Потеряй себя

Леру отправили в её комнату, связница сказала, что и так нарушила правила обряда. На удивление, девушку не посадили на цепь, она уже и совсем забыла о том, что хотела попросить средства для ухода за собой. Она помнила, что завтра в любом случае важный день, нужно выглядеть хорошо — старая привычка. Лера опять набрала ванну, нужно отвлечься, смыть с бледного лица, а с тела дрожь, конечно, вода это не сделает, но мышцы как минимум расслабятся. Девушка скинула с себя платье, повесила в шкаф, туфли остались при входе в комнату, все украшения лежали на тумбочке, подобие короны рядом. Бледное почему-то до сих пор пухлое тело опустилось в кипяток. Кожа через мгновение вспыхнула красным, Лера не обращала внимания и легла. Кипяток делает кожу нежнее, плюсом выбеливает, после таких ванн такой нежелательный загар сходит за считанные дни. Пока Лера лежала, засыпая, в комнату зашли, ноги в носках шёркали по полу, невысокая фигура заглянула в ванную. Связница наблюдала за розовым от температуры голым телом, вскоре вошла в комнату, села на край ванны. Лера дёрнулась и посмотрела на неё, прикрыться не попыталась, как минимум такой её точно уже видели, да и на дворе уже за полночь, сил попросту не было. — Ты теперь боишься и ненавидишь меня, да? — грустно усмехнулась связница. — Кстати… Я обещала, что ты узнаешь моё имя одиннадцатого ноября, а сейчас уже двенадцать тринадцать ночи… Меня зовут Эвелина. Лера отвела взгляд, сглотнула вязкую слюну. Рука связницы легла на пока еще сухие волосы (девушка мочила и мыла их после того, как распаривала кожу), погладила. Лера закрыла глаза, сейчас думать не хотелось. — Пожалуйста, не молчи, Лерочка… — она смотрела на неё со слезами в глазах. — Прости, я… Я слишком разозлилась… — Эвелина встала и подошла к двери из ванной. — Прости, пожалуйста, и спокойной ночи… Нужно вставать на рассвете. Девушка вышла из Лериной комнаты, всё замерло, казалось, даже сердце перестало биться, стало холодно даже в кипятке. Её тело опять задрожало, и она встала на ноги. Чуть не рухнула вниз, ударившись о ванну, голова противно кружилась, «значит, опять давление…». Лера раздражённо схватила шампунь её любимый с запахом мяты и вишни, улыбнулась, порадовавшись хотя бы тому, что её любимые средства ухода теперь в полном доступе. Пена стекала по телу, она уже тянулась за душевой лейкой, как вторая волна головокружения накрыла её. Лера невидяще уставилась в дверной проём, пытаясь не свалиться на пол. Вода потекла по голове и телу. Через минут 15 Лера вылезла из ванной, тяжело дыша. Надела бельё, на какую-нибудь ночнушку сил не хватало, завалившись на кровать, она мгновенно отключилась. *** Её разбудило тихое пение и лёгкие поглаживания по плечам. Она открыла глаза и увидела счастливо улыбающуюся Эвелину, сидящую рядом, стало легко. — С добрым утром, затмение, — она ткнула пальцем в ровный нос Леры. — Что за затмение такое, я много наслышана… Придаток… — Лера огладила свои ноги, опять истончаются и ломаются без масла для кутикулы, неудивительно. — Я хотела попросить довольно много уходовых средств… — Какие? — оборвала её Эвелина. Лера поняла, что это скорее не желание просто сделать приятно, а получить прощение. — Нужно пройтись по магазинам… Я названия, если честно, никогда не запоминаю. — Ты сама понимаешь, что это опасно, тебя разыскивают, и, как я знаю, по всему Краснодару, если не больше. — Пока она рассказывала, Лера удивилась, почему это её настолько ищут? Заметив её взгляд, Эвелина улыбнулась: — Твои подруги шумиху подняли! Лера удивлённо раскрыла глаза. Эвелина засмеялась, потянулась к лицу, целуя в щёку. Девушка поднялась с кровати и сделав несколько шагов назад. — Пойдём! Тебя пора подготовить к обряду! Ты как не боишься пальчик проколоть? — связница протянула ей руку, Лера взялась за неё и поднялась. — Палец колоть? — Нужна капля крови для подтверждения связки, но сейчас первым делом мы сделаем из тебя затмение! — Эвелина обняла Леру и погрустнела. — Ты же после вчерашнего не хочешь быть… моей, да? — девушка подняла голову, смотря на неё. Леру как ни крути сбивал с толку вид девочки и то, что она вчера сделала. Как бы она ни хотела сейчас кричать и бежать от того ужаса, не получалось, перед ней как бы не внушать мозгу, что это именно Эвелина заставила так кричать человека, его сбивало с толку само восприятие в ней ребёнка. — У меня же нет выбора, — хмыкнула Лера, приобняв девушку, — но если меня будут на каждом публичном мероприятии пытаться травить, я долго тут живой явно не протяну. — После вчерашнего не попытаются, — Лера ненадолго отвела голову, а когда вернула взгляд, увидела, как Эвелина восхищённо смотрит на неё, будто она какое-то драгоценное украшение или самая вкусная сладость в мире. — Чего так смотришь? Одни травят, а ты меня съешь скоро, — Лера закатила глаза. Эвелина засмеялась. — Съём и не пожалею! — она потянула Леру на себя, уткнулась лбом об её лоб, смотрела с нежностью и счастьем. — Пойдём тебя наряжать! Тебе сшили новое платье по моему чёткому заказу! Эвелина затолкала Леру на кровать, оставляя сидеть её на матрасе, и вышла за дверь, через пару минут вернулась с вешалкой, на которой было невероятной красоты платье, и с несколькими коробками. Она поняла, что в одной точно обувь, но что такого будет в ещё трёх? — Ты из меня витрину магазина делаешь? — Лера поджала под себя ноги. — Конечно! Давай подъём, сейчас из тебя сделаем реальное затмение! — Эвелина как заведенная кружала у Леры, смотрела, как та надевает на низ сначала шорты, потом накидывает первый слой платья. Девушка рассматривала одежду. Первый слой — довольно короткое для неё платье (до колен) темно-серого цвета. Наверху шло ещё одно, только лёгкое, почти полностью прозрачное, на груди ткань вообще отсутствует, держится на нескольких лентах по всему периметру. К несчастью Леры, был третий слой — юбка из материала, похожего на фатин, ярко-фиолетового цвета. — А я не запарюсь в таком? — Лера оглядела себя в зеркале, повернулась на Эвелину, на неё опять смотрели с открытым ртом. — Всё нормально? — А? — Эвелина дёрнулась, приходя в себя. Леру начинало пугать такое восхищение. — Да-да, тебе очень идёт, не не запаришься, церемония на улице проходит, а там уже, по-моему, 15 градусов. — Я как на карнавал… Так и вижу вывеску «Цирк уродов», — хихикнула Лера, хотя такое ей очень даже шло. — Эй! Какие уроды! — Эвелина подошла сзади и обняла её, вся мимолетная злость исчезла. — Не обзывай себя… — А если продолжу, рот заклеишь? — улыбнулась Лера, поглаживая каштановые волосы. — Зашью *** Эвелина одевала её примерно час. Лера устала, и сейчас фраза «красота требует жертв» стала ей ещё понятнее. Девушка не просто устала, было жарко, Эвелина это видела, поэтому открыла окно. Лере стало лучше, но она заметила, что второй девушке стало холодно, тело мелко дрожало, когда та замерла. По итогу на ней помимо платья были туфли и опять куча украшений. Эвелина посадила Леру на кровать, позвала кого-то, сразу прибежали монахини с какой-то массой, похожей на краску или аквагрим. — Что это? — А, это обычный грим вперемешку с пищевым золотом, — Эвелина подошла и попросила Леру поднять голову. Кисточкой девушка рисовала узоры на лице, потратила на это не более 10 минут. Рисунки были в форме луны, звёзд и других невозможных завитков. Леру подвели к зеркалу, несмотря на уставший вид, большие синяки под глазами и отсутствие как такого макияжа, выглядела она очень даже неплохо. — Спасибо, — Эвелина обняла её. Лера не поняла, к чему она и за что благодарит? — За что? — За то, что ты не пытаешься убежать… Ты ведь можешь, я это знаю. — Веришь в то, что я справлюсь с несколькими сотнями людей? — хмыкнула Лера, поправляя уже уложенные кудри. — Я не верю, а знаю. — Эвелина отстранилась от неё. — Я тоже пойду оденусь, у нас есть час, ты прости, до церемонии есть нельзя… — Уже посты пошли, как в церкви… — решила покапризничать Лера, было интересно, сможет ли Эвелина удовлетворить её и опять нарушить правила или все-таки есть какие-то границы. — Ты есть хочешь? — Да, — протянула Лера, закидывая ногу на ногу. — Лерочка, ну потерпи, пожалуйста… Правда нельзя. — Эвелина погладила её по щеке и пошла к двери. Девушка вышла из комнаты. Лера сидела на месте, периодически поправляя украшения и одежду, лёгкая тревожность накатывала волнами, что случится на церемонии, если на обычном застолье её появление привело к скандалу и смерти? Эвелина вернулась через пару минут. На ней было белое платье и совершенно не пышное, в отличие от Лериного, украшений было немного, главное — огромных размеров корона с лучами, как у солнца, только в центре была луна. Девушка держала в руках ещё одну вещь. Она стянула с головы Леры её старое украшение, надевая изящную серебряную тиару на его место. Отошла и полюбовалась Леркой. — Как же тебе идёт роль затмения… Я, конечно, думала, что это выглядело бы хорошо, но чтобы настолько… — Лера покрутилась перед ней. — Так нравится? — Лера подошла к ней, беря за руку. — Ну что, веди к алтарю, или у вас подобие ЗАГСа есть? — Есть, — весело сказала Эвелина, сжимая Лерину руку, и пошла к выходу. *** Лера сидела на троне. Она уже поняла, что её всегда будут связывать с серебром. Эвелина — золото, главная, а Лера — её придаток, можно сравнить с до ужаса патриархальной семьёй: мужчина самый лучший, а женщина — ну, она тоже есть. Эвелина держала её руку. Рука потела, ей было стыдно, кучи людей, как сказала Эвелина, почти весь культ стоят и смотрят на них. С благоговением на Эвелину и с ненавистью на Леру. — Юное затмение! Встать!