🏆🏆🏆🏆

– Скоро будет TMA… – Феликс склонил голову и скрестил руки за спиной. – Так? – Спонсор приподнял бровь. – Наград бы… – тихонечко и – тут главное не переборщить – смущённо. – Сколько? – усмешка в голосе была доброй. Это было хорошо. – А сколько можно? – и ножкой в пол. И взгляд исподлобья. Ещё бы волосы поправить, но руки из-за спины сейчас лучше не выводить, а то мало ли что там Спонсор считает. Ещё подумает, что Феликс халтурит… – А сколько выдержишь? – а вот эта улыбочка уже напугала. Так. – Проверим? – главное, не показывать, что это приятный страх, а то садистская натура Спонсора всё поймёт, и придётся проводить выходные на вилле. А у Феликса – планы. И желание иметь возможность встать с кровати. Съёмки там и всё такое. – М-м, ну хорошо, – Спонсор поднялся из-за стола. – Пойдём. – Прямо сейчас? – Феликс удивился. Обычно ему давали время подготовиться. Хотя бы морально. – А зачем откладывать, – Спонсор провёл по его плечу и недовольно выдохнул, – с твоим-то загруженным расписанием… Феликсу стало стыдно. Убегает от всех в «эти свои амбассадорства». Ну да. И что? Оказалось – и то. Очень много «и того». Целая комната того. Самого. Феликс сглотнул, рефлекторно спрятавшись за Спонсором и осторожно сжав край его пиджака: – А можно без порки? – а то он завтра не встанет. Учитывая, что обычных плетей он не увидел – точно не встанет. – Конечно, – Спонсор обернулся и подмигнул. – Я и не планировал. – А, – Феликс сглотнул. Стало ещё страшнее. – А что планировал…и? – вежливость – это важно. Особенно, когда верхний-альфа-доминант-короче-Спонсор вот так вот подмигивает. – Проверить твою выносливость, – очаровательная такая ухмылочка. Страх достиг уровня «И зачем я в это ввязался?». Может ну эти награды?… Одну наверное и так получат… А Феликс лучше… дома мультики посмотрит… в церковь сходит… в геншин он давно не заходил… Столько интересных дел накопилось… Пока Феликс думал, чем он мог бы заняться вместо того, чтобы идти за Спонсором, сжимая пальцами ткань его пиджака, анфилада страшных комнат закончилась. Большой кроватью. Штативы, освещения, камеры – это всё было привычно. А вот красные простыни и страш(н)ные аппараты – не очень. – Можно я сразу извинюсь, и… – Феликс занервничал. Не вставать завтра всё ещё не хотелось. – У меня давно-о на тебя особенный запрос зреет, – Спонсор рассмеялся и шлёпнул его чуть ниже поясницы. – Раздевайся. – Можно не надо? – Феликс сглотнул. Особенные запросы – это больно, долго и дорого. Потом, конечно, хорошо, но в процессе Феликс каждый раз думает, нафиг ему это вообще надо. Если вообще может думать. Обычно максимум, на что его хватает – это стоны. И то не всегда. – Поверь мне, я этого не хочу куда сильнее тебя, – такое чистосердечное признание, что Феликсу стало не просто страшно, а с-т-р-а-ш-н-о. – А ты будешь мастером? – писк вышел совсем уж жалобный. Феликс разделся догола и осторожно сел на колени – ворс под ногами был мягкий. Удобно. Можно долго просидеть. – Нет, – Спонсор вздохнул, – могу быть и я, но тогда игра быстро закончится, – он встал за камеру и направил её на кровать, – ложись на спину. Позволишь фиксацию? – Ага… – Феликс закусил губу, пытаясь придумать, что такого могли у Спонсора запросить. – Можно без щекотки? – Ликси, не юли, – Спонсор подошёл, щёлкнул его по носу и надел на него мягкие, кожаные наручники. Из которых сам же учил выкручиваться. Ладно, с-т-р-а-ш-н-о отменяется. – Прости, – Феликс протянул руку так, чтобы Спонсору было удобнее. – А… – Тш-ш, – его ещё раз щёлкнули по носу и наклонились к ноге. – Стоп-слово ты помнишь. – Ага… – Феликс машинально кивнул и зажмурился. Спонсор, находящийся настолько близко, смущал. Всё ещё. До сих пор. Феликс чувствовал трепет, благоговение и желание ощутить на себе его прикосновения, но надо было работать. В любовь-плотское-желание-и-всё-такое можно поиграться и потом. Дома. В отеле. В душевой. Во снах. Не важно. Сейчас – приятное тепло на запястьях, хлопковая простыня под спиной, белый слепящий свет, напоминающий о том, что надо втянуть живот – его всё-таки снимают – и Спонсор, шепчущий что-то о том, что надо расслабиться. Феликс не слушал – пытался настроиться. Он хорошо знал, в какое состояние надо себя вогнать, чтобы ему понравилось. А Спонсор знал, как успокоить Феликса: ладонь на груди, несколько глубоких вдохов, и мальчик готов. – Поехали, – он кивнул и поцеловал Феликса в лоб на удачу. Тот свёл лопатки и слегка выгнулся, прикрыв глаза – игра в доверие – чуть ли не самое приятное. Первое, что почувствовал Феликс после того, как Спонсор сказал «Мотор» – это язык на своём члене. Он попытался открыть глаза и почувствовал ладонь на своём лице. А следом – мелодичный смех и звонкое «Так неинтересно». – А?… – Феликс хотел поболтать, но как только открыл рот, ему в губы всунули что-то конусообразное. Пробка? Вот так, только слюной, без смазки? Феликс испуганно сжался, подавшись бёдрами вперёд – к удовольствию, пока оно есть – и принялся обсасывать игрушку, стараясь смочить её как можно обильнее. Слюна скатилась по подбородку, и Феликс почувствовал прикосновение полотенца к коже. А следом – его же на своём члене. Чуть ниже губ того, кто посасывал головку его члена. Профессионально притом обсасывал – без зубов и достаточно быстро, не мучая. Захотелось толкнуться внутрь, и Феликс отдался своим желаниям – он выгнул бёдра так сильно, как только мог. – Шалунишка, – кто-то бархатно шепнул ему в ушко, и Феликс почувствовал, как по его запястью скользят пёрышком. Невинно и очень легко – даже щекотно не было. Руку с глаз никто не убрал, а пробку как-то незаметно для Феликса заменили анальными шариками. Дальше трёх заглотить не дали, сжав ему губы. Дыхание сбилось, и Феликс нарочито громко простонал – шалунишка так шалунишка. И, для камеры, попытался дёрнуть рукой – наверняка это красиво смотрелось. Его реакция на наручники. Как будто в первый раз. – Такой нетерпеливый, – судя по тяжёлому и рваному дыханию, это тот, кто делал ему минет. Он вылизывал член, пока кто-то гладил Феликса между ягодиц. Хорошо, что со смазкой. И хорошо, что только гладил – чужие руки Феликс не любил и заметно напрягался. А то рот занят – сказать «нет» не получится. – Ники возьмёт целиком, если ты впустишь в себя игрушку, – ласковый шёпот на ушко и пёрышко где-то на плече – приятно. Феликс попытался вытолкнуть шарики изо рта, но ему не дали, сжав щёки. Пришлось расслабиться – смазанная пробка размера S легко скользнула внутрь. До простаты не дотягивала, но заметно расслабляла – вряд ли они начнут врываться, когда Феликс «заперт». – М-м, легко, – Ники, видимо, опустился на его член и, расслабив горло, уткнулся носом в пах Феликса. Резко стало горячо. И очень приятно. Феликс глубоко простонал, рефлекторно втянув в себя воздух и пару шариков, а сам глубоко выгнулся – давно ему так не отсасывали. На глазах, кажется, появилась повязка – плевать, всё равно с закрытыми глазами комфортнее. Пока делают приятно. А то Спонсора это всегда так сильно бесило. Феликс сглотнул, вспоминая, и решил наслаждаться тем, что есть – он выгнулся, выпрямив руки и схватившись за цепь – она приятно холодила пальцы. – Нравится? – тихий смех и ладонь на рёбрах, прижимающая Феликса к кровати. Кто-то коснулся пробки и начал её раскачивать – в такт движениям Ники. Ничего такого, но в совокупности с горячим горлом, давало плавящие ощущения – ему срочно нужен член, чтобы отвлечься. Потому что шарики изо рта убрали, и единственное, что оставалось Феликсу – это стонать. – Молчание – знак согласия, – новый голос где-то сбоку, и Феликс глубоко застонал – Ники заглотил его целиком и не двигался уже несколько секунд. – Лучший показатель удовольствия, – томный шёпот на ушко и рука, скользнувшая по груди, очертившая дорожки пресса и уткнувшаяся в голову Ники, заставили Феликса закусить губу. А когда эта же рука потянула Ники наверх, и тот потёрся носом о низ живота Феликса, стало совсем горячо. – …оргазм. Феликс глубоко выгнулся и задрожал – сперма брызнула ему на живот. Тот, кто шептал ему в ушко, собрал её и, с силой надавливая на кожу, довёл её до рта Феликса. И с тем же давлением накрыл ладонью рот Феликса, приказав: – Слизывай. Феликсу не дали ни секунды на то, чтобы прийти в себя – Ники снова принялся за его член, а пробочку заменили на шарики. И всё с таким количеством смазки, что Феликс этого почти не заметил – рука, мешающая ему дышать, пока он не выполнит приказ, была в приоритете его чувствительных рецепторов. – Умничка, – уже другой голос, – добавим анальной стимуляции? – шарики прошлись по простате, и Феликс вскрикнул, сильно выгнувшись. Сил на то, чтобы думать, не было – шарики скользили изнутри так, будто Феликс – хорошо смазанная машина, а язык Ники творил чудеса со стволом, заставляя кровь приливать к головке. – Как будто и не кончал, – кто-то прикусил его сосок, и Феликс снова выгнулся, вскрикнув. Хотелось член. Или чем-то занять рот. А то ему ещё петь. Не завтра. Но когда-нибудь! Феликс высунул язык и попытался восстановить дыхание, но был понят правильно – ему в рот положили вибратор. Небольшой, даже до горла не доходил. И явно интересной формы – с присосками. Феликс потянул глубже, заинтересовавшись, и не заметил, как кто-то ввёл в уретру что-то шарообразное. Странные ощущения. Немного щипало. Но стимуляция изнутри – это какой-то новый уровень, а когда его члена коснулись два языка: Феликс не выдержал. Шарикообразное нечто вылетело из него с мощным фонтаном. – Эй, куда так быстро, – звонкий голос расстроился, а Феликсу стало стыдно. И жарко. Мысли, яркими цветами прорывающиеся сквозь удовольствие, никак не могли привести его в чувства. Это потому, что Спонсор его не учил не кончать! Феликс ни при чём. – М-м… – он хотел извиниться, но соединить звуки в слова не получалось. И тело заметно трясло: Феликс к такому не привык. Кто-то снова коснулся члена Феликса, он вскрикнул и попытался отползти, но ему не дали, резко подтянув к себе за ноги. Цепи громко звякнули, заставив Феликса вздрогнуть и откинуть голову назад – наверняка классный кадр получился. Яркий свет лампы на мгновение ослепил даже сквозь полоску ткани, и Феликс потерялся. А затем услышал издевающееся: – Всего две? Феликс сжал ладони в кулак, пытаясь понять о чём идёт речь. Две. Неправильный какой-то род. Оргазм – «он мой». А тут… А…точно… Награда… Феликс покачал головой. Он молодой, сильный и ничего страшного, что тело трясётся – бывало и хуже. Намного хуже. От оргазмов ещё никто не умирал! – Ну так что? – его член снова взяли в рот, а шарики, которые никто не вынул, скользнули по простате – сладко-острые ощущения, разнёсшиеся лёгкой дрожью по телу. – П-продолжаем, – Феликс промычал, пытаясь не сорваться на крики и стоны – тело искрило так, что трудно было дышать. – Как скажешь, – игрушку медленно, то вставляя, то вынимая шарик, вытащили. И вместо них начали постепенно, медленно, присоска за присоской, вводить вибратор интересной формы. Феликс глубоко задышал и широко открыл рот – всё ещё хотелось член. Но вместо этого почувствовал, как его гладят – легонько так, невесомо. В противовес языкам на члене – те сдавливали плоть, обсасывали и, кажется, ставили засосы. Ничем другим это ощущение Феликс объяснить не мог – его член как-будто вглатывали. Мысль о том, что делать минет вот так он не умеет, скользнула острой гранью где-то между бровей и растворилась – присоска достигла простаты. И мысли выбило – раньше Феликс такого не чувствовал. Странные ощущения. Глубокие, медленные и растекающиеся. Удовольствие растекалось быстрой магмой по всей спине и затихало где-то в районе грудных позвонков. Горячо. – Хочешь оверстимуляцию? – кажется, вопрос предназначался не ему. Феликс, на всякий случай открыл рот пошире и простонал – мысли потерялись в ярком удовольствии. Тело превратилось в сладкую вату, а сам он, казалось, балансировал на палочке. Шаг влево – и тело стреляет диким огнём, отзываясь на каждое прикосновение так, будто Феликс весь состоит из нервов; шаг вправо – и Феликс плавится в ощущении чужого языка и мелко-вибрирующей игрушки, стимулирующей его простату. Хотелось стонать и выгибаться – и Феликс не мог себе это запретить – тело его не слушалось. – М-м, какой сладкий, – чья-то рука легла на живот Феликса. – И чувственный, – вслед за фразой последовал громкий поцелуй, и член Феликса снова обхватили губами. Тело вздрогнуло – взорвавшийся вулкан, магма которого сжигала всё на своём пути страстным омутом, грозил взорваться вновь. Феликс громко застонал – слова закончились. Мысли тоже. Феликс чувствовал, что член не может затвердеть и слышал, что это расстраивало присутствующих, но ничего не мог с собой поделать – тело будто бы перестало принадлежать ему. Магма всё никак не могла затвердеть, а Феликс – осознать, что происходит. – А-ах, – сдерживаться уже не было сил. – Смотрите, третий раз, а у него даже не встал, – звонкий рассмеялся, шлёпнув Феликса по внутренней стороне бедра. – Халтурно вышло, – кажется, ему погрозили пальчиком. А потом тёплый рот Ники сменился на смазку, заставив Феликса напрячь пресс и сжаться – слишком горячо. – Тш-ш, спокойно, – рука коснулась его груди и уложила обратно, а Феликс почувствовал как ему на член что-то надели. Что-то щёлкнуло, и его начали вытягивать, а вся магма повернула в низ живота. Стало горячо. И почти что больно – член будто распирали. – Новые ощущения, да? – Ники шепнул ему на ушко и Феликсу захотелось сказать, что его рот лучше, но ему не дали – сосков коснулось что-то холодное, и Феликс вскрикнул, дёрнувшись, то ли к кубику льда, то ли от. – М-м, – это было Спонсорское «м-м». Феликс поясницей ощутил, о чём тот думает. Как было бы хорошо перевернуть его маленького айдола и провести этим кубиком по линии позвоночника. Потом обмануть, капнув воском на ягодицы, рёбра, талию. Огладить, тшикнуть и оттянуть за волосы, слегка сжав их. И когда Феликс забудет о холоде – вставить льдинку внутрь, засунув пальцы в рот. Феликс не посмеет укусить и только замычит, попытавшись уйти от прикосновения, за что наверняка получит шлепок, а после – горячий член внутрь. И это будет божественно. Феликс кончил от этой фантазии как только кубик льда коснулся головки члена. И, пока эти садисты не пошли в пятый раз, хлопнул ладонью по изголовью кровати и поспешно выдохнул: – Эфферент, – фух. Успел. Феликс выдохнул и расслабился – команда начала сворачиваться, а Спонсор принялся его отстёгивать. Он взъерошил ему волосы и недовольно буркнул: – Это было три. – Четыре-е, – Феликс заныл. – Три с половиной, – весёлый вздох. – Ладно, – Феликс стянул повязку так, чтобы она закрывала один его глаз и посмотрел на Спонсора, – половинку награды стэй нам, как-нибудь, выиграют. – Ути какие мы, – Спонсор оттянул ему щёку и улыбнулся. – Халтурщики. – М-м, – Феликс перевернулся на живот и посмотрел на Спонсора снизу-вверх, сложив ладони в молитвенном жесте. – Я буду стараться больше. – Конечно будешь, – в глазах Спонсора блеснул огонь, – ведь это, – он наклонился и прошептал Феликсу в губы, – только начало.