Водоворот забытых теней

      Сон начался обманчиво мирно — она снова была маленькой девочкой, сидевшей в солнечной галерее поместья. Мать учила её плести венки из речного папоротника.       Вдруг всё исказилось: Солнечный свет стал зелёным и тягучим, как болотная тина. Вода из кувшина на столе потянулась к полу чёрными щупальцами. Голос отца зазвучал эхом: «Ты предала меня …»       И тогда явился отец — но не настоящий, а кошмарное подобие: с пустыми глазницами, капающими водой. Его меч уже был занесён над головой матери… А маленькая Мейлин не могла пошевелиться, будто увязла в невидимом течении.       Мейлин распахивает глаза, тяжело дыша. Сердце сжалось в грудной клетке от пережитого кошмара, и она села в кровати. Было темно и тихо — комната снова казалась обычным убежищем. Но Мейлин чувствовала что-то неправильное, как будто воздух вокруг был наполнен невидимой угрозой. Она встала с кровати, чувствуя, будто в каждом углу прячется опасность. Комната казалась такой же простой и аккуратной, как всегда.Струящийся из окна лунный свет ложился на мебель тонкими полосами. Но… Мейлин не могла избавиться от ощущения, что что-то изменилось… Мейлин вздрогнула, увидев тень в углу. В темноте она выглядела живой и опасной: как будто чей-то взгляд следил за её движениями. «Кто бы это мог быть?», мелькнуло в сознании. Разум говорил ей, что это просто плод воображения, наваждение… но сердце колотилось до звона в ушах.       Мейлин резко замерла. Это был ТОТ САМЫЙ взгляд — тот же леденящий, будто прожигающий насквозь, что она почувствовала на площади. В темноте комнаты тень шевельнулась. — Кто здесь?! — её голос прозвучал громче, чем ожидалось. Но в ответ — только тишина… или это показалось? Воздух стал «тяжёлым», как перед грозой. Пальцы Мейлин непроизвольно сжались.       Дверь внезапно распахнулась, и в комнату забежала взволнованная служанка. Слабый свет ночника высвечивал её встревоженное лицо и спутанные волосы: по ней было заметно, что она вскочила с постели. — Госпожа?.. Вы в порядке? — спросила она, оглядывая комнату с опаской. — Там… в углу… — начала Мейлин, указывая в темноту.       Служанка осторожно подняла лампу, и свет залил угол комнаты — пусто. Там не было ни теней, ни следов. — Всё в порядке, госпожа, — мягко сказала она, но в её глазах мелькнуло беспокойство. — Может быть… вам чаю принести?       Мейлин кивнула, но внутри всё кричало: эта тень была реальной…       Вскоре после чая Мейлин почувствовала, как усталость сковала её тело. Закрыв глаза, она погрузилась в темноту. Но сон не принес покоя. То и дело она просыпалась от кошмаров, где вода то пыталась её задушить, то утягивала в темноту… Но перед самым пробуждением Мейлин увидела своё отражение в темной поверхности. А в самом сердце той воды… она узнала лицо своей матери. Мейлин присмотрелась: её мать качает на руках младенца. Малыш смеётся, а мать нежно касается его щечки. Было странно видеть себя в облике другого малыша, но… что ж ещё ожидать от сновидений?       Рука Мейлин сама потянулась до воды. Пальцы коснулись её поверхности — тусклое отражение колебалось, как от толчка.       Мейлин резко открыла глаза. Солнечные лучи уже пробивались сквозь шторы, а где-то за окном щебетали птицы. Комната казалась такой обычной — никаких теней, никаких младенцев… Но на столе у кровати стоял стакан с водой. И когда она потянулась к нему дрожащей рукой — вода внутри заколебалась сама по себе. Будто в ответ на её страх.