Госпожа Президент

Наверное, всё началось, когда мне пришлось столкнуться с ложными обвинениями и лишиться олимпийского золота. Я готова была выть от раздирающих душу бессилия и чувства абсолютной несправедливости. Годами отдаваясь спорту, в любом состоянии выходя на тренировки, выигрывая чемпионаты, я усердным трудом получила своё законное место и представляла нашу страну на Олимпийских играх. Но, как оказалось, дело не только в наградах или уровне подготовки. Хорошо, когда кому-то дают шанс проявить себя, это правильно, но не ценой чужих достижений. Серьёзное обвинение в допинге поставило мою спортивную карьеру под угрозу. И тогда я приняла решение, изменившее мою жизнь навсегда. Я стала жертвой несправедливости и смогла себя отстоять, но как много людей остаются с ней один на один? Как много людей не могут позволить себе даже базовых вещей? Медицина, образование, качественные продукты, даже рабочие места. В нашей стране есть множество возможностей реализовать себя, добиться чего-то значимого, но насколько это возможно, когда все средства и время уходят на заботу о больном родственнике, потому что в семье нет денег, чтобы покрыть медицинские расходы? Это лишь один пример несправедливости. До ужаса всем знакомый. Комфортная жизнь не должна быть роскошью. Поэтому я решила, что сделаю всё чтобы изменить это, чтобы защитить других и сделать эту страну и мир лучше!

Текст из инаугурационной речи 

президента Помни. 20..г.

Глава 1. По своей натуре Элизабет была целеустремлённой, энергичной и решительной, но не лишённой очаровательной застенчивости. На волне паники могли случиться всплески из-за которых казалось, что она способна только на хаотичное движение, но это было всего лишь способом сбросить напряжение прежде чем двигаться дальше. А к своей цели она продвигалась будто, танцуя – шаг вперёд, два назад.  Активизм, активная поддержка демократической партии, членство в “студентах-демократах”, благотворительность, просветительская деятельность, ведение блога, всё это было направлено лишь на одно – добраться до “Белого дома”.  Помни не сразу открылся путь в политику, точнее сказать, что он появился лишь благодаря случаю. В тот период она только получала экономическое образование получив спортивную стипендию, что колоссально сократило расходы на обучение. Помни довольно быстро освоила бухгалтерский учёт и сразу же устроилась на работу в сеть супермаркетов, параллельно продолжая обучение в университете. Иногда она снимала ролики о своей жизни или о каких-то политических событиях, где пересказывать заумные репортажи простыми словами. Она добивалась всего сама, хотя, щёлкни пальцами, и родители купят что угодно, включая эту несчастную сеть. Можно было не работать и просто прожигать жизнь на Калифорнийских пляжах.  Но это было совершенно не в характере Элизабет.  Ближе к моменту выпуска из университета родители стали всё чаще отправлять её на благотворительные вечера вместо себя, давая возможность дочери обзавестись полезными знакомствами и связями. Так Элизабет познакомилась с Куинни Кинг, которая являлась женой сенатора и курировала благотворительный фонд, который спонсировал бесплатные места в лучших спортивных школах штата, давая шанс добиться успеха талантливым детям из не очень богатых семей. – Деньги решают многое в этом мире, – со вздохом произнесла Куинни, а Помни чуть прищурилась, чтобы лучше видеть мальчишек, бегающих по полю с футбольным мячом. В последнее время зрение стало стремительно ухудшаться. Наверняка из-за длительного нахождения за компьютером.  – Многое, но не всё. – Элизабет покачала головой и поджала губы. – Многое зависит от самого человека. – Мой муж считает, что ты должна попытаться избраться в Конгресс, – неожиданно произнесла мадам Кинг.  – Я? – У Помни расширились глаза от удивления. – Мне ещё нет двадцати пяти.  – Готовиться нужно уже сейчас, если ты не хочешь впустую терять время. Если я правильно помню, то двадцать пять тебе исполняется буквально за несколько дней до подачи заявки.  – А… так разве можно? – Элизабет понизила голос, сцепляя пальцы в замок на уровне груди. Она всегда так делала, когда начинала волноваться.  – Авель говорит, что это никак не нарушает закон. Тебя уже знают в некоторых кругах, нужно только добавить… чуть больше медийности. Думаю, тебе стоит сделать ставку на молодых избирателей, которых становится всё больше.  – Мой блог… не особо популярен, – нехотя призналась девушка, отводя взгляд. – Пара тысяч, и судя по статистике только процентов десять из Калифорнии.  – Поэтому я хочу пригласить тебя на благотворительный вечер в эту пятницу. Я поспрашиваю кто был бы не против сняться, да и в целом, у тебя будет эксклюзив. Людям такое нравится.  – Мистер Кинг же против, чтобы вы мне помогали. Его это не разозлит? – Ави? – Куинни заливисто рассмеялась. – Ты ему нравишься. Он считает, что подобные тебе активные молодые люди должны постепенно сменять закостенелых консерваторов, чтобы наша страна могла двигаться вперёд. Поэтому, он не хочет, чтобы ты пряталась в его тени, ему ничего не стоило бы оказать тебе протекцию. И поверь, ты не видела его, когда он действительно злится. – Я даже не знаю, чем смогу оплатить за вашу помощь… – начала было Помни, но Куинни жестом приказала ей остановится.  – Не нужно, просто приходи в пятницу, не забудь взять то на что ты снимаешь свои ролики и надень, пожалуйста, платье.  Без костюма Элизабет чувствовала себя слишком незначительной. Ростом и фигурой она пошла в миниатюрную мать, что не мешало в жизни, но было причиной комплексов примерно со средней школы. Со спины её до сих пор можно было принять за подростка, что никак не добавляло уверенности. Из-за этого она начала носить костюмы и туфли на высоком каблуке, чтобы хоть немного добавить веса, хотя бы в своих глазах. В простом, элегантном чёрном платье с разрезом, доходящим до верхней части бедра Помни чувствовала себя словно школьница на выпускном. Но мадам Кинг чётко обозначила дресс-код и противиться ему было не в её интересах.  Она придирчиво осмотрела себя в зеркале – как уложены короткие каштановые волосы, не пострадал ли макияж и как хорошо цветные линзы скрывают её гетерохромию. Ей нравилось, как выглядят её глаза большие в обрамлении длинных ресниц и с необычной радужкой, будто поделённой на сектора между карим и синим. Но слишком часто она слышала вопрос “зачем тебе такие странные линзы?”, что действительно начала их носить.  На вечер она прибыла с небольшим опозданием, ровно на столько, чтобы это считалось хорошим тоном. Преподнесла Куинни подарок от своей семьи, который вечером уйдёт с молотка на благотворительном аукционе. Сама она не планировала в нём участвовать, предпочтя этому фарсу простое пожертвование.  Поблагодарив хозяйку дома за приглашение, Элизабет отправилась поздороваться с её супругом и уточнить его разрешение, прежде чем начать съёмку.  – Добрый вечер, мистер Кинг, – Помни тепло улыбнулась, подойдя к Авелю, прежде чем оказаться в его лёгких объятиях.  – Добрый вечер, Элизабет, великолепно выглядишь. Куинни всё же убедила тебя избавиться от твоего извечного костюма? – Мужчина мягко рассмеялся, оставив свою руку на спине Помни, чуть ниже лопаток, не позволяя себе полноценно касаться оголённой кожи, едва заметным прикосновением направляя девушку в сторону для приватного разговора.  – Я действительно могу поснимать во время вечера? – Спросила она, когда они остались наедине.  – Да, – сенатор кивнул, оглядывая зал и прибывающих в него людей. – Я попросил кое-кого помочь тебе сегодня.  – Спасибо, мистер Кинг, но думаю, я бы справилась са… – Мистер Кинг! Помни обернулась на голос и замерла. Она увидела самую красивую девушку в своей жизни. Можно сколько угодно было говорить о её прекрасной фигуре, округлых бёдрах и упругой груди, но это всё меркло на фоне лучезарной улыбки, очаровательных веснушек рассыпавшимися на лице и плечах, тёплого взгляда голубых глаз и упругих завитков рыжих волос. Если бы Элизабет спросили, как выглядит ранняя осень, то она показала бы на эту незнакомку. – Ты немного припозднилась, – Авель ответил на объятия девушки.   – Нужно было кое-что доделать, – она легко отмахнулась и протянула Помни руку.  – Привет, я – Агата Хаффорд.  – Помни, – Элизабет не могла оторвать взгляда от лица Агаты, замечая, что один глаз закрыт чёлкой. Она заморгала и поспешно пожала протянутую руку. – Элизабет Помни. – Необычная фамилия, впервые такую встречаю. Что-то славянское?  – А… да. Мои предки прибыли в Америку из Польши, – Помни отвела взгляд и убрала за ухо прядь волос. – По крайней мере, такова семейная легенда…  – Давайте я вас сфотографирую, – Элизабет вообще не обратила внимания, что всё это время у Агаты в руках был зеркальный фотоаппарат. – Видео — это здорово, но красивые фотографии в соцсетях тоже нужны. Весь вечер они провели вместе, и Помни уже не могла сказать, когда в последний раз ей было так легко и весело. Они делали фотографии, общались с гостями дома Кингов – Агата подводила Элизабет к тем, кто был заинтересован в ней или её блоге. У известных политиков и активистов были свои пиар-агенты, но они явно отставали от современных трендов из-за чего заинтересованность аудитории падала. Помни могла вдохнуть глоток свежего воздуха, а взамен получить свою “минуту славы” и её это полностью устраивало.  В конце вечера они обменялись номерами, чтобы потом встретиться и просмотреть фотографии.  Каждый раз инициатором их встреч была Агата. Сначала снимки, потом помощь в какой-то ерунде по дому, с которой можно было справиться в одиночку, однажды у неё сломалась машина и она не могла добраться до дома в ливень, как-то она не хотела идти в кино в одиночку. Всегда был какой-то предлог и неловкие попытки прикоснуться друг к другу.  – Агата, – Помни так стиснула смартфон, что тот едва ли не заскрипел. – Я тут освободилась пораньше, не хочешь сходить куда-нибудь, перекусить или прогуляться? Или прокусить или перегуляться…  На другом конце раздался заливистый смех и Элизабет прикусила кончик языка. Нужно же было сморозить такую глупость! – Да, давай, я тоже скоро закончу. На набережной вечером будет какая-то ярмарка. Можем сходить, запишешь влог. Людям нравится, когда ты рассказываешь про город, – Хаффорд зевнула. – А то у тебя сплошная политика, на тебя подписывались ради реальной жизни реального человека, а ты скатываешься в вылизанные посты и видео, как у стариков.   – И об этом я тоже хотела поговорить… – сокрушённо пробормотала Помни. – Я заеду за тобой?  – Давай! Я кстати у тебя в машине оставила толстовку, в прошлый раз. Как раз заберу. – А… я… занесла её домой, – прошептала Элизабет, заливаясь краской и благодаря Господа, что никто этого не видит. И что Агата никогда не узнает, что она спала в её толстовке несколько ночей подряд…  – Тогда тебе придётся мне одолжить что-то своё, вечером холодает.  Агата ворвалась в машину в сопровождении тёплого цветочного аромата.  – Я хочу в своё любимое кафе, – она бесцеремонно начала вбивать в навигатор машины адрес какой-то забегаловки “у Спадси”. Помни лишь стиснула пальцы на руле. Она собиралась отвезти Хаффорд в хороший ресторан, даже ради этого съездила домой и переоделась.  – Там хоть вкусно? – устало вздохнула Элизабет. – Очень. Тебе понравится. А ещё там очень милая менеджер! Слова про менеджера болезненно кольнули в сердце. Захотелось сжаться в комок и никогда больше никуда не показываться на этот свет. Чего Агата нашла в каком-то менеджере забегаловки?! “У Спадси” почти ничем не отличался от любого другого ресторана быстрого питания. Вместо хорошего ресторана они поехали вот сюда? Если Хаффорд хотела бургер, то даже в таком случае можно было найти место поприличней. – Что будешь? – Агата отвернулась от меню, хотя было видно, что она и так хорошо его знает, а затем чуть наклонила голову на бок и обеспокоенно спросила, – Лиза, всё хорошо? – Ага, голова разболелась. Выбери на свой вкус, я пока займу столик.  Она заняла место у окна с видом на парковку и подпёрла щёку рукой. Агата же ей просто понравилась, между ними ничего нет. Почему же ей так плохо на душе?  Перед ней появилась бутылка воды и блистер с ибупрофеном.  – Хорошо, что я всегда ношу с собой обезболивающее. – Не стоит, само пройдёт, – Элизабет покачала головой. – Просто пересидела перед компьютером.  – Если бы прошло само, то ты бы не была темнее тучи, пей, – в голосе Агаты проскользнули стальные приказные ноты, чего она будто, и сама не ожидала. – В смысле… прости пожалуйста. Просто, я беспокоюсь за тебя… если ты не хочешь, то не пей, конечно… – Я выпью, не стоит так переживать, – Помни ободряюще улыбнулась Агате, которая так разволновалась, что начала нервно поправлять свои невероятно красивые кудри и бегать взглядом по залу.  Элизабет закинула в рот ибупрофен и сделала несколько глотков воды, пытаясь проглотить крупную таблетку, даже немного пожалев, что решила соврать о головной боли. Она даже зажмурилась, чувствуя, как лекарство с трудом проходит по пищеводу, сколько воды не глотай.  – Ваш заказ, простите за ожидание, – Помни открыла один глаз и столкнулась взглядом с менеджером забегаловки. Невысокая, темноглазая девушка, возможно даже азиатского происхождения. И она слишком долго не отводит взгляд.  – Ой, спасибо, – Агата переключила внимание менеджера на себя. “Юджиния” значилось на бейджике.  – М… пр-приятного аппетита, – девушка крайне быстро ретировалась в служебные помещения, а потом Помни заметила, как её тёмные волосы, собранные в хвост и перетянутые красной лентой, мелькнули где-то в глубине кухни.  – Говорила же, милашка, – заговорщицки прошептала Хаффорд, когда устроилась напротив Элизабет.  – Возможно, – она нехотя кивнула. – Но не слишком ли она застенчивая для менеджера?  – Я думала тебе нравятся застенчивые…  – Мне… что? – Помни даже отложила чизбургер, который начала разворачивать. Ей нужно было чем-то заесть треклятый ибупрофен.  – Ну… – Агата отвела взгляд. – Я знаю, что тебе нравятся девушки… и решила, что возможно, тебе, как будущему Президенту не помешает Первая Леди.   – Это что, шутка такая? – Элизабет смерила её взглядом из-под прикрытых век. – Ой, у тебя уже кто-то есть? Как неловко-то, – Агата отвела взгляд и начала нервно заправлять за ухо прядь волос.  “Ты,” – чуть не сорвалось с губ Помни. Она уже некоторое время хотела признаться, но не могла понять, стоит ли. У неё и так было мало друзей и потерять Агату… Элизабет готова была хоть всю жизнь мириться с тем, что никогда не сможет поцеловать или прикоснуться, лишь бы их дружба оставалась неизменной.  – Простите, – Юджиния подошла так тихо, что Помни даже подпрыгнула на месте от испуга. – Я просто… я хотела сказать, что подписана на ваш блог и канал! Мне очень нравится то как вы честны со своими подписчиками! Если… если вы и вправду будете баллотироваться в Конгресс, как писали недавно, то я буду голосовать именно за вас, мисс Помни! А ещё… у вас очень красивый цвет глаз! Очень жаль, что вы стали использовать линзы, карий цвет вам не к лицу… – А, – Элизабет даже растерялась, совершенно не ожидая услышать подобное в свой адрес. И неизвестно, что её поразило больше – то, что она случайно встретилась со своей подписчицей в случайной закусочной в не маленьком Сан-Франциско, что она отметила её внешность, или помрачневшая Агата, которая с остервенением уничтожала свой бургер. – Спасибо?..  – Я хотела бы спросить, не согласились ли вы, может быть, однажды попозировать мне для проекта и, возможно, если вам будет интересно, то посмотреть на макет ребрендинга ваших соцсетей, потому что нынешний дизайн бесконечно устарел, – протараторила девушка на одном дыхании и замерла будто в ожидании удара.  Это было неожиданно и очень странно. Хотя в Сан-Франциско бывают ещё и не такие необычные события. Да и это может быть полезным. Поможет бедной студентке, возможно, посетит даже её университет, пообщается с другими ребятами, если повезёт обзаведётся новыми подписчиками. Расширение аудитории лишним не будет, заодно покажет заинтересованность в молодёжи штата. Она как раз сама буквально недавно защитила диплом и может понять чаяния своих ровесников. – Конечно, – Помни очаровательно улыбнулась. – Только предупрежу сразу – никаких ню и прочего рода снимков.  – Спасибо вам огромное! – Юджиния едва ли не хлопала в ладони от радости. – Нет, ни в коем случае. Я могу прислать всю нужную информацию вам на почту для сотрудничества?   – Да, конечно. В теме письма укажи “от Спадси”, я сразу пойму от кого оно, – Элизабет подавила смешок. – Но я буду со своей подругой – Агатой, она помогает мне с соцсетями.  – Ой, это просто замечательно, если вы будете напротив, я бы сделала и ваши снимки, – Юджиния повернулась в Агате.  – Мои? Нет-нет, не стоит, я далеко не похожа на модель и вообще у меня… лучше, уделить больше внимания Помни, – Хаффорд начала смущенно отмахиваться.  – Очень зря, – деловым тоном заявила их новая знакомая. – У вас отличные данные. А на одном кадре вы вообще смотрелись бы великолепно. Надеюсь, что вы передумаете. А теперь прошу прощения, мой обеденный перерыв подошёл к концу и настало время возвращаться к работе!  – Она потратила обеденный перерыв, просто чтобы поговорить с нами? – прошептала Помни, наклоняясь к Агате. Она совершенно забыла, что расстегнула несколько верхних пуговиц на блузке из-за чего в таком положении можно было без проблем увидеть её грудь. – М, да, – Хаффорд очень старалась смотреть в глаза Элизабет. – У тебя есть поклонники!  На счёт ярмарки Агата ошиблась, на набережной всё было как обычно – маленькие магазинчики, закусочные, расположившиеся вдоль старого пирса, аттракционы подсвеченные цветной иллюминацией и прохладный ветерок с залива окутывающий запахом моря. Они нашли местечко на краю пирса с видом на Золотые Ворота и, как подростки устроились, там с кофе и хот-догами проголодавшись после прогулки.   – Вот бы почаще так выбираться, – мечтательно вздохнула Хаффорд, поправляя на плечах пиджак Помни, который явно был ей маловат, но девушку это совершенно не беспокоило.  – Да, – Элизабет согласно кивнула, по-детски болтая ногами и глядя на тёмную воду, что плескалась далеко внизу. – Слушай, я кое-что тебе хотела сказать… – они с Агатой заговорили одновременно.  – Давай ты первая, – Агата сжала тонкими пальцами лацканы пиджака.  – Ам… это на счёт того, что ты сегодня сказала, – Помни сцепила пальцы в замок и положила их на колени. – У меня никого нет.  – А, вот оно что, – Хаффорд мягко почти мечтательно улыбнулась, а её плечи расслабились. – У меня тоже. – Может тогда будем друг у друга? – Элизабет подняла взгляд, сталкиваясь с глазами с Агатой. Она специально выбрала самую нейтральную формулировку, на тот случай если она ошиблась и приняла желаемое за действительное.  – Давай, – она кивнула, от чего рыжие кудри пришли в движение, и подалась вперёд, прикрывая глаза.  Помни положила ладонь поверх её руки и приблизилась, замирая в нерешительности перед тем как коснуться чужих мягких губ в поцелуе. Нежном, неторопливом, будто изучающем. Элизабет не торопилась, наслаждаясь моментом, робкими попытками Агаты перехватить инициативу и вкусом горького кофе с её губ.