Отложенное счастье

      Когда Карма проходил профориентацию в средней школе, он и близко не предполагал, насколько всё будет тяжело. Конечно, учителю его доводы по поводу выбора профессии понравились, но кто же знал, что будет настолько сложно? Что тебя запросто переведут в другую префектуру, что из родного Токио его отправят аж в Осаку на неопределённый срок!       И может, первое время Карме думалось, что это недолго – может быть, два-три месяца, но по итогу проживание там продлилось два года. Даже на выходных домой не рванëшь, хотя на поезде ехать несколько часов, но эти самые выходные настолько нестабильные, что планы не построишь.       Акабане честно пытался поддерживать связь с друзьями первые полгода, но и он, и все ребята уже давно выросли, а потому и общаться, как во времена школы и института уже не получалось. Кажется, именно после того, как обучение заканчивается и начинается работа, люди предпочитают видеться вживую, и то на выходных, если совпадут, а перепискам время почти не уделяется. Карма не винил ни себя, ни друзей, что они не смогли удержать связь хотя бы по сети, потому что и сам потихоньку погружался в общение со своими временными коллегами: иногда сидел с ними в баре, приходил на корпоративы.       Хотя за одну утерянную связь было крайне обидно, но что уж поделаешь. На следующей неделе Карму, наконец, переведут обратно в Токио, и может быть тогда… а что тогда? Он не общался с Нагисой последние полтора года и не знает буквально ничего из того, что с ним происходит. Социальные сети парень не ведëт, а написать банальное «как дела» не позволяют остатки гордости. Акабане прекрасно понимает, что это, как минимум, глупо терять своего когда-то лучшего друга. По крайней мере, именно таким был статус их отношений на момент расставания.       Карма помнит, как сейчас: вот они вдвоëм сидят у Нагисы дома за день до отправления Кармы в Осаку, пьют пиво на кухне и обсуждают житейские проблемы: один парень сокрушается о переводе, а другой о крайне проблемных учениках, которых так и суют молодому учителю. А что, если бы в тот момент красноволосый рассказал, что на самом деле чувствует? Что тогда: Нагиса бы поехал за ним или вычеркнул из своей жизни влюблëнного в него до беспамятства парня?       Нет, после первого новогоднего корпоратива руки так и порывались написать голубоволосому парню, будучи под воздействием как минимум трëх алкогольных коктейлей, но, может, стоило выпить ещё, чтобы точно духу хватило? Домой возвращаться уже как-то и не хотелось: старые связи стëрты, новые, пусть и не очень крепкие, имеются, но родители вроде как планируют задержаться по поводу возвращения сына чуточку подольше.       Только факт возвращения в семью и случайные встречи со знакомыми в городе, которых Карма и боится, и в то же время ждëт, всë же не дают парню просить о том, чтобы и дальше работать в городе. А ведь предлагали родители после университета открыть своë дело, даже деньги готовы были выделить, да вот опять же, гордость не позволила. Хотелось всë самому сделать: самому накопить деньги, управлять другими людьми и жить в своë удовольствие.       Из этого всего получилось только накопить немного денег, которых, конечно, не хватит на покупку роскошной квартиры, но Карма пока и не увольняется. Нет у него других вариантов работы, да и платят вроде как хорошо. А то, что личная жизнь не заладилась… кого это вообще волнует? Приятелей для общения найти несложно, хотя и доверять так же, как и когда-то лучшему другу, уже точно не получится.

***

      Карма вернулся в родительский дом. На работе ещё не отмечался о своём прибытии, потому как у него, вроде как, двухнедельный отпуск. Родители крепко обняли своего сына и, не дав отдохнуть с дороги, сразу стали засыпать вопросами о работе, коллегах и в целом о событиях. Его родители, сколько парень себя помнил, всегда были «свободными» людьми и занимались торговлей ценными бумагами, а потому и могли себе позволить находиться дома меньше, чем где-либо ещё.       – Карма, неужели за эти два года ты так и не встретил никакую девушку в Осаке? – поинтересовалась мама, смотря на сына.       – Не интересно, – сказал он с лëгким раздражением, когда прожевал курицу, – почему тебя вдруг стала интересовать моя личная жизнь?       – Ты наш единственный сын, мы за тебя беспокоимся, –проговорила мать и толкнула в плечо отца, который занимался рабочими делами в планшете, – дорогой, ну сколько я просила тебя хотя бы за столом этим не заниматься?       – Бумаги сами себя не продадут, – угрюмо ответил мужчина, у которого уже начинает появляться первая седина, – ты надолго приехал?       – Надеюсь, – ответил Карма, уже заканчивая с ужином, – по крайней мере, меня отправили с хорошими рекомендациями, – парень сделал задумчивое лицо, вспоминая разговором со старым начальством.       – Тогда почему бы тебе не прислушаться к матери и не найти себе кого-то? – уточнил отец, отрываясь, наконец, от планшета.       – Я, кажется, уже говорил ей, – начал Карма ледяным тоном, и женщина заметно напряглась, – ой, так папа так и не в курсе? – на лице растянулась хищная ухмылка, а взгляд заметно похолодел, – Меня не интересуют женщины, папочка.       За столом повисло молчание, никто не мог вымолвить и слова. Карма, хоть и не показывал этого, сильно нервничал, мать неловко смотрела куда-то на свои колени, а отец, видимо, переваривал всю эту информацию. Наконец, мужчина заговорил:       – Я не одобряю этого, – начал он, в прочем, довольно спокойно, – но тебе ведь всё равно? – уточнил отец, на что получил кивок, – делай, что хочешь. Лучше так, чем если мы будем ненавидеть друг друга, – и неловко улыбнулся.       Улыбками больше никто не обменивался, и отношения после такого каминг-аута какое-то время явно будут подпорчены, по крайней мере, пока отец не примет ситуацию до конца, зато Карма вдруг почувствовал облегчение. Конечно, он делился с матерью в свои шестнадцать о своих предпочтениях, и та вроде как его даже поддержала, но отцу, как оказалось, так и не донесла. Может, думала, что само как-то разрешится?       Решив, что необходимо проветриться, Карма покинул родительский дом и неспешно гулял по району. За последние пару лет тут ничего особо не поменялось, скорее всего даже соседи те же остались, иногда встречались школьники и взрослые с собаками на поводке. Вот у красноволосого парня никогда домашнего питомца не было, как бы он в детстве не упрашивал своих родителей, обещая, что будет как следует заботиться о кошечке или собачке, да даже о морской свинке, но всегда получал отказ.       Эти мрачноватые воспоминания нагнали на парня ещё больше тоски, и он решил потопить еë в алкоголе. Пил Карма редко, но метко, правда раньше у него и в Токио, и до недавнего времени в Осаке были свои собутыльники, но сейчас он один, а потому и вызывает такси, чтобы доехать до бара, в котором он любил зависать в своё время с однокурсниками. Сидеть у них дома или звать кого-то к себе Карма не хотел, а потому и выбирал это неприметное место, которое скрывается в спальном районе среди высоток.

***

      Акабане потерял счёт времени, сидя у барной стойки с четвëртым или пятым напитком в руках. За эти несколько часов он успел завести пару знакомств с кем-то таким же одиноким, как он сам, и немного поболтать ни о чëм. Номерами Карма ни с кем не обменивался, понимая, что уже завтра забудет, как эти люди выглядят и вряд ли захочет с ними общаться на трезвую голову.       Девушек, которые так же не обделяли красноволосого красавчика вниманием, он благополучно игнорировал, потому что прекрасно понимал цель знакомства. Не встанет у него на разовую красавицу, даже если она выльет на себя флакон духов с афродизиаками, и всё тут. Только если бы был какой миловидный парнишка, чтобы снять напряжение, представляя перед собой совсем другое лицо. В том году Акабане так пару раз действительно делал под воздействием всë того же алкоголя, потому что трезвым он даже на такое не способен.       Наконец, Карма почувствовал, что продолжать уже не может и покинул бар на немного ватных ногах. Было какое-то плохое предчувствие, которое парень списывал на волнение от возможных встреч с голубоволосым парнем (написать и назначить день смелости не хватит), так что он честно старался об этом не думать.       Этот район красноволосый парень знал плоховато, потому что чаще появлялся здесь на такси или, гораздо реже, шëл со станции метро, ориентируясь по карте. Машину матери на такие вылазки он никогда не брал, хотя и получил водительские права, потому что в конце вечера банально не сможет ей воспользоваться. Так что Карма шëл, куда ноги брели, и не особо всматривался в происходящее вокруг. Да и время уже, если верить наручным часам, ближе к полуночи, так что вряд ли тут будет что-то интересное. По крайней мере, если заблудится, то обязательно вызовет такси.       По мере прогулки алкоголь постепенно выветривался и Карма чувствовал себя почти трезвым, да и шагал уже вполне себе уверенно. Так и дошëл до ближайшего магазина, чтобы взять немного воды, да присесть где-нибудь и смотреть в телефон. Хотя у судьбы, конечно, были свои планы на Акабане, а потому он, всë ещë немного нетрезвый, не замечает, как врезается в кого-то как минимум на голову ниже его самого, и с удивлением замечает знакомую фигурку.       – Простите, что-то совсем задумался, – начал было лепетать миниатюрный парнишка, и поднял взгляд, – Карма..? – в голубых глазах так и виделось чужое удивление.       –Нагиса, – почти шëпотом проговорил Карма, – Эм… как дела? – неловко спросил красноволосый, разглядывая чужое лицо, которое почти не изменилось за эти пару лет.       – Жив пока, – Шиота одарил старого друга такой же неловкой улыбочкой, удерживая руки где-то за спиной, – ты чего тут делаешь? Ещë и алкоголем от тебя несëт, – в тоне парня слышится лëгкий укор.       – Ну прости, мамочка, – ехидно проговорил Акабане, чувствуя, как трезвеет ещё больше, – так вот деловые люди свой отпуск проводят.       – Получается, ты вернулся, – подметил парнишка, – а, ну… Давно? – в тоне голубоволосого так и сквозила неловкость.       – Сегодня, – честно ответил Карма, – раз так совпало, не хочешь прогуляться?       – Прости Карма, я спешу, – сказал Шиота, смотря куда-то себе под ноги, – может в другой раз?       На том и разошлись неловко в разные стороны. Акабане до безумия скучал и хотелось затискать коротышку до писка, но он сегодня был каким-то холодным. С другой стороны, они хотя бы поговорили, а значит, бегать больше нет смысла. Карма обязательно напишет Нагисе и назначит таки встречу, а там, кто знает… может он наберëтся смелости?

***

      Планам Акабане, кажется, было не суждено сбыться, потому что Шиота сменил номер и тогда, в магазине, ничего по этому поводу не сказал. Карма первые несколько дней честно хотел верить, что Нагиса просто очень занят и не заходит в сеть, но когда прошло уже две недели, а сообщения так и находились в статусе «отправлено», он догадался, что пишет в пустоту. Сначала красноволосый не придавал значения тому, что время последнего появления в сети у друга не отображается, но потом вспомнил, что раньше такого не было.       Рабочие дни проходили один за другим, и в таком режиме парень провёл ещë несколько недель, уже не пытаясь связаться со своим другом. Поднять связи, конечно же, можно, но зачем? Если бы Нагиса хотел, то обязательно связался через свой новый номер. Ещё есть вариант заявиться в квартиру его матери, но какова вероятность, что голубоволосый всё ещё там живёт?       Забыть свою влюблëнность не получалось от слова совсем, но водить рукой по возбуждённому члену в душе даже не казалось чем-то очень плохим. После той дурацкой встречи Карма уже не был способен на то, чтобы «изменять» своей любви даже по пьяни, а потому и фантазировал иногда о том, как усаживает на себя краснеющего от смущения миниатюрного парня. Ещë часто представлял, как заявляется в школу, где Нагиса работал на момент их общения, целует голубоволосого в шею и имеет прямо на его рабочем месте.       К сожалению, именно перед выходными Карма чувствует непередаваемую тоску от своего одиночества, а потому и проводит их в баре. Можно было бы, конечно, и дома выпить виски, саке, пиво – да что угодно, но атмосфера как будто не та, хотя дом и пустует снова. Так что и в этот раз, после очередного рабочего дня, Акабане вызывает такси в сторону всё того же бара, где не единожды был ранее. В глубине души ему очень хочется снова случайно увидеть Нагису и выбить его новый номер телефона, но пока что случайно столкнуться с ним так и не удалось.       А потому Карма и выпивает шоты один за другим, не чувствуя, как быстро пьянеет. После бара всегда можно прогуляться, потому что даже в состоянии сильного опьянения красноволосый сможет постоять за себя. Да, может не так уверенно, но всё ещё достаточно сильно. Но пока что он никуда не собирается идти, погружённый в свои мысли. И непонятно, каким образом он улавливает среди всего этого шума до боли знакомый голос, доносящийся откуда-то из-за спины.       – Ты представляешь, полтора года убил, чтобы забыть эти идиотские чувства, – сокрушается парнишка, беседуя с кем-то, и Акабане изо всех своих сил напрягает слух, – даже номер сменил, чтобы соблазна написать не было, а он… появляется и такой: «Эй, Нагиса, не хочешь прогуляться?» – он замолчал.       – А разве плохо, что он позвал тебя гулять? – уточнил собеседник, которого Акабане не узнавал по голосу, – я, конечно, не знаю этого твоего недопарня, но всё, что ты говорил, указывает на симпатию.       – Да если бы мы не столкнулись, он бы даже не вспомнил обо мне! – продолжает сокрушаться, как Карма уверен, именно его Нагиса, – может он вообще себе кого-то завëл… – послышался тяжёлый вздох.       Карма, порядком уставший от подслушивания, уходит из бара. Влезть в чужой разговор, конечно же, можно, и было бы вполне в стиле юного красноволосого парня, но он, вроде как, уже не тот вспыльчивый подросток, а вполне себе серьëзный дядька, пускай и с садистскими наклонностями. Перед уходом он бросил короткий взгляд на тот самый столик, чтобы убедиться в своём предположении, но его, кажется, никто не заметил.       Парню очень играет на руку то, что своей физиономией он пока не успел отсветить на телевидении, а потому и может посещать такие простые бары. Вот когда он повысит свой статус, тогда да, но это произойдëт явно не скоро. Потому как, не смотря на свою амбициозность, парень прекрасно понимает, что такого молодого парнишку никто не будет слушать, пока он не сделает достаточно «хороших дел» в тени.       Карма был слишком пьян, чтобы долго ходить, а потому он и присел на лавочку в парке неподалëку от всë того же бара. Необходимо было проветриться и подождать, пока ему станет получше, чтобы в такси не стошнило.       Только вот опьянение сходило очень долго, и Акабане просидел в парке около часа, лениво просматривая новостную ленту. Неподалëку послышались тихие шаги, и парень лениво поднял взгляд, с удивлением видя объект своих фантазий, который шёл один.       – Нагиса, время-то недетское, – сказал красноволосый с лëгкой улыбкой, чем и отвлёк парнишку.       – Карма, ты чего тут делаешь? – удивлённо спросил Нагиса, подходя к другу.       – Да вот, выпивал тут неподалëку в одиночестве, – ответил Акабане, слабо хлопая ладонью по месту рядом, – присядешь?       – А, да, – Шиота присел, понимая, что убегать сейчас будет глупо, – а давно ты там был?       – Ушëл около часа назад, – предположил красноволосый, на самом деле потерявший счёт времени, – ты мне вот что скажи, – янтарные глаза посмотрели в голубые, – мы вроде договорились встретиться в другой раз, только как я должен с тобой договариваться, если ты номер сменил?       – А, да, из-за работы поменять пришлось, – Нагиса положил руку на свой затылок, врëт, – ну, эм… раз уж мы всë равно столкнулись, договоримся сейчас? – на лице голубоволосого была неловкая улыбочка.       Карма мог бы начать доказывать, что причину смены номера он прекрасно знает, но тогда придётся признать, что он случайно подслушал разговор. А потому, вместо разборок, он сказал следующее:       – Нет, Нагиса, – и тоже слабо улыбнулся, – я себя очень плохо чувствую. Буду премного благодарен, если приютишь меня, – и снова посмотрел в чужие глаза.       – А, да… – ответил парнишка с опозданием, – ну, пойдëм, что ли, – Нагиса встал со своего место и стал неловко ожидать Карму.       Они особо не разговаривали. Акабане подметил, что раньше друг жил ближе к его дому, значит, сейчас он переехал. Вопросы можно будет задать потом, когда они дойдут до места. Хотя после подслушанного разговора смелости было хоть отбавляй, но не начнёт же Карма свои домогательства прямо на улице? Так что допрос с пристрастием пока что откладывается, но на очень недолгий срок.

***

      Новое место проживания Нагисы       действительно было не так уж далеко от бара, буквально в двадцати минутах ходьбы. Это была небольшая квартира с отдельной кухней, небольшой гостиной, ванной и, конечно, спальней.       – Может чаю? – неловко предложил не очень трезвый Нагиса своему ещё более нетрезвому другу, когда они вошли в дом.       – Не откажусь, – спокойно ответил Карма, следуя за миниатюрным пареньком.       Времени было уже ближе к одиннадцати часам, и Шиота неторопливо ходил по кухне, чтобы достать кружки и вытащить сладости, пока закипает чайник. Акабане же молчаливо наблюдал за фигуркой. Взгляд всё время падал на открытую шею и, красноволосый уверен, упругие ягодицы, а потому парень и начинал чувствовать лëгкое возбуждение.       Наконец, он не выдерживает и подходит к голубоволосому парню, что стоит сейчас спиной к гостю и засыпает чай в заварник, обвивает крепкие руки вокруг хрупкой фигурки и опускает голову на плечо.       – Карма, что ты такое делаешь? – нервно спрашивает Нагиса, не смея повернуться. Чужое дыхание опаляет чувствительную шею.       – Я? – красноволосый усмехнулся прямо в чужое чуть красное ухо, – пытаюсь перестать быть НЕДОпарнем, – и целует чужую шею, чувствуя напряжение в теле голубоволосого.       – Так ты всё слышал, – голова Шиоты чуть опущена вниз, – а так бы не догадался?       – Уж прости, но ты не отвечал ни на одно из моих сообщений, – ответил Карма всё так же в чужое ухо, уже не стесняясь касаться его ртом, – а ещё живёшь теперь далековато. О чëм же я должен был догадаться? – на этим словах парень развернул молодого учителя к себе лицом и прижал прямо к кухонному гарнитуру.       – Ну как минимум ты мог приезжать на выходных, – Нагиса смотрел в янтарные глаза, чувствуя, что тело ой как реагирует на такой зрительный и тактильный контакт.       – А может, ты мог вырваться ко мне на школьных каникулах? – в тон парню ответил Карма.       – Мы придурки, да? – всё же уточнил Шиота, не разрывая зрительный контакт.       – Полные, – согласился Акабане, – но знаешь, что? Судьба всё равно нас столкнула, – с этими словами он чуть приподнял своё колено и коснулся им паха бывшего одноклассника, – кому-то походу вообще всё равно, что я его тут отчитывал, – и хищно ухмыльнулся, замечая смущение на щеках голубоволосого.       Первым не выдержал Нагиса. Он обвил руками шею Кармы и поцеловал. Миниатюрный парень стоял на носочках, и крепкие руки крепко удерживали где-то чуть ниже поясницы, а языки обоих сплетались в этом жарком поцелуе. Одна ладонь Шиоты чуть сжимала красные волосы, в то время как другая чуть залезала под белую рубашку и гладила горячую шею.       Одна рука Акабане уверенно сжимала упругую ягодицу, в то время как другая крепко удерживала чуть трясущееся от таких ощущений тело в районе талии. Наконец, дышать стало слишком сложно, и парни нехотя отстранились друг от друга, а Карма с лёгким озорством спросил:       – Что, прям тут? – и сжал чужую ягодицу чуть сильнее, смотря в затуманенные голубые глаза.       – Спальня, – только и смог выдохнуть Нагиса в чужие губы, и такой жест распалял куда сильнее, чем поцелуй.       Акабане медлить не стал, и подхватил миниатюрного паренька на руки, и тот крепче обвил руки на шее красноволосого, в пути оставляя смазанные поцелуи на разгорячëнной коже.       Такая пытка не могла длиться долго, а потому они и рухнули на кровать в спальне Шиоты, снова целуясь. Карма нависал над бывшим одноклассником, упираясь локтями по бокам от миниатюрного тела, а проворные ручки Нагисы уже расстëгивали пуговицы на чужой рубашке. И когда та была расстëгнута, всё те же руки уже вовсю гладили напряжëнную грудь, а пальцы то и дело цеплялись за соски.       – Так не честно Нагиса, – хрипло проговорил Карма, поддевая одной рукой светлую футболку на теле парня снизу, – снимай.       И Нагиса повиновался, избавляясь от ненужного предмета, а Карма в это время стянул рубашку полностью, после чего сразу же припал зубами к светлой коже ближе к ключицам Шиоты, чтобы оставить несколько укусов. Голубоволосый от таких действий тихо простонал и потянулся к брюкам на теле высокого парня. Маленькая ладонь уверенно расправлялась с чужой ширинкой, чтобы снять наконец и брюки, а после залезть в чужие трусы и прикоснуться к горячему члену, который уже сочился естественной смазкой.       Карма от таких действий издал полустон-полувздох, и двинул бëдрами, чтобы получить ещё больше удовольствия. Он уже лежал на боку, и потянулся за ещё одним поцелуем, чтобы снова засунуть язык в рот Нагисы и провести по чужим зубам. Во рту оставалось лëгкое послевкусие алкоголя, и чуть протрезвевший красноволосый парень чувствовал ещё большее опьянение от всех этих действий.       Одна его рука оглаживала короткие голубые волосы, в то время как другая немного грубо расправлялась с джинсами на миниатюрном теле, а большая ладонь то и дело касалась возбуждённого члена друга через трусы.       – Закончим руками? – спросил Карма своим чуть хриплым от возбуждения голосом, немного подмахивая бëдрами в миниатюрную ладошку на своём органе.       – А.. М… нет, – еле проговорил Нагиса, когда сильная рука обхватила его член, – в тумбочке… смазка, – он говорил с паузами, с огромным усилием формируя свою речь, – я… фантазировал… о нашей ночи.       – Понял, – выдохнул Карма, и потянулся к прикроватной тумбочке, чтобы достать нужный сейчас тюбик, при этом освобождая возбуждённый орган из своей руки.       Нагиса же, пока парень возится, решил полностью избавиться от всей одежды на своём теле, после чего начал снимать трусы и с Акабане.       Такая уверенность распаляла ещё больше, хотя сильнее было уже некуда, и с тихим рыком Карма снова подмял голубоволосого под себя, чтобы оставить ещё больше укусов на хрупкой шее, а бëдрами он махнул так, что их члены потëрлись друг о друга. Это до ужаса приятное ощущение вызвало у обоих громкий вздох, после чего Акабане, смочив пальцы смазкой, утянул Шиоту в поцелуй, я длинные пальцы уже встали к анусу.       Парень снизу, конечно, напрягся от холодных из-за жидкости пальцев, но старался расслабиться, а когда один палец проник внутрь, даже тихонько простонал в поцелуй.       Ощущения, конечно, не до ужаса приятные, но это ведь Карма, тот парень, которого Нагиса любил на протяжении последних как минимум пяти лет, если не больше, а потому он и млел под ласками. Рукой он нашëл член Акабане и не сильно водил по нему рукой, не забыв добавить на свою ладонь смазку, чтобы возбуждение не спало.       И вот, внутри уже три пальца, которые нащупали ту чувствительную точку, из-за которой тело прошибает табуном мурашек и с губ слетает очередной стон.       – Ты меня с ума сведëшь, – проговорил Карма в губы голубоволосого, после чего снова поцеловал его и начал медленно входить его тело.       Акабане переждал несколько секунд, прежде чем начать медленно двигаться. Шиота же старался расслабиться, а длинные пальцы сжимали плечи красноволосого парня. Глаза прикрыты, в то время как темп толчков ускоряется, а горячие губы, оставляющие поцелуи на теле голубоволосого, приносят ещë больше удовольствия.       – Нагиса, не встанешь на колени? – спросил Карма, выходя из желанного тела.       Голубоволосый молча повиновался и перевернулся, чтобы выгнуться в спине и подставить пятую точку для продолжения. Карма же, быстро добавив на член ещё немного смазки, снова вошёл в миниатюрное тело. Одна рука была на волосах Нагисы, а другая уже нашла возбуждённый член. Стон, который ушёл куда-то в подушку, к которой сейчас была прижата голова Шиоты, заставил Карму двигать бëдрами и рукой ещё быстрее, доводя обоих до оргазма, который достаточно быстро наступил, сопровождаемый то тяжёлыми вздохами Акабане, то стонами голубоволосого, и когда член Кармы запульсировал внутри, выливая поток тёплой спермы внутрь, Нагиса тоже кончил, попадая на кулак красноволосого.       – Эм… душ? – уточнил Шиота, когда из его тела вышли.       – Конечно, – легко сказал Карма, после чего слизал немного белой жидкости с пальцев.       – Ты что такое делаешь? – спросил Нагиса, видя эту картину и снова сильно смущаясь.       – Пробую своего парня на вкус, – красноволосый хищно ухмыльнулся и чистой рукой потащил миниатюрного паренька за собой.       – Эй, я ещё не соглашался! – немного вяло возмущался Нагиса, пока его тянули в сторону душа.       В душ они пошли вместе, и там, конечно, тоже не обошлось без домогательств. Оба окончательно протрезвели после того, что только что произошло, и Карма уже без стеснения сидел в боксерах на кухне. Они всё же решили выпить чаю.       – Ну так что, Нагиса, – начал Акабане, взяв миниатюрную ладошку в свою, – ты же согласен со мной встречаться?       – А если тебя опять куда-то отправят? – спросил Шиота, сжав чуть более крупную ладонь.       – Уволюсь, – легко ответил красноволосый, – или заберу тебя с собой.       – Тогда… я согласен, Карма! – ответил Нагиса с улыбкой на лице.       Можно оборвать связи, уехать в другой город – да что угодно, но тот, кто действительно является твоим человеком, обязательно встретится на пути снова, сколько ни убегай. И Шиота в этом убедился, наконец принимая, что его парень теперь точно никуда не денется.