Начать с начала/Start from the beginning.

      Все вокруг были счастливы. И ведь не без причины: полгода назад они все вместе победили Все за Одного, Шигараки и всю их банду. Многие уже залечили свои раны, как физические, так и моральные. На удивление очень многие пошли к специалистам, чтобы прийти в себя.       А Изуку... Он отказался. Как будто и не из такого дерьма выбирался, чего стоили избиения Каччана и других детей в младшей школе. И ничего. И нормально всё.       Но вот прошло уже полгода, а он... Не понимал, что чувствовал. Иногда казалось, что в груди вообще ничего не было. А иногда было слишком много.       Мама очень старалась ему помочь, но младший Мидория порою даже не мог встать с кровати, чтобы поесть, не то, чтобы что-то большее.       Мама пыталась его вытаскивать на улицу, включала его любимые фильмы и готовила любимые блюда, однако и ей пришлось вернуться на работу, как только в городе, да и в стране, ситуация наладилась.       А Изуку лежал. Иногда вытаскивал своё тело на кухню, чтобы подогреть еду, которую с такой любовью готовила мама, чтобы просто ещё сильнее не расстраивать её.       А внутри он чувствовал пустоту, но не только там, где раньше были чувства. Ещё и там, где была причуда. И это было чертовски больно на самом деле. Раньше... Не ощущалось так остро отстутсвие причуды.       И Изуку не знал, куда и как сбежать от этого. С этой пустотой ни один врач не сможет помочь. Возможно, мог бы Всемогущий, но... Разве тот не постепенно терял свою силу? Именно. А Мидория резко и в одночасье.       Вот и выходило, что Изуку лишь сильнее в этом тонул. И даже поговорить с кем-то сил не было.

***

      В один такой из дней, когда Изуку лежал в кровати и пальцем двинуть не мог, а Инко дома не было, в дверь неожиданно позвонили.       Изуку было хотел крикнуть, что открыто, даже если это было не так, но неожиданно обнаружил, что говорить может только еле слышным хрипом — горло пересохло и банально не помнило, как правильно звучать.       Звонок повторился.       Пришлось нехотя и через силу вставать и плестись к двери. С трудом повернув ключ, Мидория открыл дверь и удивлённо уставился на своего... бывшего классного руководителя. Ведь Изуку уже не мог числиться в его классе — никто не согласится обучать на курсе героя студента без причуды. — Изуку, — очень неформально произнёс Айзава-сенсей. — Очень неважно выглядишь.       Очень исхудавший подросток с тёмными кругами под глазами, прям совсем как у Шоты, пожал плечами и пустил мужчину в дом, уходя куда-то дальше в квартиру. Вероятно, на кухню.       Выпив стакан холодной воды, Изуку прокашлялся и вернулся к сенсею, видя, что тот уже разулся и закрыл за собой дверь. — Айзава-сенсей, — довольно хрипло, но уже различимо, произнёс Изуку, потирая свою шею. — Чаю? — Не отказался бы, спасибо, — пару раз кивнул Шота и прошёл за парнем, как он и думал, на кухню. — Думал, вы большой фанат кофе, — поставив чайник, Мидория достал две кружки и чай. — Обычно так и есть, но Исцеляющая Девочка ещё больше начала... Как бы выразиться, настаивать употреблять что-то помимо кофе, — мужчина пожал плечами и сел за стол. — Мне без сахара.       Кивнув, Изуку насыпал сахар только в свою чашку. Как только чайник закипел, он налил в каждую чашку кипятка и поставил чашку без сахара перед Шотой, а свою продолжил держать в руках, когда сел. Пускай напиток обжигал руки, но и давал хоть что-то чувствовать. — Итак... Зачем Вы пришли? — спустя пару минут тишины негромко сказал Изуку, делая глоток обжигающего чая. Он даже не чувствовал паники, находясь наедине с учителем. Возможно, просто из-за того, что Айзава-сенсей другой. Он никогда не относился к Изуку иначе, чем к остальным студентам. Даже когда открылся тот факт, что с самого рождения он был без причуды. — Твои одноклассники сказали, что уже... Некоторое время не могут связаться с тобой. — Изуку на этих словах слегка сморщился, будто услышанное причинило ему боль. Айзава чуть приподнял бровь на это. — Ты ни с кем не выходил на связь. Почему?       Изуку замялся и опустил голову, нервно кусая нижнюю губу. — Не было... Сил отвечать, — тихо решился на правду Изуку.       Айзава тихо встал со стула и подошёл к Изуку, садясь перед ним на корточки. У обоих на мгновение пронеслись воспоминания о похожем моменте в прошлом. — Помнится, полгода назад... Ты отказался от помощи специалиста, — негромко начал Айзава, но Мидория резко закачал головой. — Вы не понимаете... Это не... С этим он не сможет помочь. — С чем, Изуку? Поговори со мной, прошу.       Изуку посмотрел на сенсея и сглотнул, опуская голову вниз. — Я не... Айзава-сенсей, я не могу это о-объяснить. Отсутствие причуды... Я просто чувствую себя пустым, — тихо-тихо признавался мальчик. До этой минуты он не говорил об этом абсолютно никому. Было страшно спокойно об этом говорить учителю, который не исключил его из класса, потому что у него был потенциал к становлению героя. А сейчас он без причуды. Он ничего не мог.       Неожиданно Изуку почувствовал, что его обнимают. Айзава Шота. Обнимает. Его.       И этого хватило, чтобы Изуку прорвало на очень долго сдерживаемые слёзы.

***

      После этого Айзава-сенсей ещё несколько раз приходил, причём тогда, когда мамы не было дома. Чаще всего Изуку молчал, лишь предлагал чай. А сенсей делился новостями в академии, рассказывал про его одноклассников и их успехи, про состояние здоровья многих героев, за которых Изуку искренне переживал всё это время.       Казалось, они поменялись местами. Раньше очень много говорил, а скорее даже бормотал, именно Мидория — не сказать, что это была его фишка, скорее просто часть него. А Шота, как и все в его окружении, слушали. Сейчас именно взрослый излагал большую часть мыслей, пока Изуку гадал, что ему ответить. — Добрый день, Изуку, — сенсей зашёл уже с двумя стаканчиками кофе, что было впервые на их практике. И пришёл довольно поздно, около 8 вечера. Обычно он приходил к 4 и уходил примерно в это время. — Добрый, — слегка замедленно отреагировать Мидория, глядя на стаканчики кофе. В голове упрямо крутилась мысль о том, что это не просто так и должно натолкнуть его на что-то, но... Подросток сегодня совершенно не мог уснуть, из-за этого соображал довольно туго. — Как смотришь на то, чтобы немного прогуляться? — Слегка наклонил голову сенсей, как делал всегда, когда ждал ответа на важные вопросы. По крайней мере важные для него. — Зачем? — Слегка насторженно спросил младший, не имея желания выходить на улицу. — Тебе нужно больше двигаться. А я заметил, что ты вообще стараешься не двигаться.       Изуку тяжело вздохнул и посмотрел на героя прищёренным взглядом. — У меня есть право отказаться? — Мм... Не особо. Иди одевайся, — с садисткой ухмылкой сообщил Шота, наблюдая, как Изуку морщится.       С тяжёлым вздохом Изуку ушёл в свою комнату, пока Шота стоял в прихожей и, попивая кофе, ждал своего студента. Даже не смотря на то, что сейчас Мидория не числился в его классе, Шота не мог перестать считать его своим студентом — они прошли через очень многое в ролях преподавателя и студента, чтобы просто забыть об этом.       И Шота отчасти понимал состояние Изуку. Даже не отчасти, а очень сильно, пускай и с некоторыми отличиями. После... После смерти Ширакумо он был в похожем состоянии. И если бы не Хизаши, Айзава наверное так и не выбрался бы из того состояния. А друзья Изуку в большей части слишком тактичны, чтобы приходить к домой к другу и вытаскивать его из этого. Так что Шота справедливо решил, что это должен сделать это сам, ведь давно привязался к этому ребёнку.       Минут десять он так и простоял, пока Изуку не вышел в прихожую в чёрной одежде — джинсы, толстовка с капюшоном. В этой одежде он казался ещё бледнее, чем есть на самом деле. А его веснушки. казавшиеся ранее бледными, будто вспыхнули новыми красками. Изуку медленно надевал красные кроссовки — единственный атрибут из "прошлой жизни". Единственный яркий атрибут сейчас. — Куда мы пойдём? — Бесцветным голосом спросил подросток, немного недовольно глядя на учителя. На тумбочку он положил записку — предположительно матери, которая скоро должна была вернуться. — У тебя тут рядом есть парк, сейчас там немноголюдно. Туда и пойдём.

***

      Теперь они стали чаще выходить на улицу — преимущственно вечером, потому что оба сейчас не выносили людей.       Изуку постепенно стал замечать, что с нетерпением ждал встреч с сенсеем. Как будто в эти часы он медленно, но верно оживал. Стал больше — точнее в принципе — стал разговаривать. Пускай и не как раньше, но это уже были хорошие шаги к восстановлению, как считал и сам Шота.       Постепенно они выбрались из пустого парка в ближайшее кафе, после которого обязательно делали ещё круг по парку, после чего герой провожал Мидорию домой. Где он, каждый раз уставший после прогулки, мигом засыпал и изредка просыпался ночью.       В один из дней, когда они гуляли, Айзава неожиданно предложил Изуку присесть на скамейку в парке. — Как ты смотришь на короткие тренировки по утрам? — Ч-что? — негромко пискнул Изуку, совершенно не ожидая такого поворота. Где-то в душе "заскребли кошки" от воспоминаний 10-месячной программы тренировок со Всемогущим. — Зачем, Айзава-сенсей?.. — Как минимум, добавить ещё больше активности в твою жизнь, восстановить твоё питание... Как максимум, тренировки помогут... Так сказать, пережить это всё. Плюсом я хочу предложить тебе продолжить обучение.       Изуку неверяще посмотрел на сенсея. Нет. В этом не было смысла. Он, наверное, спит. Ущипнув себя, Изуку раздосадованно прикусил губу и опустил голову, думая, что это галлюцинации. — В этом нет смысла, сенсей. У меня нет причуды. — Причуда или её отсутствие — это не всё, что тебя определяет, Изуку. Многие ошибочно так считают, думая, что только с яркими причудами можно стать героем. Я не предлагаю тебе быть Всемогущим. Всегда можно пойти в подполье. Я готов работать с тобой в команде, когда закончишь обучение. В большинстве случаев, как ты сам выражался, я лишь уравниваю физические способности со злодеями. — Я... Вы уверены, сенсей? — Всегда, если передумаешь, можно пройти переподготовку и обучать детей быть героями. В UA место преподавателя за тобой уже стоит, Изуку. Это слова директора. И именно он готов вернуть тебя на курс с твоими друзьями. Твоим обучением в основном буду заниматься, но и с ними у тебя будут многие уроки. Ну так что? Ты готов начать сначала, Изуку?       Изуку второй раз за прошедшие 8 месяцев с конца войны почувствовал, что его глаза намокли. Став вытирать слёзы, Изуку опустил голову и всхлипнул. — Спасибо... Спасибо, Айзава-сенсей...       Спасибо за помощь. Спасибо за то, что были рядом. Спасибо за новый шанс ухватить свою мечту.       Начать с начала. Звучит как несбыточная мечта. Но она исполнится, ведь всё в руках юного, полного сил Изуку. После реабилитации, конечно же.