По ту сторону зеркала

Просыпаться было тяжело, все тело ломило, что не удивительно, учитывая игру накануне, а затем бурное празднование после в Райских Сумерках. Было непривычно, не ощущать тяжелую руку Эндрю поперек груди, неужели он уже встал? Нил поежился, было холодно. Открыв глаза, он недоуменно осмотрелся. В обстановке было что-то знакомое и давно забытое. Эта комната… почему? Нил смотрел на плакат на стене, где игрок в этси отбивал мяч, плакат был слегка помят, так как Нил часто отклеивал его, перемещая по комнате. Правда это было очень давно. Это точно была его комната, его детская комната, находящаяся в Балтиморе. Он не был в ней с той самой ночи, как они сбежали с мамой… Нил вздрогнул - за дверьми кто-то прошел. «Отец» - подумал Джостен, походку отца он запомнил на всю жизнь. Руки вцепились в одеяло и только сейчас Нил понял, что это не его руки… точнее его, но еще без ожогов и порезов, да и выглядели они, будто он был ребенком… Нил услышал шепот, где-то на периферии сознания: «…по-другому… иначе. Ты больше не будешь страдать… обещаю…»… - Эндрю? Джостен закашлялся от неожиданности, голос был детским, чуть скрипучим со сна, но точно детским… он почти сорвался с кровати, как в комнату открылась дверь, и он застыл. Это была она, еще с длинными волосами, не забранными в неаккуратный хвост, со своим теплого шоколада оттенком, без шрама у глаза и вечных синяков… еще живая и почему-то беззаботно улыбающаяся. Эта улыбка была такой неожиданной, новой - в ней не отражалась боль и забитость. Такую улыбку он видел разве что у Эбби и Би, но не у нее. - Мама? Мэри Веснински была одета в летнее теплого оттенка платье, которое облепило ее ноги сразу, как она бросилась к сыну. - Нат, солнышко! Как ты себя чувствуешь? Мы с отцом очень волновались… Нил не мог ответить. Это сон? Он снова окинул комнату взглядом, понимая, что она такая как в детстве, но другая: на столе раскиданы журнали по экси и комиксы, в углу не закрытый ящик с игрушками, на стенах видны детские каракули, а на шкафу кое-где налеплены смешные наклейки то ли с покемонами, то ли с другой ерундой. В его комнате никогда не было этих вещей. Если бы он посмел хоть подумать о том, чтобы разрисовать стену - отец бы избил его так, что он бы не смог пользоваться рукой минимум неделю. «…не будешь страдать…когда-нибудь встретимся…» - шепот Эндрю снова прозвучал где-то рядом. - Нат? - Рука матери была все такой же теплой, но он рефлекторно отскочил, боясь, что ему за что-то снова прилетит. Последний раз, она знатно потаскала его за волосы, потому что он подставил их, отвлекшись на компанию ребят, играющих в экси. - Малыш, с тобой все в порядке? «Малыш?» - Джостен в ужасе уставился на женщину, она не могла быть его матерью… - Вы кто?