Часть 7. О дивный, новый мир.
23 сентября 2025 г., 21:28
Рано утром, когда туман ещё цеплялся за башни Хогвартса, а большинство учеников сладко спали, Регину разбудил тихий, писклявый голос.
— Мисс должна вставать… Профессор Слизнорт ждёт мисс у главных ворот…
Регина приоткрыла глаза. У её кровати, почтительно кланяясь и ломая свои длинные пальцы, стоял домовый эльф в аккуратной наволочке с гербом Хогвартса. Его большие, как блюдца, глаза смотрели на неё с подобострастием.
— Добби? — сонно прошептала она, мозг ещё не до конца проснулся.
— О, нет, мисс! — эльф затрепетал. — Я — Твики! Просто Твики! Твики пришёл сказать мисс: профессор ждёт. Поездка в Лондон! Мисс должна взять мантию!
Лондон? Чего? Зачем?
Так и не поняв, зачем ей в лондон и чего от нее хотят, она снова свалилась на подушку.
–Аааа, точно, нужно же подобрать мне палочку и другие принадлежности.– вдруг к ней пришло озарение.
Сердце её ёкнуло. Лондон! Косая аллея! Та самая, которую она знала по книгам и фанфикам, но никогда не надеялась увидеть.
Гораций Слизнорт, закутанный в пелерину с меховым воротником, пыхтел от нетерпения. Рядом с ним стояла высокая худая женщина с суровым лицом — мадам Хуч, которая, как объяснил Слизнорт, будет их сопровождать «ради соблюдения формальностей».
— Не волнуйся, не волнуйся, дитя моё! — приговаривал Слизнорт, когда они шагали к воротам. — Мы быстро слетаем туда-обратно! Продавец подберёт тебе палочку — и ты будешь как новенькая! Я уже договорился с директором, он знает о нашей вылазки в косую алею.
На лице девушки была спокойная улыбка, но через минуту после слов Слизнорта, она поняла, что у нее есть маленькая проблемка.
Деньги. В этом мире у нее не было ничего своего. Абсолютно.
–Но профессор, у меня совсем нет денег– тихо сказала девушка. Нет, она конечно же, читала что сиротам выдают определенную сумму денег, но лучше было убедиться в этом дважды.
– О, не волнуйся. Видишь ли, дитя моё, Хогвартс — это не просто школа. Это большая семья! И, как в любой хорошей семье, мы заботимся о своих. Особенно о тех, кого судьба... э-э-э... обделила мирскими благами, — он многозначительно взглянул на неё, давая понять, что знает её легенду о сиротстве.
– Для этих целей много-много лет назад нашими великодушными основателями и... э-э-э... некоторыми благородными выпускниками был создан Фонд поддержки одарённых студентов. Звучит солидно, не правда ли? — Слизнорт подмигнул ей. — Так вот, этот Фонд выделяет тебе скромное, но, я уверен, достаточное содержание.
Они воспользовались системом летучих пороховых каминов, выбравшись в «Дырявый котёл». Регина едва успевала за быстрым шагом Слизнорта, когда он, бормоча пароль, постучал по кирпичной стене. И вот она — Косая аллея.
И она была… точь-в-точь как в её фантазиях. Тот же хаотичный, сумасшедший вид: кривые, нависающие друг над друга дома, витрины, полные волшебных предметов, летающие совы, странные запахи и пёстрая толпа волшебников. Она ждала разочарования, ждала, что реальность окажется бледнее. Но нет — она была ещё более ошеломляющей, ещё более реальной.
Магазин Олливандера тоже не разочаровал. Та же узкая, пыльная лавка, заваленная до потолка тысячами длинных коробок. Тот же запах старого дерева и пыли. И за прилавком — не сам Гарик Олливандер, по ее расчетам, он был ещё мал, а его отец, Джербас Олливандер, человек с такими же большими бледными глазами, казалось, видящими насквозь.
— А, Слизнорт! — проскрипел старик. — Привёл нового клиента? Нечастый гость в этих стенах в учебное время.
— Чрезвычайные обстоятельства, дорогой мой! — расшаркался Слизнерт. — Мисс Фишер. Позднее проявление. Остро нуждается в инструменте!
Взгляд Джербаса Олливандера уставился на Регину, и ей показалось, что он видит не её, а что-то позади неё, какой-то шлейф из другого времени.
— Да… необычно, — прошептал он. — Очень необычно. Энергия… смешанная. Старая и новая одновременно.
Начался долгий процесс примерки. Одна палочка за другой оказывались не у дел. Одни лишь шипели и дымились в её руке, другие вызывали лишь слабые искорки. Слизнорт начал нервно потеть.
— Сложный случай, сложный, — бормотал Олливандер, качая головой. — Кажется, требуется что-то… особенное. — Он полез на самую верхнюю полку и сдул пыль с длинной узкой коробки. — Попробуйте эту. Граб и сердцевина из рога василиска. Четырнадцать дюймов. Негнущаяся. Очень, очень редкая и требовательная палочка.
Регина взяла палочку. И тут же её ладонь озарила волна почти осязаемого, тёплого могущества. Без всякого её намерения с кончика палочки вырвался не фонтан искр, а короткая, густая змеиная тень, которая на мгновение извилась в воздухе, прежде чем рассосаться.
Джербас Олливандер замер, его бледные глаза расширились.
—Удивительно, — прошептал он. — Эта палочка была создана для великих, но опасных свершений. Она ждала кого-то с сильной волей и… тёмным потенциалом. Большое будущее ждёт вас, мисс Фишер. Большое и тёмное. Эта палочка не для мелких дел. Она для власти. И для жертв.
В лавке повисла звенящая тишина. Даже Слизнорт перестал пыхтеть. Регина сжала палочку так, что костяшки побелели. Эти слова звучали и как благословение, и как проклятие.
Обратная дорога прошла в молчании. Слизнерт украдкой поглядывал на неё, а мадам Хуч хмурилась. Они вернулись в Хогвартс как раз к началу второго урока.
***
Большой класс трансфигурации казался ещё больше из-за высоких арочных окон. Солнечные лучи пыльными столбами падали на парты. Регина вошла с трепещущим сердцем, стараясь держаться в тени других слизеринцев шестого курса. — Свободные места там, — кивнул кто-то из студентов в сторону парты у окна. Регина направилась к указанному месту. За партой уже сидел молодой человек с умными, чуть насмешливыми глазами и тёмными волосами, аккуратно зачёсанными назад. На его мантии красовался аккуратный зелёно-серебристый галстук. Он поднял на неё взгляд, и в уголках его губ заплясали веснушки — следы едва уловимой улыбки. — Рейнхард Лестрейндж, — представился он, отодвигая свой котомок, чтобы освободить ей место. — Новенькая Фишер, верно? — Реджина, — кивнула она, садясь и с облегчением замечая, что его тон лишён ядовитости его кузины Летиции. — Не переживай из-за Летиции, — сказал он, как будто читая её мысли. Он достал перо и аккуратно разложил его на парте. — Она считает своим долгом шипеть на любого, кто приближается к Реддлу. Семейная черта — охранять то, что считают своим. Даже если это им не принадлежит. Его слова были произнесены легко, почти небрежно, но в них сквозила глубокая неприязнь к кузине. Регина почувствовала неожиданную симпатию к этому спокойному молодому человеку. — Я не претендую ни на чьи владения, — тихо ответила она. — В Слизерине сам факт твоего появления уже считается претензией, — усмехнулся Рейнхард. — Но, полагаю, с твоей историей… тебя ждут иные проблемы. В этот момент в класс вошёл профессор Дамблдор. Его яркие голубые глаза под полумесячными очками сразу же нашли Регину. Его взгляд был не грубым, но невероятно пронзительным. Он смотрел на неё так, будто видел не только её лицо, но и каждый её вчерашний страх, и тень того артефакта, что лежал у неё на груди. Он не сказал ни слова, но всё время урока Регина чувствовала на себе его взгляд. У девушки не получалось абсолютно ничего. Ее сосед по парте видел это, но решил промолчать. Наверняка ее легенда о ней и об ее магии разлетелась в тот же вечер по всему Хогвартсу. На половине урока Регина перестала пытаться вообще, а к концу урока Дамболдор жалостливо, даже с сочувствием посмотрел на нее, так ничего не сказав, на последок долго задержавшись на ее лице. После урока трансфигурации были еще уроки, на которых Регина снова ничего не делала. К концу дня, после всех пар, к Регине подошёл высокий юноша с платиновыми волосами, уложенными с безупречной гладкостью. Его лицо было маской вежливой учтивости. — Мисс Фишер, — его голос был бархатным и холодным. — Профессор Слизнерт просил вас зайти в его кабинет. Я — Абраксас Малфой. Могу проводить, если вы ещё не ориентируетесь в замке.– предложил он. Регина молча кивнула. Они шли по коридорам молча. Малфой не пытался завязать разговор. Кабинет декана Слизерина был заставлен полками с магическими артефактами и пахлом старыми книгами и дорогим коньяком. И первое, что увидела Регина, переступив порог, — это Том Реддл. Он стоял рядом с массивным столом профессора Слизнерта, и на его лице играла та самая, идеально отрепетированная, чарующая улыбка, полная скромности и участия. — Ах, вот и наша новая звёздочка! — просипел Гораций Слизнерт, поднимаясь им навстречу. Его круглое лицо сияло. — Дорогая моя! Просто не могу выразить, как я огорчён твоей утратой! Потерять мать так рано… ужасно, просто ужасно! Регина на мгновение остолбенела. Какая утрата? Потом до неё дошло. Легенда. Её мать-сквиб, погибшая при трагических обстоятельствах. Она заставила себя потупить взгляд, изображая печаль. — Но такова воля судьбы! — продолжал Слизнерт, уже переключаясь на более радостную тему. — И какое же чудо, что твоя магия проявилась! Позднее проявление — это так редко и так интригующе! Полагаю, у тебя будут небольшие трудности с учебой, но не бойся! — Он многозначительно потрепал Тома по плечу. — Наш мистер Реддл, образцовый студент и просто золотой мальчик, вызвался быть твоим наставником! Будет помогать с уроками, с магией… Том скромно опустил голову, но его взгляд, скользнувший в сторону Регины, был ледяным и полным предвкушения. — Профессор слишком добр, — сказал Том своим бархатным голосом. — Я просто понимаю, как трудно быть новичком. Буду рад помочь мисс Фишер встать на ноги. — Видишь? Видишь?! — умилялся Слизнерт. — Ну, я не стану вас задерживать! Мистер Реддл, отведи мисс Фишер, куда ей нужно. И помни, моя дорогая, моя дверь всегда для тебя открыта!***
Пыльный класс древних рун, который Том Реддл выбрал для их тренировок, казался особенно уединённым после ярких впечатлений от Косой аллеи. Воздух здесь пах старым пергаментом и тишиной. Том уже ждал её, прислонившись к преподавательскому столу. Его лицо было бесстрастным, но в глазах горел тот самый хищный интерес. — Ну что, мисс Фишер, — начал он, не тратя времени на приветствия. — Поделитесь впечатлениями. Косая аллея оправдала ожидания, почерпнутые из ваших… книг? Регина, всё ещё находясь под впечатлением от поездки, не смогла сдержать лёгкой улыбки. — Это было… точно как описывали. Только ещё более шумно и реально. «Дырявый котёл», кривые улицы, толпа волшебников… Даже магазин палочек был именно таким — тёмным, запылённым и полным тайн. Том слегка склонил голову, внимательно слушая. —А палочка? — его голос прозвучал чуть тише, выражая особый интерес. — Джербас сказал что-то примечательное? Регина рассказала ему о грабовой палочке с сердцевиной из рога василиска, о змеиной тени и о словах старика о «большом и тёмном будущем». Том слушал, не проронив ни звука, но Регина видела, как его пальцы слегка сжали край стола. Он понимал значение такой палочки лучше кого бы то ни было. — Любопытно, — наконец произнёс он. — Очень любопытно. Что ж, возможно, твои «книги» не так уж и далеки от истины. А теперь… покажи, на что способен твой новый инструмент. Тренировка началась. Регина всё ещё была неуклюжей. Её рука дрожала, когда она пыталась выполнить простейшее заклинание «Винггардиум Левиоса», чтобы заставить перо парить в воздухе. — Сосредоточься, Фишер, — раздавался холодный голос Тома. — Магия — это не театральное представление. Это воля. — Просто… я так часто видела, как это делается, — пробормотала она в оправдание, после очередной неудачи. — В фильмах… то есть, в тех самых картинках. Выглядело это намного проще. — Видеть и делать — разные вещи, — парировал Том. — Ты должна почувствовать магию, а не просто повторить движение. Снова. К концу занятия перо всё же дрогнуло и на несколько дюймов оторвалось от стола. Это был крошечный успех, но он заставил Регину выдохнуть с облегчением. Том медленно похлопал — сухие, невыразительные хлопки, больше похожие на насмешку, чем на аплодисменты. —Прогресс. Минимальный, но есть. А теперь, мисс Фишер, — его голос приобрёл опасную, бархатистую мягкость. — Моя цена за сегодняшний урок. Я хочу, что бы ты рассказала мне о Дамболдоре. Что сломало его? Что стало той раной, которая не заживает до сих пор? Какая трагедия стоит за его всепрощающей улыбкой? Регина замерла. Он просил самого сокровенного. Того, что было сердцем боли Альбуса Дамблдора. Она колебалась, чувствуя тяжесть предательства. — Я… — её голос дрогнул. — Или твои знания ограничиваются лишь поверхностными сплетнями? — Том мягко вонзил лезвие в её гордыню. Глубоко вздохнув, Регина подняла на него. Нет, она уже приняла правильную сторону. И нужно идти по ней до конца. —Его сестра, — тихо начала она. — Ариана. Она была… не в себе. Её магия была повреждена. Семья скрывала её. И однажды… между ним, его братом Аберфортом и другим волшебником, Геллертом Грин-де-Вальдом, вспыхнула ссора. Заклинания полетели одно за другим. И одно из них… смертельное… попало в девочку. Никто так и не узнал, чьё именно. Брови Тома поползли наверх. Грин-де-Вальд? Он то здесь при чем. – Как связан Дамболдор и Грин-де-Вальд?– спросил Том. –Они были друзьями– коротко ответила Регина. Об их близких отношениях, она расскажет ему потом, еще есть время. Она выдохнула и закончила главное: —Дамблдор всю жизнь винит себя в её смерти. Он считает, что его жажда величия и слепая вера в Грин-де-Вальда привели к той ссоре. Всё, что он делает теперь — это искупление. Его любовь к людям, его терпимость — это памятник ей. И его самая большая боль. В классе воцарилась абсолютная тишина. Том Реддл не двигался. Его лицо было каменным. Но в его глазах — этих тёмных, бездонных глазах — бушевал настоящий ураган. Это была не просто информация. Это был ключ. Ключ к пониманию самого могущественного волшебника современности. Ключ к его слабости. Медленно, очень медленно на его губах появилась улыбка. Но это была не улыбка радости или торжества. Это было выражение чистого, безраздельного ликования гения, получившего недостающий фрагмент величайшей головоломки. — Прекрасно, — прошептал он, и в его шёпоте слышалось что-то первобытное. — Это… гораздо больше, чем я ожидал. Намного больше. В тот вечер Регина поняла, что отдала Тому Реддлу не просто информацию. Она отдала ему часть души Дамблдора. И цена за её собственное обучение оказалась неизмеримо высокой.
Примечания:
Глава вышла на 6 страниц и я честно очень старалась
