Я готов...

— Кристиан, я хочу тебя поцеловать. — Грубый басистый голос прозвучал среди тишины квартиры. Он скорее констатировал, чем просил. Оба мужчины сидели с книгами. Дэдэрик расположился в кресле, отмечая литературные приемы автора — всё то, что могло ему пригодиться в будущем, хотя эти заметки он никогда не перечитает. — Мгм… — лишь тихо промычал в ответ младший, даже не оторвавшись от страницы. Кристиан же неспеша перелистывал страницы очередного романа, название которого не вспомнит уже завтра. Такие вечера стали приятной привычкой с тех пор, как они начали жить вместе. За последние годы в их жизни многое изменилось… Они съехались, Дэдэрик уговорил Кристиана ходить на терапию, заняться не только физическим, но и ментальным здоровьем. Отпив из чашки уже остывший чай, Кристиан тихо произнес: — Я готов… Шатен отметил про себя, что на сей раз ждал не так долго. Он отложил книгу и поднялся с кресла, отчего пружины громко заскрипели, освободившись от тяжести его тела. Дэдэрик присел на край дивана, отложил книгу Кристиана, не забыв вложить ленточку-закладку между страниц. Кристиан всегда терялся, куда деть взгляд в такие моменты, и теперь его единственное спасение — книгу — у него отняли. — Кристиан, — позвал его мужчина, уже по-родному картавя первый слог. Это почти сразу заставило младшего повернуться на зов. Дэдэрик протянул жилистую грубую руку к нежной белой щеке Кристиана, приласкал его для начала, дал привыкнуть к прикосновению… Ощутив, как тот чуть-чуть трется о его мозолистую ладонь, понял — это знак разрешения. Крупный, неотесанный мужчина притянулся к худому и вытянутому Кристиану с неприсущей ему нежностью, словно боялся разбить драгоценность. От первого соприкосновения губ Кристиан вздрогнул, словно не ожидал этого. Однако он не закрыл свой аметистовый глаз. Он никогда не позволял себе закрывать глаза в такие моменты. Ему нужно было видеть. Всегда. Их легкий поцелуй имел вкус мятного чая, того самого, что они пили сегодня вечером. Вкус всегда был разным: смородиновый, белый чай с ноткой клевера, шоколадный… Но всегда — чай. Дэдэрик никогда не жадничал — нельзя было, всегда сдерживался, чтобы не напугать это хрупкое, беззащитное существо, которое так сильно хотел. Их губы никогда не вели яростной борьбы за первенство — инициатива всегда оставалась за старшим. Поцелуй был больше похож на утренний — сонный и ленивый. Но, несмотря на это, внутри одного из мужчин бушевала страсть, животное желание… Второго же охватывал страх, который быстро уступал место нежной, трепетной любви. Долгие секунды нежности для них прошли слишком быстро. Но Дэдэрик знал, знал, сколько ему позволено. Он отстранился, наконец приоткрыв свои светлые глаза, что смотрели на самое дорогое, что у него было — взгляд, наполненный любовью и желанием защищать. — Спасибо, — сказал он в чужие губы, откинувшись на спинку дивана. Он всегда благодарил Кристиана за поцелуи, даже если те были быстрыми и мимолетными. Ведь он знал, какого труда они ему стоят. В ответ тот лишь кивнул и вернул себе прежний отрешенный вид, словно ничего и не произошло. Но его длинные, аккуратные пальцы непроизвольно потянулись к собственным губам, словно проверяя, на месте ли они. — Так, я на сегодня закончил, — шумно поднялся он с дивана, разминая спину. Дэдэрик снова переменился, и атмосфера вокруг стала прежней. — Марни Капфер пишет дерьмово. Но у нее довольно небанальные повороты сюжета, правда, подавать она их совсем не умеет. Таков был их маленький ритуал — делиться впечатлениями от прочитанного по вечерам. Кристиан тоже не остался в стороне и рассказал о своей книге, которая тоже не отличалась великим слогом, но, в отличие от эмоционального Дэдэрика, сделал это спокойно и сдержанно. И вот они снова провели вечер в разговорах о книгах, за кружкой ароматного чая, в теплой атмосфере уюта и понимания. — Я тогда мыться, — уведомил мужчина, закончив со всеми вечерними делами. Кристиан лишь кивнул. Теперь у него есть двадцать минут, чтобы подумать. О себе. О Дэдэрике. О своих страхах и своем стыде. Это происходило постоянно, стоило ему остаться одному. Так хотелось во всем разобраться! Так хотелось просто смотреть в потолок и ни о чем не думать... Но пока это были лишь мечты.

Что я на самом деле о нем думаю? О Дэдэрике?

...

«Люблю ли я его?»

...

«Мне просто с ним комфортно?»

...

«Что такое любовь?»

...

«Я такого не заслуживаю»

...

«Я просто им пользуюсь?»

...

«Какой я отвратительный»

...

«Нет, он так не считает...!»

...

«А я? Я так считаю?»

...

Мысли снова, словно в круговороте, перемешивались друг с другом, перекрикивая одна другую. Это происходило постоянно. Но почему, задавая себе эти вопросы снова и снова, он так и не находил ответа?!

«Я не хочу, чтобы он уходил...»

...

«Как долго он сможет терпеть меня такого?»

...

«Что я вообще могу для него сделать?..»

Но мысли мгновенно испарились, едва дверь ванной с скрипом отворилась. — С легким паром... — тихо сказал Кристиан, глядя на довольного Дэдэрика в халате. Внутри младший почувствовал безграничную благодарность за это спасение от собственного разума. — Да, сейчас бы сигаретку и пива, и я в раю, — протянул тот, чуть ли не пуская слюнки. — Хотя, что мне мешает? Но тут, словно гром среди ясного неба, прозвучало: — Не пей. Шатен тут же округлил глаза — ровно так же, как и сам Кристиан, не ожидавший от себя этих слов. Удивительно это было потому, что Дэдэрику еще ни разу не запрещали пить или курить. Да, правила давно были установлены: курить только на улице и не перед сном... Но сейчас — почему? — Эм... Ну, хорошо... — неуверенно согласился тот, понемногу оправляясь от удивления. Но это заставило его беспокоиться о Кристиане, хотя ничего не сказал.  И сам светловолосый ничего не добавил, лишь отвернулся, делая вид, что ничего не произошло. Его дурацкая привычка. Молчание могло бы затянуться, если бы не... — Давай попробуем сегодня, — сказал он совсем тихо, словно надеясь, что Дэдэрик не расслышит. — Что? — Но со слухом у того было все в порядке. — То, что мы уже пытались, — так и не дал четкого ответа. Но теперь Дэдэрик понял: секс. У них были попытки, назвать которые успешными было нельзя, хотя они шли к этому довольно долго... Инициатором всегда был Кристиан, но исключительно из-за чувства вины и страха потерять Дэдэрика. — Ты не говорил об этом с того раза... — дал он тому возможность пояснить свое решение. После той попытки Дэдэрик даже не заикался ни о каком виде интимной близости. Он не хотел принимать эту жертву от любимого, который делал это лишь из-за глупого страха. И был готов отказаться сейчас, едва заподозрив, что Кристиан снова идет по той же дорожке. — Я... долго думал... — Даже не продолжай, — терпеливостью мужчина не отличался. — Я тебе и так дал понять, что мне это не так важно. Я тебя не брошу. Особый акцент он сделал на последней фразе, но услышал ли его младший? — Дэри! — испугался тот, что Дэдэрик сейчас развернется и уйдет, не выслушав. А ему стоило немалых усилий заговорить об этом. — Я хочу быть полноценным. Впервые мужчина услышал от него такие слова. Впервые Кристиан признался, что он хочет. Дэдэрик тяжело вздохнул, пытаясь переварить услышанное и поступить так, чтобы не навредить еще больше. — Нужна подготовка. Не только моральная, но и физическая. — Я знаю. И я готов. Мужчина хотел объяснить, что мало просто сказать о желании и начать, но ему не дали. — Я себя готовил... — Стой, Кристиан, ты не поним... Хотя, говорить тому словно он девственник, было глупо со стороны Дэдэрика. Учитывая, что опыта именно в таком у него было больше... — Я понимаю, — четко прервал его Кристиан. Теперь-то старший почувствовал решимость в голосе любимого. — М... — Дэдэрик все еще не мог решиться. Он был рад этой решительности, но в то же время его одолевал страх причинить боль. — Я уже несколько раз готовился к этому, но не мог заговорить с тобой... Дэдэрик достал весь свой арсенал для коитуса. Специально подобранная смазка, оставшаяся с того раза, даже презервативы, у которых не вышел срок годности, хотя мужчина именно такую судьбу им и пророчил. Сегодня он не допустит ни одной ошибки. — Это подушка, тебе под… для удобства, — как ребенку, объяснял он каждую вещь. Кристиан лишь скованно сидел, с беспокойством разглядывая «инструменты». — Кристиан… — Дэдэрику тоже давалось это нелегко. — Давай для начала все обсудим. Но тот не понимал, что тут можно обсуждать. Надо просто лечь и… — Твоя цель — не просто удовлетворить меня, ты это понимаешь? Не понимает. — Давай установим правила. Во-первых, ты не должен бояться сказать мне «стоп». Это самое главное. Повтори. Он говорил приказным тоном, сильно сомневаясь, что Кристиан его вообще слышит. — Я не должен бояться сказать тебе остановиться… — выдохнул тот, словно сам не веря в эти слова. — Во-вторых, ты должен сказать «стоп», если тебе станет хоть на секунду некомфортно. Я прекращу немедленно, — вновь повторял он одно и то же разными словами, лишь бы до того дошло. — Ты здесь главный, ясно? В ответ он получил неуверенный кивок. — Как ты сам хочешь, чтобы все прошло? Что мне нельзя делать? — Делай как считаешь нужным… Дэдэрик понимал, что если сейчас поддастся, то только усугубит его состояние. — Нет. Скажи свои правила, — поставил он точку, ясно давая понять, что не шелохнется, пока не услышит ответа. Это заставило Кристиана напрячься, забеспокоиться и, главное, задуматься. — Я хочу… тебя видеть. — Видеть? — не совсем понял мужчина. — Если я не увижу твоего лица, у меня начнется паника. — Значит, выбираем позу, где мы будем видеть лица друг друга, — обрадовался Дэдэрик, что они сдвинулись с мертвой точки. — Хочу тебя слышать… — Стоило сказать одно правило, как остальные уже не казались такими страшными. — Не делай мне больно… И не выключай свет. Услышав, что Кристиан наконец смог озвучить все, он с облегчением выдохнул. — Отлично. Я хочу к тебе прикоснуться, — уведомил он, ожидая разрешения. И оно было получено. Мужчина неспеша, чтобы не напугать младшего, приблизился. Его большая ладонь опустилась на худую холодную щеку. Шершавая подушечка большого пальца нежно провела по скуле, и под этим прикосновением Кристиан вздрогнул, но не отстранился. Не сводя с него пристального взгляда, Дэдэрик медленно начал расстегивать пуговицы на его рубашке. Кристиан вздрогнул сильнее, его дыхание прервалось. — Можно не раздеваться? — тихо выдохнул он, пряча взгляд. — Нельзя, — последовал немедленный отказ. Пальцы мужчины продолжали свою неторопливую работу. Когда последняя пуговица расстегнулась и ткань соскользнула с бледных плеч, Кристиан сжался. — Только… не смотри на спину, — попросил он, и в его голосе слышалась мольба. Ему не хотелось, чтобы Дэдэрик видел эти позорные шрамы, вечное клеймо его прошлого. — Обещаю. Холодный воздух коснулся оголенной кожи, и она покрылась мурашками, слабо поблескивая в тусклом свете. Кристиан резко выпрямился, застыв, когда на его спине легло чужое, но уже такое знакомое прикосновение. — Не бойся, — тихо прошептал Дэдэрик, и его пальцы с невероятной нежностью проследовали по одной из выпуклых линий. Прошло немного времени, прежде чем оба мужчины остались без одежды. Кристиан стыдливо прикрывался, словно физически ощущал на себе чужие голодные взгляды, но быстро успокаивался, видя, что серые глаза Дэдэрика смотрят только на него… Не с желанием, а с заботой. — Как хочешь, чтобы мы это сделали? Можешь быть сверху. Так будет проще контролир… Но Кристиан тут же замотал головой, словно боялся даже услышать об этом. — Хорошо, давай тогда так… — Вспомнив все удобные позы для первого раза, Дэдэрик аккуратно, чуть боком, уложил Кристиана на свою руку. — Не страшно? — Мужчина сдерживал обещание: говорил, спрашивал, не оставлял одного. — Нет… — Получив такой ответ, Дэдэрик позволил себе действовать дальше. — Тогда я тебя подготовлю. Поначалу будет неприятно. Он пояснял каждое свое действие. Дотянулся до смазки и, не жалея, налил себе на пальцы. Тихо пояснил Кристиану, что нужно раздвинуть ноги и поджать колени. Чтобы решиться на это, младшему потребовалось время, но в итоге он выполнил указания. — Только не трогай… — Дэдэрик тут же вскинул бровь, не понимая, как это сделать, не касаясь. Но тот договорил: — …Мой пенис. Он не сможет возбудиться. Дэдэрик угукнул тому по щеке, чмокнув. Его рука аккуратно приблизилась, но он не спешил, начав с ласк, чтобы Кристиан хоть немного расслабился. Он чувствовал, как худое тело в его объятиях пробивает легкая дрожь. — Я рядом, — тихо шептал он, вводя первый палец, но тут же почувствовал сопротивление. — Дэри… — позвал младший так, словно не видел того перед собой. Грубый мужчина и так не был силен в красноречии, тем более в утешениях. Ему оставалось лишь повторять заготовленные фразы. На втором пальце Кристиан то ли прокряхтел, то ли всхлипнул. — Больно? — забеспокоился Дэдэрик, готовый уже остановиться. — Нет… — только и сказал тот, никак не комментируя свое состояние. Первые капли пота выступили на лбу Дэдэрика уже давно. Ему было тяжело: контролировать свое желание, свои действия и состояние своего мужчины. Взгляд Кристиана судорожно метался от низа к лицу Дэдэрика, словно проверяя, он ли всё это делает. — Это я. — Да… Простыня под тонкими длинными пальцами нещадно мялась. Он не мог себе позволить обнять сильного мужчину, сам не в силах ответить — почему. — Главное — глубоко дыши, — давал сухие рекомендации Дэдэрик, просто чтобы Кристиан его слышал. В ответ — лишь кивок или короткое «да». Посчитав, что подготовки достаточно, шатен приподнялся, на что последовала незамедлительная испуганная реакция. — Ты куда?! — Я тут… — успокаивающе ответил мужчина и приподнял его колено. Он знал, что значительно крупнее Кристиана, но не думал, что тот настолько хрупок… Одна его ладонь легко могла обхватить бедро светловолосого. В голове возник страх, что одно неверное движение — и он разобьет его, словно фарфор. — Я сейчас… — не смог он закончить, когда на него так пристально смотрел этот глаз… — Угу… — тихо мурлыкнул тот, разрешая. И он вошел. Кристиан всхлипнул, его дыхание сбилось. Дэдэрик хрипло гортанно рыкнул и выругался сквозь зубы. Но несмотря на дискомфорт, на боль, на внутреннее сопротивление… для Кристиана это стало освобождением. Освобождением от прошлого. Это короткое «я тут» позволяло забыть любую боль, что преследовала его десять лет. — Прости, — сквозь зубы процедил мужчина, коря себя за резкость. Но Кристиан не мог сейчас ответить. Он только смотрел на Дэдэрика… И тому было достаточно этого взгляда — взгляда без страха. Слов не требовалось.

***

— Всё хорошо? — Уже который раз спрашивал Дэдэрик. — Угу… — Спокойно ответил Кристиан, позволив о себе позаботиться. — Надеюсь, завтра ничего болеть не будет. Но если что — я тебя на работу и на руках отнесу, — старательно наносил он мазь, которую предусмотрительно купил для таких случаев. — Угу… — Короткие ответы заставляли старшего беспокоиться ещё сильнее, но спокойный взгляд фиалкового глаза мгновенно успокаивал. Тот победно закрыл тюбик и протянул бельё. — Знаешь… — Одно лишь тихое слово сразу привлекло его внимание. — Мне не было страшно. И Дэдэрик тут же расплылся в улыбке. — Я счастлив. Это была большая победа для них обоих. Но их тернистый путь ещё далёк от завершения… — Блять, прости! — Дэдэрик вскочил, и его возглас наверняка разбудил соседей. — Я такой идиот. Кристиан лишь удивлённо округлил глаз, не понимая причины такой реакции. А мужчина виновато закрыл лицо руками. — Тц, я не хотел, — он был готов избить себя самого. — Сейчас поищу мазь от синяков. И теперь младший понял, в чём дело. На его бледной коже отчётливо проступал фиолетовый след от сильной руки — словно он жертва домашнего насилия. — Всё нормально, — даже тихо рассмеялся он. — Мне не больно. Да и кожа у меня чувствительная. Дэдэрику от этого не стало легче. Он винил себя за то, что не сдержался. Но не смог устоять перед просьбой Кристиана просто лечь спать… — Я люблю тебя, ты понял? — выдохнул он прямо, в лоб. — Я тоже… — тихо ответил.