На глубину с тобой

Когда я пришёл, ты уже уплыла,

Я забыл, что ты – пароход.

«Агата Кристи» – «ХалиГалиКришна»

Тася неспешно лавировала среди потока машин, возвращаясь на работу после встречи с подругой. Девушка никак не могла предположить, что Настя проходит через такие страдания. Журналистка была столь рада за приятельницу, так ратовала за выдуманные отношения, что вся ревность, которую чувствовала Тася, если не испарилась, то, по крайней мере, не пылала столь ярко. Хотелось чем-нибудь отплатить подруге за подобную учтивость. Настя рассказала ей, что сегодня пойдёт в гости к Ирине Владимировне. Может быть, с этим удастся что-то сделать. Девушка, управляя автомобилем одной рукой, другой доставала телефон. План в голове созрел быстро, и Тася надеялась, что задумка и на практике сработает. В душе царила радость от появившегося повода позвонить Вадиму. Набирая знакомый номер, молодая женщина не могла сдержать улыбки. - Привет, — произнесла она, ещё испытывая некоторую робость перед музыкантом. - Привет, Тася, — отозвался мужской голос на другом конце провода. – Что-то случилось? - Да, но только я не должна тебе говорить об этом, – рассмеялась девушка. - Ты меня заинтриговала, — признался музыкант. - В общем, вчера, когда я и Глеб ехали к Насте, мне твой брат сказал кое-что… Он проговорился, что ему хотелось бы проводить с тобой больше времени на нейтральной территории. Глеб просил не говорить тебе, но я подумала, что ты имеешь право знать. И, конечно, воспользуешься этой информацией во благо. - Правда? Надо будет выбраться с ним куда-нибудь. Спасибо! – поблагодарил мужчина. - Почему бы не сегодня? – предложила девушка. - Хотя бы в бар… - Не будет ли это подозрительно? – засомневался Самойлов. - Сразу же после того, как он поделился мыслями с тобой! - О нет, не думаю! Ты ведь и сам можешь сказать, что хотел этого! – успокоила мужчину Тася, не забывая: никакого разговора между ней и Глебом, конечно же, не было. - В принципе, — размышлял Вадик вслух, — у меня сегодня как раз свободный вечер… - Ну вот! – воскликнула молодая женщина. - Мне кажется, что лучше времени для дружеской вылазки не найти. - Да, ты права! – наконец согласился мужчина. – Я прямо сейчас ему позвоню, не стану оттягивать. Спасибо ещё раз! - Не за что, — рассмеялась Тася. - Желаю хорошо провести время! Настроение после разговора у девушки повысилось. Она поболтала с Вадимом, помогла ему с затруднением и, может быть, вызвала к себе чувство симпатии и доверия. Сегодня Настя Глеба не встретит. А дальше будет видно… Тася дала себе обещание и пока не находила причин его нарушать. Её собеседник тоже решил не откладывать исполнение своего намерения. Глеб ответил на звонок практически сразу. - Привет, Глебсон! Не занят? - Привет. Не особо… Что-то случилось? – в голосе сквозили знакомые старшему брату нотки меланхолии, они могли в дальнейшем вылиться в хорошую песню или в хороший запой. - Нет, я просто подумал, может нам с тобой выбраться куда-нибудь вместе. Посидим, поговорим… - Замечательная идея, — отозвался младший Самойлов. - А когда? - Сегодня… я сейчас закончу пару дел и свободен. - Сегодня? – в голосе музыканта как будто что-то упало. - Ну да, зачем оттягивать? У тебя есть планы на вечер? – спросил участливо Вадик. - Нет-нет, — слишком поспешно отозвался Глеб. - Я абсолютно свободен, думаю, мы хорошо проведём время. - Отлично! Тогда предлагаю пойти в один классный бар. Тебе он понравится! Поедем туда на такси, чтобы можно было развлечься как следует. - Забили тогда, — подвёл итог младший брат и повесил трубку. Та, ради которой проводилась такая масштабная операция, неспешно готовилась к концу рабочего дня. Статья о книжных новинках была почти готова. У журналистки есть достаточно времени, чтобы придать ей лоск. Обед с подругой и рабочая атмосфера заставили Настю немного выбраться из любовной ямы. Но вечером девушку ждало испытание, к которому не мешало бы морально подготовиться. Настя много думала об этом, и ей казалось, что она нашла выход из положения: нужно просто вести себя максимально отстранённо. Как и следует в этой ситуации. Глеб – её знакомый, на другие отношения оба могут не рассчитывать. Необходимо вести себя так, как будто влюблённости нет, и она встретилась с мужчиной, который не вызывает у неё сильных чувств. Настолько просто, что даже гениально! Вооружившись убеждением, что всё пройдёт успешно, если она не свернёт с выбранной дорожки, Настя направилась к Ирине Владимировне. Молодая женщина подъехала к дому и глубоко вздохнула. Журналистка дала слово: обещание нужно сдержать. Взяв в руки внушительную коробку с пирожными, девушка осторожно выбралась из машины. Гостья игнорировала сердце, которое начало стучать сильнее обычного, внезапно пересохшие губы и нервы, собравшиеся на кончиках пальцев. Сердце сладко заныло, когда Настя нажала кнопку звонка. Гостья не могла избавиться от мысли, что именно Самойлов-младший встретит её у входа. «Если Глеб откроет дверь, — подумала девушка, — то он – моя судьба». В предвкушении ответа на дурацкое гадание Настя считала секунды. Чутким слухом журналистка различала шаги и, задержав дыхание, ждала, когда дверь откроется. - Настя! Здравствуй! – воскликнула Ирина Владимировна. – Как я рада тебя видеть! Девушка подавила желание расхохотаться или расплакаться. Что было сильнее, понять никак нельзя. Все свои нерастраченные чувства она вложила в объятья. - Здравствуйте, я тоже очень-очень рада! Глаза были на мокром месте, пожилая женщина это сразу заметила. - Что случилось? - Ах, нет, ничего! – отмахнулась журналистка. – Я просто расчувствовалась. Даже подумать не могла, что так сильно соскучилась по вам. Настя не корила себя за ложь, общества Ирины Владимировны ей действительно не хватало. - Вы не злитесь, что я пришла так внезапно? - Конечно, нет! Глеб говорил, что ты можешь зайти в гости… Он сейчас с Вадимом уехал куда-то. Буквально час назад. Я рада, что ты нашла время для старушки. - Я категорически несогласна с вашим определением своей возрастной категории! – рассмеялась журналистка, потихоньку приходя в себя от нервного потрясения. – А что до ваших сыновей, то я смогу вас развлечь ничуть не хуже! Во всяком случае, я на это рассчитываю... - Вот артистка! — рассмеялась Ирина Владимировна. - Проходи скорее, раздевайся. Ты посмотри, опять полмагазина скупила, — проворчала женщина, — и не стыдно! - Ирина Владимировна! – воскликнула Настя. Хозяйка и гостья рассмеялись. Устроившись на кухне за чашкой ароматного чая, Ирина Владимировна и Настя вели разговоры обо всём, что могло прийти в голову. Обе наслаждались обществом друг друга. Журналистка вкладывала в беседу все свои мысли и чувства, чтобы не оставалось места для грусти. Ей был дан знак, и она должна благодарить судьбу, что не позволила себе пустых надежд. После чаепития хозяйка повела Настю в гостиную для продолжения разговора. Молодая женщина попыталась предложить свою помощь по хозяйству, но получила категорический отказ. - Ещё чего не хватало! – ругалась пожилая женщина. – И думать не смей! Ты и так на работе умоталась... Дурной хозяйкой я буду, если откажу тебе в отдыхе. В разговорах о книгах, музыке, театре и кино проходил один час за другим. За окном было уже темно, когда журналистка засобиралась домой. Ирина Владимировна нуждалась в покое. - Звоните мне по любому поводу. Что бы ни произошло, вы можете на меня рассчитывать! – убеждала Настя пожилую женщину. - Ты сама звони и приходи почаще. В этом доме тебе всегда рады! - Спасибо, Ирина Владимировна! Женщины прощались в коридоре, когда входная дверь резко распахнулась. В проёме стоял Глеб с таким видом, как будто за ним гнались демоны. Было понятно, что он торопился. Мужчина не мог оторвать взгляда от гостьи, которая стояла бледнее смерти. - Глеб, что произошло? Где Вадим? – изумилась Самойлова. - Ничего не случилось… А Вадька… – проговорил музыкант, пытаясь отдышаться, — Вадик на улице что-то копошится, сейчас поднимется. Я просто… просто торопился, думал, что ты дома одна… Ирина Владимировна объяснению, конечно, не поверила. - Что со мной могло произойти? Я ещё крепкая старушка, вот Настя меня проведать забежала… Неизвестно, что ещё сказал бы Самойлов-младший, если бы в дверях не появился Вадим: - Господи, Глеб, что с тобой? Домой сорвался, как потерпевший, и в баре как на иголках сидел! А, Настя… Здравствуй! Не знал, что ты у нас в гостях, — музыкант мило улыбнулся девушке. - Привет, Вадим, — опомнилась наконец журналистка. - Глеб Рудольфович, вам тоже добрый вечер! К сожалению, мне уже пора, но я была рада увидеться с вами. Не медля ни секунды, журналистка обнялась на прощание с Ириной Владимировной и поспешила к выходу. - Я провожу до машины, — вызвался Глеб. - Не стоит беспокойства, — улыбнулась девушка. - Боюсь, вынужден настаивать. У нашего подъезда страшный гололёд, не удержишься вовремя – и привет. Вадим и Ирина Владимировна переглянулись, но не сказали ни слова. Вадик был крайне удивлён, а вот пожилая женщина оказалась из более крепкого теста. Настя и Глеб вышли из квартиры. Младший Самойлов предусмотрительно закрыл входную дверь во избежание докучливых взоров. Журналистка не знала, что и думать. Удержать какую-то одну мысль в голове было крайне трудно. - Почему вы с Вадиком на «ты», а со мной на «вы»? – спросил музыкант, ведя девушку почему-то не к лифту, а к лестнице. - Если хотите меня упрекнуть в фамильярности, то вас ждёт разочарование. Ваш брат сам предложил это около месяца назад. - Какие упрёки? – притворно возмутился Самойлов. – Я просто хотел и сам совершить нечто подобное. Странно, когда к старшему брату обращаются менее официально, чем к младшему. Мужчина не был пьян, но и трезвым назвать его язык не поворачивался. Настя рассеянно думала о том, кто кого будет поддерживать у подъезда, там, где, по словам музыканта, был гололёд. - Вы пили с Вадькой на брудершафт? - Нет, — рассмеялась Настя, — обошлись без этого. - Понятно, — вздохнул Глеб. – А со мной бы выпили? - Сегодня – вряд ли. Я не эксперт, но, кажется, вам уже алкоголя хватит. Пара молча вышла из подъезда, и Настя увидела, что Глеб не соврал: несмотря на апрель, дорога перед входом напоминала каток. - О Господи! – сказала она. - Держитесь за меня, я буду вашим Дон Кихотом, — заявил Глеб, нарочито галантно предлагая руку. - Надеюсь, до борьбы с ветряной мельницей не дойдёт? – перспектива держаться на льду за подвыпившего, пусть и очень привлекательного мужчину, девушку не радовала, но выбора у неё особо не было. Настя и Глеб, взяв друг друга под руки, аккуратно двинулись в путь. Но когда до относительно твёрдой почвы оставался лишь шаг, нога девушки съехала в сторону, и журналистка, вскрикнув, полетела вниз, неосознанно потянув мужчину за собой. - «Мы упали и летим и летим»… - философски пропел музыкант, потирая ушибленную ногу. - Боже, простите, пожалуйста! Не знаю, как это вышло! – сокрушалась девушка, пытаясь подняться, разрываясь между смехом и стыдом. Серьёзной травмы, к счастью, ни у кого не было. - Опять на «вы»! – воскликнул мужчина в раздражении, кое-как встав и помогая подняться журналистке. - Ни в чём «вы» не виноваты. Я сам не удержался и «вас» за собой потянул! - Спасибо, — поблагодарила Настя улыбаясь, — а что до «вы», то вы, как я помню, предлагали брудершафт. Я просто выжидаю время! Глеб Самойлов задумался и через несколько секунд расплылся в улыбке: - У вас найдётся что попить? - Простите? – не поняла девушка. - Хотя бы вода! Обычная питьевая в бутылке… - Есть, — ответила молодая женщина, — но в машине. - Идём, — Глеб живо взял журналистку под локоть. - Ведите к «вашему» экипажу... Настя примерно понимала, к чему клонит спутник, но реализацию представляла плохо. Когда пара подошла к автомобилю, Глеб, не теряя времени, скомандовал: - Доставайте! Журналистка не без скептицизма исполнила приказ. - Держите, — пожала плечами девушка, передавая воду. - Мы выпьем по очереди из одной бутылки, — заявил мужчина. - Это будет наш брудершафт! - А как же переплетение рук? Мне кажется, ритуал не может считаться выполненным без такого взаимодействия, — заметила Настя. Глеб нисколько не смутился: - Хотите переплетение рук? Пожалуйста! Мужчина открутил крышечку и попытался налить в неё воды. Получилось это не сразу, часть жидкости оказалась на земле. Наполнив ёмкость, младший Самойлов передал бутылку хозяйке. Настя заливисто расхохоталась. - Чего смеётесь? Мы пить будем или нет? Успокоившись, но не сдерживая весёлую улыбку, Настя переплела свою руку с Глебовой и сделала глоток из бутылки. Мужчина то же самое повторил с импровизированной стопкой. - Ну вот! А теперь надо поцеловаться! Без этого тоже, знаете ли, ритуал считается невыполненным. - Не думаю, что есть такая уж необходимость… — начала девушка, но закончить не успела. Глеб уже прильнул к её щеке, выбрав место, подозрительно близкое к губам. Настя, пытаясь мысленно унять бешеное сердцебиение, сдержанно поцеловала щеку музыканта, и словно ошпаренная кошка, отпрыгнула на шаг назад. - Ну вот… — повторила она реплику мужчины, чуть придя в себя, — теперь можно и на «ты» перейти. Журналистка решила сделать вид, что сейчас не произошло ничего необычного. Самойлов-младший, очевидно, тоже надумал обратить всё в шутку. Хотя выглядел он не менее взволнованным, чем его спутница. - Да, отлично! Глеб, — представился музыкант, протягивая руку. - Настя, — девушка сдержанно ответила на рукопожатие. - Будем знакомы! - Будем знакомы, — отозвался эхом мужчина. - Иди, иначе замёрзнешь, — сказала Настя помолчав. Музыкант усмехнулся, посмотрев себе под ноги: - Вечно ты то убегаешь, то выгоняешь… - По-другому не получится, — ответила журналистка. - Мне так жаль, что я не застал тебя. Я хотел показать свои книги. Взамен твоих. Настя грустно улыбнулась: - Жаль… Я бы с удовольствием посмотрела. - Так приходи! Они будут ждать… я тоже буду. Девушка покачала головой: - Так нельзя… - Что за вздор! Возразить на это было особо нечего. Предосторожность выглядела глупо, ведь внешне между разговаривающими не происходило ничего предосудительного. - Пожалуйста, — настаивал Глеб, взяв её за руку. Настя поняла, что музыкант не отпустит, пока она не согласится. - Хорошо, я приду! – смирилась журналистка. - Послезавтра! - Почему не раньше? – не отставал Самойлов. - У меня дела, — заявила девушка. – Смогу только в среду вечером! - Обещаешь, что будешь? - Да. - Точно? - Да, я же сказала! – разозлилась Настя, вырвав руку из плена. – Я что, на обманщицу похожа? - Как знать! Ты же сказала на вечеринке, что останешься на песни, а сама убежала. - Формально я прослушала одну, а про количество у нас речь не шла, — заявила журналистка. - Ишь ты, сама себе адвокат! – съязвил мужчина. - Иди домой, — сказала Настя, проходя к водительскому месту и ставя точку в разговоре, который порядком стал девушку раздражать. - До свидания… — попрощался Глеб с милой улыбкой, как бы стирая ей всё, что было до неё неприятного. - До встречи, — отозвалась журналистка, мигом попавшись на эту удочку. Не улыбнуться в ответ было невозможно. Самойлов, добившись своего, ушёл. Настя сидела в машине и неотрывно смотрела на фигуру музыканта, повернув ключ зажигания лишь тогда, когда убедилась, что Глеб без приключений вошёл в подъезд.