tu sol meus es

Поезд Москва-С., 7 утра. Скоро окажусь дома впервые за полтора года. Волнительно, аж живот скрутило. Планов на ближайшие две недели куча, но самое главное и важное – визит в школу. С этим местом связано столько счастливых воспоминаний. Наверное, мне повезло – я часто слышала, как другие жаловались на противных преподавателей и жестоких сверстников – у меня же все 11 лет прошли прекрасно. С особым энтузиазмом я вспоминаю старшую школу, даже подготовка к экзаменам и сама их сдача у меня прошли гладко, так что я успела получить удовольствие от встреч с друзьями и школьных мероприятий. В 11 классе даже умудрилась получить роль Снегурочки в новогодней ёлке для старшеклассников. Помню, как переживала перед выходом на сцену от незнания, будет ли в зале она. А она была там, пусть не с самого начала, но она пришла, и я металась между стыдом за свою неумелую актёрскую игру и радостью от того, что она увидит меня на сцене. Уже видна станция. Я стою с сумками у двери, готовая выпрыгнуть из вагона, как только поезд остановится, и высматриваю на перроне родителей. Наконец проводница открывает дверь, и я с чемоданом наперевес бегу к семье. Уже в машине, проезжая по дорогому сердцу городу, представляю, как приду к ней в школу с цветами и обещанными сувенирами из Европы, обниму и буду расспрашивать о жизни и о школе за чашкой чая, как раньше. Вспоминаю, как мы оставались одни на дополнительных занятиях в полупустой школе, и её колено упиралось в моё бедро, когда она садилась рядом и показывала мне, на какую кнопку нужно нажать, как пересекались на улицах, и как мило она выглядела в простой футболке и спортивных штанах. Казалось бы, я выпустилась два года назад, эта глупая симпатия должна была пройти, но вот уже столько лет я не могу перестать думать о ней. Да, я точно скучала...

***

С букетом белых лилий в обнимку я поднималась на четвёртый этаж, сердце стучало так, будто я только что пробежала пару-тройку километров. Стены гимназии приняли меня тепло, по пути поболтала с завучем и биологичкой, только охранник, древний, как Стоунхендж, не хотел меня пускать. Звонок с урока застал меня у двери 402 кабинета – как раз вовремя. Как только дети вышли, я постучала и, не дождавшись ответа, вошла. Она сидела за своим столом и не сразу заметила меня, поэтому я начала разговор: - Александра Павловна, здравствуйте! - Боже мой, привет, - она подошла и обняла меня, - приехала наконец-то! - Ага, и не с пустыми руками, - улыбаясь во все 32, я вручила ей цветы и небольшой подарочный пакетик, - привезла Вам сувениры. Поблагодарив меня, Александра Павловна поставила цветы в вазу и предложила чай. Я подкатила к учительскому столу относительно ново выглядящий вращающийся стул и, усевшись, начала крутиться. Она окинула меня взглядом с высоко поднятой бровью и ухмыльнулась, мол «что, детство в одном месте заиграло?». - Ты прям вовремя – у меня сейчас окно. - Я знаю, - с улыбкой произношу я, и вновь эта дурацкая пауза. - Ну что, как у Вас тут дела? Что нового? – от волнения я не знала, как начать разговор. - Да ничего такого, школу потихоньку ремонтируют, дети такие же балбесы. - Дети они и в Африке дети, - усмехнувшись, заметила я, - а у Вас ведь сыну уже около года, да? Как Вам материнство? - Ой, и не спрашивай. Мы с отцом Мишки разошлись. Я с сыном вижусь раз в две недели, а всё равно дел и проблем невпроворот, - Александра Павловна опустила взгляд и, после небольшой паузы добавила, - извини, не хотела тебя грузить. Накопилось просто. - Понимаю. Мне жаль, что так получилось. - Расскажи лучше, как у тебя дела? Как ты в этой своей Европе устроилась? Как учёба? - Да всё у меня хорошо, живу неплохо, недавно переехала в новую комнату в общаге, буду теперь одна жить! - Как мало для счастья надо, - говорит с лёгкой улыбкой. Кажется, она не так уж и расстроена. Она смеётся и говорит, что я счастливица, раз могу так легко путешествовать, когда захочу. А я соглашаюсь. Соглашаюсь со всем, что она говорит. Я рассказываю о своих поездках в Прагу, Будапешт и Венецию. О том, как классно учиться в Европе и как я люблю лингвистику. Рассказываю, как сильно мечтаю о роуд-трипе по Великобритании. А она вскользь бросает, что хотела бы попутешествовать со мной. И у меня снова стучит сердце. Общаться с Александрой Павловной удивительно легко. С той же легкостью она говорит о своём детстве. О том, как не любит английский и как любит турецкий. Я, разумеется, настаиваю на необходимости знания английского («ну, извините, я изучаю англицистику»), а она закатывает глаза, и мне становится так смешно, что я беззаботно касаюсь её руки в приступе смеха. - Знаешь, ты должна прийти снова и рассказать моему классу о своей учёбе, о поступлении. У меня как раз 10А, им будет интересно, - говорит, параллельно проводя пальцами по моей ладони, и я, естественно, соглашаюсь. Звенит звонок, дети заползают в класс, и я собираюсь уходить. Александра Павловна провожает меня в коридор и обнимает на прощание. Берёт с меня обещание прийти снова. А я и подумать не могу о том, чтобы не прийти.

***

7 утра. Давно я не просыпалась в такую рань. Всё ради неё. Завтракаю, принимаю душ. Под музыку натягиваю брюки и любимую жилетку, крашусь и делаю укладку, разумеется, пританцовывая. В 9:20 надо быть в школе. У меня еще полчаса. Александра Павловна попросила прийти на перемене, чтобы она могла отпросить своих детей из второй группы по информатике, а я успела познакомиться с её классом. Нервы, конечно, шалят, особенно после двух чашек кофе. Страшно упасть в грязь лицом. Чёрт со школьниками, главное перед ней не опозориться. И вот я вновь в 402 кабинете. Александра Павловна представила меня детям, сказала, что я «её любимая выпускница» и так тепло улыбнулась, что захотелось её обнять. Как только она упомянула, что я учусь в Европе, старшеклассники зашушукались. Приняв это за интерес, я начала с энтузиазмом рассказывать, как поступала в университет и собирала документы. После окончания моего рассказа вопросы посыпались безостановочно. Вот, что называют «лесом рук». Я даже немного горжусь, что смогла заинтересовать ребят и грамотно подать информацию. В основном спрашивали про учёбу, про университет, да и в целом про жизнь в Европе, однако был один шибко наглый парнишка, который посчитал себя достаточно крутым и взрослым, чтобы подкатить. - А парень у тебя есть? – даже обратился на «ты», маленький засранец. За спиной я услышала, как Александра Павловна хихикает, и кинула на неё свой самый грозный взгляд. К счастью, мне удалось выйти из этой ситуации достойно. К тому же одноклассники у этого парнишки оказались порядочные – сразу упрекнули его и извинились. Через пару минут наконец прозвенел звонок с урока, и дети ушли. - Что, не понравился тебе Лёшка? – ухмыляясь спросила Александра Павловна. - Мне, знаете ли, в целом не очень нравятся несовершеннолетние мальчишки. - Это не может не радовать, - звучит неоднозначно, - ты молодец, явно заинтересовала ребят. Спасибо, что согласилась на эту авантюру. - Да ладно уж, мне и самой приятно было поделиться с ребятами своим опытом, - да уж, умеет Александра Павловна засмущать. - Слушай, у меня больше нет уроков, может пойдём ко мне, поболтаем за чашечкой чая? Или чего покрепче? Недолго думая, я соглашаюсь, хватаю вещи и иду за Александрой Павловной. Когда она оставляет ключи на вахте, охранник странновато косится на нас. Хотя какая разница? Идём мы всего пару минут, к счастью, живёт она совсем рядом. По дороге болтаем ни о чём. - Прошу, - Александра Павловна открывает дверь в квартиру и благородно пропускает меня. Мы проходим на кухню, она делает нам коктейли, а меня просит нарезать сыр и высыпать в тарелку какие-то крекеры. Совместными усилиями мы справляемся с этой задачей и переходим в гостиную. Я сажусь на диван, не думая, подтягиваю ноги под себя и вижу, что Александра Павловна ухмыляется моим действиям. Мы чокаемся и пьём. Виски слегка жжёт горло. Очевидно, Александра Павловна постаралась с коктейлем на славу. - Что, споить меня решили? – подтруниваю. - Ага. Я решила развратить тебя, пока ты будешь пьяная, - так же шутливо отвечает Александра Павловна. Общаемся мы, как старые друзья. Будто мы никогда и не были учительницей и ученицей. Это одновременно и странно, и совершенно естественно. Пару коктейлей спустя алкоголь немного ударяет в голову, и наши разговоры становятся откровеннее. - Значит, несовершеннолетние мальчики тебе не нравятся. А кто нравится? – ехидно спрашивает Александра Павловна и смотрит пристально. Даже удивительно, как с такими пропорциями в виски-коле её взгляд остался ясным. - Мм, девушки постарше нравятся, - заявляю совершенно ничего не стесняясь. - Правда? А насколько постарше? - Это неважно, чем старше, тем лучше… - 16 лет разницы тебя устроят? Шокированная, я не успеваю ответить, когда её губы касаются моих. Она целует меня неспеша, расслабленно, будто просто пробуя на вкус. - Более чем устроят, - шепчу ей в губы и вновь целую, в этот раз требовательнее. Я кусаю её губы и сразу же зализываю ранки. Почувствовав мой язык, Саша приоткрыла губы, и я углубила поцелуй. Она застонала от соприкосновения наших языков. Я стала покрывать поцелуями её щёки, виски, шею, декольте. Руки сами потянулись к пуговицам её рубашки, а затем и брюк. Оставшись в одном лишь чёрном кружеве, Саша предложила переместиться в спальню, так что я подхватила её на руки, и понесла в кровать. - Боже мой, никто меня раньше не носил на руках. - И все, кто упустил такую возможность, - идиоты. Уложив её на кровать, я стянула с неё бельё и села между её ног. Боже, как давно я мечтала оказаться здесь! Она смотрела на меня с таким желанием, что я не могла не опуститься к её груди. Поставив колено к её промежности, я прикоснулась языком к правому соску. Она начала тереться о моё колено и стонать. Божественные звуки. Я решила не мучать её долго и начала поцелуями опускаться ниже. Истерзала её смуглые живот и ноги и наконец провела языком по влагалищу. Её спина неестественно прогнулась, а пальцы вцепились в мои волосы. Я кружила языком по её клитору, то и дело меняя направление и силу нажатия. Поняв, что она близка, я вошла в неё двумя пальцами. Она была настолько мокрой, что это не составило труда. Я двигалась резко и сгибала пальцы внутри неё, продолжая при этом стимулировать её клитор. Она вскрикнула и обхватила стенками мои пальцы. Лишь немного сбавив скорость, я продолжила свои манипуляции, чтобы продлить её оргазм. Наконец она расслабилась, и я легла рядом. - Саш, ты прекрасна, ты знаешь? Ответа не последовало. Только поцелуй в плечо.

***

Лежа голыми в постели, мы говорили. - Что будем делать дальше? – спросила Саша. - Я не знаю, - правда не знаю, не представляю, как буду без неё. - Мы можем попробовать поддерживать отношения на расстоянии. Я сделаю шенген, если получится, и буду приезжать к тебе, - я поцеловала её. Очень приятно слышать такие вещи. - Долго мы так не протянем. В Россию на постоянку я возвращаться не намерена… - Тогда я перееду к тебе. - Это огромный шаг, дорогая, ты не обязана это делать. - Я хочу. Боже, никогда бы не подумала, что кто-то будет готов ради меня бросить всё и переехать. За эти две недели Саша стала солнцем, освещающим мой путь. Не зря я ждала столько лет. Оторвавшись от мыслей, я запустила руку в её прекрасные чёрные волосы и поцеловала её. - Мне пора. Скоро поезд. Она смотрела, как я одевалась, накинула огромную футболку, в которой она выглядела совсем уж хрупкой, и проводила в коридор. Так и хотелось притянуть её за талию и целовать, целовать, целовать безостановочно. Но я просто поцеловала её в щёку и ушла.