break!

Без перерыва. Работать без перерыва.

Этому правилу следовал Сынмин постоянно. Не то, чтобы он хотел, его родители решали за него все. Хотя, это касалось только спорта. В учебе Сынмин, хоть и старался иногда, не был отличником. Его знаний было достаточно максимум на четверку за каждый предмет. Но он даже не пытался. На экзаменах всегда его преследовало лишь правило: родители заплатят. Да, еще он постоянно участвовал в драках. Сколько бы ему не грозились исключением, уже понятно, что ни разу его не исключали. Деньги решают многое. А что на счет спорта? С самого детства он ходил на футбол. Он даже не заметил, как привык к этому. Хотя, всегда мечтал стать бейсболистом. В центре его города был отличный зал для этих тренировок. Но, так сказать, его судьба давно решена. И ходить ровно по расписанию на занятия по футболу ему уже вошло в привычку. Он старался игнорировать, что ненавидит этот спорт, подавляя это каким-то жалким «пару часов и я домой». Но прямо домой он никогда не шел. Часами оставался у поля для бейсболистов, смотрел, как они играют. Пару раз просил у парней, что тренировались там. Это было где-то на середине первого курса. Тогда он познакомился с Хван Хёнджином. Они на одном курсе, только разные группы. Сейчас же они оба второкурсники. Учеба длится всего неделю, но Сынмин уже страдает. Футбольная команда в его универе собрана, он ждет хоть какого-то голоса от их капитана. И постоянно задумывался: «еще один день такого игнора и я уйду в бейсбол с головой». Но каждый раз тянул. Просто лгал самому себе И так, еще одна неделя прошла. В какой-то момент, на паре (Сынмин даже не помнит, какая эта пара, сидит просто для массовки), в кабинет врывается уже знакомый ему парень. Ли Феликс. Его благородный друг, который тоже ходит с ним на тренировки. — Ким Сынмина вызывают! Можно? Преподаватель даже не смотрит в его сторону и кивает. Когда Сынмин, забрав вещи, вышел из коридора, Феликс сразу начал: — Тебя переводят в другую команду. Сынмин резко остановился. Это уму непостижимо. Мало того, что он еле заставляет себя ходить на тренировки, еле подружился с остальными мемберами команды, теперь его ожидает это?? — Поверить не могу! С чем это связано, Ликс? Чан с ума сошел? — взбушеванный, он пошел дальше. Поверить словам, уже не напарника, он не хотел верить. Но разве это не хорошая причина, чтобы насмерть бросить этот спорт? — Я не знаю, спросим у Чан-хёна лично, ладно? Только дыши ровно, Сынмо. — это не успокаивало. От этого только хуже. Ожидание, пока они дойдут по поля дышит. Когда они, наконец, доходят, сразу подходят к полю. Там уже стоят две команды. Лидеры их ругаются. — Почему я последний узнаю о новеньком? Бан, ты больной?! — знает голос, знакомое лицо. Ли Минхо. В конце прошлого года они подрались, летом вместе подрабатывали. Они тесно связаны, оказывается. — А вот и наш Ким Сынмин! Знакомься, это твой новый мембер! — Чан старался игнорировать слова парня. И у него получалось. — Чан-хён, ты совсем? Какого черта? — Сынмин тоже в оцепенении. Оказывается, игнором одного человека он не обойдется. — Сынмо, пойми правильно. У нас новенькие среди первокурсников, а Минхо уже двое с команды ушли! Это ведь хорошая идея перевести тебя в другую команду, не так ли?? Сынмин старается дышать ровно. И это плохо получается. Он в самом настоящем стрессе. Но он не продолжает ничего. Просто молчит. Не время для скандалов, если честно. Спокойно признает судьбу и уже собирается уйти. — Тренировки начнутся завтра в шесть. Будь вовремя. — Минхо сказал ему, когда последний успел только шаг сделать. Тяжело. — Шесть? Не поздно ли? — На самом деле, идеальное время. Просто Чан назначал тренировки сразу после пар, чтобы позже они были весь вечер свободны. — Шесть утра, Ким Сынмин. — Во сколько? — Дважды не повторяюсь. До завтра. — Минхо попрощался и ушел. Этот год обещает быть тяжелым.

***

5:30. Сынмин идет на гребанную тренировку. Она первая, но уже надоела ему. Дела плохи. В основном, когда он идет на занятия, болтает по телефону с тем же Хёнджином. Старший уже неделю рассказывал, что у них есть свободное место в команде, но Ким никак не решался. В основном на занятия Сынмин едет на такси. Но сегодня это некая разминка для него, перед началом такого дня. Когда он дошел, с опозданием, до поля, там была незнакомая ему команда. Возможно, он знает парочку из них. Минхо, Джисон, Сонхва. Первого он, понятное дело, знает, Джисона из рассказов Хёнджина, а Сонхва однажды подрался с Кимом. — Ты опоздал. Сегодня прощаю, двадцать кругов, на старт! — Минхо, стоящий прямо посреди поля и считавший количество подошедших мемберов. Сейчас на поле их восемь. К слову, в основном они делают десять кругов. И Сынмин понимает это, когда все останавливаются, а он продолжает бежать. Он понял. Это наказание. Непривычно, учитывая, что Чан прощал любое его опоздание. — Сынмин, ты уже перегнул, двадцать шестой круг бежишь. Он остановился, глядел на Минхо. Тот не смеялся, но явно хотел. Он не отводил взгляда от младшего. Зрительный контакт установлен. — Ты не в духе? Обычно не такой хмурый, — Минхо отвел взгляд на остальных мемберов, которых заставил уже отжиматься. — Я понимаю, Бан давал тебе поблажки, но не рассчитывай на это от меня. Давай, начинай. — Откуда тебе знать, какой я бываю? Следишь за мной, идиот? — Сынмин огрызнулся. Его уже предупредил Феликс, что это плохая идея, но как же плевать. — Я твой сонбэ, Ким Сынмин, прояви уважение. Я не следил за тобой, просто слухи дошли. — Ли хмыкнул. Ким не знает, врет он или нет, но о слухах знал прекрасно. — Веришь слухам? Скажут, что я человека убил, поверишь? — накипело. Он уже не впервые слышит, что по слухам он моральная тварь и лицемер. Он жалеет, что такая «звезда» этого сраного учебного коллектива. — Дважды не повторяюсь, но опять же, я старше тебя. И да, я поверю слухам, что ты убил человека. Сынмин, ты не святой, каким тебя выставлял Бан. Тебе пора раскрыть глаза. — Продолжайте верить этим слухам! Может, когда-нибудь окажетесь во второстепенной роли, Минхо-сонбэнним. — готовый, словно собака, оскалить зубы, он постарался успокоится и развернулся к остальным делать отжимания. — Не воспринимай это как должное, избивать людей. Ты психованный, раз бросаешься на людей, как на кости. Ах да, слухи. — Черт бы тебя драл, Ким Сынмин! Ты здесь месяца не отучился! И поверь мне, что он будет твоим первым и последним! — второкурсник, которого Ким запомнил как «Кёнхан», кричал ему что-то вслед. Он был одним из членов их футбольной команды. С Сынмином они препирались на постоянной основе. То Чан дает младшему поблажки, то сам этот младший опаздывает и все закрывают глаза. Причин было много. Но Сынмина обожали больше. Он был неким макнэ в их команде, поэтому все только и могли умиляться с этого парня. Да и сам он вел себя как ангел. Просто был слегка закрытым в себе. — Кёнджун-сонбэнним, ты сумашедший? Тебя задевает что-то? Мы можем решить это мирно, ты знаешь. — Мирно мы это решим, но от этого все вокруг не перестанут давать тебе поблажки. — Хочешь сказать, я виноват в этом? — Не хочу. Так и есть, Ким Сынмин. Это была последняя капля. Первый удар от Сынмина. Младший бьет прямо по носу, но почти сразу получает ответный удар. Закрутилась драка на пустом футбольном поле. Оно было пустым примерно первую минуту. Позже их заметил старшекурсник и почти все студенты собрались после слов: «Там первокурсник с Джуном дерется!» В итоге этих двоих разнял кто-то. Сынмин, окутанный выбросом адреналина, даже не понял кто это был. Только спустя год, стоя напротив нового капитана, понял, откуда помнит его. Кёнджун оказался со сломанной рукой. Он сразу сказал это стоящему рядом парню. Тот прямиком отвел его к мед. сестре. А куда делся Сынмин? К директору. Его туда потащила одна из старшекурсниц. Он помнит, как выходил из кабинета директора, который ни слова ему не сказал. Моментальный звонок родителям, моментальное пополнение счета и Ким прощен. Нечестно, но жизнь такова. Сбегая из этого места домой, он с болью морщился. Нос повредил, но это не так страшно. На следующий день он проснулся звездой. Прослушка школы забита сообщениями по типу «Ким Сынмина надо исключить!», «Джуну сломали будущее, он ушел с футбола!», «С какого перепугу младшие так лезут на старших?!». Дальше он не читал. Не то, чтобы он страдал по этому. Ему было абсолютно плевать. Это ведь только первая драка. Он знал это. Видео разослали по-всему университету. Поэтому его вторая драка будет с тем, кто начал распространение этого видео.

***

Рабочий день окончен. Он не пошел на занаятии после тренировки. Минхо заметил это, прокомментировал как-то, но Сынмин это уже не помнит. Он пошел на бейсбольное поле, где было пусто. Он любил это место. Здесь всегда тишина, нежели на футбольном поле. Он бы хотел сейчас поиграть, да не хочется одному. Ни Хёнджина, ни Чонина, с кем можно было бы поиграть. Поэтому минут десять сидит в тишине. — Смотришь на игру призраков? — знакомый голос сзади, Киму даже поворачиваться не надо, чтобы понять — это Минхо. — Преследуешь меня? — Нет. Мой дом в этой стороне, — хмыкнул старший и подсел рядом. Сынмин недовольно посмотрел, прокомментировав его взглядом. — Но я заметил тебя и решил подойти. — Я думал, что после этих слухов, плохая идея оставаться со мной на поле. — Я просто шутил, Ким Сынмин. Не воспринимай это всерьез. — Я и не воспринимаю. — младший схватил свою единственную кофту и поплелся уйти с этого места. — Почему именно бейсбол, Сынмин? — прокричал вслед Минхо, вставая с места. — Откуда.. — Ты каждый день здесь, Чонин расскзал. — Я не из-за бейсбола здесь. — просто отказывается. Это не просто так, ибо нахрена капитану его команды знать, что Сынмин предпочитает другой спорт? — Хёнджин тебе нравится? — Отстань. — Не ломайся, может, у вас все взаимно. — Отстань, Минхо. — Сонбэнним. — Ах, да, Минхо-сонбэнним, прошу вас, отъебитесь! Минхо засмеялся. Сынмин сбежал.

***

— Эта команда не так ужасна. — заверял себе и своим друзьям Сынмин, когда они сидели в кафе напротив универа с Хёнджином и Чонином спустя неделю упорных тренировок. Все трое забиты, с тяжелым графиком, учитывая, что это начало учебного года, так еще и бесконечные тренировки. — Минхо не достает? — Хёнджин, поедая свою порцию лапши, спросил. Чонин пока не ел, ждал, пока лапша подстынет. Ненавидит горячее. — Мы с ним не разговаривали с того дня. Я игнорирую его. Пусть слышит обо мне по слухам. — Тебя задели эти слова, Сынмин? — Ян скрестил руки на груди. На самом деле, он уже услышал версию Минхо. Теперь хочется услышать версию Сынмина. — Ни капли. Ты же знаешь, я плевал на эти слухи. — Ты казался расстроенным в тот день. Ты по сей день кажешься таким. — Хёнджин подхватил их беседу моментально. Состояние Кима не из лучших. Может, он просто устает. А может, стоит прокопаться глубже. — Вам показалось. Звонок. А вот и причина его усталости. — Да, мам. — Сынмин-а, как ты? Я слышала, что ты совсем расслабился. Отец зол, тренер сказал, что ты на глазах падаешь в пол. — тон заметно меняется. Он чувствует себя убито, когда слышит ее голос. — Ага. — Не относись так к моим словами. Ты же знаешь, что у тебя и так много воли. Отец в любой момент может перестать тебя поддерживать. — Мне нужна моральная поддержка, а не денежная, мам. — ни разу не повысил тон. Он не привык разговаривать так. Слишком тихо и скучно для него. И холодно. Хёнджин и Чонин понимают, какая беседа. Чонин медленно уплетает свою, уже остывшую лапшу, а Хван глядит в пустую тарелку. — Разве тебе не нравятся условия?! Тебя никто не тревожит, у тебя есть все, что необходимо! Хватит раздувать проблемы и просто старайся больше. — С вами тяжело. Я перезвоню позже, у меня тренировка. — никакой тренировки, просто желание избежать этого разговора. Он не перезвонит. Парни молчат. Взгляды пустые. Он видит, что оба уже доели, они могут идти. А его порция так и останется. Она уже остыла. Сынмин ненавидит такую лапшу. Она как холодная. Он ненавидит холод. — Простите, что испортил прогулку.

***

После этой ситуации он зачастил с пропусками занятий. Застрял на тренировках. Минхо заметил это. Он видел, как Сынмин уходил после тренировок, за полчаса до начала пар, домой. Пару раз Ли сам пропускал, убегал домой. Но, как в первый раз, Сынмина на бейсбольном поле не замечал. «Прохлаждается дома» — думал старший. Он помнит, как Сынмина поставили на ворота. Это была его самая отвратительная игра. Ким никогда не стоял на воротах. Всегда либо нападающий, либо защитник. И вот, уже две недели, как он вратарь. — Через полтора месяца матч, тренер просил предупредить тех, кто еще не в курсе. — Минхо сказал в один из дней, когда тренировка закончилась. — Я не останусь на воротах! — вскрикнул Сынмин. Его бесило это. Он готов на что-угодно, кроме этой позиции. — Сынмин. — Джуён был запасным вратарем, почему вы не можете поставить его?! — Ким Сынмин. — Я знаю, что я Ким Сынмин! Минхо, это глупо! Я всю жизнь был нападающим, почему ставите на мое место Сонхва! — он старается сдержать гнев, что плохо получается. Так или иначе, это получается хотя бы у старшего. — Ким Сынмин! У Сонхва больше опыта! Ты всего месяц в команде, на следующем матче вернешься в прежнюю позицию! — Ли Минхо, я не собираюсь стоять на воротах! Либо я отстраняюсь от матча! Минхо застыл. Это неожиданно. Обычно так остро никто не реагирует. Ну, если только не Джисон, которому он это прощает, по дружбе. — Успокойся, Сынмин. Это было не мое решение, ты же знаешь. Гневный Ким уходит. Минхо прав: он не виноват. Ему стоит винить тренера, а не старшего. Но, кажется, это просто накопилось в нем, вот и такая бурная реакция. — Собираешься делать что-то с этим сорванцем? — Джисон подошел к старшему. Последний лишь пожал плечами.

***

— Ты давно здесь не появлялся, Мин. Зачастил ты с тренировками. — Хёнджин стоял с битой в руках, в полной готовности, когда же Сынмин подбросит мяч. — Сейчас тяжелая ситуация. Я поругался с Минхо, пропускаю вечернюю тренировку. — У вас матч скоро? Обычно только в такие периоды бывают вечерние тренировки. — Хван отбивает мяч, после чего передает биту младшему. Он знает, что тот любит больше отбивать, нежели подавать. — Да, матч. Я устал, Хёнджин. Я не хочу уходить в футбол с головой. — Ты уже. Чонин сказал, что ты уже недели так три на парах адекватно не появляешься. Два дня за неделю — твой максимум. — Хван устало подает мяч. Тренировка только закончилась, а уже вторая, с Сынмином. — Знаю. Я слишком убиваюсь. Может, я стремлюсь к этому, — отбивает мяч и бросает биту на траву. — Если ты устал, сядем. Я не против. — Ким направился к скамейке, Хван за ним, бросив мяч. — Не воспринимай это как должное. Знаешь, твои родители не в праве решать, что тебе делать. — Это тяжело. Бейсбол — мечта. Футбол — судьба. Я хочу смириться с этим, но не могу. — Ты можешь поменять свою судьбу. Если ты не можешь смириться, то это уже звоночек, что этот спорт не твое. — У меня нет выбора. Родители обеспечивают меня. Ты ведь знаешь, я бы давно не учился в этом месте, если бы не деньги отца. — Это абсурд, Сынмин, ты… — Хёнджин. Хватит зацикливаться на моих проблемах. Расскажи, что на душе у тебя. — Сынмин… — Я же вижу, что тебе плохо. Просто расскажи мне. Вы с Чонином летите поддержать меня, но никогда не позволяете поддерживать Вас. Изливай свою душу. — На самом деле, я хочу уйти с бейсбола. Знаешь, это звучит глупо, но мы разговаривали с Джисоном… — младший поражен. Он готов был услышать это от кого-угодно, но не от Хвана. — Джисон сказал что-то, что заставило тебя поменять свое мнение? Ты занимался бейсболом пять лет, Хёнджин. Этот бельчонок заставил тебя открыть глаза? — На самом деле, я давно чувствую, что бейсбол не для меня. Я люблю более активные игры, знаешь… — Ты боишься подвести команду. — Нет, я… — Ты не хочешь, чтобы тебя посчитали предателем. — Сынмин, я… — Я знаю, Хёнджин. Ты не хочешь их подвести, а особенно Чонина. Ваша команда сильна, ты не слабый мембер в ней. — Сынмин понимает его. Они, кажется, должны поменяться местами. Их прервал резкий телефонный звонок. На экране высветился номер. Минхо. Сынмин отклонил первый раз, второй, на этом Ли остановился. Лишь написал сообщение. Ли Минхо Не подводи команду. Он лишь проигнорировал. Это сообщение старшего выглядит абсурдно. Учитывая, что именно из-за него Ким сегодня пропустил занятие. — Мне пора, Хёнджин. Но знай, это не конец нашего разговора. На тренировку Сынмин так и не явился. Но это одноразовая акция.

***

Он снова явился на тренировки. С утра пораньше Минхо отругал его, но он старался игнорировать его. Состояние не позволяло отвечать. Они устраивали пробные матчи по утрам, разделяясь на две команды. Вечером они в основном звали команду Чана, бывшую Сынмина, чтобы поиграть против них. — Сынмин выглядит паршиво, — прокомментировал со стороны Джисон. Минхо обернулся на его голос. — хочу спросить у Хёнджина на счет его состояния. — Даже не интересуюсь. Все усердно тренируются перед матчем. — Я слышал, он сирота. — Сонхва сбоку вскрикнул это настолько громко, что Сынмин, спокойно завязывающий шнурки на скамейке, вздохнул. — Слухи могут и врать, Хва. Да и это не наше дело. — Минхо реагирует спокойно. В отличие от Сынмина, который встал, явно готовый напасть на Сонхва. — Мин! — голос сбоку вывел из состояния говна. Ким повернулся и увидел Хвана. Кажется, не лучшее время. — Хён? — Кажется, я не зря вспоминал Хёнджина. Видишь, Сонхва спасен. — Джисон прокомментировал. Минхо хмыкнул, как обычно. Сынмин отошел к Хвану, который пришел к нему. Хотя, может к Джисону. — Попей, это будет тяжелей разговор. — Хёнджин дал любимый мохито. Обычно, такой продается рядом с домой Хвана. Он влюблен в этот вкус. — Ты пытаешься задобрить меня этим напитком? — Я ушел с бейсбола. Неоткрытая бутылка упала на пол. Он смотрел в глаза Хёнджину, который не врал. А все смотрели на них. — Я правда боялся бросить их. И я бросил. Ты можешь осуждать меня. — Хёнджин на грани срыва. Он не готов был бросить бейсбол. Никогда. Это же шутка? — Хёнджин… Ты слаб, Ким Сынмин. Это то, что он озвучил в своей голове. Хёнджин, подумав один день, сделал то, что Ким не может сделать четвертый год. На самом деле, Сынмину стоит драться не со старшекурсниками, а со своими страхами. Кажется, он единственный, кто боится бросить всех. — Сынмин, я понимаю, что… — Не продолжай, прошу. Хёнджин замолкает. Все смотрят, как Ким поднимает бутылку уже ненавистного напитка и уходит в раздевалку. — Я ведь сказал, что у него проблемы. Думаю, что все связано с Хёном. На самом деле, Хёнджин вообще не виноват. Просто этот поступок Хвана дал понять ему одного — Ким Сынмин тряпка. Он не способен. Ни на что. Дверь в раздевалку открылась, Минхо зашел. Он последний, кого хотелось бы видеть. — Сынмин, может ты объяснишься? — этот приказной тон, к которому так привык Ким, все еще был. Он ненавидит этот тон. — Я не хочу. Я не буду. Отстань. — Слушай, Хёнджин надеялся на поддержку. Ты что, завидуешь ему? — Я не завидую! Ты не понимаешь! — Завидуешь. На самом деле, Сынмина легко вывести. Он ударил Ли по виску. — Я не собираюсь драться с тобой, Ким Сынмин. Второй удар. После которого начинается самая настоящая драка. Минхо, лишь защищался. Он не был намерен наносить вред младшему. А вот сам младший, видимо намерен. — Что ты воообще понимаешь об этом! — Сынмин пытается ударить по лицу, которое Ли старательно закрывает. — Тогда почему ты так отреагировал! — он получает удар по плечу, не успев уклониться. Разболится потом. — Какая тебе разница! — Ким зол. Не только на Минхо, но и на то, как старательно старший уклоняется. Так же, как он ответа. — Ты губишь самого себя! — Я не делаю этого! И после этого их поймали. В раздевалку пулей залетел тренер. Либо кто-то рассказал о драке, либо у него слишком хороший слух. Теперь эти двое сидят напротив директора. Он отчитывает их недолго. Но, нагрянула проблема хуже. В школу явился отец Сынмина. Когда дверь открылась, он увидел его. Обычно, они не приходили. Если и появлялись, то только мать Сынмина. Но присутствие отца убьет его. Минхо жаль Сынмина. На протяжении всего времени он заверял, что Ким не виноват. Но как бы он не пытался, главная цель все равно Сынмин. Сорванец, с которого можно вытащить денег.

***

— Какого черта, Ким Сынмин! Я Пашу на работе, оплачиваю твои хотелки, чтобы ты дрался с капитаном своей команды?! Уму непостижимо! — Взбушеванный отец и Сынмин сидели в машине. Они не выезжали с парковки и ругались. Плохая идея. — Это единственное, что тебя волнует. Я не удивлен. — Твой последний шанс. Тебя отчислили на месяц от занятий. Готовься к матчу. Если ты разочаруешь меня, попрощайся со своим образованием навсегда. Сынмин в ловушке. Он вышел из машины, отец уехал. Он бы расплакался сейчас. Но сил и на это нет. Как и возвращаться обратно. Он идет домой. Сынмин ненавидит осень. Холодно. Прямо как сейчас. Прямо как на душе. После разговора с отцом. Он жалеет, что подрался с Минхо. На самом деле, он считает их лидера хорошим. На самом деле, Ли проявляет излишний холод к Сынмину. Ким добирается до дома в ужасном состоянии. Проваливается в кровать, насмерть забывая, что сейчас день.

***

Неделя прошла с разговора Сынмина с отцом. После этого он не выходил из дома, отклонял любой звонок. На самом деле, стоит идти на тренировки. Он старается практиковаться дома, работает так же, как и раньше. Просто застрял дома. И это замечают все. По университету пошел новый слух. — Слышала, что Ким Сынмина отчислили… Случайно слышит вырванную фразу из контекста Минхо. Кажется, он причина этого отчисления. Он чувствует себя паршиво. Наверное. На самом деле, он старается игнорировать это. Делает все для этого. Хотя, отчисление Сынмина правда не за горами. И он слышит это везде. Правда, Хван опроверг это. Кстати, насчет Хвана. Он временно заменяет вратаря Сынмина. Отлично справляется с этой работой. Ли задумывается над тем, чтобы уговорить тренера оставить его на этом месте. Сегодня очередная тренировка, на которой Сынмин не появился. Уже даже не удивляет. Правда, до матча совсем немного. — Чонин пошел проведать Сынмо вчера ночью. — внезапно выпалил Хёнджин, когда поймал мяч. Он подал его обратно, но теперь все пялились на него. — Что с ним? — Джисон, на самом деле, хорошо сдружился с Кимом. Конечно, не больше, чем с Хваном. — Его не было дома. — Не удивлен. Он не любитель сидеть дома. — Возможно, но не тогда, когда он ни на тренировках, ни на занятиях. Это вообще ночь! Хёнджин волнуется за своего младшего. Сынмин не пропадает на такой срок. Никогда. Это просто морально пожирало бы его. — Просто гулял, Хён. Он поворачивается на знакомый голос. Сынмин. Пришел. Выглядит, на самом деле, хорошо. Отдых явно пошел ему на пользу. Минхо рад его видеть. Этот парень, хоть и сорванец, не ужасная персона. — Готов быть убитым вновь, Ким Сынмин?

***

— Тебе нравится Минхо. — внезапно выдает Хёнджин, когда они сидят в кафе. Снова втроем. Как же долго они ждали этого момента. — С чего бы этот вывод? — Я вижу твои взгляды на него. Сынмин, ты светишься. — Хван правда рад этому. За последние месяца три он видел только убитого Сынмина. — Я не думаю. — У тебя всегда есть время подумать. — Над уходом из футбола. — Чонин сказал это как ни в чем не бывало. — Но перед этим, найди контакт с Минхо. — Уход из футбола… Я сделаю это после матча. Не готов подвести команду. Особенно, когда в ней Хёнджин. — На самом деле, мне одиноко. Хён, как ушел с бейсбола, мне тяжело. Так что, Сынмин. Я жду тебя, хоть ты и чмо. — Чонин отпил своего сока. Да, Ян Чонин любитель прямолинейности. — Как скоро ты хотел сказать, что вы с Чаном вместе? — Хёнджин, оказывается, тоже. Чонин подавился. Этого не было в планах рассказать сегодня. Ладно, чего уж там. Подставит Хвана. — А вы с Джисоном? 1:1. — Я вообще что знаю о вас двоих? — Сынмин засмеялся. Эти двое закапывают друг друга под землю. Хорошо, что среди них не Ким. — Давайте как-нибудь потом, знаете ли… — Договорились. — Чонин подхватил. Они давно не были так счастливы. Ах, да, как они вообще познакомились? Очередная драка Сынмина. С кем дрался? Он не помнит. Какой-то третьекурсник, лицо которого Мин давно уже не помнит. Но помнит последствия после этой драки. Вся эта чепуха на подобии ругательств директора не напрягала его. Он прямиком направился на свое любимое место — бейсбольное поле. В такое время там никого не бывает. Но сегодня увидел там парня. На самом деле, тот даже не обратил на Кима внимания. — Можно сыграть с тобой? — спросил Сынмин, подходя ближе. Хван выглядел напуганно, если честно. — А… эм… ладно… Пару раундов они достойно отыграли. Сынмину понравился такой собеседник, как Хёнджин. Из его разговоров он услышал, что Ким, если честно, казался ему странным. Ну да, постоянно в конфликтах и драках. Они и понятно. — Думаю, буду рад увидеть тебя вновь, Сынмин? Ким улыбнулся и ушел. Не долго счастье длилось, конечно. Неделю спустя он оказался пойманным и побитым тем же парнем. В тот момент он выглядел отстойно. В тот момент его искал Хёнджин. Единственный, кто позаботился о нем в тот момент, зная его не больше недели. Но помог ему другой человек. Ян Чонин. Увидел, как в снегу валяется тело, знакомого по чужим словам, парня. Отвел в мед. пункт, сидел с ним до последнего, пока не придет в себя. — Я волновался! Придурок! — пулей залетел Хёнджин. Внутри Сынмин болтал с Чонином. — О, Чонин, привет. Эти двое уже знакомы. В одной команде. Но так часто не общались. Кажется, после этого дня, они начнут. Драки, оказывается, сближают.

***

Оставалась неделя до матча. Все выглядели нервно. Недавно светившийся Сынмин вновь поник. Минхо отказывался выходить на разговор с ним. Он чувствовал себя паршиво, однако. Но, кажется, в тот день им станет легче. Вечерняя тренировка прошла на ура. Однако, на последних двадцати минутах Сынмин пропал из поле зрения Ли. Все завалились в раздевалку, включая Минхо. И тогда он заметил: спящий Сынмин прямо на кафеле и Хёнджин, подошедший будить его. — Сегодня пойдем на бейсбольное поле? Чонин звал. — Хван говорил тихо. Бессмысленно, в раздевалке уде было шумно. — Я подойду позже. Иди. Хёнджин кивнул и ушел. Минут десять спустя раздевалка совсем опустела. В ней только Минхо и Сынмин. — Ты вставать не собираешься? — Не планирую. — Ты плохо отыграл сегодня. Это застревает в ушах младшего. Он плохо отыграл. Это мучает его совесть уже долго. Он надеялся, что ему кажется. Возвращение на позицию нападающего не помогло. Этот недельный пропуск дал о себе знать. Но именно после того пропуска он чувствовал себя хорошо. Сейчас он снова подавлен. Ощущение ненужности давит. Он заверяет себе каждый день, что бесполезен. Никто даже не позаботиться, если он уйдет из команды, сказав только Хёнджину. Его душит не только это. Его состояние добивает то, как ведет себя Минхо. Последнее время он игнорировал его. Если честно, Ким свыкся, что они постоянно препирались, ругались. Даже если это продлилось немного. После этого они будто и не были знакомы. Эта картина выглядела так же, когда они работали в местной кафешке. Двое вечно ругались. Минхо, стоял за кассой, постоянно отчитывал младшего. «Он же даже заказы не запоминает!». Продилось это недолго, Сынмин ушел с работы. Стало даже как-то пусто. Но это был лишь месяц. Они вновь увиделись в университете. — Хорошо. Постараюсь лучше. Это удивило Минхо. Ответ с опозданием. Обычно Ким начинает скоростно огрызаться, а тут что-то новенькое. Ли выглядит страшно хорошо сейчас. Ким ловит себя на этой мысли случайно. И это не впервые. Уже пару раз натыкался на такие мысли. Но старательно подавлял их, убивая себя тренировками. Совсем скоро их пути разделятся: Сынмин уйдет в бейсбол, а у Ли это вообще выпускной год. Но это даже досаждало. Ли хороший капитан, лидер. Первое время он казался строгим, по сравнению с Чаном. Но позже понял: просто такая методика. Минхо хороший. Но до жути холодный рядом с Кимом. Из этого можно строить цепочки. Сынмин ненавидит холод, Сынмин ненавидит Минхо. Сынмин ненавидит футбол. Сынмин ненавидит себя. Себя за то, что не может сказать о том, что он устал от этого. От поведения Минхо. За то, что не может уйти с ненасытного спорта. За то, что убивает самого себя. — Надеюсь, ты постараешься лучше перед матчем. — Надеюсь, к этому времени ты заметишь другие мои стороны. Желательно положительные.

***

Последняя тренировка перед матчем. Все взволнованны. Джисон и Хёнджин выглядят хорошо. Не совсем уж эти двое волнуются за матч. Кажется, у них другая причина радоваться. Последняя тренировка для Сынмина. Он долго обещает себе это. Он обещает себе уйти. Обещает себя сделать еще кое-что. — Завтра матч. Надеюсь на хорошую работу. Мы не можем проиграть, ясно? Я правда верю , что мы сможем. — Минхо готов на все сто. Ким видит, как Ли ожидает ответной реакции. Он хочет полную готовность ото всех. И от Сынмина. Вечерняя тренировка казалась вечной. Хотя, она последняя. Пусть длится вечность. Это не имело бы значения, если бы не новости для Минхо. Сынмину есть что сказать. Когда она подошла к концу, Сынмин провалился в сон в раздевалке, как и происходило последние дни. — Я пойду домой с Джисони. Удачи, Сынмин. — Хёнджин знал, что собирается сделать младший и верит в него. Ли всегда остается дольше остальных. Он заметил это. И сегодня то же самое. — Завтра рассчитываю, чтобы ты уложился на все сто. Ким кивнул и резко встал. Сон на холодном кафеле это уже плохая идея. Он подходит ближе к Минхо. — Это последняя тренировка. Я просто хочу сказать тебе спасибо. — Что? — Ты мне нравишься, Минхо. Спасибо, что ты был хорошим лидером команды. На этом беседа окончена. Сынмин вышел, нервно дыша. Тяжело ему сейчас. Но и Минхо не легче.

***

День икс. Матч. Сынмин не пришел на него. Минхо чувствует себя паршиво. Ему кажется, что это его вина. Ким признался вчера в чувствах, а сегодня не явился вовсе. Ли зол и разочарован. Он ожидал максимальную поддержку. Он получил ее от всех, но не от Кима. «Разве так проявляют чувства?» Хёнджин не менее взволнован. Его страхом было бросить команду. Он сделал это. Но кажется, теперь он чувствует, каково это. Ключевой мембер бросил в самый важный день. Вся команда уже в курсе об отсутствии мембера. Они в гребанном центре Сеула, куда приехать уже проблема. И, видимо, Сынмин не намерен, появляться. Учитывая, что осталось жалких пять минут до начала матча. Он точно не придет. — Чувствую себя говном. — внезапно выпалил Джисон прямо перед их выходом. — Отыграем как должны. Сынмин не главная проблема сейчас. — Главная. Их команда выходит, полностью готовая к этой битве. Кровожадные взгляды противников. Тяжелея битва. ——— Первый раунд окончен. Это поражение с их стороны. 1:0. И явно не в их пользу. — Замены нападающего нет? — Хёнджин заметил это сейчас. Их ожидает поражение. — Есть. Сынмин. Опоздавший Сынмин. — Я тебя ненавижу. — Приятно слышать, Минхо.

***

Матч окончен. Их победой. Дело совсем не в появлении Сынмина. Дело в их состоянии. Ладно, Ким косвенно связан. На самом деле, Сынмину эта победа не нужна. Это была только ради Минхо. И они одержали ее. — Твой последний матч. Каковы ощущения? — Хёнджин, словно репортер, поднес бутылку к Сынмину. — Мне будто мозги промыли. Хёнджин хмыкает. — Надеюсь, ты не передумал. — Никогда. Минхо же счастлив. Его победа. Конечно, он все еще зол на Сынмина. Опоздал, заставил всех нервничать, а затем появился, словно ничего не произошло. Сынмин рад видеть его таким. Такой живой. Они все стали такие живые. Конечно, убитая нервная система. Но это того стоило. Ким старался игнорировать то, что произойдут совсем скоро. Избегал мыслей об этом. Сейчас он должен наслаждаться моментом. Моментом, когда они все счастливы. Но эта мысль заела в голове. Он уйдет в бейсбол, Минхо останется в футболе. Это уже невидимая граница между ними. И если Ким уйдет в бейсбол, он должен отказаться от поддержки родителей. Они не поддержат его мечту. Он будет вынужден к тому, чтобы самому оплачивать университет. Либо отчисление. Он должен выбросить эти мысли, но не может. Это по-идиотски. Невыносимо тяжело не думать об этом. — Поедем праздновать!

***

Первая тренировка после матча. Спустя две недели. Они все пришли живые. Такое состояние у всех хорошее. Но, кажется, кого-то не хватает. Минхо сразу замечает, что младшего нет. Он не мог выбросить этого парня из головы. Его слова застряли. — Сынмин опять опаздывает? — невзначай спрашивает Ли, хмыкая. Это свойственно Сынмину. Он уже убедился в этом на массе тренировок и на самом матче — Ким очень не пунктуальный. — Сынмин ушел с футбола, Минхо. — Хёнджин делает тяглый вздох. Он не хотел этого говорить. Но пришлось бы, в любом случае. Минхо зависает. Это было самое неожиданное, что он мог услышать за сегодня. Он отказывается в это верить — Ушёл в бейсбол, взял заочку, переехал. Мы сами удивлены, правда… — Джисон старается утешить. Если честно, о последних двух пунктах никто не знал. — Минхо, ты потерял свой шанс. Хёнджин прав. Ли потерял свой шанс. — Но знаешь, он зависает на бейсбольном поле по ночам. Я не намекаю ни на что. — произнес он негромко и ушел заниматься. Минхо, кажется, знает, где он будет сегодня ночью.

***

Сынмин играет в бейсбол. Время уже давно пошло за час ночи. Чонин, уставший от их игр, присел на скамейку. И Ян не может не наглядеться на то, какой Ким счастливый. Он никогда не был настолько счастлив. Светится. Прямо как в тот момент, когда… А. Таких моментов не было. Это впервые. — Мне пора, встретимся завтра на тренировке. — Сынмин кивает ему в ответ, Чонин уходит. Он остался один. Садится на скамейку, чтобы просто попить воды. Ему протянули бутылку с любимым клубничным мохито. — Разве ты не уходил, Чонин? Сынмин поднял голову, когда понял, что перед ним не младший. Перед ним никто иной, как Минхо. — Здравствуйте Минхо-сонбэнним. Как вы? Что делаете здесь в такое время? — Возможно, это стеб. Обычно он не обращался к Ли так. Но, может, он настолько счастлив, что даже так обращается к старшему. — Почему не сказал, что уходишь? — Минхо не выглядит злым. Скорее, просто удивлен, поражен этому. — Я хотел, просто… — Если честно, мне не очень интересно и я здесь не за этим. — Минхо хватает младшего за плечи, аккуратно целуя. Не в их стиле, но, кажется, это не важно. Сынмин роняет уже открытую банку мохито и та растекается по скамейке как лужа. Сынмин тоже растекается как лужа, когда Ли зарывается руками в волосы младшего. Ким моментально отвечал ему на поцелуй. — Сходишь со мной на свидание, Ким Сынмин? — Минхо шептал, еле отрываясь от младшего. — Я обязательно схожу с вами на свидание, сонбэ. — насмешливо. Но Ли старательно игнорирует это сейчас, особенно, когда вновь прижимается своими губами к губам Сынмина. Очень интимный момент, который ожидал Чонин. Никуда этот сорванец не ушел.

Чонини

ХЁН

ЭТО ПИЗДЕЦ

*фото*

МЫ ДОЖДАЛИСЬ

Хёни НАКОНЕЦ МЫ С ДЖИСОНОМ ПРЫГАЕМ ОТ СЧАСТЬЯ Сынмина и Минхо отвлекло сообщение, пришедшее на телефон старшего. Джи ПОЧЕМУ Я УЗНАЮ О ВАС С СЫНМИНОМ ПОСЛЕДНИЙ?! Ким поднял голову. Моментально понял, кто все рассказал. Ли рассмеялся. Сынмин наслаждается каждой секундой этой жизни, начиная ровно с этого момента.