Гарантия чистоты

Лия не “ничего не чувствовала”, а просто чувствовала теперь по-другому. Раньше она радовалась только когда все было идеально, а если нет – начинала тревожиться. Теперь, когда идеально не будет уже никогда, она училась радоваться мелочам. Латте и тосту с утра. Новой сумочке, даже если она подходит к образу неидеально. Своему отражению в сверкающей чистотой витрине. Пришедшей в голову шутке о том, что даже в отражении она неотразима. И взглядам прохожих, конечно. Даже медных. Да что там, даже того мальчишки из клининга “Гарантия чистоты”, которого прислали наводить порядок у нее в квартире. Он мыл пол (обычно Лия считала, что робота-пылесоса вполне достаточно, но должен же кто-то отдраить углы, хотя бы раз в пару месяцев?) и глаз с нее не сводил. Она делать замечаний не стала, даже наоборот, поощрила – прошлась перед ним туда-сюда, как будто случайно, потом уселась на диван по-русалочьи и принялась поправлять прическу. Она нарочно делала вид, что не обращает на него внимания, но взгляд чувствовала. И это доставляло ей удовольствие. Лия теперь не упускала ничего, что могло ее порадовать, поэтому выдумала, что бы еще у нее дома можно было помыть. И попросила прислать того же уборщика. Да-да, знаете, такую грязь сумел отмыть – после него все как новенькое! Если он завтра свободен… Разумеется, Лие не отказали. Тем более, что она пообещала записать про фирму кружочек в блог. К вечеру на нее накатила какая-то тоска – начали вылезать дурацкие образы из прошлого: чьи-то кудрявые волосы, которых она почему-то больше не может коснуться, какой-то хлопок и пронзительный женский крик; а еще кто-то, одетый в белое, которого уводят двое солдат. Бред, в общем. Она выпила таблетку и стало поспокойнее, но надо было во что бы то ни стало сегодня расслабиться. И она подошла к делу ответственно – купила вина, заказала суши и даже – ее маленькая слабость – выписала черешни с агрофермы. И села ждать уборщика. Он пришел, кивнул ей и тут же схватился за швабру. Лия переоделась в короткое серебристое платье на бретельках и села за ним наблюдать. Точнее, они взаимно друг за другом наблюдали. Она ела черешню, кидала косточки в стакан и бросала взгляды из-под ресниц. Он сосредоточенно оттирал что-то (скорее всего, и без того чистое) и изредка поглядывал на нее. Он был похож на лесного зверька, который занят своими делами, но неизменно озирается в поисках хищников. Что ж, это он угадал правильно. Она и есть хищница. Потом ей надоело ждать. Она погремела черешневыми косточками в стакане, но эффекта это не произвело, и она просто встала, подошла к уборщику и отобрала у него швабру. Он уставился на нее и заморгал, как будто ничего не понял, но где-то на дне его глаз Лия прочитала, что все, что надо, до него дошло. Не так-то ты и прост, медный… Когда Лия взяла его руки и положила себе на бедра, он не сопротивлялся, но вдруг дернул подбородком в сторону медного браслета. А ведь и правда, подумала Лия, отследят еще, что на работе не тем занят. Будут проблемы – не у нее, конечно, у него, но жалко паренька. Тем более его тогда к ней больше не пришлют – а вдруг он окажется ничего… – Стой тут, – скомандовала Лия. С давних времен у нее сохранилось кое-что не вполне законное, но для такого случая подходящее. В старой косметичке среди просроченных помад и засохшей туши лежал телефон – не ее, ей оставил его кто-то из той лаборатории, куда она когда-то захаживала, правда, она не помнила, кто. На этом телефоне была программа, которая могла взломать браслет. Лия нажала нужное сочетание клавиш, и медный браслет на запястье уборщика принялся мигать. Сам уборщик стоял смирно, будто окаменел, и Лия не отказала себе в удовольствии пробежаться кончиками пальцев у него под подбородком. Он дернулся, но вскоре замер снова. Вытерпел. А потом браслет совсем погас, и… на самом деле Лия даже не заметила, в какой момент это произошло. В какой момент она оказалась на полу, в живот ей врезалось острое колено, а золотая цепочка у нее на шее вдруг больно сдавила ей горло, скомканная в неожиданно сильных пальцах. Думать о чем-то было уже поздно – да она и не могла, кислорода стало не хватать очень быстро. И перед тем, как сознание окончательно угасло, она успела услышать возле уха: – Привет тебе от моей сестры.