Как управлять миром, не вылезая из ванны

Броктон-Бей был, так называемым, «депрессивным городом». Это обуславливалось упадком экономики, засильем банд и экономической нецелесообразностью его восстановления. Он располагался на берегу залива и когда-то был немаловажным морским портом, но… потом появился Левиафан, и все резко забоялись плавать по морям. И будто бы этого было мало, но огромный танкер, затонувший прямо у входа в залив, перегородил дорогу тем немногим кораблям, капитаны которых ещё имели смелость или безрассудство для подобных дел. Немалую долю зла в город принесли и банды: АПП, азиатские плохие парни, возглавляемые одним из сильнейших кейпов Броктон-Бей – Лунгом, в своё время, только прибыв в город, он в одиночку вышел против всех героев Протектората и, затем, раскатал их по земле, а ещё раньше, во время нападения Левиафана на Японию, какое-то время давал ему отпор на равных. Под крылом «Дракона Косю», добровольно и не очень, собирались все лица азиатского происхождения: японцы, китайцы, вьетнамцы, малайцы… У каждой империи зла должен быть свой антагонист. У АПП это была ещё бо́шьшая империя, Империя 88, возглавляемая, сначала, Всеотцом, а затем перешедшая «по наследству» Кайзеру. Тот особо отметиться на фронте противостояния с героями и Губителями, но империя строилась и не вокруг личной силы лидера, а скорее вокруг числа кейпов, его окружающих. Злодеев в империи было больше чем во всём местном отделении Протектората, и только попутное противостояние с АПП, не давало Кайзеру превратить город в филиал Третьего Рейха. А ещё были Барыги. Их никто не любил, они не были сильны, но они были многочисленны. Жуть как многочисленны. Каждый из членов этой «банды», хотя называть их бандой – значит оскорблять всю организованную преступность, были опустившимися людьми: наркоманами и бомжами. И территорию, которую они «контролировали», никто у них не отобрал лишь по той простой причине, что никому эти территории не нужны были. Доки, где Барыги и базировались, были давным-давно покинуты. И последние недели никто из барыг не мог уснуть из-за постоянного грохота и скрежета, раздававшегося из-под земли. А что вы хотели, геофронт сам себя не выкопает… Да, копал я его, разумеется, не сам. Учитывая размер проекта и планируемый объём работ, мне проще было бы сразу с голой задницей на Сына переть, чем копать это в одиночку. Подземное строительство, как оказалось, очень тяжело, даже если в подчинении у тебя находится маломощный ангел. Сопромат, механику и геометрию я в школе благополучно не учил, а потому постигать это мне приходилось в процессе, отправляя под землю, попутно, по два-три здания в доках из-за обрушения крыши, так как ограничения технаря – отстой, сила выдаёт информацию дозировано и не по делу... Обучение шло тяжело, но прогресс был налицо. Программа, которую я накатал на коленке, позволяла мне видеть структуру почвы и находить самые слабые места, а ангел, щедро одаренный моими запасами энергии, копал как проклятый. На поверхности, меж тем, кипела жизнь. АПП и Империя 88 продолжали свою бесконечную войну за сферы влияния, хотя в последнее время она несколько поутихла, герои Протектората пытались хоть как-то поддерживать порядок, ну, или создавали видимость, а Барыги… Барыги продолжали колоться и помирать в своих трущобах. Я старался не вмешиваться, хотя периодически мне приходилось отбиваться от забредших на мою территорию наркоманов, хотя один раз на профилактическое опиздюливание пришла и Руна. Цель моя была проста: создать под Броктон-Бей огромный подземный комплекс, своего рода убежище, где я мог бы спокойно работать над своими проектами, не опасаясь внезапного визита героев или злодеев. А еще, в перспективе, можно было бы использовать его как базу для дальнейших операций. Хотя, возможно, это именно моя сила отчаянно желала построить Геофронт. Процесс, конечно, был долгим и нудным, но я верил в успех. Броктон-Бей, возможно, и был городом-помойкой, но даже в самой грязной помойке можно найти что-то ценное. Главное – уметь искать. И, разумеется, иметь под рукой ангела, который копает как бригада гастрабайтеров. Так, с огромными жертвами, (с десяток крысиных гнёзд, четыре кошки, пять бомжей и неизвестное количество насекомых), основа Геофронта была достроена примерно через месяц после начала работ. Геофронт из себя представлял громадную, диаметром в полкилометра полусферу, закопанную плоской частью вверх, чуть глубже границы коренной породы. Дно было выстлано пятидесяти метровым слоем камня и почвы, повторяя биом поверхности, а в центре уже начато было возведение Терминальной Догмы. Шестиугольные гранитные призматические монолиты выстилали дно бассейна, куда я планировал заливать LCL, а Гастрабайтериил сплавлял их вместе своими энергетическими лучами. Следующим этапом стала установка систем жизнеобеспечения. Я не собирался превращать Геофронт в пыльный бункер, поэтому и подошел к вопросу основательно. Были задействованы мощные фильтры для очистки воздуха, системы рециркуляции воды, а также генераторы энергии, работающие на геотермальных источниках, обогащённый уран, к сожалению, взять было неоткуда. Собрать всё это богатство буквально из мусора было достаточно трудно, так что больше половины всех систем и сейчас отсутствуют. Плюс, я решил заняться разведением растений, чтобы создать подобие замкнутой экосистемы. Экспериментировал с различными видами, от водорослей до плодовых деревьев, пока не нашел устраивающий меня вариант, теперь в разных частях Геофронта, то тут то там, под свисающими на длинных проводах лампах, имитирующих дневной свет, прорастали островки зелени. Параллельно я занимался обустройством жилых помещений и лабораторий. Все было сделано с размахом, но при этом функционально и удобно. В лабораториях я установил самое современное оборудование, которое только смог достать за свои скромные средства, микроскопы… и микроскопы, денег, отбираемых у бомжей было реально мало. Жилые помещения же стояли пустыми. Вот когда у меня появятся живые работники, тогда и буду об этом думать, а пока… не критично. Геофронт постепенно оживал. Растения зеленели, вода в системах циркулировала, а генераторы гудели, обеспечивая энергией все комплексы. Подземный мир приобретал свою форму, становясь моей личной крепостью, местом для работы и укрытием от внешнего мира. *** Игорь Петрович наркоман со стажем Свербило под кожей неимоверно, а ещё болела голова. Ещё бы, три дня без дозы. Петрович, мигрант из России, ковырялся грязным ногтем в давно немытой шее, пытаясь унять зуд. Вчерашняя заначка, украденная у соседа по трубе, закончилась быстро, а сегодня удача отвернулась. Даже мимо проходящий школьник, которого он попытался развести на мелочь, оказался крепким орешком и чуть не навалял Петровичу люлей. И тут, как по мановению волшебной палочки, прямо под ноги упала… земля. Вернее, земля провалилась, образовав дыру, из которой тянуло каким-то странным, непривычным для доков запахом. Смесь сырости, металла и чего-то сладковатого щекотала нос. Петрович машинально заглянул вниз. Темно, сыро… но любопытно. Коридор, в который вёл провал, был узким, но сухим и тёплым, в связи с чем Петрович задумался о переносе в него своей лёжки. Стены коридора были покрыты связками кабелей и труб, а по потолку шли два тонких ряда диодов, создававших хоть и предельно тусклое, но освещение. Петрович пошёл вперёд, вниз по склону коридора, уходя всё дальше от провала, словно неведомая сила потянула его в эту чёрную дыру… Коридор заканчивался резким обрывом. Сколько он летел, Петрович не знал, да и было достаточно темно. Зато, хорошо запомнил резкий удар о что-то мягкое и кучу пыли, поднявшуюся вокруг. Откашлявшись, он удивлённо осмотрелся. Вокруг – огромная пещера, освещённая ровным, неестественным светом. Под ногами – мягкая земля, поросшая какой-то травой, которой сроду в доках не водилось. Вдалеке виднелись причудливые конструкции из блестящего металла и стекла, а в воздухе витал тот самый сладковатый запах, от которого кружилась голова. – Ну ни хрена себе приход! – прошептал Петрович, стараясь осознать происходящее. В голове кружились обрывки мыслей, смешиваясь с запахом, светом и общей атмосферой нереальности. Он побрел вперёд, словно лунатик, влекомый непонятной силой. Каждый шаг отдавался гулким эхом в этом странном, подземном мире, а тело охватывала странная дрожь. То ли от холода, то ли от страха, то ли от запоздалой ломки… Петрович и сам не знал. Петрович брёл и брёл, пока не наткнулся на нечто, напоминающее дверь – огромную, металлическую плиту, без ручек и замков. На плите мерцали какие-то символы, складывающиеся в сложный узор в форме стилизованного дерева с какими-то подписями и кругами. Забыв про ломку, Петрович завороженно уставился на это зрелище, пытаясь понять смысл этих знаков. Рука сама собой потянулась к плите, и как только его пальцы коснулись металла, плита бесшумно отъехала в сторону, открывая проход в освещенный коридор. Внутри коридора было тепло и сухо, а стены были покрыты всё теми же гофрироваными трубками, трубами и проводами. Петрович, забыв про осторожность, ступил внутрь, ведомый любопытством и, чего греха таить, надеждой найти здесь что-нибудь полезное. Вдруг здесь заныканы запасы героина конкурентов? Или даже лучше – целая лаборатория по производству наркоты? Чего уж тут скрывать, мозги у него уже давно превратились в кисель и функционировали не иначе как на суде божьем. Коридор привёл его в ещё одну пещеру, ещё больше и светлее первой. В центре пещеры стояла огромная конструкция, формой напоминающая… гроб? Нет, скорее, капсулу, заполненную красновато-оранжевой жидкостью. Вокруг капсулы сновали какие-то механизмы на колёсиках, издавая тихое жужжание. Вдруг, жидкость в капсуле засветилась. И тут Петровича осенило: «Да это ж база инопланетян!» Забыв про всё на свете, он бросился бежать прочь, но было поздно. Откуда-то из неосвещённого участка помещения показалось огромное нечто. Нечто было примерно размером с фургон и по форме напоминало гусеницу с младенческими пухлыми ручками вместо лапок. Быстро ими перебирая, гусеница мутант устремилась к Петровичу, после чего наступила тьма…