Цикл наркоманов у козлов

—Коль, последний раз -слова отскочили эхом в голове у Козлова, едва успевая прозвучать. Это был не последний раз, об этом знали оба, но едва ли светлая макушка откажет при виде Арсения в таком измученном виде. Трудно было именовать это состояние как либо, ни одно слово казалось не могло описать такое странное отчаяние и попытки всё наладить. Ему требовалось отвлечься. Не простояв и минуты, Николай уже доставал из маленькой сумки припасенный косяк. Выражение лица он сохранил несколько недовольное и даже на йоту огорчённое. Одного движения хватило, чтобы стащить дружка с умывальника и затянуть в плохо освещённую кабинку. Сумка с наушниками остались висеть на ручке дверцы, по совместительству придерживая изломанный замок. Пара секунд и Козлов уже устраивается на коленях Арсения, успевая тем же моментом поджигать оставленный меж зубов косячок. Эта была неслабая травка, порядка 40% процентов тгк, та самая поебота, которую Коля таскал для крайностей с этим ебликом. Минутой позже не появилось страсти, хотя и как бывало раньше светло-розовая рубашка расстёгнута и спущена с плеч, передние клыки оставляют слабые углубления на папиросной бумаге, все по новой, но в серых глазах уже не горит никакой агрессии или походящего на родительское осуждения. Сегодня Коля и сам устал не меньше. Арсаний его не замотивировал, удивительно, да? «Открой пасть и не пизди под руку.» — с оттенками былых упрёков, вытянул из себя Николай, неаккуратным движением передавая изо рта в рот косяк, к счастью лишь немного разгоревшейся стороной к Арсению. А когда уже бедолага закашлялся, то услышал лишь смиренную, чрезмерно колкую просьбу удушиться этим косячком. Едва ли сейчас Козлов собирался любезничать, когда уже и сам начинал разделять это отчаяние с Арсением. Второй за жизнь возлюбленный и тот торчит.