Глупости

Натаниэлю, пожалуй, было даже обидно. Марк всегда уважал Леди Баг и Супер Кота, с искренностью посвящая свои некоторые рассказы главным супергероям Парижа. И Куртцберг его в этом понимал! Не понимал он одного — почему его близкий друг хорошо отозвался почти о каждом супергерое, но не сказал ни слова про то, насколько крут Каприкид? — А что ты думаешь о нём? — наконец спросил Куртцберг, ткнув пальцем в обладателя талисмана козы на какой-то немного размытой фотографии, которую совсем недавно опубликовали в сети, — мне кажется, у него прекрасная суперспособность. — Думаю, у всех замечательные силы, — мягко ответил Марк, не заметив, как насупились брови напротив, потому-что сразу же перевёл взгляд обратно на телефон. Натаниэль спросил про себя, а не про всех. — Мне нравятся его клёш-штаны. — задумчиво сказал Ансьель, словно в первый раз видя фотографию Каприкида. А может действительно первый раз обратил на него внимание. И как Марк восхваливал Смелого Петуха! Который и на заданиях появлялся не часто, а фотографий и видео с ним от силы две-три. — Чем он ему вообще понравился? Петух как петух, — вслух произнёс мальчик, складывая учебники в сумку. Зигги тут же откликнулась, склонив голову вбок: — Ты всё ещё дуешься? — квами подлетела к нему ближе, отрываясь от манги, которую Куртцбергу пришлось одолжить у Марка ради козлёнка с неожиданной любовью к комиксам. Юноша ответил не сразу. — Что ты, нет, — неуверенно возразил художник, несколько нервно теребя ремешок сумки. Он заметно смягчился при виде обеспокоенного взгляда квами. — Просто… Марк так восторженно говорит о супергероях, а про меня, точнее, Каприкида почти ничего. — Юноша поправил чёлку и мигом добавил: — Я знаю, что это глупо звучит- — Вовсе не глупо! — возразила та и с совершенной уверенностью добавила: — Но он тебя любит настоящего, поэтому тебе не стоит переживать понравишься ли ты ему в своей супергеройской форме. Натаниэль вспыхнул практически под цвет волос и глупо приподнял уголки губ, поведя плечами. «Но Марк тебя любит». Думать об этом было очень… приятно-неловко и, наверное, несколько самоуверенно. Куртцберг не слепой, хотя Аликс с этим несколько раз спорила, понимал, что Марк к нему что-то чувствует, судя по не совсем дружеским прикосновениям и однажды быстрому поцелую в щёку после школы. Больше Ансьель, к небольшому сожалению, его не целовал из-за запоздалой реакции Куртцберга, до которого всё дошло уже только дома. Но зато даже после очередной лекции матери о несерьёзности комиксов приподнятое настроение никуда не делось. И Зигги весь вечер умилялась, тараторила о том, какой Марк очаровательный. Правда, хвалила она его скорее из-за манги, которую писатель одолжил её хранителю. — Ты, как обычно, права, — Натаниэль облегчённо пожал плечами и протянул к ней ладонь. Зигги поддерживающе потёрлась головой о его пальцы. *** По-хорошему обладатель талисмана петуха уже должен был помогать остальным героям. Но не мог же он трансформироваться прямо перед ним! — Э-э, — глупо протянул юноша и положил ладони ему на грудь, чтобы осторожно попытаться отстраниться от супергероя, всё ещё аккуратно прижимающего его к себе. Язык словно прилип к нёбу. — С-спасибо. — Пару секунд назад Каприкид вынес его из охваченного хаосом места, неожиданно появляясь со спины и подхватывая Ансьеля за талию. — Мой друг… Был ли Натаниэль в порядке? Они не находились рядом во время атаки, но он определённо должен был быть где-то поблизости! — С ним всё в порядке, — не дослушав, ответил супергерой, — Леди Баг уже перетащила его в безопасное место. Беспокойство в груди улеглось, но Марк почувствовал себя несколько стесненно под внимательным изучающим взглядом сверху вниз. В своей гражданской форме Смелый Петух был ниже своего напарника почти на голову. Молчание продлилось недолго. — Ну, — Каприкид лузечарно улыбнулся и добродушно похлопал притихшего писателя по плечу, — искренне был рад познакомиться с таким талантливым писателем, — он сделал шутливый поклон, приподнимая воображаемую шляпу, и мягко добавил, блеснув яркими глазами: — Ваши с другом комиксы невероятны. Марк Ансьель почему-то только сейчас обратил внимание на то, как забавно вьются кончики волос супергероя. Натаниэль Куртцберг в какой-то степени понимал, почему Отважный Петух любимый супергерой Марка. Он серьёзный, находчивый и очень-очень галантный. — Я польщён спасти вас. Вы и ваш друг делаете замечательные комиксы, — супергерой изящно склонился, беря в руку ладонь Куртцберга. Невесомый поцелуй на костяшках пальцах заставил художника приподнять брови и неловко отвести взгляд в сторону. Ему показалось, что у него дрогнули колени и вот сейчас он нелепо рухнет перед ним из-за горячего непонятного ощущения в области груди. Натаниэль ещё ни разу не «катался» на руках супергероя, пусть и выяснил, что без своих сил он всё ещё слегка боится высоты. — Надеюсь, вы не сильно напуганы, — Смелый Петух улыбнулся, склонив голову вбок, прямо как Марк (!), и на прощание кивнул ему, чтобы снова присоединиться к Леди Баг. Ох. Он читал их комиксы. Думать о поцелуе Натаниэль сочёл чем-то слишком смущающим. Художник поспешил скрыться за углом, чтобы отмахнуться от этого ощущения и присоединиться к остальным героям, которых уже вызвал Супер Кот. А так же ненароком пробежаться возле района Марка и удостовериться, что с ним всё в порядке. *** Отважный Петух оказался достаточно интересным собеседником, который забавно мог реагировать на разного рода безобидные подколы. — Каприкид, — прошипела Леди Баг, утаскивая владельца талисмана козы в сторону от удара злодея, — прекрати отвлекаться на Петуха! Каламбуры Каприкида бывали даже смешными, пусть иногда и непонятными. — Нет, я не поставлю вас в пару, Отважный Петух, — качала головой девушка, — Он… немного занят этой ночью. Король Обезьян тоже прекрасный напарник. *** — Марк, — чудесный момент после раскрытия личностей, почти как в их комиксе, прервался серьёзным тоном Натаниэля, — ты всё это время хвалил самого себя. — Ну, — супергерой улыбнулся, подавшись вперёд и коснувшись ладонью его головы, мягко поглаживая волосы. Мягкие. А рога холодные. — Я хорошо высказывался о каждом. Каприкид притворно-скептично приподнял брови. Прижался щекой к его ладони, скользнувшей вниз.