Моя особая любовь.

***

- суки... - выругался один из парней, пиная скомканный листок бумаги, валяющийся под ногами. Астерия тяжело вздохнул и покачал головой, мастерски подделывая сожаление. - и долго за вами следить будут? - хуй знает. - щёлкнул языком самый мелкий, рыча себе под нос. - сказали, что пока за каждым из нас не проследят по отдельности, то не отстанут. - как минимум неделю это займёт. - сиплым голосом добавил третий парень из компании, облокотившись на шкафчики. - а если что-то заподозрят в ком-то из нас, то будут ещё дополнительно проверять и следить. - дерьмово. - ответил Аст, складывая руки на груди и отводя взгляд в сторону. - не тебе пиздеть. - резко огрызнулся мелкий, хмуря рыжие брови. - ты в этот блэк лист не попал. хотя ты должен быть там же вместе с нами, знаешь. Астерия посмотрел вниз на бесячего парня и стиснул зубы, стараясь держать эмоции под контролем: - я за вас переживаю, в конце концов. мы же друзья. - уверенно врал Аст, не выдавая признаков лжи и равнодушия. хотя, капля холодного пота уже стекала по его затылку. - тем более, мы компания. вам плохо - мне плохо. у вас проблемы - у меня проблемы. остальные парни не подозревали Аста ни в чём, поэтому они смотрели на рыжего как на идиота. тот лишь недовольно фыркнул, видимо, завидуя, что за Астером не будут следить как за ними: - как скажешь.

***

всё время когда Аста не было, Кетс полностью погружался в свои мысли. в одиночестве его мыслям мешал только еле слышимый зимний ветер с улицы и игры детей в снежки. Кетсу очень хотелось бы быть на их месте, даже несмотря на то, что он уже не ребенок. он был бы рад любому занятию на свободе. Кетсу очень хотелось плакать, но он старался держаться чтобы не погрузиться в депрессию, которая, как думал Кетсеки, скорее всего усугубила бы его ситуацию втрое. Кетс вспоминал о разных моментах своей жизни, о том самом дне, когда Астерия выебал его в туалете, о том, как он украл его и посадил в этот гараж. он вспомнил свою «карьеру» на онлифансе, о которой он последние восемь дней жалел, но эти воспоминания не вызывали у Кетса ни капли эмоций, лишь только непонятно растущие страх и тревога, которым он не мог найти объяснение, но тут... воспоминание о детстве...

***

12 июля 2013. Кетс сидел, ещё будучи маленьким, рисовал за кухонным столом. на рисунке были криво нарисованные человечки с корявыми подписями: «мама», «папа», «я». картина была веселая: семья из трёх человек стоит на улице, мама с цветочком в руке, во второй руке держа руку сына, вторая рука сыночка была в руке отца. все улыбались, и всё было хорошо. но в реальной жизни всё было совершено не так. да, может когда Кетсу было 4-6 лет так и было, однако... вскоре это изменилось полностью. родители Кетса очень много выпивали, занимались рукоприкладством к друг другу и к их ещё маленькому сыну, которому доставалось больше всех. Кетсеки терпел всё это, надеясь, что вскоре всё наладится, когда родители наконец смогут найти компромиссы и прекратят ссориться. но, к сожалению, итог вышел совсем без компромиссов. после очередной ссоры вся семья отправилась в загс, чтобы заменить свидетельство о заключении брака на свидетельство о расторжении брака. Кетс на тот момент ещё не понимал, что происходит. он просто стоял рядом, смотря то на своих родителей, то на молодую девушку, подписывающую документ. домой вернулись вдвоём. без отца. Кетс наивно полагал, что он просто ушёл в магазин и совсем скоро вернётся. скажет, что купил продукты, фрукты, которые черноволосый мальчик так любил, и после которых ему бы разрешили съесть киндер, с коллекционной игрушкой внутри. и всё станет как раньше. но отец не появлялся один час. два. пять. Кетсеки даже сел у окна в своей комнате, с надеждой смотря на каждого мимо проходящего человека, надеясь узнать в нём своего отца. но всё в пустую. в итоге Кетс смирился лишь через неделю, когда он наконец понял, что больше никогда не увидит родного человека, который был с ним все восемь лет. три года из которых он почти каждый день выплёскивал свою злость на сыне в пьяном угаре. но черноволосый не обижался. совсем нет. хоть он и не понимал, за что к нему так относились, но он знал, что отцу трудно держать в себе свою агрессию, поэтому он послушно принимал все удары руки, а иногда даже и стеклянных бутылок. теперь ему придётся терпеть ненависть матери ко всему, что её окружает. Кетс продолжал сидеть за столом, пока в комнату не вошла мать, явно уже слишком пьяная, чтобы даже зайти ровно, не стукнувшись боком в дверной проём. она посмотрела расфокусированным взглядом на сына, а потом на его рисунок. женщина усмехнулась и, взяв рисунок со стола, она сначала посмотрела на него, а потом на сына, смотрящего на неё невинными детскими глазами, ожидая хотя-бы похвалы. но, вместо простого слова "молодец", она стиснула зубы и порвала рисунок на части, сминая куски бумаги. Кетсеки удивлённо хныкнул, смотря на свой скомканный и испорченный рисунок в руках матери разочарованным взглядом. ему было очень обидно. у Кетса в глазах появились слёзы от досады и он произнёс тихо с интонацией детской грусти в голосе: — з-за что, мам...? но резкая боль в районе щеки заставила его заткнуться и проскулить. мать ударила его с такой силой, что Кетс отшатнулся и чуть не упал со стула, а на его щеке остался отчётливо видный след ладони. — сука, чтоб никогда больше подобной хуйнёй в жизни не занимался, ублюдок неблагодарный! - раздался грубый голос женщины, которая свободной рукой схватила воротник жёлтой футболки и начала агрессивно трясти маленького Кетса. - твой папаша, сукин он сын, съебался, оставив тебя на моей шее! нихера ни помогает, ни платит алименты, ни-че-го! а ты его, блять, любишь?! да он на тебя плевать хотел! даже если бы ты сдох уже, ему было бы насрать на тебя! я для тебя всё делаю! трачу на тебя свои нервы, блять! а ты, неблагодарная скотина, не ценишь этого?! пошёл вон отсюда, если не умеешь любить того, кому единственному не похер на твою жалкую жизнь! Кетс расплакался ещё сильнее и, как только мать отпустила его воротник, весь в слезах побежал в ванную комнату, закрываясь изнутри там. картинки воспоминаний Кетса быстро растворились, когда он услышал скрип двери и знакомые тяжёлые шаги. на глазах Кетсеки чуть виднелись слёзы после своих воспоминаний, но после того как он посмотрел на садиста, он быстро их вытер и вернул своё обычное выражение лица. выражение, которое не показывало ни одной эмоции. — доброе утро, Кексик. - звонко и с ноткой сарказма произнёс садист. - я принёс тебе еды. я вижу, ты очень хочешь кушать... - мурчал Астерия, ставя на пол ужасную субстанцию, похожую на кашу с комочками, но не понятно из чего сделаную. увидев содержание миски, у Кетса было впечатление, что туда кто-то наблевал, и сам от этого вида «еды» чуть не вырвал как раз в эту же миску. рядом с «едой» Аст поставил миску с водой, в этот раз немного мутной. — фу, блять, что это за хуйн-... - недовольство было резко прервано грубым и мощным подзатыльником, после которого Кетс даже наклонил голову ближе к мискам. — замолчал, чмо ебанное, и молча жри то, что дают. - Астер повысил голос и говорил абсолютно без жалости, с сильно заметной злостью в голосе. Кетсеки неохотно начал медленно полизывать содержимое миски. на вкус оно было также отвратительно, как и на вид. это был вкус испорченной манной каши, которую залили ржавой водой и добавили много других, не подходящих ей продуктов. но выбора не было. как всегда. чтобы не вырвать от этого ужасного "блюда", Кетс периодически переключался на воду, запивая неприятный вкус каши. однако, через пять минут у Кетса сильно закружилась голова, и он почувствовал странный жар в нижней части живота. он отвлёкся от еды и поднял голову вверх, сфокусировав свой взгляд на полу, между обувью Астерии, чтобы понять, что происходит. он почувствовал, как его дыхание тяжелеет, а руки так и дёргаются в непонятном желании протянуть их ниже. тепло нарастало с каждой секундой, пульс учащался всё сильнее, а кровь медленно покидала головной отдел, медленно, но уверенно перетекая в пах. Кетсеки перевёл взгляд вниз, смотря на самого себя. — почему... - он произнёс на выдохе, не в силах контролировать свою речь. его правая рука медленно отпустила пол, ложась на бедро, а затем и поднимаясь выше. - Астерия...? а Аст в это время молча стоял и наблюдал за шоу, будто Кетс был его личной весёлой обезьянкой в зоопарке, за которой наблюдать одно удовольствие. на его лице будто намертво приклеилась садистская улыбка, пока он с извращённым наслаждением наблюдал за изменением состояния Кетса. он не делал ничего. не в этот раз. он знал, что Кетсеки сам попросит сделать то, что хочет именно красноволосый. и вот, когда большая часть крови перешла в пах, Кетс больше не мог мыслить здраво. он почти задыхался от мощного возбуждения, которое усиливалось по мере его бездействия. он даже не заметил, как начал трогать самого себя через выпирающую ткань джинс. да ещё и той рукой, которая болела из-за пули... — оу, я должен был послушать фармацевта, когда она сказала мне, что лучше не стоит принимать больше одной ложки этого афродизиака. - хрипло посмеялся Астерия, чувствуя, как его собственное возбуждение растёт всё больше и больше от сцены перед ним. - но знаешь, я подумал, что одна ложка это слишком мало... поэтому добавил тебе в воду пол упаковки. ну, кто же знал, что он будет настолько мощным, да? — Аст... п-пожалуйста, трахни меня... до потери сознания... я буду послушным, обещаю... - у Кетса расширились зрачки от огромного количества афродиза и он встал на колени перед красноволосым. он полностью потерял контроль над самим собой. он не мог осознать, что он делает. черноволосый схватился свободной рукой за футболку Аста, дёргая на себя и пытаясь притянуть его ближе к себе. Астер же усмехнулся, схватил Кетса за плечи, развернул его к себе спиной и прижал его к стене. — тише, сука. - он был рад. это именно та реакция, которую он ждал. - не трогай себя. - он зарычал черноволосому в ухо, выворачивая ему запястье той руки, которой он пытался мастурбировать себе. пока Кетс отчаянно скулил, прижимаясь грудью к стене и пытаясь прижаться тазом к стене, чтобы получить хоть какое-то трение, Астерия в этот момент подошёл к столу с разными игрушками и инструментами. порывшись там в течение нескольких секунд, он взял вибратор и вернулся к Кетсу. — знаешь, сначала я действительно хотел трахнуть тебя. - начал медленно снимать с Кетсеки джинсы, пока тот постанывал от каждого прикосновения. а от чувства, что ему снимают джинсы и нижнее бельё, он возбуждался еще больше. - но потом я осознал, что это было бы слишком скучно. я ведь люблю экспериментировать, помнишь? а секс у нас уже был. да и не один раз. заебало уже. вместо впервые желанного члена мучителя, Кетс почувствовал, как в его дырочку вошёл уже включённый на максимум вибратор. Кетс сразу же начал громко стонать от наслаждения, чувствуя как его возбуждение наконец удовлетворяется. он облокотился руками на стену и выгнул спину, толкаясь навстречу вибратору, желая получить больше стимуляции. Астерия лишь усмехался и толкал вибратор глубже в горячую и узкую дырочку Кетса, который стонал громче от самого настоящего наслаждения. — мхх...! блять, мой член сейчас взорвётся... - громко простонал черноволосый. его колени уже тряслись, глаза закатывались в блаженстве. Аст продолжал доставлять ему удовольствие, но затем закрыл ему рот свободной рукой, чтобы Кетсеки почувствовал себя ещё более жалко. как бы это не нравилось Кетсу, он терпел. всё таки, из-за влияния наркота, подсыпанного в воду, Кетс чувствовал себя на седьмом небе от счастья. от настолько головокружительного удовольствия он даже не мог чувствовать боль ни в плече, ни в бёдрах. (возможно из-за этого же афродиза). Астерия даже начал лапать Кетса, мучая его больше. он знал, что тот был слишком чувствительный в этот момент даже к обычным прикосновениям, поэтому Астер грубо мял и одновременно гладил всё его тело. Кетс был на грани, но угрожающий шёпот в ухо: "не смей", заставлял его держаться изо всех сил, хотя это было почти невозможно в его случае. Аст ускорил свой темп руки с вибратором, грубо двигая его вперёд и назад. затем, когда Астерия ввёл его глубже, он слегка наклонил его, прижимая край вибратора прямо к простате жертвы. Кетс не мог просто проигнорировать это. с громким звонким стоном он кончил так сильно, что ему показалось, что вот-вот он упадёт в обморок. он был уверен, что это самый мощный оргазм, который он когда-либо получал. часть стены, на которую опирался Кетс, была покрыта белой, горячей и свежей спермой черноволосого, крупными каплями стекающей вниз. когда Астер понял, что Кетсеки кончил, он грубо достал из него вибратор и выключил его. он отпустил Кетса и выпрямился, смотря вниз на сгорбившегося парня тёмным от похоти и грязного удовольствия. Кетс громко дышал через рот, будто он только что пробежал марафон. он смотрел на грязную стену широко раскрытыми глазами, в которых накопились слёзы. из его горла срывались тихие, жалкие стоны, которые были похожи больше на скулёж. меньше чем за минуту в гараже настала мёртвая тишина. Астерия усмехнулся, крутя в руке липкий вибратор, при этом пристально наблюдая за Кетсом. его взгляд метнулся на часть стены, которая была в конче. — чтобы когда я пришёл сюда завтра, стена была вылизана. понял, чмо? - Аст грубо толкнул Кетса в спину и тот тяжело упал на пол, даже не сопротивляясь. он не мог ничего ответить. действие афродизиака всё ещё не исчезло. даже после того, как он кончил.