«Под грозами»

Погода разыгралась ни на шутку. Звёздное небо спряталось за темным покрывалом туч, которое изрыгало из себя беспощадный ливень. Холод непогоды ощущался лёгкими мурашками на спине, но лишь одеяло спасало от осенней меланхолии, в виде стучащих капель по окну. Вдалеке где-то выл ветер, да так, что некоторые ветви деревьев не выдержали и ломалась под давлением через чур сильного воздушного потока. О листьях даже говорить не стоит. Непогода разбушевавшись, буквально раздевала деревья, унося слегка пожелтевшие листья в последнем танце Макабре. Зрелище действительно завораживающее, если смотреть на него в теплом помещении сквозь окно. Редко вой ветра стихал, по сравнению с резкими молниями и последующим громом. Порой он был настолько оглушителен, что будил особенно чутко спящих студентов с учащенным сердцебиением, холодным потом на лице и испугом в глазах. Одним из таких студентов оказался Лололошка. Погода настолько заигралась, что послала уж через чур сильный гром, из-за чего он и проснулся, слегка вздрогнув от очередного грандиозного грохота. Где-то треснула и упала огромная ветка. Она станет острой проблемой для уборщиков и вообще всего университета. Незапланированный субботник точно обеспечен, но это все будет беспокоить завтра и никак не раньше. Рукой Лололошка машинально стал протирать заспанные глаза, при этом же даже не давя зевок. Темень, глухие стуки о окна и больше ничего. Неприятно просыпаться именно в таком расположении дел, но это намного лучше чем кошмар или град (хотя данный дождь не сильно отличается от града). Фитнес браслет включился, ослепляя и демонстрируя вырвеглазно-яркие цифры: «05:43» Резкий грохот и сонливость как рукой сняло. Да уж, теперь Ло точно не уснет. Спасибо, матушка природа! Перевернувшись со спины на живот, Лололошка взял свой телефон. После яркого циферблата, глаза немного привыкли к свету, но все же все равно невольно зажмурились, когда экран телефона подло засветился через чур ярким, в какой-то степени режущим светом. Делать нечего в такое время, кроме посиделок в гаджете, хотя, сейчас, отчасти благодаря и ему, сон точно не придет в ближайшее время, зато на замену через пару часов явится Госпожа Сонливость и все остальные её прихвостни в виде плохого настроения, вечного зевания и желании поскорее поспать. Повезло, что сегодня выходной. Последующее время Ло был занят исключительно телефоном. Сначала он ответил небольшой части людей, которые написали ему уже тогда, когда Лололошка уснул. Некоторые писали ему как раз таки когда очнулись от очередного раската грома. Одной из таких людей была Шерон. Написала небольшую жалобу с долей испуга и, по всей видимости уже уснула. Бедняжка. А в остальном простые просьбы или предложения прогуляться, от которых обычно иностранный студент не отказывается. И дальше...ничего. Лололошка не знал куда себя деть. Он ещё минут двадцать потратил на лазанья по разным соцсетям, пока удивительным образом не оказался в собственной галереи, рассматривая сделанные ранее фотоснимки. Абилка, статуя коня, природа и даже редкие фотографии людей проскакивали, пока он не добрался до самой первой своей фотографии. Если так подумать, Ло никогда не снимал ночью. В этом и смысла не было. Освещение слишком плохое и никакого шарма, даже доли романтики в помине не оказывалось, вот и не снималось ничего под покровом луны да звёзд. Разве что какой-то очень симпатичный закат оказывался запечатлен Лололошкой, но это уж больно банальное и привычное дело для каждого человека. Каждый закат уникален, по-своему красив, из-за этого каждый закат теряет свою индивидуальность, под стать индивидуальности прошлых закатов. Они одновременно любимы и ненавистны всем людям мира, вселенной, мультивселенной, параллелям и иным существам. Хотя есть ли последним дело до каких-то там закатов? Дождь медленно стихал, видимо силы покинули его, как и желание Лололошки лежать на животе. Он лениво сел на кровать, сложив ноги под себя и удобно закутавшись в одеяло, чтобы лишь руки с лицом торчали из мехового убежища. Несколько стуков по дисплею и камера включена. Темно. Ни хрена не видно, но попробовать стоит. Немного приподняв телефон, Лололошка смотрел на все происходящее через призму экрана. Где-то начинали пробиваться утренние лучи. Дождь все ещё шел, а вот тучи начинали растворяться и светлеть, уже окончательно заканчивая свой жестокий обстрел. Не так хорошо все видно, но Лололошка от балды начал быстро кликать, отчего однотипных фотографий ночи становилось с геометрической прогрессии все больше и больше. Вероятно он все эти фотографии удалит, так и не удостоив ни одну показать хотя бы Престону. Ба-бах! Последняя молния с яростным грохотом ударила куда-то в поле, ставя над ливнем жирную точку. Погода успокоилась, теперь время злиться людям, которым придется убирать листья, ветви и, возможно, оборванные провода электропередачи. И в этот раз Ло тоже невольно вздрогнул. Эффект неожиданности выполняет свою миссию прекрасно. Фотографий на этом хватит...И тут Лололошку осенило! А вдруг он заснял? Заснял молнию??? Это резко оживило его, так что довольно быстро он стал листать недавние фотографии в поисках той самой. И...да! Фортуна явно улыбнулась ему. Пусть качество не божественное, но относительно хорошее, чтобы запечатлеть непредсказуемую молнию. Тем более фотография вышла выше всяких ожиданий, что появились, после мимолётной мысли, начинающуюся на "а, что если..." Глаза стали рассматривать фотографию так и эдак. Полной картиной, вглядываясь в детали по типу летавшей под волей ветра листвы или синих туч; приближая тот или иной фрагмент лёгким движением пальцев, дабы разглядеть более незаметные детали своего редкого снимка. По сути то, снимок бесполезен, но на душе все равно приятно. Можно похвастаться Престону, что сейчас Лололошка, конечно же и стал делать. Просто на просто отправил фотографию в пейджире Престону, с небольшим текстовым сообщением, написанную от балды. Мелочь, а приятно. Под аффектом этой мелочи Ло оглядел всю общажную комнату, с лёгким азартом и желанием заснять что-нибудь интересное. Но что такого можно увидеть в комнате, которую разделяли два парня и одна кошечка? Лёгкий беспорядок, среди которого Абилку было найти достаточно тяжело, ведь светать только-только начало. Кошечка, как оказалась, тихо сопела под ногами Дилана, завернувшись в клубок. Расстояние кроватей Ло и Дилана слишком большое, чтобы в хорошем качестве запечатлеть спокойный сон Абилки, так что пришлось на цыпочках, все также укатанным в одеяло, приблизиться к кровати соседа. Уже так Лололошка сфотографировал спящую Абилку. Как же не заснять такую прелесть, тем более когда она так мило спит? Она слишком сладенькая! Та тихо сопела, приподняв свои лапки вверх. Поза сна ее была странной, но столь привычной для кошек. С довольной улыбкой второй хозяин кошечки разглядывал её на фотографии. За столь короткий срок она стала ему слишком дорога и любима, даже не смотря, что Ло бегает по парам, делам, зарабатывает себе на проживания, но, все таки, иногда тихими вечерами удается остаться в компании этой милой мохнатой мордочки. Глядишь в окно, в голове ни мысли, а на коленях комок шерсти, так сладко мурчащий, когда гладишь её от головы до самого основания хвоста. Она уж больно ласковая, что нравится не только Ло, но и Дилану, который сейчас...спит. Как и Абилка. Из-за мысли о Дилане, Ло отвлекся от кошачьих фотографий. Его взгляд опустился, начиная глядеть на своего соседа по комнате, рассматривая все черты его лица, черные как смоль волосы. Из под одеяло только голова и торчала, но этого достаточно. Солнечные лучи стали пробиваться сквозь пелену облаков, начиная яро освещать все что только можно. Резко оранжево-желтые, они нежно ложились на любую поверхность: Одеяло, пол, шерсть, лицо Дилана.

«А он всегда был таким...красивым?»

Ло вздрогнул, а щеки слегка покраснели, как будто он обжёгся об собственную мысль. Должно быть это просто момент! Ничего более. Ведь так?.. Попытка перевести свои мысли в иное русло не увенчались успехом. Будто нарочно все воспоминания и мысли сейчас связанны лишь с Диланом. И неважно участвовал он в них прямо или косвенно, главное, что он играет хоть какую-то роль них. Голова заполнялась одним им, тем самым отвечая на свой же вопрос. И ответ на собственный вопрос это — «да». «Да» и только «да». Это ещё более смутило Ло. Как же так? Из всех знакомых более милым его сердцу оказался этот замкнутый в себе интроверт, который в придачу ещё и раздражительный, правда, когда отвлекают. Но если взглянуть...А Ло чем-то схож с ним? Подобные волей не волей притягиваются. Камера снова направлена на кровать Дилана, только уже не в ноги, где лежит Абилка, а выше. Слегка нервничая, Ло сделал несколько снимков. Они получились даже красивее момента с молнией, потому что там... Дилан. Просто Дилан. От таких мыслей невольно сердце забилось быстрее, а смущение проявилось в очередной красноте щек. На фотографии красовался мирно спящий Дилан, без какого-либо привычного недовольства на его лице. Синяки под глазами его тут же стали красивее, а губы так и хотелось...Как хорошо, что Ло сейчас никто не видит, так бы окончательно посчитали его странным... Глубокий вздох. Лучше лечь спать, пока есть возможность, хотя бы немного покумарить, Но перед этим...Ло потянул свою руку к Дилану, с желанием погладить его по волосам и ,возможно, даже поцеловать. Хотя бы в лоб. Но... остановился. Смелости не хватает, и эту же смелость добил некий страх с опасением. А вдруг он проснется прямо сейчас? Что тогда будет? Он же теперь точно не станет разговаривать с Ло, считая его мерзким... Сжав свою ладонь, Лололошка развернулся и лег на свою кровать. Лучше довольствоваться малым, нежели потерять все разом одним своим глупым желанием. Телефон оказался на тумбочке, а Ло укатанный с головой в одеяло. Настоящее сокровище это не снятая в моменте молния, а Дилан...и это сокровище Ло никому в жизни не покажет. Он прекрасно осознает, сквозь болезненный скрип сердца, что хоть как-то быть вместе с Диланом не суждено. Это дохлый номер, из-за которого отношения скорее ухудшатся, чем улучшатся, так что, придется довольствоваться лишь мимолётными редкими прикосновениями, слегка грубыми фразами...

«Пусть ты не знаешь, но я навсегда останусь влюблен в грубость, сказанную тобой; в холодные глаза твои...Я люблю и мне этого достаточно.»

Желание поспать овладело Лололошкой и довольно скоро он заснул, даже не смотря на духоту под одеялом и ярким утренним солнцем снаружи.