Запрещенное

— Слышал? Теперь Двуликий и Итадори два разных человека. А так же, Сукуна говорит, что теперь за магов. Учителя решают, что с ним делать. Но пока заселили его в общежитие, надеясь, что тот ничего не натворит, — Послышалось в коридоре.

Фушигура отчетливо расслышал это, и явно был заинтересован. Спокойной походкой, парень дошел до здания с комнатами. Ему не доставило труда найти владения Рёмена. На двери было заклятье, скорее всего, наложенное самим Годжо. Давало зайти магам, а проклятьям особенного уровня невозможно. Почти что. А если и могли, то это было бы долго и затянулось на пару минут. И за это время кто-то бы пришел. Постучав, и подождав несколько секунд, молодой человек не услышал признаков движения. Решив не ждать, он отварил дверь. На кровати у стены и в правду сидел Сукуна. Такой похожий на Юджи. Но в то же время такой другой. Более… Эластичный. Более могущественный. Как бы не отрицали бы люди, но это существо по истине стоит ровне Сатору. — Значит всё-таки те слухи были правдой. Удивил так удивил. Поговорим? — В своей сухой манере проронил гость, оглядывая другого. Даже бровью не повел. — Ого-о, смотрите-ка кто заявился ко мне. Кто давал право тебе врываться ко мне? Оскорбительно. — С усмешкой, но с долей холодной злости ответил двуликий. — Уж прости. Табличку бы повесил. Я не за этим. Хотел узнать кое-что, не против? — Валяй. — Сукуна убрал руки за голову, удобно развалившись на постели, прикрывая глаза, оставаясь с ехидной улыбкой. Мегуми немного исказился в лице от такого, но не слишком. От того очевидно можно ожидать такое поведение. Не странно. — Как вы разъединились с Юджи, и как тебе сейчас? Сукуна хмыкнул, не открывая глаз, но его улыбка стала шире, во все зубы. Острые. Будто в этом вопросе он чувствовал особенное превосходство — и даже удовольствие. — Разъединились? — протянул он, словно смакуя сам вопрос. — Ты говоришь так, будто это произошло случайно. Но нет. Это было запланировано. С самого начала. Просто вам, смертным, никогда не приходило в голову, что я могу ждать. Терпеть. Притворяться. Он открыл один глаз и посмотрел на Фушигуру — пронзительно, цепко, словно видел его насквозь. — Юджи… стал сильнее. Он легко бы мог меня подавлять, а я хотел отдельное тело. Ха-а. — Чудной вновь заразился смехом. Мегуми молчал. Он чувствовал, что за словами Сукуны скрывается нечто большее. Что-то… личное. Но вряд ли тот когда-либо признает это. — А теперь… — продолжил проклятье, вытягиваясь на кровати, как кот, — я снова цел. У меня больше нет нужды делить тело с мальчишкой, который всё время лез не в своё дело. Я свободен. И да, — его голос стал тише, но в нём зазвучал стальной холод, — я за магов. Пока. Это… выгодно. Мне нравится наблюдать за вашей глупостью изнутри. И кто знает — может, я даже спасу вам пару жизней. Для разнообразия. — Он прищурился и снова ухмыльнулся. — Тебя это устраивает, Фушигуро? Или пришёл уговорить меня «вести себя хорошо»? Мегуми вздохнул. Он всё ещё не знал, что именно чувствует к этому… существу. Но точно знал — бояться его он не будет. Не после всего, что видел. — Какой же ты все-таки идиот. — шёпотом пронеслось с уст парня. В тот же момент он оказался прижат к стене, где Рёмен держал того за шею, не давая спокойно вдохнуть кислород. Крепко сжимая горло, черные глаза двуликого сверкнули хладнокровью. — Повтори. — Ты идиот. Маг знал, что ни к чему хорошему это не приведет, и лучше бы заткнуться. Он один на один с этим, что может уничтожить его за один миг. А в близи тот неплох. Волосы, что так соблазнительно падали на лоб, тяжелые руки, хорошее телосложение. Ах! Первокурсник явно думает не о том. Взгляд Сукуны держался на лице другого. Губы накрывают другие губы. Страстный, грубый поцелуй со стороны Рёмена. На него сразу последовал ответ. 18-летний кусает нижнюю губу проклятья, мстя за удушье, которое на удивление ослабло. Другой не остался в долгу и нарочно полез во внутрь рта. Слизкие, до боли неприятные языки соприкоснулись. Но этого и надо. Эти слюни, сплетения. Младший ели отрывается от поцелуя, хватая воздух. Щеки покраснели, а синие глаза направлены точно на Сукуну. Мостик тут же разрушился, так неправильно. Так ужасно. — Выблядок. — Розоволосый приблизился к шее паренька, от чего у того вновь замерло дыхание, — Сначала я доведу тебя до предела, а потом уничтожу заживо. Шаман удовлетворительно ухмыльнулся и схватил за волосы Двуликого, но сразу же просто зарылся рукой в мягкие локоны, немного помассажировав кожу головы. Тот же агрессивно сжал бедро подростка. — Попробуй. — Глухо отдал голос Фушигура. Молодого подтолкнули на кровать, сразу наваливаясь телом на корпус человека, зажимая кисти младшего над головой самого пассива. Мускулистые руки крепко удерживали паренька на месте. На его шеи оказался первый укус, который прошелся с полукриком нижнего. Не подумайте, что ему не нравится. Это, скорее, мазохистная боль. Неприятно, но приносит блаженство. — Сукин сын, — разадорено сказал Мегуми. На это другой промолчал. Верхняя часть формы студента была разорвана, а клочки ткани выброшены в сторону. Горячие губы проходились от уха до шеи, плотно прислоняясь к кожи. Оторвавшись, демон удобно устроился на бедрах партнера. Король ядов не из тех, кто сильно любит прелюдий, но сейчас хотелось полностью пометить мальца, сделать ему больно, но приятно, зная, что это всё неправильно. Хотя кто ему это докажет? Всё по согласию. Сукуна не мог терпеть, его возбуждение только росло, а его половой орган был в упрек штанам. Он не смел отказывать себе в своих желаниях. Не для этого добивался всего этого. Незамедлительно Рёмен смог на кровати упереться спиной к спинке постели, а самого опонента усадить на бедра. Фушигура не повел и мускулом, сразу приспосабливаясь к новой позиции. Их губы снова были сплетены в сладкий поцелуй. Оба получали, что хотели. Младший не остался в долгу, и как только они отцепились лицами друг от друга, он словно зная, пролез руками под футболку двуликого, обведя талию, от чего тот сжал задницу парня. — Чертов, мог бы я сломать тебе руки. — Сломаешь после вохситительного секса со мной. Никто бы и не подумал, что тихий первокусник окажется не так прост в таких делах. Ловко растигивая свою ширинку джинс, он вопросительно смотрит на того, пока Сукуна закатывает глаза, и в его руках появляются презиративы и смазка. — Доволен? Ответа не последовало, но вместо него Фушигуро плотнее прижался к стояку демона, от чего тот закусил губу, проводя рукой по спине человека. Манящее, сексуальное тело прямо перед ним. Готовый почти на всё, сам проявляя инициативу. Разве не сказка? Розоволосому хотелось как можно дольше растянуть удовольствие, поэтому шея Мегуми вновь поддалась под власть проклятья. По коже прошелся горячий язык, оставляя дорожку слюны, а легкие позывы ветра охлаждали тепло. Они слились в поцелуи. Шаман снова укусил Рёмена за губу, вызывая кровь. — Блять, — темно-розово-бордовые глаза блеснули, как только он почувствовал запах крови. — По тонкому льду ходишь. — Так дай мне провалиться. Сейчас. Новый засос остался на груди паренька. Ах, блять, как же это было хорошо! Фушигуро никогда бы не подумал, что именно он сможет получать столь приятные ощущения от парней. Опыта с мужским полом у него не было, лишь с девушками. Даже опытом это не назовешь… И в то же время героя бесило то, что его первым в этом деле стал именно Король проклятий. Вот же черт. Лицо Сукуны выражало спокойствие, хотя внутри был лишь холод и, возможно, дикий интерес. Этот глупый человек вызывает любопытство, что всё переливается в мираж и блаженное безумие. Ты плавишься в этих новых ощущениях, проводя второй секс в своей жизни, где ты снизу. По крайней мере, в жизни мага. Всё это в новинку. Конечно, он состоял до этого в отношениях, если их можно так назвать, но кроме редких поцелуев в губы и одного сплочения ничего большего никогда не было. Всё такое странное, даже кажется незаконным, не настоящим. Но это наяву. Ты трогаешь его, лапаешь, целуешь, можешь делать самые грязные вещи во всём магическом мире. С проклятьем. И это даже не про черный рынок и не казни. Это не эротика, это намного хуже. Верхняя часть одежды того была снята. Теперь оба почти обнаженные. Он не ответил, лишь наблюдая за тем, как младший ловко расстёгивает все кожаные ремни, снимая их и почти складируя на полу. После этого Рёмен остался в темных трусах. Перед ним открылась мускулистая грудь. На животе можно заметить небольшой пресс, мужественные плечи, которые были напряжены. Это не осталось без внимания. Мегуми немного приподнялся и чмокнул в левую ключицу, слегка прикусив зубами, сразу отстраняясь. — Собака что ли? Давай, построю будку, да кости монстров кину. Грызи, кусай сколько хочешь— Второй укус не заставил себя долго ждать, только он был больнее и уже прямиком в плечо, сжимая в зубах кожу существа. На это старик без особых усилий заломил руки паренька за спину и уложил лицом в кровать. — Не смей. Будешь идти наперекор — умрешь сразу. Ты знаешь это. — Да-да. Я тебя понял. Сукуна не хотел дольше тянуть, поэтому приступил к разукрашиванию тела под ним. На шее появлялись красноватые, синеватые и фиолетовые засосы, слюна от долгих поцелуев и лизаний. Другой вкушал блаженство от возвышения над ним. Кайф распространялся по всем конечностям, приводя разум в кашу из смаковки экстаза и услады. Яркость пылала, агония менялась на лёд, и так бесконечно. На плечах и животе было пока меньше всего меток. Это продолжалось минуты от силы четыре. И всё это время гений выдыхал, мычал, но ещё не стонал. А это было необходимо старшему. Тот был не из тех, кто будет долго растягивать. Руки нижнего были отпущены. Сразу с смазкой, входя одним пальцем и сделав пару вращений, вошел второй. Чем больше растягивал, тем больше нравилось Мегуми. Затем вошел и третий, и, кажется, всё шло гладко и хорошо. На половой орган был одет презерватив. Не хитрыми махинациями Фушигуру перевернули так, чтобы управляющий мог видеть все эмоции парня. Приставив орган к дырке, он безумно медленно вставил, надменно ухмыляясь. В этот момент юноша под ним наконец застонал, но не громко. Резко, без какого-либо оповещения, красноглазый сделал несколько резких толчков, начиная увеличивать темп. Темноволосый же простонал, сминая простынь, что натирала его руки, не давая ими жестикулировать. Стоны так и летели из уст пассива. Вдруг член попал по комку нервов, из-за чего нижний прогнулся до хруста костей, а крик из рта вырвался более громкий. Первый мысленно хмыкнул и продолжил набирать темп уже в этом направлении. На уголках глаз Мегуми стали собираться крупицы слёз, которые через мгновение слились из глаз, покатившись в уши. Горячие тела соприкасались, вызывая непристойные звуки. Вскоре толчки стали увеличиваться, а время пика становилось ближе. Ещё несколько движений, и под возгласы мелкого Мегуми кончает себе на живот, немного пачкая и другого. Сукуна сделал пару толчков, и оргазм накрыл его. Сперма собралась в презервативе, который завязали и выбросили под кровать. Возможно, крики первокурсника услышал даже Годжо сенсей.