***
Актовый зал встретил его гулким многоголосием. Воздух был густым от смешения парфюмов, запаха новой одежды и всеобщего возбуждения. Сотни голосов сливались в единый, нарастающий гул, в котором тонули отдельные слова, оставляя лишь ощущение праздничной суеты. Лололошка замедлил шаг на пороге, его взгляд скользнул по заполненным рядам. Он искал не людей, а уединения.
Его цель — последний ряд, у самого выхода, где свет от высоких окон был приглушенным, а тень лежала густым слоем. Он бесшумно прокрался вдоль стены и опустился на стул в самом углу. Сумку он поставил на соседнее сиденье, создав символический барьер между собой и остальным миром. Он достал телефон, сделал вид, что полностью поглощен экраном, хотя на самом деле просто водил пальцем по холодному стеклу, не в силах сосредоточиться. Шум вокруг был оглушительным, он давил на виски, и Рома чувствовал, как знакомое напряжение сковывает плечи. Он ненавидел такие скопления людей, чувствовал себя неловко
Едва он успел мысленно похвалить себя за удачно выбранную позицию, как тень упала на него. Кто-то грузно опустился на соседнее кресло, отодвинув его сумку. Лололошка невольно поднял взгляд.
Парень, устроившийся рядом, был его ровесником. Черные, как смоль, прямые волосы были коротко стрижены, открывая высокий лоб и четкие линии бровей. Кожа имела легкий, здоровый смуглый оттенок, словно он только что вернулся с моря. Но больше всего поражали глаза — ярко-зеленые, ясные и невероятно живые. Они с любопытством изучали Рому, не скрывая интереса. На нем был просторный зеленый свитер, мягко облегавший торс, и черные штаны. Выглядел он так, будто только что сошел со страницы глянцевого каталога — собранно, стильно и немного небрежно.
— Место свободно? — спросил черноволосый, хотя уже явно занял его. Уголки его губ дрогнули в легкой улыбке.
Лололошка молча кивнул, убирая телефон в карман. Он надеялся, что на этом диалог исчерпан, но парень, похоже, был другого мнения.
— Первый день, первый стресс, — протянул он, растягивая слова. Его голос был глубоватым, спокойным. — Выглядишь так, будто тебя ведут на эшафот, а не на торжественную линейку. Я Ричард.
Он протянул руку. Лололошка на секунду замер, затем нехотя пожал ее. Ладонь была теплой, рукопожатие — твердым.
— Лололошка, — буркнул он в ответ, опуская взгляд. Ему не хотелось поддерживать беседу, но грубить тоже не было повода.
— Ло..лолошка, — повторил Ричард, как бы пробуя имя на вкус. — Ну что, Ло, как впечатления? Уже проникся атмосферой науки?
— Пока что только атмосферой толпы, — сдержанно парировал Лололошка.
Ричард рассмеялся. Звук был искренним и громким, что заставило пару девушек впереди обернуться.
— Понимаю. Меня тоже от этого всего немного подташнивает. Все такие нарядные, радостные… Словно не понимают, что их ждут дедлайны, сессии и ночи с конспектами. Но надо же с чего-то начинать, верно?
Рома лишь пожал плечами, снова уставившись в пространство перед собой. Но Ричарда его молчаливость, похоже, не смущала.
— Я сам из другого города, — продолжил он, развалившись поудобнее в кресле. — Переехал сюда пару недель назад. Квартиру снял. Пока всё непривычно. Город большой, шумный. А ты местный?
— Да, — коротко ответил Лололошка.
— Повезло. Уже ориентируешься, знаешь, где что находится. А то я в первый же день умудрился заблудиться в метро. Два часа кружил, как сумасшедший. Думал, никогда не выберусь.
Неожиданно для себя Рома фыркнул. Уголок его рта дрогнул. Эта история была до боли знакомой.
— Со мной тоже такое было, — невольно вырвалось у него. — Когда был маленьким.
— Вот видишь! — оживился Ричард. — А ты мне казался парнем, который никогда не ошибается. С таким серьезным видом. Прямо как молодой боец из какого-нибудь фэнтези, который на задании.
Лололошка покосился на него. Аналогия была странной, но не лишенной смысла. Он и сам чувствовал себя агентом под прикрытием в стане врага.
— Просто не люблю шум, — пояснил он, уже более развернуто.
— Это с твоей-то внешностью? — Ричард поднял бровь. — Думал, ты душа компании. Очки классные, кстати.
Рома машинально поправил оправу на переносице. Он не ожидал такого прямого комплимента.
— Спасибо, — пробормотал он.
Внезапно свет в зале погас, и на сцене зажегся прожектор. Началось официальное приветствие. Декан, заведующие кафедрами — их речи текли плавно и предсказуемо. Слова о светлом будущем, ответственности, новых горизонтах. Ричард наклонился к Роме.
— Ну, понеслась, — шепнул он. — Главное — продержаться минут сорок. Думаешь, они сами верят в то, что говорят?
Лололошка пожал плечами. Ему было все равно. Он наблюдал за сценой, но не слушал слова. Его внимание привлекали блики света на глянцевом полу, пыль, танцующая в луче прожектора. Он чувствовал себя наблюдателем, сторонним зрителем в собственном жизненном спектакле.
Ричард, однако, не умолкал. Он тихо комментировал каждое выступление, отпуская едкие, но незлые замечания о галстуке одного из преподавателей, о слишком пафосной речи о «важном». Сначала Лололошка лишь изредка кивал, но постепенно его напряженность начала спадать. В Ричарде не было ничего навязчивого, он не требовал ответных реплик, ему, казалось, было достаточно просто вести односторонний диалог с благодарным слушателем. И Рома невольно стал таким слушателем. Это было лучше, чем просто сидеть в одиночестве и копить раздражение.
Когда торжественная часть подошла к концу и зал взорвался аплодисментами, Ричард потянулся, с громким хрустом разминая шею.
— Ну вот и всё, церемония окончена. Теперь мы официально — студенты. Чувствуешь, как на тебя свалилась ответственность?
— Пока нет, — честно ответил Лололошка, поднимаясь со своего места.
— И хорошо. Успеется. Эй, — Ричард положил ему руку на плечо. Движение было быстрым и естественным. — Не убегай. Познакомлю с корешем. Он тоже тут, на соседнем потоке. Думаю, вы найдете общий язык.
Лололошка хотел отказаться, найти причину, улизнуть. Но что-то в открытом взгляде Ричарда, в его настойчивой, но неназойливой манере остановило его. Он чувствовал себя слишком уставшим, чтобы сопротивляться. Он просто кивнул.
— Ладно.
Ричард повел его через толпу, ловко лавируя между группами студентов. Они вышли в коридор, где столпотворение было еще более внушительным. Ричард, встав на цыпочки, огляделся, и лицо его озарилось улыбкой.
— А вот и он! Дилан! Эй!
Он помахал рукой. Из толпы к ним пробирался парень. Лололошка тут же отметил его внешность. Он был полной противоположностью Ричарду. Темно-каштановые, почти черные волосы были слегка вьющимися и небрежно растрепаны. Темно-синие глаза, цветом напоминающие ночное небо перед грозой, смотрели на мир с легкой отстраненностью, почти скукой. Кожа была бледной, подчеркивая темные брови и губы. На нем была просторная черная толстовка с капюшоном, темные, потертые джинсы, а на шее болтались массивные наушники. Одной рукой он убирал смартфон в карман. Он действительно выглядел так, будто только что вышел из затяжного игрового марафона — устало, но с достоинством.
— Рич — кивнул он, подходя. Его голос был тише, чем у Ричарда, с легкой хрипотцой. — Ну как, впечатлился?
— Очень, — фыркнул Ричард. — Прямо готов идти и покорять научные вершины. Дилан, это Лололошка. Ло, это Дилан. Он, как и ты, большой любитель тишины и уединения. Только он свой покой в хардкорных играх находит, а не в углах актового зала.
Дилан оценивающе посмотрел на Лололошку. Его взгляд был внимательным, но не осуждающим. Он кивнул.
— Привет.
— Привет, — ответил Рома.
—Ло только что слушал всю мою болтовню и не сбежал, а это о многом говорит, — продолжал Ричард. — Решил, что вам вдвоем будет не так скучно со мной возиться.
Дилан усмехнулся. Улыбка сделала его лицо менее отрешенным.
Неловкое молчание, длившееся пару секунд, прервал Ричард.
— Так, стоять тут смысла нет. Предлагаю двинуть в столовку. Выяснить, кормят ли здесь хоть сколько-нибудь съедобной едой. Я голоден как волк.
Они направились к столовой, пробираясь по бесконечным коридорам. Ричард шел впереди, продолжая нести поток сознания, Дилан шел рядом с Лололошкой, молчаливый, но его присутствие не было давящим.
— Ты на каком факультете? — наконец спросил Дилан, обращаясь к Роме.
— Дизайн, — ответил тот.
— Серьезно? — в Дилане что-то оживилось. — Я на программирование
***
В столовой было не менее людно. Они отстояли очередь, получили свои подносы с едой — какой-то подозрительный гуляш, пюре и компот — и устроились за свободным столом в углу. Ричард с аппетитом принялся за еду, тогда как Рома лишь ковырял вилкой в пюре. Дилан отодвинул тарелку с гуляшом и достал шоколадный батончик.
— Я так и думал, — констатировал он. — Питаться будем вне стен альма-матер.
— Да нормально все, — с набитым ртом говорил Ричард. — Главное — калории. А там разберемся.
Обед прошел спокойно. Ричард болтал без умолку, рассказывая забавные истории из своей жизни в другом городе. Дилан изредка вставлял колкие комментарии, от которых Ричард только смеялся. Лололошка в основном молчал, но уже не чувствовал себя лишним. Он слушал, изредка улыбаясь каким-то шуткам. Это было странное ощущение — быть частью компании, не прилагая к этому усилий.
После еды они вышли на улицу. Солнце уже стояло высоко, пригревая по-настоящему летним теплом.
— Ну что, господа студенты, — протянул Ричард, закидывая руки за голову. — Планы на ближайшее время? У меня, например, пара свободных часов.
— У меня тоже, — сказал Дилан. — Пойду, наверное, по кабинетам пошатаюсь, посмотрю, где что находится. Чтобы потом не блуждать.
— Здравая мысль, — согласился Ричард. — Ло, ты с нами?
Лололошка задумался. Изначально он планировал сразу же отправиться домой, зарыться в одеяло и забыть этот день как страшный сон. Но теперь этот сон обрел какие-то новые, неожиданные черты.
— Давай, — неожиданно для себя сказал он.
Они провели следующий час, блуждая по бесконечным университетским коридорам. Ричард с Диланом спорили о том, как лучше запоминать расположение аудиторий, Рома же просто шел рядом, погруженный в свои мысли, но уже без прежней горечи. Он смотрел на таблички на дверях, на спешащих студентов, на преподавателей с озабоченными лицами. Этот огромный, пугающий мир понемногу начинал обретать понятные очертания.
Когда они снова оказались у главного входа, Ричард вздохнул.
— Ну что ж, на сегодня, пожалуй, достаточно впечатлений. Обменяемся контактами? А то завтра друг друга не найдем.
Они достали телефоны и создали общий чат. Ричард сразу же отправил в него смайлик с очками и селфи, которое сделал на ступенях университета. Дилан в ответ кинул гифку с танцующим покемоном. Лололошка смотрел на экран, и на его лице впервые за этот день появилось что-то похожее на спокойную, легкую улыбку.
— Ладно, — сказал Дилан, поправляя наушники на шее. — Я пошел. У меня еще делы. В чате свяжемся.
— Ага, — кивнул Ричард. — Лололошка, ты куда?
Прозвище прозвучало так естественно, что Рома даже не сразу отреагировал.
— Домой, наверное, — сказал он.
— Тогда до завтра. Не проспи, — Ричард хлопнул его по плечу и, помахав на прощание, зашагал в сторону общежития.
Лололошка остался стоять один на солнцем залитых ступенях. Он достал очки, надел их и посмотрел на огромное здание перед собой. Оно уже не казалось ему таким чужим и враждебным. Где-то внутри него теперь были два человека, которые знали его имя. Или даже два его имени.
Он спустился по ступеням и направился к автобусной остановке. В ушах стоял гул уходящего дня, смешанный с обрывками фраз Ричарда и спокойным голосом Дилана. В кармане телефон вибрировал — в новом чате кто-то отправил новое сообщение.
Автобус подъехал быстро. Рома сел у окна, и на этот раз он уже не смотрел на свое отражение в стекле с мрачной серьезностью. Он смотрел на город, проплывающий за окном, и думал о том, что первый день, вопреки всем ожиданиям, прошел не так уж и плохо. Холодок тревоги внутри поутих, сменившись странным, новым чувством — не уверенности, нет, но легкого, едва уловимого любопытства. Любопытства к тому, что же будет дальше.
