Пьяные воспоминания

Гарри еле как разлепил глаза и уставился в потолок. Всё было вполне как обычно. Его гостиная на Гриммо, его диван. И чье-то дыхание рядом. «Только не Джинни, только не Джинни...» Стоп, нет, это не могла быть Джинни. Гарри прекрасно помнил, как вчера выгнал её вместе с Роном из дома. Первую — потому что то и дело приставала к нему, второго — потому что напился в дрова в первые же минуты. Плюс припёрлись без приглашения, а победу над Волдемортом Гарри планировал отметить вдвоём с Гермионой. Он медленно повернул голову. Справа от него тихонько посапывала эта самая Гермиона. Волосы жутко растрепались, а руки крепко обнимали подушку. «Почему подушка, а не я?» — обиженно подумал Гарри. Неожиданно эта горка под одеялом пошевелилась и тихо застонала. Он успел закрыть глаза до того, как «горка» заговорила. А что ещё оставалось? — Гарри, — прошептала Гермиона. — Я знаю, что ты не спишь. Он глубоко вздохнул. Да, он её любил. Но всё равно, блять, иногда Гермиона пугала. — Не сплю. Доброе утро. — Да, — коротко бросила она. — Утро. После вчерашнего вечера. — Что мы вчера делали? — осторожно спросил он. — Не могу точно сказать. Только обрывки. Мы, кажется, за что-то избили Рона... У меня раскалывается голова. — У меня тоже. Они лежали молча минуток пять. Кусочки памяти начали потихоньку всплывать в их головах. Гермиона резко зажмурилась. Нужно было успокоиться и постараться вспомнить, что было вчера.

***

— Всё. Я устала. Я тоже хочу выпить, — Гермиона надулась и потянулась к бутылке в руках Гарри. — Я могу тебе доверять? — В плане? — нервно уточнил он. — В плане: девушкам небезопасно выпивать в компании парней. Всякое может случиться. Но тебе я верю. Гарри хотел возразить, но она уже выхватила алкоголь у него из рук и вцепилась губами в горлышко бутылки. — Я мог тебе новую открыть... — Я не хочу новую. И мне жутко хочется избить Рона.

***

Гермиона с ужасом поняла, что всё-таки напилась. А воспоминания продолжали постепенно возвращаться.

***

— Я, знаешь ли, люблю тебя, — пробормотал Гарри ей в волосы, когда они уже оба были в состоянии, далёком от адекватного, а Уизли выгнаны на улицу. — Я тебя то-оже, — прошептала она в ответ. — Мой герой. Мой дурачок. Мой потный, пьяный дурачок. Какие у тебя глазки милые. Люблю их. — Моя любимая умница. Моя... маленькая... пушистая Гермиона... Они робко потянулись друг к другу. Губы нелепо столкнулись в подобии поцелуя. — Ой. Мимо, — захихикала Гермиона.

***

— Так, — начал Гарри, протирая глаза. — Мы... э-э... целовались. Ничего же страшного, да? Это нормально, целоваться с любимым человеком... — Да, — кивнула Гермиона, — но почему на мне нет штанов? — На тебе нет штанов?! — Да! И не вздумай туда смотреть! — Да я и не собирался... — нагло соврал Гарри. — Слушай, ты без одежды, да. Но я-то полностью одет. Ну, я имею в виду... Гермиона, я бы ни за что не стал тебя насиловать! Я не такой! Более того, «следов преступления» не наблюдается. У тебя болит что-нибудь? Гермиона в ответ пихнула его в бок. Ей вспомнилось кое-что ещё.

***

— Футболку снимаем, ручки поднимаем, любимая, — тихонько сказал Гарри, едва Гермиона отлипла от его губ. — Зачем? — Чтобы не было слишком жарко. Ты вспотела. Блять, какой же я пьяный. Прости, если пугаю тебя. Ничего такого не собираюсь с тобой делать. Я сейчас такой счастливый, если честно. Даже прочувствовать всё полностью не могу, туман в башке. — А я почти не пила! — радостно заявила Гермиона. — И почему это не собираешься? Я некрасиво выгляжу? — Выглядишь очень мило и красиво, но ты не менее пьяная, чем я. Поэтому нет. Ладно, забудь. Это реально выглядело не очень. Давай просто откроем окно. — Нет-нет-нет, продолжай. — Гермиона замотала головой. — Футболку можно оставить, конечно, но в джинсах спать я не хочу. А я однозначно сейчас усну, Гарри. Крепко и беспробудно. — Эм, ладно... — он неловко глянул на её ноги. — Приподними попу. Гарри быстро стянул с неё джинсы и закинул на спинку дивана. Правда, пока он этим занимался, Гермиона случайно зарядила ему коленом в лоб. — Ой! Прости! — испугалась она. — Тебе больно?! Иди сюда. Поцелую.

***

Сейчас Гермиона от стыда с головой спряталась под одеяло. Хотелось провалиться сквозь землю. Гарри не смог сдержать тихий смешок. — Так вот, откуда у меня шишка... — он потрогал синяк на лбу пальцем, — мощный удар, Грейнджер. Ты с годами всё сильнее. Я то уже подумал, что это Рон. Гермиона высунула нос из своего укрытия. — Что с нами делал Рон? — Ну, я Уизли точно не звал, — Гарри поднял руки. — Он же любит появляться без предупреждения. Ещё и Джинни притащил. Но не волнуйся, мы их почти сразу прогнали. Уголки губ Гермионы приподнялись. — Прости... — ещё раз сказала она, бережно прикоснулась к его лбу и погладила большим пальцем синяк. — Не волнуйся. Не помру. Вспомнила ещё что-то? Гермиона покраснела. Да, она вспомнила. Но лучше такое и не вспоминать, по правде говоря. — Гарри, прошу, убей меня. Меня больше нет. Кто такая Гермиона Грейнджер? Впервые слышу. Она попыталась слезть с дивана, имея намерения забиться под него, но Гарри успел схватить её за ногу. Очень крепко. — Стоять, — с важным видом сказал он, — вспоминать это и сгорать со стыда мы будем вместе. — Я свалилась вчера. Ты меня поднял обратно, — вздохнула Гермиона. — Припоминаю, — задумчиво ответил Гарри. — Я вроде сначала сходил в спальню за подушкой и одеялом. Ты к тому моменту практически уснула... Так за что мы избили Рона? — За то, что он — Рон? — Вполне вероятно. — В общем, теперь понятно, почему у меня на заднице ушиб, — хмуро проворчала Гермиона. — Я просто настолько неуклюжая, что упала на пол. — А ты уже подумала, что это я руки приложил? — Нет. Ты не мог меня ударить, — она растянулась на диване, а руки положила за голову. — Зато какого-то хрена полез меня раздевать. Извращенец. — Это была забота! Туповатая, но она. Я даже тебя не потрогал нигде. Почти сразу укрыл. Они немножко полежали. Вставать не было желания. Хотелось просто крепко прижаться друг к другу и валяться весь день. — А ведь главное мы так и не обсудили, — тихо сказал Гарри. — Я люблю тебя. Гермиона опять напряглась и спрятала лицо. — Ладно. Я тоже. Поэтому, собственно, мне настолько стыдно. — Мы встречаемся теперь? — он робко улыбнулся. — Э-э-э... видимо, да. Я согласна, — Гермиона отвела взгляд. — Только пить я больше не буду. Никогда. Мне сейчас максимально не по себе от того, что ты видел мои трусики с ромашками. — Я не рассмотрел толком, — быстро ответил Гарри. — Слушай, а если бы мы вчера переступили черту, ты бы меня возненавидела? Гермиона задумалась. — Расстроилась бы точно, — быстро нашёлся ответ. — Насчёт «возненавидела» не знаю. Если бы это было без моего согласия... да. Если бы с ним, либо по моей инициативе... нет. Но мне было бы неприятно, что это случилось именно так. Это не должно быть так вот, спонтанно. И да, я в любом случае не верю, что ты способен на насилие в мою сторону. Вдруг они услышали шум из приоткрытого окна. Противный такой голос, знакомый. — Ублюдки! Впустите меня обратно, меня мать из дома выгнала! — визжал Рон Уизли. Гарри и Гермиона одновременно закатили глаза. — Ты не против, если я у тебя душ приму? — спросила она, не обращая внимания на крики. — Хочу тебя поцеловать, но понимаю, что я сейчас не в лучшем виде... — Похер. Ты и сейчас очень милая. Целуй, — Гарри прикрыл глаза в ожидании. Поцелуя не последовало. — Ну хорошо-хорошо, иди! Пользуйся на здоровье, Герми. Сколько захочешь. Гермиона аккуратно встала на ноги, замотавшись в одеяло, и потопала в сторону ванной. А Гарри потянулся и обречённо потащился туда, откуда доносились крики. — Проблемы Рона это проблемы Рона, — философски отметил он, пока закрывал окно.