В объятиях судьбы

Устроившись в весьма уютном номере в отдельном домике, Яков принял душ. Стоя под струями воды с закрытыми глазами, он по-прежнему видел взгляд голубых глаз. «Этого не может быть. Я ошибаюсь. Это не она», — мысли бились в его голове. Но сознание возвращало его в реальность. Это была она, девушка из сна. Яков родился в семье потомственных военных врачей. Все его предки, начиная с прапрадеда, были военными медиками и служили ещё при царе-батюшке. Его отец, Платон Михайлович, ушёл в отставку в звании генерал-майора медицинской службы. Женился Платон поздно, но по большой любви. Софья Петровна была чудесным диагностом и даже в отсутствие должного оборудования всегда ставила верный диагноз всем, но не себе. Через восемь лет совместной жизни у них родился долгожданный сын Яков. Платон всю беременность жены буквально носил её на руках. Но уберечь так и не смог. Родив долгожданного сына, Софья скончалась на следующий день, успев покормить новорождённого. Платон был убит горем. Всё, что у него осталось от любимой, — это сын и воспоминания. Он любил мальчика мужской любовью, на которую был способен. У Якова было всё, кроме матери, и заменить её никто не мог. Лет с десяти у мальчика появилась тайна, особенно от отца. Он стал видеть образ матери. Сначала как золотистое сияние, окутывавшее его. Затем в образе появлялись знакомые черты. Она была такой же, как на фотографии на столе в кабинете отца. Случалось это редко, в минуты сильного волнения. Её образ и голос успокаивал его. Ему казалось, что он чувствует, как мама гладит его по голове и обнимает. И ещё, с её появлением, он начал видеть сны. Сны были яркими, как видение, и почти всегда сбывались. Они были как вспышки: люди, действия, события, которые должны были случиться с ним или его друзьями. Становясь старше, Яков стал прислушиваться и даже научился разбираться в них. В четырнадцать лет мальчик заявил отцу, что хочет учиться в Суворовском училище и что он будет кадровым офицером. Платон молча выслушал его и смирился: сын вырос и имел право выбора. С этого времени Яков больше не жил в доме. Его домом стала казарма сначала Суворовского училища, а затем и военного училища. Виделся с отцом он редко, только в период каникул. В последний раз Яков видел отца перед окончанием военного училища. Тогда-то Платон и рассказал ему о даре матери: о том, что видела вещие сны. Но главным её даром было то, что она видела сгустки боли у любого человека и могла быстро поставить диагноз. Слушая его, Яков сначала почувствовал дух матери, а потом и увидел её. Она стояла рядом с Платоном и грустно улыбалась. — Она здесь, папа. И она любит тебя, — сказал он. Платон в непонимании бросил удивлённый взгляд на сына и оглянулся. — Ты… ты видишь её? — голос его дрожал. Вдруг он почувствовал лёгкое прикосновение к голове. — Значит, она передала его тебе, — в глазах отца блестели слёзы. — Скажи ей, скажи, я так скучаю. Я до сих пор люблю её. — Она слышит тебя, отец. Она всегда, все эти годы была рядом и ждёт тебя. Просто ещё рано. Тогда, в первый и единственный раз, Яков видел плачущего отца, а рядом с ним мать, гладящую его по голове. Через три месяца Платон Михайлович скончался от инфаркта, и теперь Яков был уверен, что родители вместе. Но вот сны и дух матери никуда не делись. Они помогали ему в трудных ситуациях. Сколько раз он мог погибнуть, но в последний момент ему всегда удавалось увернуться от смертельного удара. Сослуживцы восторгались его феноменальной интуицией. К тридцати пяти годам Яков Штольман был в звании подполковника ГРУ, имел квартиру в центре Москвы и достаточно резкий и сложный характер. Он был холост, имел редкие связи и не особенно огорчался по этому поводу. Он снова вспомнил сон, который приснился ему месяца четыре назад. Тогда Яков не особо обратил на него внимание, но сейчас он вновь и вновь вспоминал его. Во сне он видел девушку с длинными волосами, голубыми глазами. Весь её образ был наполнен светом и теплом. Она стояла на берегу озера и смотрела на него с большим интересом. Он видел каждую родинку, каждую черточку на её лице, каждую пуговицу на её платье. Якову захотелось прикоснуться к ней, почувствовать её дыхание и запах. В голове постоянно мелькала мысль: «Моя», и откликалось эхом: «Твоя». Затем девушка поворачивалась и уходила, а Яков, в попытке догнать её, проснулся. Чувство надежды заполнило его, но время шло, а сон так и оставался сном. И вдруг, события начали развиваться.