, ожидая юру. стоп, ожидая круассан. всё-таки говорят, что они здесь отменные. через несколько минут заказ готов, но никита не готов уходить. он рассчитывает, что они с юрой побеседуют? в любом случае, никита этого хотел бы. и к счастью, удача сегодня остаётся на его стороне: юра очень удобно говорит маме, что пойдёт домой, раз уж сегодня не его смена и он выполнил всё, что было нужно. они выходят на улицу вместе, понимая, что сейчас пойдут в разные стороны. никита неожиданно для себя выпаливает: – прогуляемся? – он замирает, словно персонаж в аниме. глаза светятся звёздами, пока голос подозрительно скрипит. никита снова откашливается и отмечает про себя, что уж слишком повышена его социальная тревожность. может, дело в новом знакомом? – ты забавный. это мило. давай, – юра, замечая неловкости в поведении никита, поражается: неужели это он вызывает такую бурную реакцию? его это веселит. и льстит. и на душе тепло становится. хотя последнее может быть обусловленно кофтой и курткой, впопыхах надетыми перед выходом. осень не жалеет. об этом юра и решает завести разговор. – тебе нравится? – м? – сердце никиты, кажется, делает кульбит в который раз за этот день. он не понимает, что творится в голове у юры, и это манит всё больше и больше, как далёкая планета, которую хочется изучить. например, узнать, есть ли на ней воздух или вода, ощутить, какова её материя. так и с юрой: хочется понять, какие на ощупь у него губы, потрескавшиеся, но нежные? от этой мысли никита давится глотком кофе, благо, юра стучит по спине. – говорю, осень тебе нравится? – юру вроде привлекает никитина неловкость, но в большей степени – вайб эрудированности. кажется, что он так много знает. или это из-за пальто? – да, на удивление, хотя пять лет назад я бы ответил обратное. раньше ненавидел осень, потому что надо было идти в школу. а в университете стало приятно: кофе, тыквенное печенье, тёплые толстовки и шарфы, букеты из кленовых листьев… я помню, как носился по парку и собирал их для девушки, именно красные, они казались самыми роскошными. и на работу мне ходить в удовольствие. в общем, осень перестала быть пыткой, – никита замолкает и чувствует, как его щёки краснеют, как те самые кленовые листья, о которых он говорил. он не привык делиться чем-то не поверхностным с незнакомцами, но юра почему-то таким не кажется. никита признаётся, что это подкупает. – во даёшь, я бы в школку вернулся, – юра пожимает плечами и, меняя интонацию, аккуратно спрашивает: – ради любопытства, девушка из университета та же, что и сейчас? я имею в виду, вы до сих пор вместе? ну, ты понял, – никита впервые за всё время их знакомства замечает юрино смущение. однако осознав, какой вопрос ему задан, никита снова давится кофе. он обещает себе, что больше рядом с юрой он ничего не пьёт, замечая, что кофе в этот раз даже не такой вкусный. может, потому что готовил не юра? юра, юра, юра… это имя крутится на языке. и в голове. чёрт бы его пробрал. никита вспоминает, что ему вообще-то нужно ответить. – не-а. я сейчас ни с кем не встречаюсь. попробовал на первых курсах университета, но понял, что отношения – это не моё, – «ну что же, никита, ты не договариваешь, что отношения с девушкой – это не твоё». но эту информацию он решает пока что оставить в скобках. юра же ликует: «сюда, блять, я так и знал, я чувствовал», – но радости своей старается не показывать. мало ли человеку плохо из-за этого? – а, извини, не знал, что это больная тема, – юра не отдаёт отчёта о том, что он говорит, думая лишь, как бы сдержать ликование и не произнести что-то в духе «я готов подставить своё плечо. плачь сколько хочешь». – итс окей. я смирился и понял, что мир не крутится вокруг отношений, хоть нам и хотят навязать обратное, – делая паузу, никита прокручивает в голове момент, в который осознал, что ему могут нравиться парни: десятый класс, новый ученик и понеслась. «я не такой». «а что подумают родители». «это мерзко». в этом болоте он погряз надолго, а принять себя помогла девочка, с которой он поцеловался в очередной раз на какой-то левой вечеринке после капустника. «у тебя такое лицо, будто насекомое в рот залетело. никита, не обязательно это делать, если ты не хочешь. быть другим нормально». они до сих пор общаются, кстати, – я гей, – скобки никита раскрывает быстро. «а нахуя общаться с гомофобами?» – рассуждает он. тем более, к юре хочется привязаться, поэтому лучше проверить сразу. – по тебе видно, – юра хоть и не ожидает такого скорого признания, своего острого словца не теряет. выпаливает так, словно ждал всю жизнь. – иди нахуй, – никита громко цокает, недовольно закатывая глаза. ничего подобного, не похож он на квира. – неужели я веду себя настолько манерно? – что за стереотипы? – юра начинает посмеиваться: диалог явно принимает нужное русло. – гей-радар – штука такая. сразу всё понимаешь, – юра не может сдержать хохот, когда глаза никиты расширяются. – ты не подумай лишнего, мне мои друзья рассказали, – но видя разбитые надежды на лице собеседника, юра добивает: – ладно-ладно, я би, ты только маме моей не рассказывай. к слову, мог бы и сам догадаться, у меня уши проколоты. тоже мне… – никита не даёт ему договорить. – что за стереотипы? – туше, – никита тает, и юра это чувствует. он всё ещё хочет закричать «а я знал», но пытается сделать безмятежный вид. – а как ты это понял? – никита воодушевлён. юра очень ему импонирует. и как друг, и как человек. может, и чуть сильнее. в любом случае, никита решает, что хочет получить максимум от этого общения или, по крайней мере, разговора. ему так легко дышится. никита давно такого не чувствовал. – честно, в один день открыл глаза и подумал, а что если. а в классе одиннадцатом в тиктоке познакомился с парнем, и оно само закрутилось. отношения были стрёмные, но ориентация меня не смущала. не знаю, как будто я всю жизнь был таким, – юра жестом предлагает сесть на скамейку, удачно расположенную вдоль аллеи. солнце золотит его волосы, что очень никиту цепляет. обычно он предпочитает рассматривать осенние пейзажи, но только не сегодня. – а ты? – от дуновения ветра юра дёргается и прячет руки в карманы. перчатки-то проебал в прошлом сезоне, а новые так и не приобрёл. – держи, – никита протягивает юре две разных перчатки: чёрную и красно-серую. юре кажется, что они даже разного размера, но он воздерживается от комментария, которого, к слову, никита ждёт. юра не желает разрушать хрупкое нечто, их окружающее. он лишь шепчет «спасибо» и отворачивается, наблюдая за качающимся берёзами. – я влюбился в одноклассника, потом следовал затяжной кризис ориентации, и вот я здесь, – никита почему-то не стремится обсуждать эту тему сейчас. ему столько всего нужно узнать о юре. – кстати, уже начался сезон каштанов. и я делаю тебе официальное предложение руки и сердца: будешь собирать их со мной? – ого. сразу так, да? ты бы сначала благословения у родителей попросил, – юра хмурится и задирает подбородок. – считай, твоя мама уже нас благословила. – не надо втягивать её в это! – юра театрально прикладывает руку ко лбу, ощущая, что у него краснеют уши. он недолюбливает эту особенность. как только он стесняется, они сразу превращаются в маленьких рачков. слава богу, волосы всё скрывают. – уговорил, пять минут сидим и идём собирать каштаны. хотя я предпочитаю жёлуди, – юра резко поворачивает голову в сторону никиты и, не вписавшись, своим носом нечаянно задевает нос последнего. – ой, бля, извини, пожалуйста, – юра дёргается, как ошпаренный, и отодвигается от приятеля. хотя… он сам не понимает статуса их отношений: знакомы недолго, но сексуальное напряжение зашкаливает с первой встречи. и с каждой секундой нарастает. – ты извини, я близко придвинулся, – никита даже больше не кринжует со своей неловкости, решая превратить её в достоинство. он задаёт очередной вопрос, имеющий, конечно же, важность мирового масштаба. нужно знать, чем юра увлекается, что любит есть и сколько часов спит. так, за разговорами и сбором даров природы никита не замечает, что выходной заканчивается и город обволакивает тьма. – не хочу быть тем, кто это говорит, но мне пора, – юра улыбается виновато, словно конфету из магазина украл. – завтра вставать рано, и я так полагаю, тебе нужно на работу. пройдёмся до ближайшей остановки? – никита в ответ лишь кивает. сказать ничего не решается. кажется, что если он откроет рот, то голос задрожит и он заплачет. никита не знает, почему так. он лишь не хочет прощаться с юрой. хорошее ведь не должно заканчиваться, да? – да, увы, уже пора. спасибо за прогулку, получается? – никита не уверен, стоит ли спрашивать об их следующей встрече или просить инсту. к счастью, инициативу на себя берёт юра. он обнимает никиту, аккуратно и с трепетом сердца? никита не считает, сколько они так стоят, но оценивает этот момент как лучший в жизни. юра обнимает его, пока не приезжает автобус. заходя внутрь, он машет рукой и кричит: – увидимся! – двери закрываются, транспорт трогается, а никита ещё долго провожает автобус, пытаясь разглядеть юрин силуэт. он без понятия, где он находится и сколько ему идти до дома. но сейчас ему наплевать. руки тянутся к наушникам, и вот уже гитарное соло из песни «спокойная ночь» группы кино согревает сердце. никита идёт по безлюдной аллее, держит в руках каштаны и старается запомнить нотки юриного запаха, въевшиеся в его шарф. улыбка с лица сползти не может. дома он вспоминает про круассан, валяющийся в рюкзаке целый день. и только сейчас никита ощущает раздирающий живот голод. наверное, стоило съесть круассан раньше, но никитино внимание было сфокусировано немножко на другом. заварив чай, он в тишине садится и пробует чуть подсохшую выпечку. юрина мама не обманула: круассан шикарен, лимон и черника отлично сочетаются, и вкус не химический. никита считает, что это отличное завершение дня. не было в его жизни выходного лучше. поход в душ и чистка зубов сопровождаются бесконечным потоком мыслей о том, что он чувствует и почему к юре. и если на первый вопрос никита пока затрудняется ответить, то для разъяснения второго он может написать хоть том, хоть десять. юра весёлый, и харизматичный, и привлекательный. а ещё у него глаза искрятся, когда он на никиту смотрит. и когда рассказывает о своей специальности. также он вкусно пахнет, что никита находит важным. засыпает он с мыслью о том, что жутко хочет кофе. эх, как жаль, что кофемашины у него дома нет, растворимый он не любит, а из хороших кофеен в кишинёве знает только одну. вот снова субботнее утро будит солнечными лучами. никита уверен, что всё складывается в его пользу: в течение рабочей недели дни были только пасмурными. а сейчас даже ветерок не дует. сегодня никита даже не нежится в постели. он встаёт и через мгновение, как ему кажется, уже хлопает дверью. в животе овсянка с протеином, в наушниках стрыкало, а сердце бьётся и жаждет встречи. никита скучает. ему не хватает юриного заразительного смеха. юра заряжает его социальную батарейку. стоп. а если юры сегодня не будет на смене? если юра не ждёт этой встречи? никита тормозит прямо у входа в его уже любимое место в городе. – бля… – он тяжело выдыхает, наклоняя голову набок, размышляя. – бля! – никита аж подпрыгивает, когда чужие руки начинают мять его плечи. – совсем без меня одичал? начал сам с собой разговаривать? – юра шеей опирается о никитино плечо, продолжая сжимать. последний же думать ни о чём не может, кроме того, насколько близко они друг к другу. он чувствует жар. и желание. что вообще происходит? а юра дальше дразнит: – что привело в наши края? – кофе, – никита не собирается говорить что-то ещё. он со всей душой, а над ним насмехаются. нет, так дело не пойдёт. нехотя никита отлепляет юру от себя. – бу-бу, какие мы важные. ладно, пойдём сделаю тебе самый шикарный латте на диком западе. дальше всё по отработанной схеме: никита садится за коронное место, юра занимает пост у кофемашины, и неважно, что он сегодня не работает и что он специально уже пару часов ошивался во дворике, надеясь заприметить никиту. он не будет рассказывать, что уже облазил весь инстаграм в поиске акаунта знакомого-объекта-воздыхания или что он специально взял несколько дополнительных смен, чтобы отточить навыки приготовления кофе до совершенства. а никита, в свою очередь, также не расскажет, что всю неделю экспериментировал с причёсками и что за утро съел уже три пластинки мятной жвачки. не признается он и в том, что люди в ваших этих интернетах были правы: кофе самый вкусный, когда его готовит пирсингованный квир. да, либерал. да, с классной причёской. ошиблись в одном: проблем с родителями у юры нет.