Увидимся в твоей следующей жизни...

Город в огне. Армия иллитидов собрана и готова к выходу за стены. Запах смерти витает в воздухе. Нетерийский мозг возвышается над Вратами Балдура. Существа всех рас боязно смотрели в небо, откуда величественно спускался он. Полуэльф, который совсем недавно мог похвастаться лишь новой лютней за пару монет, приземлился на ноги и оглядел это сборище любопытных глаз, - тех, кто не побоялись выйти из своих укрытий. На совсем юном лице виднелось чёрное, как копоть, пятно, яро обозначавшее его нынешнюю силу. Уголки губ были слегка вздёрнуты в ухмылке. "Это мой город!" громыхало у него в голове. Из-за спины полуэльфа вышли три силуэта. Двое мужчин прошли в первые ряды прочих наблюдателей, один же остался рядом. Белокурый эльф кружил изящной походкой вокруг Тава, одаряя его своей коварной ухмылкой, — И что же теперь, радость моя..? Тав ухмыльнулся и, вернув взгляд на толпу, силой мысли заставил подчиниться всех, у кого в мозгу всё ещё роилась личинка. Существа преклонили колени перед своим новым властителем. Новым Абсолютом. Гейл и Уилл были одними из них. И если будущий герцог успел смириться с происходящим, то в голове волшебника продолжали копиться вопросы. — Теперь... — Астарион подошёл ближе к возлюбленному, — ...весь этот мир склонится перед нами, любовь моя. — Да... — выдохнул Тав, притягивая вампира к себе для поцелуя. ____ Тав подскочил на постели, тяжело задышав. Осмотревшись вокруг, он убедился, что находится в просторных покоях замка, а не в разрухе города. Во всей комнате пахло дорогими благовониями и металлическим вкусом его любимого вампира. Которого, кстати, рядом не обнаружилось. — Астарион? — спросил парень охрипшим голосом. Прошлая ночь давала о себе знать. Горло охрипло и саднило от нетерпеливых движений возлюбленного, а поясницу приятно тянуло. Не получив ответа, Тав спустил ноги на пол и ощутил как в пятку впилась пряжка его ремня. Усмехнувшись, он оделся и подошёл к высокому зеркалу, которое Астарион приказал поставить в тот же день, когда они присвоили этот замок себе. Благородный красный дублет подчёркивал его нынешнее положение в обществе. На светлые, почти белые, волосы с красными концами лёг золотой обруч, который он когда-то стащил у гоблинов. Тав уже предвкушал момент, когда на сегодняшний коронации вместо него на голову опустится настоящая корона. — Ты проснулся, любовь моя? — в комнату плавно, как и всегда, вошёл Астарион, — А я уже хотел идти будить тебя. Тав подошёл к окну и слегка откинул тёмный занавес. Хоть после вознесения солнце и не было опасно для вампира, парень знал, что его любимому будет привычней оставаться с свете свечей. На улице туда-сюда сновали существа, продолжая жить свои жизни. Стройка была давно завершена и они смогли вернуться к своим прежним делам. Тав сглотнул и, зная, что он будет услышан, тихо сказал, — Почти год прошёл с того дня... Астарион оказался рядом и положил руки на талию парня, — Верно. И сегодня, бусинка, на твою чудесную головушку наконец наденут корону. — Мне приснился сон... Та самая ночь... Я будто вновь оказался там. Всё было таким реальным. Вампир оставил поцелуй на макушке любимого и прошептал, — Ты обеспокоен, я чувствую это. Расскажи мне... Прижавшись к родному телу спиной, Тав выдохнул, — Я не уверен, что сделал всё правильно. Конечно, мне безгранично нравится эта власть, но каждый раз, когда я вспоминаю тот день... В голову лезут дурацкие мысли, что надо было всё таки уничтожить этот мозг. Как ты считаешь? — Я принял бы тебя любым. И любое твоё решение было бы верным для меня. Я знаю, что не просто тягать эту ношу, но посмотри вокруг, бусинка, — Астарион обвёл рукой воздух возле окна, — Этот город, весь этот мир, принадлежит только тебе. Все существа в нём преклоняются перед тобой. Ты.. здесь.. бог, — последнее он прошептал возлюбленнму на ухо, отчего у того всё тело обсыпало мурашками. — Да... — облегчённо выдохнул Тав и развернулся в руках вампира, прижавшись своими губами к его. Прохладные руки обхватили лицо парня, а чужой язык ловко, по-хозяйски, проник в рот. Когда узел возбуждения сжал нижнюю часть живота, пальцы Тава скользнули к ремню на чёрных брюках возлюбленного. Но тот неожиданно перехватил его руки и отстранился, усмехаясь с недовольного стона, — Любовь моя, совсем скоро коронация, а ты так и не поел, и не занялся некоторыми делами. — Но я хочу сейчас быть с тобой... — Тав капризно надул губы, переплетая их пальцы. — Позже, бусинка, — Астарион поочерёдно поцеловал его руки, — Сейчас мы спустимся в столовую, где ты поешь, а потом надо идти к нашему щеночку, а то опять заявится и перепугает здесь всех своим яростным видом. Полуэльф посмеялся над таким описанием Уилла, но спорить не стал и последовал в столовую, где его ждали изысканные блюда. ____ Когда они шли по улице, все замирали. Кто-то даже закрывал и зашторивал окна. Тав вдруг вспомнил одну книгу, которую читала ему мать. "...и король отпустил своих сыновей в путь. Старший, гордый, могущественный, вернулся домой, — Гордись мной отец, вся власть в этом мире теперь моя. Меня уважают и боятся. Король покачал головой. Через время вернулся второй сын, упрямый и любящий веселье и богатство. Он поставил перед королём сундук и раскрыл его, — Видишь, отец? Теперь я могу купить в этом мире всё! А слёзы подданных превратить в серебро! Король вновь покачал головой. Через месяц-другой вернулся, наконец, и третий сын. Упал он в ноги отца и молил о прощении, — Прости, отец, я великим не стал. Смиренным был и всех врагов прощал. Старшие братья стали смеяться, а король вдруг улыбнулся и прижал сына к груди, — Твоя душа чище самых дорогих алмазов и крепче любого меча. Тебе я и отдам свой трон и корону..." Что там было дальше Тав уже и не вспомнит. Но ещё тогда у него, несмышлённого ребёнка появился вопрос, — А почему именно младшему сыну всё досталось? Ведь он ничего не сделал, чтобы стать королём! А мать с улыбкой отвечала, — Потому что король должен быть добрым и думать о своём народе, а не о собственной власти и золоте. Сейчас же Тав понял. Этот король из сказки был глупцом! А младший сын - лишь жалким отребьем! И окажись он на месте самого старшего, он бы убил и собственных братьев и короля, чтобы занять свой трон. Он понял, что страх, который он видел в глазах существ, подпитывал его изнутри. Восхищённые вздохи и лёгкое подчинение были приятны, а каждый враждебный взгляд доводил до особенного экстаза. — О чём задумался, любовь моя? — рука Астариона легла на его талию и повели в нужную сторону, — Даже поворот пропустил. — Да так... Одну сказку вспомнил, — Тав широко улыбнулся. ____ — Я уже говорил вам, что не могу найти столько людей! — голос Уилла отлетал от стен его кабинета, — Вы даже представить не можете, как тяжело мне сейчас здесь держаться! Демон - герцог и главнокомандующий? Даже звучит отвратительно! — Чего ты так разбушевался-то, щеночек? — ласково пропел вампир, расслабленно раскинувшись в кресле, — Мы всего лишь хотим, чтобы ты выполнял свою работу. — Тав, заткни его, прошу тебя, иначе... — Иначе что? — властный голос полуэльфа заглушил голоса и весь прочий шум, — Ты смеешь угрожать ему? — Я не угрожаю, просто... — голос герцога, как и пальцы, дрогнул. — Не смей говорить с ним в таком тоне. Особенно при мне. Ты понял? — Прости, Тав... Я правда не хотел.. — начал было извиняться Уилл, но его перебили. — Ты забыл как стоит ко мне обращаться? — голос парня был хоть и ласковым, но пробирал до самых костей, — Извинись ещё раз. Демон тяжело сглотнул, — Простите, мой господин... Тав подошёл к нему почти вплотную, — И если ещё раз окажешь неуважение Астариону, подпилю твои рога, ясно? Герцог смиренно опустил голову, — Я понял. — Хороший мальчик, — сказал вампир, ухмыляясь, — А теперь мы пойдём. Не будем мешать тебе работать, — и подхватил возлюбленного под локоть, выводя прочь из кабинета. ____ — Тебя тут Гейл снова звал. Опять хочет попробовать поговорить, — выдал Астарион, когда они оказались возле входа в темницы. — Старая баллада про корону? Не хочу-у, — простонал Тав, закатывая глаза. — Может, в этот раз разговор тебе понравится. Сходи, а я проверю своих новообращённых, — вампир подмигнул и, оставив на щеке любимого поцелуй, испарился с места. Тав улыбнулся и прошёл в катакомбы темниц. ____ Гейл сидел на холодном полу, прижавшись головой к стене. Рядом стоял поднос с едой. Тав распорядился, чтобы его как следует кормили, а не так, как обычно преступников. Парень стукнул ногтем по решётке, привлекая к себе внимание бывшего союзника. Тот лениво повернул голову, но, когда увидел того, кто пришёл, тут же подскочил на ноги и прижался к железным прутьям, — Тав! Наконец ты пришёл... На руках волшебника звенели магические наручники, запрещающие ему колдовать здесь, а вместо привычной когда-то мантии, на нём висела безразмерная рубаха и такие же штаны. — О чём ты хотел поговорить? — без особого желания спросил Тав, облокачиваясь на стену рядом. — Тав... Давай поговорим, прошу тебя... Как раньше, — в голосе Гейла было столько надежды, что заставило собеседника ухмыльнуться. — Как раньше уже никогда не будет. Ты сам заварил эту кашу, Гейл. — Но это ты врал мне всё время. Сначала влюбил в себя, потом отверг. Пообещал мне нетерийскую корону, а сам отобрал её! — Я не просил тебя влюбляться, это во-первых. А во-вторых, если бы ты не начал сопротивляться, то стоял бы подле меня, а не торчал бы здесь. — Но как же ты не понимаешь... — взвыл волшебник, — В этой короне такая сила! Её можно было подчинить, а ты просто поддался ей! — И мне должен был понравиться этот разговор? — Тав устало закатил глаза и оттолкнулся от стены, отряхивая плечо, — Каждый раз одно и тоже. Я ухожу. — Тав, подожди! Прошу тебя! — кричал Гейл, отдаляющейся фигуре, — Я сделаю всё, что прикажешь! Полуэльф замер и с улыбкой обернулся, — Слишком подозрительно, не находишь? — Я тебе клянусь! Мне так надоело здесь находиться. Я снова хочу колдовать, хочу книги читать, хочу поспать в нормальной кровати в конце концов! — цепь наручников громко застучала по решётке, — Выпусти меня, прошу. — Зачем? Ты сразу же попытаешься убить меня не так ли? — Во имя Мистры и всех святых, что ты такое говоришь? Как ты мог так подумать?! Как я могу убить того, кого полюбил когда-то? — Гейл отвёл взгляд, — Да и.. даже если бы я захотел... Личинка во мне всё ещё слушается тебя и ты в любой момент можешь обратить меня в каракатицу, что стала бы верно служить только тебе. — Это так, — улыбнулся Тав, — Но, как видишь, я ещё не сделал этого. Ведь я всё таки великодушный властитель. — Выпусти меня отсюда... — начал умолять мужчина, впившись пальцами в длинные волосы, — Я с ума сойду скоро..! — Я подумаю, Гейл, — и, подмигнув и развернувшись на пятках, Тав ушёл. ____ Стоя перед зеркалом, Тав переодевался в одежду, которую слуги Астариона подготовили для коронации. Сам вампир удобно растянулся на кровати, наблюдая за процессом, — Ты уже какой день в это зеркало без остановки любуешься. Всё никак не наглядишься? — А что? Тебя что-то смущает? — ухмыльнулся полуэльф, заканчивая возню с ремнём. — Да нет. Просто... Может немного завидую. Хотел бы и я посмотреть на себя со стороны... — Я знаю, ты говорил это однажды... — Тав пристроился на кровати рядом с возлюбленным, — И я не устану повторять, ты прекрасен. Астарион, на удивление, смущённо отвёл взгляд и слабо улыбнулся, — Собирайся, а то опоздаешь. — Если я захочу, то весь мир подождёт, — парень прижался губами к шее вампира, — Мне не нужна никакая корона, если тебя не будет рядом... — Ещё как нужна! Эту прекрасную голову должны украшать тысячи изумрудов и рубинов, — Астарион прижал его к себе и оставил поцелуй на лбу, — И я всегда буду рядом с тобой... До самого конца. Тав задержал дыхание. Эти слова мёдом растеклись по телу, отдаваясь в кончиках пальцев на ногах. Его глаза сияли, когда он смотрел на вампира, а в голове уже давно выросла одна интересная затея. Но, пожалуй, он припрячет её до вечера. Когда они будут принадлежать только себе и тёмной ночи. ____ Тёмная мантия шлейфом следовала за полуэльфом к самому трону. Драгоценные камни на тёмно-фиолетовом дублете гармонично переливались. Невысокие каблуки властно стучали о каменный пол. А рядом с рукой парили три нетерийских камня, обозначая власть над этим миром. Рядом с троном справа возвышался белокурый эльф, а слева с высоко поднятой головой стоял герцог. Рядом с Уиллом стояла женщина. Она держала в руках подушку, на которой покоилась корона. Над замком парил нетерийский мозг со своей собственной короной, а в окнах можно было разглядеть парящих иллитидов. Внутри же, казалось, что собрался весь город. Тав даже приказал выпустить Гейла из тюрьмы, чтобы тот полюбовался таким торжеством, но наручники на нём оставил. Существа смотрели на то, как величественно шёл Тав к своему теперь законному месту. Взмахнув мантией и коварно улыбнувшись, полуэльф сел на трон, укладывая руки на подлокотники. Под музыку бардовского оркестра, молодой герцог Рейвенгард взял корону и, прежде показав её всем, торжественно положил её на голову нового короля. Зал взорвался аплодисментами. Горожане звонко соединяли ладони в его часть. И Тав решил повторить то, что уже говорил, в тот самый день: — Во имя моё! ____ Закончив празднество, Тав и Астарион поспешили в свои покои. Когда хлопнула дверь, вампир прижал к ней своего возлюбленного, — Как же ты великолепно смотришься на троне, любовь моя... — и поцеловал, срывая с него мантию. — Астарион... — простонал Тав, когда вампир прижался губами к его шее. Острые клыки осторожно касались кожи, не торопясь проникнуть под неё. Пальцы расстегнули пуговицы и стянули дублет, уронив его на пол. А руки опустились на бёдра и подняли над полом. — Как же я хочу вечно слышать твой голос, бусинка... — вампир перешёл к кровати и опустил на неё парня, потянувшись за очередным сладким поцелуем. — Это можно устроить... — отстранился полуэльф, глядя в алые глаза напротив. — Что ты имеешь ввиду? — Я хочу стать вампиром, — уверенно заявил Тав, запуская пальцы в белые кудри. — О-оу... — широкая улыбка украсила лицо Астариона, — Тогда надо как следует насладиться этим прекрасным, пока ещё тёплым телом... После этих слов вампир резко поднял любимого с кровати и подвёл к столу, толкнув на него. Таву пришлось прижаться грудью к деревянной поверхности и слегка расставить ноги. Астарион прижался губами к спине и поднялся поцелуями до плеча, а его руки расстегнули ремень и стянули изящные брюки вниз, оголяя прекрасные, на его взгляд, бёдра. Тав извивался под ним, касаясь задом его твёрдого возбуждения сквозь ткань, выпрашивая больше. А вампира долго уговаривать не надо. Он стянул с себя одежду и взял из ящика стола небольшой бутылёк. Полуэльф, в предвкушении, вцепился пальцами в стол. — Как же ты извиваешься, мой хороший... — Астарион оставил мокрый поцелуй у парня за ухом, — Такой нежный... Сладкий... — и провёл языком от шеи до плеча. Тав окончательно размяк. От этих речей и прикосновений по телу прошёлся табун мурашек. Собственное возбуждение требовало дотронуться до него, но он не мог себе этого позволить. Прохладные влажные пальцы коснулись скрытого от чужих глаз места и один из них оказался внутри, но тут же следом добавился второй. Парень простонал, утыкаясь лбом в деревянную поверхность. — До сих пор растянут... Хорошо мы провели время прошлой ночью, ведь так? — голос вампира отдавался эхом в ушах и дрожью по всему телу, от которой колени подогнулись. — Д-да... Очень хорошо... А-ах! — Тав простонал ещё громче, когда к, свободно двигающимся, пальцам добавился третий. Кончиками Астарион легко коснулся чувствительной точки внутри. Тело под ним натянулось и тогда он надавил сильнее. — М-ха!! — Тав выгнулся от удовольствия, что пронзило его, словно насквозь, — П-пожалуйста... — Что, мой дорогой? — шёпот вновь коснулся уха полуэльфа, — Скажи и я сделаю всё, что ты пожелаешь... — Внутри... — парень двинул бёдрами пальцам навстречу, — Ах..! Хочу тебя внутри... — Как пожелаете, мой господин... На секунду Тав почувствовал пустоту и попытался отдышаться. Но Астарион тут же заполнил эту пустоту своим членом. Плавно и сразу до конца войдя, он сам простонал от узости, что сжималась вокруг его естества. Полуэльф толкнулся ему навстречу и в этот же момент почувствовал, как сильные руки прижали его к столу, практически намертво, а Астарион начал ритмично вбиваться в его, пока ещё человеческое, тело. Стоны разносились по всей комнате и за её пределами. Тав никогда не стеснялся своих громких звуков. Он хотел, чтобы все знали кому он принадлежит... Астарион же был падок на такие своеобразные комплименты со стороны возлюбленного, в свою очередь не забывая отвечать на них своими: — Любовь моя, ты прекрасен... Лучше тебя в мире нет и не будет... Иди ко мне, — и вампир прижал к себе парня, обхватив ладонью за шею. — Укуси меня... Прошу! — на последнем слове голос полуэльфа сорвался на крик, потому что толчки стали куда чаще, резче и глубже. — Не сейчас. Сегодня я выпью тебя до дна, бусинка... Ты будешь моим... — Астарион прикусил мочку его уха и низким голосом шепнул, — Навеки... — А-ах!! — после очередного глубокого толчка, Тав напрягся в руках любимого и излился куда-то на пол. В глазах заплясали разноцветные круги. Он сжал внутри себя член и, услышав рядом с ухом рык, почувствовал как возлюбленный глубоко в него излился. ____ Они стояли посреди комнаты, всё ещё обнажённые. Астарион, ухмыляясь, осматривал тело напротив. Особенно его взгляд привлекали бёдра, по которым тонкой струйкой потекло его семя. — Не повторишь то, что ты говорил до нашего прекрасного момента страсти, дорогая зверушка? — вампир хищно сглотнул, предвкушая как выпьет своего любимого до дна. — Я хочу стать вампиром... Как ты... — Ну, как я не получится. Не обижайся, но я единственный в своём роде. — Н-но..? — Не волнуйся, любовь моя. Я поделюсь с тобой частичкой своей силы и солнце тебе не будет страшно. А теперь... — он подошёл чуть ближе и изящно указал пальцем на пол, — На колени. Тав выполнил приказ, восхищённо смотря снизу вверх на возлюбленного. От ожидания шея жутко зачесалась в месте прошлого укуса. Астарион посмеялся, — Какой ты послушный... Моя любимая зверушка... — и опустился рядом с ним, медленно приближаясь к шее. Полуэльф хитро улыбнулся и немного отполз назад, упираясь спиной в изножье кровати. Вампир зарычал и, схватив возлюбленного за лодыжки, потянул его на себя, тут же оказываясь над ним, — Сбежать захотел? — Просто подразнил... — ухмыльнулся Тав, легко целуя губы любимого. — Хм... Мне, конечно, понравилось, малыш, но давай продолжим, — Астарион поцеловал его шею и почувствовал как дрожь прошла по любимому телу, — Если ты, конечно, не передумал? — Нет-нет-нет... Кусай, прошу... — Тав откинул голову, открывая ту часть шеи, где кровь стучала сильнее всего. — Люблю тебя... Увидимся в твоей следующей жизни... — и острые клыки вонзились в кожу. _____ Тав распахнул глаза, когда услышал звон стекла. Он всё ещё жив? Неужели? — Что за шум с утра пораньше? — голову поднял и, лежащий рядом, Астарион, — У тебя руки отсохли? — Простите, господин, я н-не хотел Вас будить, — затараторил молодой новообращённый вампир, — Я хотел... — Да мне плевать, что ты хотел. Пошёл вон отсюда! — крикнул Астарион и, когда отродье скрылось за дверью, прижался к спине Тава, — Родной, я клянусь тебе, что перегрызу ему глотку за то, что он разбудил тебя... — Что произошло ночью..? — Как что? — вампир улыбнулся, — Ты умер. Я испил тебя до самого конца. Глаза полуэльфа расширились, — Но..? — Но когда я дал тебе всего-то каплю своей крови, ты вернулся в этот мир, бусинка. — Теперь я.. вампирское отродье? Брови Астариона взметнулись в возмущении, — Как мне не нравится это слово. Особенно в твою сторону. Ты моё самое любимое создание в этом мире, моя жизнь, моя любовь, а не какое-то там отродье! Пф... — То есть, я теперь... — после одобрительного квика и улыбки, Тав быстро поднялся с кровати и подошёл к зеркалу, где... Больше не видел своего отражения! Астарион подошёл к нему и оставил поцелуй на плече, — Моя душа, теперь ты останешься таким, какой ты есть навеки... Мы будем всегда вместе. — И будем править этим миром, — Тав потянулся к нему за поцелуем. — Из нас двоих ты наполовину кальмар, так что правишь этим миром ты, бусинка, — посмеялся белокурый. — Тогда я буду править миром, прижавшись к твоим ногам, любовь моя, — обхватив родную шею руками, Тав поцеловал возлюбленного.