Гаррина маленькость

Зайдя в большой зал на обед, Гарри пожалел, что решил показать Северусу всю эту красоту, ведь малыш смотрел не на парящие в бездонном небе-потолке свечи, а на сотни глаз, с интересом уставившихся на парней в ответ. За сутки информация о "няне для ужаса подземелий" разбежалась по Хогвартсу и обросла центнером сплетен. Поттер был уверен, что после обеда центнер превратится в тонну. Из раздумий и самобичеваний его вытащили малькие пальчики, явно оставившие пять синяков на запястье. -Эй, мышонок, пойдём за стол,- попробовал гриффиндорец мягко увести Северуса, но тот так и остался стоять, вцепившись в руку взрослого и пряча личико за крыльями своей розовой летучей мышки. Гарри беспомощно хлопал ресницами и безрезультатно пытался уговорить ребёнка сделать хоть шаг, когда на его предплечье опустилась рука, украшенная перстнями. -Как только мы покушаем, то сразу же пойдем варить чудо-зелье, обещаю,- задорно подмигнул Драко, смотря на мини Снейпа. Цепкие пальчики перестали теребить несчастную игрушку и два заинтересованных глаза появились в поле зрения: -А что оно делает? -Всё, что захочешь,-влез в диалог Поттер, решив заинтересовать мальчика еще сильнее. -Сэр, простите, но вы явно не разбираетесь в магии, ведь такого зелья не бывает, иначе все были бы счастливы. Малфой, уже собравшийся посмеяться над тем, как гриффиндорца отчитывает пятилетка, растерял своё веселье под конец фразы и подумал, что дети- удивительные создания, именно они видят настоящую суть этого мира. Действительно, даже магия не может сделать всех счастливыми. -Мы сварим кое-что, что меняет цвет волос и подольём кому-нибудь, хочешь?- решил реабилитироваться Поттер. По взгляду в ответ он понял, что только что снова проиграл и пробил дно своей репутации. "Браво, Гарри, предложил измученному ребенку поиздеваться исподтишка над кем-то". Проигнорировав два снисходительных выражения лица с субтитрами: "Ты дурачок?", он наконец-то сдался: -Мы дадим тебе книгу и ты выберешь сам, что хочешь. Такой ответ Северуса устроил и они спокойно пошли ко столу. Что что-то не так, Гарри заметил, снова ощутив вязкую тишину. Уже разошедшиеся вовсю сплетники снова умолкли, внимательно разглядывая сидящую троицу. -Что?- буркнул парень. -Действительно, ЧТО?- протянула ехидным голоском сидящая рядом Паркинсон. И тут Поттер понял. Он. Представитель светлой стороны. Мальчик-который-выжил. Победитель Воландеморта. Сидит. За. Слизеренским. Столом. "Действительно, ЧТО???" Прочистив горло, он попытался сделать невозмутимый вид и повернулся к малышу: -Что тебе положить? Бездна чёрных глаз прожигала стоящую недалеко тарелку, полную ароматных пирожков с мясом. Хмыкнув, Гарри пододвинул её вплотную к Северусу. Счастливо засопев, ребенок стал пытаться уместить свою летучую мышь на коленях так, чтобы не запачкать её во время обеда. Повозившись с минуту и так ничего и не придумав, он просто сунул игрушку в руки "няни поневоле" и, с довольной мордашкой, принялся жевать румяные пирожки, болтая под скамейкой ногами. -Ты сегодня на голодном пайке, Поттер,- усмехнулся Драко. -Ничего, я покормлю тебя, благородная мамочка,- захихикала Пенси и, пока гриффиндорец не опомнился, запихала ему в рот ложку своего салата и пригладила волосы на голове. Прожевав капусту с огурцами, юноша возмущенно прошипел: -Ты перепутала, Паркинсон, ребёнок сидит чуть левее. Слизеринцы уже восвою заливались хохотом, и даже его малютка весело похрюкивала в горячие пирожки, так что Гарри, несмотря на заливающиеся от смущения щёки, почему-то ощутил себя на своём месте. Никто из "гадких змей" не смотрел злобно, они все ... словно просто поддевали приятеля, как делали это друг с другом. "Видимо, позаботившись об их любимом декане, я перестал быть для них врагом, они действительно потеплели и... приняли?"- раздумывал Поттер, пережёвывая очередную ложку зеленой бурды. И как только Пенси это ест? На тихую гавань обрушился шторм, пришедший откуда не ждали. -Гарри, почему ты веселишься с этими слизнями?!- раздался злобно- возмущённый рёв сзади. Посмотрев на покрасневшее от обиды и ярости лицо лучшего друга, юноша в целом понял суть претензии и на месте Рона тоже бы не чувствовал себя хорошо, но он не мог простить Уизли этот скандал, потому что его маленькость вся сжалась от грозного оклика и теперь, дрожа, цеплялась за край Гарриной мантии, пытаясь укрыть ей свои острые коленки. От былого веселья в глазах Поттера не осталось ни следа и, передав плюшевую мышь в ручки обеспокоенного мышонка, он проговорил стальным голосом, от которого даже Малфой чуть вздрогнул: -Рон, сейчас ты просто принимаешь мою заботу о ребёнке и не устраиваешь больше подобных истерик. Ты меня понял? Никогда не видев такой ледяной ярости в глазах друга, Уизли растерялся и, пооткрывав и позакрывав рот в попытке придумать хоть что-то, кивнул и отправился на выход из зала. Бросив осуждающий взгляд на Гарри, Гермиона побежала вслед за своим парнем. Юноша же опустился на корточки перед мальчиком, и, обхватив его тоненькие ножки, нежно произнёс: -Ну чего ты, милый? Никто тебя не обидит, помнишь? Я же пообещал, что от всех тебя защищу, а я всегда держу слово. -Потому что ты настоящий мужчина?- всхлипнуло маленькое чудо. Гарри рассмеялся и поцеловал его в лобик. -Потому что ты мой мышонок. Вновь образовавшуюся идиллию за столом прервал Дамблдор, сказав, что в Хогвартс наконец-то прибыл мастер зельеварения и колдомедицины, который должен решить вопрос. Он хотел забрать на консультацию только Гарри и Северуса, но Драко спорил и угрожал "рассказать всё отцу" несколько минут и, тяжело вздохнув, директор согласился допустить к разговору и его. Маленький, тонкий как спичка мужичок с густыми рыжими усами представился как мистер Диппин. Он сразу же не понравился всем троим, но говорил профессионально, и, переглянувшись, парни всё же разрешили ему взять кровь Снейпа на анализ. Но, как только тот потянулся палочкой к руке мальчика, между ними влез Драко. -Так не пойдёт, мистер Диппин. Вы же понимаете, что без клятвы о непричинении вреда и непередачи крови мы вас не допустим к мистеру Снейпу. Маленький "мистер Снейп" боязливо смотрел на всех этих взрослых с угрюмыми и сосредоточенными лицами и только сильнее с каждой секундой прижимался к обволакивающему теплом боку Гарри. Раздражённо зыркнув из-под огненных бровей, колдомедик сказал Дамблдору: -Мы так не договаривались. После того, как они посверлили друг друга взглядами, Альбус повернулся и, улыбнувшись, произнёс: -Драко, мальчик мой, если ты не доверяешь мастеру Диппину, то я сам могу взять кровь у Северуса, мне то ты можешь... -Нет.-твёрдо прервал его Малфой.- Никто не получит ни каплю крови моего крёстного без клятвы. Гарри, лично оскорбившись таким хамским отношением к любимому директору, хотел уже поцапаться с Драко, но, посмотрев, с каким отвращением и пренебрежением смотрит министерский зельевар на чудо, мнущее в ручках свою мышку, решил промолчать и довериться слизеринцу. "Он точно сделает всё, чтобы защитить этого ребёнка." Когда колдомедик дал необходимые клятвы, расспросил о произошедшем и собрал анализы, все вышли из кабинета директора, лишь Альбус злобно жевал лимонные дольки, проклиная Малфоя. Он еще летом нашел в родовой библиотеке ритуал, с помощью которого можно проверить, верен ли тебе человек. Но необходима кровь испытуемого, а чопорный и аккуратный во всём Снейп никогда и нигде не оставлял даже волос, не то что такой ценной в магмире жидкости. "Тьфу, такой шанс из-за отпрыска пожирателя упустил!"- думал Дамблдор, сетуя, что его общее благо всё никак не желает наступать. Где-то на стене портрет одного из бывших директоров разочарованно покачал головой. Они вдвоём -втроём, если считать плюшевое ярко-розовое недоразумение, которое теперь везде их сопровождало- сидели на берегу Чёрного озера. Уже прошла почти неделя со дня взятия анализов и через несколько дней Диппин принесёт антидот. Гарри хотелось плакать, но он упрямо растягивал губы в улыбке, зная, что его маленькость не любит, когда он грустит. Северус босиком и в закатанных штанах ходил по краешку воды, пиная её и вызывая фонтанчики брызг. Конечно, было уже по осеннему холодно и Поттер наложил столько согревающих и оберегающих здоровье чар, сколько даже не назвала бы Гермиона. С друзьями у гриффиндорца была взята пауза и он не общался ни с кем кроме Драко и Пенси, которые как-то незаметно вошли в его жизнь вместе с черноглазым сокровищем. Теперь Уизли и Грейнджер можно было часто застать целующимися и по-юношески свободными где-то в коридорах замка и на мосту, усыпанном золотыми и багряными листьями. Гарри не обижался. Он чувствовал что-то сродни облегчения, словно вылез из тесного кокона и наконец раскрыл свои прекрасные крылья. Оказалось, что с Малфоем можно также интересно пообсуждать квиддич, а написание эссе в одной компании не превращается в нудную лекцию, а проходит легко и помощь его ненавязчивая, но действенная. А с Паркинсон оказалось очень весело тренировать боевую магию в заброшенных кабинетах подземелья и обсуждать рецепты тортов, а потом пробираться вчетвером на кухню к эльфам и готовить кулинарные "шедевры", после чего они все оказывались в муке и соке фруктов, но всегда оставались довольные и расходились по спальням под заливистый смех раскрепостившегося Северуса. Оказалось, что жизнь может быть лёгкой, если рядом люди, которые не ноют и не заумничают круглые сутки. Нет, Гарри всё ещё любил своих первых друзей, но... маленькое чудо и своих коллег-нянечек он полюбил тоже. И теперь, сидя на берегу и смотря, как маленькие ножки создают волны, юноша искренне боялся потерять своё приобретённое счастье. Тут ледяная вода резко окатила его с ног до головы. Отплёвываясь, он хмуро глядел в чернильные глаза, считая там заливисто хохочущих бесят. -Значит, научился стихийной магии воды,-протянул он таким тоном, что чертята в безднах напротив как-то поубавили пыл,- ну хорошо... Через секунду на всю округу прозвучал дикий визг и рокочущий гогот. Северус сидел по шею в воде, хмуро выковыривая пряди своих мокрых волос изо рта и сплёвывая песок под Гаррин смех. Отведя душу, парень вытянул яростно отбрыкивающееся тельце и стал тщательно просушивать его. Получив слабенький удар кулачком под дых раз десять, он почувствовал, что малыш выдохся, поднял его на ручки и опустил себе на колени, облокотившись на толстый ствол старого дерева, растущего практически около берега. Обняв летучую мышку, Северус устроил носик в выемке между ключиц Поттера и вскоре засопел, мило подфыркивая во сне. Вечером, уже лежа снова в одной кровати -несмотря на наличие собственной, все трое, включая игрушку, спали исключительно на Гарриной- мини-мини попросил: -Сэр, а расскажите о своём детстве. Вы были счастливы? Вот и что ответишь ребёнку на этот вопрос? Соврать, чтобы не травмировать, не отправлять его в собственные воспоминания? Или наоборот рассказать всё, как было, чтобы показать, что дурные времена кончаются? Тяжело вздохнув, гриффиндорец аккуратно отвёл длинную чёрную прядку за маленькое ушко и начал повествовать: -Я рос с людьми, которые были мне родственниками только по документам. Ни тепла, ни любви, ничего... Работал, как домовой эльф, если не хуже. Голодал и терпел побои. Смотрел на соседей и завидовал их детям. Я всегда мечтал о нормальной семье, о счастье, о том, что у меня будет свой дом и малыш, которому я отдам всю ласку в мире. А потом мои молитвы были услышаны, всё изменилось. В одиннадцать лет мир магии открыл свои двери. Конечно, в каждой сказке есть свои антигерои. И в волшебной стране тоже не всё так прекрасно, но у меня есть друзья, есть настоящий дом- Хогвартс, и, конечно, есть ты, моя самая любимая, самая драгоценная мышка. Парень ощутил, как по его шее бегут влажные дорожки. -Ты правда меня любишь?- прошептало чудо. -Сильно-сильно, мой милый. Так они и заснули в тёплых объятиях друг друга, укрывшись мягким пледом. На завтраке в большом зале было очень шумно. Кто-то списывал домашние эссе, кто-то пытался разлепить сонные глаза, а настойчивый первокурсник использовал новое заклинание по превращению воды в сливочное пиво и, как и все дни до этого, не получил никакого результата. Уже почти никто не глазел на странную четвёрку за столом Слизерина, привыкнув к необычной компании. Но жужжание пчёл медленно затихло во всему помещению, когда маленький мальчик встал ногами на скамейку. Северус одной рукой тщательно расчистил стол около себя и аккуратно уложил розовую мышку. Освободив руки, он повернулся к Гарри и прошёл пару шагов по скамье, оказываясь на одном уровне с глазами Поттера. -Я тоже тебя люблю,- сказал он в кристальной тишине зала, откинул чёлку юноши и нежно поцеловал прямо в молнию шрама. Тишина. Никто не двигался. Всё замерло в этом чудесном мгновении. Взрыв. Абсолютно все заговорили разом, и большой зал стал похож на полигон, где вместо автоматных очередей выстреливают громкие непрекращающиеся выкрики шокированных детей. Глаза Северуса распахнулись в диком страхе, он резко вжался в крепкую грудь Гарри, пытаясь спрятаться от убивающего шума. Еле пришедший в себя от потрясения Поттер подхватил на руки свою маленькость и, укутав её школьной мантией и схватив со стола игрушку, выбежал в коридор, оставляя позади возбуждённо гомонящую толпу. Вечером Пенси, Драко, Северус и Гарри играли в несложную развивающую игру для маленьких магов, когда раздался стук в дверь. На пороге оказался Дамблдор и молча протянул антидот. "Пора",- пронеслось в голове Поттера. "Пора",- читалось во взглядах всех взрослых. -После применения он сразу же заснёт и проспит всю ночь. Вы сможете разойтись по комнатам или остаться и подежурить у кровати. С этими словами директор покинул помещение, забирая с собой осколки сердца Гарри. -Знаешь,-сказал Малфой,- крёстный очень хороший и добрый в душе, правда. Он закрытый, но я уверен, что после этой недели примет тебя. -А ты уверен, что он будет помнить? Тут все замолчали. Стараясь сдерживать слёзы, гриффиндорец подошёл к насторожившемуся ребёнку. -Мышонок,-начал он,- я очень-очень тебя люблю. Сейчас, пожалуйста, выпей это зелье. Я обещаю, что ничего страшного не случится. Ты просто уснёшь, а когда завтра проснёшься, то всё снова станет как прежде. -Как это? Как было всю неделю, или так, как когда я жил без тебя? Гарри, сэр, ты же обещал, что будешь всегда-всегда меня защищать. -Маленький мой, драгоценный мой, любовь моя, я не отказываюсь от своих слов, и если наутро ты захочешь, то всё будет также, как и всю эту неделю. Только тебе решать, мышонок, как мы будем взаимодействовать дальше. Тоненькие пальчики обхватили склянку с красной жидкостью. Словно кровь, которая обливала Гаррино сердце. Ребёнок покрепче обнял свою розовую игрушку и, откинувшись на подушку, резко проглотил содержимое флакончика. -Я люблю тебя, сэр Гарри,- успел прошептать Северус и провалился в беспамятство. Красноватый дым заполнил пространство, и сквозь густые кольца пара подростки увидели, как Снейп принимает свой настоящий облик. Драко успел трансфигурировать его одежду, и теперь профессор лежал, не шевелясь, и лишь его тихое дыхание колыхало ворсинки на летучей мышке. Поттер не выдержал напряжения. Он знал, что не высидит всю ночь рядом с человеком, которого искренне полюбил, и сбежал в свою гриффиндорскую спальню. Она казалась чужой и холодной. Слезы вовсю бежали по щекам, а из горла вырывались сиплые вздохи. Не хотелось ничего, только лечь и окунуться в блаженное беспамятство, но сон, как на зло, не приходил, а под веками, словно вытатуированные, вспыхивали эти бездонные чёрные глаза в обрамлении пушистых ресничек и фантомно жёг след от поцелуя на шраме на лбу. Все выходные Гарри не вылезал из-под полога, а его никто и не трогал. Рон с Гермионой только приносили еду три раза в день и лишь в один из этих раз получили обратно пустую, а не наполненную тарелку. Наступил понедельник. Гарри умылся и стал собираться на уроки: его освобождение закончилось. Рон, увидев, что тот ожил, сказал: -Твои Малфой с Паркинсон все выходные под портретом проторчали, ждали когда ты выйдешь. На секунду в сердце потеплело, Поттер криво, но искренне улыбнулся, похлопав Уизли по плечу: -Спасибо, друг,- прохрипел он осипшим от постоянных слёз голосом и вышел. Решив пропустить завтрак и прийти сразу на зельеварение, которое, как на зло, стояло первым в расписании, гриффиндорец просидел пол часа на Астрономической башне, вспоминая, как они с его маленьким чудом вместе проводили тут утренние часы, пуская солнечных зайчиков и ловя танцующие на ветру опавшие листья. Вздохнув, он отправился вниз, в подземелья. До заветной двери оставалось пару шагов. Все ученики уже сидели в кабинете, ведь к Снейпу не опаздывал никто, даже если это была первая пара понедельника. "Наверное, именно поэтому Дамблдор и составил такое ужасное расписание". Задержав от страха дыхание и зажмурившись, юноша робко толкнул створку двери, входя внутрь. Медленно распахнув глаза, он посмотрел вперед. Там, на добротном учительском столе, приветливо распахнув крылья, лежала плюшевая, ярко-ровозовая летучая мышь.