Смерть от тысячи порезов

смерть от тысячи порезов Минги привычно оседлывает его, но вжимает в кровать с такой силой весом всего своего тела, что Юнхо приходится шлепнуть его по заднице - впервые за очень долгое время он ощущает насколько черт возьми Минги тяжелый. - Ты мне...- Юнхо охает, когда Минги вначале убирает его руку, а потом стискивает запястье обеих руки и заводит за голову, - ...у нас еще завтра концерт. - Я знаю, - говорит сипло Минги, глядя ему прямо в глаза, и от его взгляда Юнхо начинает вести. Ему становится в миг слишком душно, воздуха ощутимо не хватает. Безумно хочется, чтобы Минги отпустил ему руки, дав возможность прикоснуться к себе. Но вместо этого Минги заставляет его лечь на кровать, упирается свободной ладонью в грудь, и Юнхо неожиданно стонет от этого прикосновения -  его тело словно превратилось в один большой комок нервов и все, что делает Минги сейчас, ощущается в миллиард раз острее. Минги опускается очень медленно на его член, чтобы снова приподняться и снова опуститься, и Юнхо кусает губы, сжимает пальцы, понимает, что Минги хочет, чтобы сейчас он просил у него разрешения до себя прикоснуться. Что я тебе сделал? думает Юнхо, слизывая капельки пота над верхней губой, За что ты меня наказываешь? Я ведь был хорошим мальчиком все эти дни. За все эти месяцы это кажется третий или четвертый раз, когда они занимаются сексом именно так, и прошлый раз был совсем недавно на день рождения Минги, потому что они оказались совсем одни в дорме, а Сан уехал к родителям. Юнхо тогда переполняло слишком много чувств и от премьеры, и от того, что они впервые за очень долгое время были по-настоящему одни, поэтому он просто позволил делать с собой Минги абсолютно все, что придет тому в голову.  Он обнял Минги еще на пороге комнаты, заглядывая в глаза, чувствуя, как замирает у него сердце. Это - твой подарок, делай с ним, что хочешь. Минги даже не зажмурился как обычно, когда Юнхо следом его поцеловал, твердо зная, что в этот раз их точно уж никто не прервет. Они выпили очень много на двоих, поэтому в голове у Юнхо о том вечере не сохранилось ничего, кроме обрывков. Пальцы Минги на его шее, его язык глубоко внутри, губы Минги, мажущие по внутренней поверхности бедер. То, какие волосы Минги из-за укладки под пальцами казались путанными и немного жесткими - Юнхо всегда нравилось играть с ними, когда Минги ему отсасывал, но в тот раз он вцепился в пряди, не давая отстраниться, потому что пока глотка Минги давила ему на головку, пальцы Минги давили на простату, но этого было все равно недостаточно и он умолял Минги не останавливаться. Цельных воспоминаний у него не осталось, но обрывков Юнхо хватило потом на то, чтобы ласкать себя в душе, потому что оставшиеся дни у них так и не получалось оставаться наедине. Этим вечером Минги постучался в его номер. Юнхо только почистил зубы и переоделся, думая, что у него даже получится поспать подольше обычного, ведь они вернулись так рано с ужина. Но столкнувшись с взглядом Минги из-за под взъерошенной челки, Юнхо понял, что про лечь пораньше он уже может забыть. - Пожалуйста, дай мне себя потрогать, - выдыхает Юнхо, понимая, что Минги все равно в конечном итоге получит именно то, что от него ему хочется от Юнхо получить. И как бы Юнхо себя не убеждал, воли у него в последние месяцы  перед желаниями Минги становится все меньше и меньше. Минги отпускает его запястья, но качает головой. - Нет, Юно, - и теперь прижимает его за запястья же обеими руками. Они оба слишком возбуждены, и Минги очень хорошо знает как нравится и Юнхо, и ему самому, он закусывает нижнюю губу, наклоняется так близко к Юнхо, что тому и остается только смотреть ему в лицо, тонуть в пылающем взгляде. Смотреть на него вот так, снизу вверх, просто невыносимо. У Минги великолепное тело, и Юнхо хочется облизать каждый дюйм его кожи по-собачьи, хочется сжать грудь ладонями и держать так, любуясь тем, как меняется лицо Минги во время оргазма. Но его запястья плотно прижаты к кровати, Юнхо кусает уже щеку изнутри, чтобы не вскрикивать от каждого движения бедер Минги, потому что он так идеально принимает его член, что Юнхо кажется - еще чуть-чуть и он начнет сходить с ума от того, насколько восхитительным и жарким Минги вокруг его члена ощущается. Тяжелый жар из груди сползает ниже, к животу, скатывается в его низ. Минги наклоняется к нему так, что челка мажет Юнхо по лицу. - Черт, - выдыхает Юнхо, - черт, я...я сейчас... - Хорошо, - выдыхает Минги, - хорошо. Он чуть замедляется, и стоны все же прорываются из Юнхо. Он откидывает голову назад, на подушку, чувствуя, как простынь липнет уже к мокрым от пота бедрам и заднице. В колком и сухом воздухе не осталось никаких запахов, кроме запаха их тел, и Юнхо с ума сходит от невозможности вцепиться в плечи и спину Минги прямо сейчас. Член Минги - твердый и тяжелый - прижимается к его животу, головка пачкает смазкой кожу и Юнхо хочется обхватить член ладонью, чтобы парой движений довести Минги уже до разрядки, потому что ему всегда нравилось для Минги это делать.  - Юн, почему ты... такой жадный... - Ч-что? - Я никогда не давал тебе ни единого повода, - заключает Минги, прежде чем отпустить, наконец, ему руки. Все, на что хватает Юнхо, так это сжать его бедра, удерживая на себе, когда он сам начинает в Минги толкаться. Минги сдается очень быстро - он низко стонет от каждого толчка, откидывая назад голову. Юнхо понимает, о чем это Минги тут говорит. Но объяснять ему ничего не собирается. Потому что ты только мой, думает он, когда Минги сжимает его ладони неожиданно своими, сплетает пальцы с пальцами Юнхо так сильно, что кажется они их друг другу сломают. Минги такой красивый и растерянный, когда ему хорошо от того, что Юнхо делает с его телом и с его сердцем, может поэтому Юнхо в какой-то момент и понял, что им друг от друга никуда не деться. Он понял это еще после их первого поцелуя, когда Минги смотрел на него вот так же как и сейчас - широко раскрытыми глазами, в которых не было ничего, кроме восторга и обожания. ...Потом он даже и не пытается Минги с себя спихнуть, хотя тот все еще чертовски тяжелый, а еще они оба липкие от пота, и живот Минги липнет к животу Юнхо и это в общем-то все не очень приятно, но Юнхо впервые за очень долгое время на такие мелочи действительно все равно. - Не уходи никуда, - Юнхо немного неловко такое предлагать  - они оба до сих пор стараются удерживать эту сторону их отношений от остальных закрытой, но Минги в последние дни чертовски выматывается и сейчас Юнхо становится все равно если кто-то решит застукать их в одной кровати. - Ты это делаешь, потому что...любишь меня? Вопрос этот касается очень многих вещей и Юнхо знает, что для Минги он во многом стал слишком болезненным за этот год. Но... - Ну да, именно поэтому, - отвечает Юнхо, прежде чем взять его лицо в ладони и поцеловать в переносицу. Минги жмурится от этого, мотает головой, но только для того, чтобы тут же прижаться к его губам своими и поцеловать в ответ.  Концепт, в котором ему приходится делить Минги со всем этим миром, Юнхо не очень нравится, но если напоминать миру о том, чей Сон Минги в первую очередь, то выходит даже терпимо. Особенно если каждый раз после этих напоминаний Минги приходит к нему в постель.