Правила игры

На обед Малфой спустился в министерскую столовую вместе с Блейзом. Он боялся не осуждающих взглядов коллег, а одного конкретного взгляда - от ведьмы с каштановыми кучерявыми волосами. Заходя в столовую, Малфой внутренне сжался в пружину, готовый в любой момент дать отпор на резкий или неприятный вопрос. Он боялся встретиться с ней взглядом и одновременно хотел этого. Но, осторожно оглянувшись, не увидел ни ее, ни ее друзей. Это было довольно странно. Малфой глянул на Блейза, но тот лишь пожал плечами и пошел за обедом. Малфой нахмурился. Она уже видела статью или еще нет? Судя по заинтересованным лицам коллег, направленным в его сторону, Малфой понял, что они уже точно читали газету. Но подходить к нему с вопросами никто не рисковал. Парни уселись за дальний столик в углу и принялись за еду. Драко хотел спросить у Забини, что он думает по поводу отсутствия Грейнджер, но в этот момент она вошла в широкие двери вместе с Поттером и младшей Уизли и он замер. Он не сводил с нее глаз, пока она медленно прошла к свободному столику и уселась. Джиневра принесла ей обед и поставила перед ней чай, а Гермиона сидела с отрешенным видом и смотрела в пустоту перед собой. Он заметил ее стеклянный взгляд и ему показалось, что она плакала… Его руки невольно сжались в кулаки, и у него появилось желание подойти и успокоить ее, объясниться. Но Забини, наблюдающий всю эту картину, отрицательно покачал головой. Малфой заметил, как Уизли суетилась возле Гермионы и был ей искренне благодарен. Он был уверен, что мелкая ведьма не рассказала ничего ни брату, ни парню, в противном случае Малфою уже перебили бы и руки, и ноги. Поттер в это время о чем-то увлеченно рассказывал и, казалось, не замечал состояния подруги. Он, видимо, обратился к Грейнджер, но та не отреагировала, и он взял ее за руку. Гермиона вздрогнула и посмотрела на него, выдавив из себя улыбку. Малфой понял, что девушка плакала из-за статьи… Вот Мерлин! Он не этого хотел, не этого добивался этой дурацкой новостью в газете! Тут же Драко пожалел о своем поступке и, психанув, бросил надкусанный бутерброд на стол. Забини обиделся: - Эй, еда тут ни при чем! Я тебе, между прочим, пожертвовал последний с курицей! Малфой фыркнул и продолжал сделать взглядом за Грейнджер. Блейз, сидящий к ней спиной и смотревший прямо на Драко, не выдержал: - Друг, ты на ней дыру просверлишь взглядом… - Заткнись, - прошипел он и вдруг подумал о том, что мог бы тихонечко пробраться в ее мысли и прочесть то, о чем она сейчас думала… чтобы хотя бы примерно понимать, может ли он на что-то надеяться. Он уселся поудобнее, сосредоточился, постарался очистить свой разум и… замер. Он не может так сделать. Не может так поступить с ней. Она не заслуживала такого отношения. Если он снова будет манипулировать ей, то нагляднее примера того, что он - дерьмо, не заслуживающее такую девушку, придумать трудно. Малфой со вздохом опустил голову на руки. Он не знал, что ему делать. Блейз перестал жевать и внимательно посмотрел на него. Потом повернулся и увидел, что троица уже устала из-за стола и направлялась к дверям. Забини тронул его за рукав, кивнув на дверь. Видя отчаяние друга, он предостерег его: - Только не беги за ней, прошу тебя. Дай ей время все это переварить. Малфой сжал губы и послушно сел обратно. Они молча сидели за столом в углу, когда Малфой понял, что к ним кто-то подошел сбоку. Он редко повернул голову и увидел Джинни Уизли. Малфой вскочил на ноги и на всякий случай сделал шаг назад. Трусливо? Да, возможно. Но ему не хотелось сцен на публике и снова ехать в Мунго с разбитым лицом. Блейз первым лениво подал голос: - Чего тебе, Уизли? Джинни посмотрела на него сверху вниз и скептически скривилась: - Отвянь, у меня разговор к Малфою, - его имя ведьма буквально выплюнула. - Я слушаю, - он сделал жест рукой Блейзу, чтобы тот не вмешивался. Он старался, чтобы голос его звучал ровно и спокойно. - Не знаю, что ты снова задумал, Малфой, - прошипела ведьма, делая шаг вперед, - Но я предупреждаю тебя: если еще раз сделаешь ей больно, я уничтожу тебя. - Я буквально ничего не задумал, - Малфой говорил уверенно и спокойно, за что его похвалил малфоевский спокойный голос, - Я действительно понимаю, что натворил и пытаюсь теперь все исправить. Джинни сощурила глаза и тихо произнесла: - А с чего ты взял, что это кому-то нужно? Чувство, будто слова лезвиями вошли в его грудь, пронзило его. - Я думаю… я надеюсь, - голос все же предательски дрогнул, - Что Гермиона передумает. Хотя бы со временем. - И? - Что «и»? - не понял Малфой. - Что будет дальше? - наступала ведьма, - Вы поженитесь и будете жить долго и счастливо? Ты вдруг станешь примерным парнем, мужем? Станешь ее ценить? Станешь ее достоин? - слова сочились сарказмом. Лезвие в его груди прокручивали вместе с кишками. Он глубоко вдохнул. - Если Гермиона согласится, я буду каждый день доказывать ей, что когда-нибудь я буду ее достоин. Я счел бы за честь, если когда-нибудь она согласится взять мою фамилию. То, с какой серьезностью он говорил это, заставило Джинни измениться в лице: оно невольно вытянулось и она замолчала. Даже Блейз замер с кружкой чая в руке, не донеся ее до рта. - Ты же шутишь, когда говоришь такое, - с напускным весельем фыркнула ведьма, - Ты никогда не станешь жениться на грязнок… - Замолчи, - предупредительно прервал ее Малфой, - Веришь ты или нет, мне абсолютно все равно. Главное, чтобы мне поверила Гермиона, я сделал все это для нее. Джинни поджала пухлые губы и сложила руки на груди: - Ты действительно разорвал помолвку с Гринграсс? Ты не шутил в той статье? И сможешь ответить за свои слова? Малой покачал головой. - Это все правда. - И все это, - она неопределенно махнула рукой, - Ради Грейнджер? Драко кивнул. Ведьма фыркнула с презрением: - Тогда кто тебе мешал ухаживать за ней весь этот год? Ты бегал от нее, прятал! Ты стыдился связи с ней! Что изменилось теперь? Малфой просто пожал плечами и честно ответил: - Мне кажется, я перестал быть мудаком, когда понял, что действительно могу потерять ее. Он заметил боковым зрением шокированный взгляд Забини, но проигнорировал его. Неожиданно Драко заметил, что Джинни старается не улыбаться, но ее смешливость берет верх. Она специально крепко сжала губы и старалась не фыркнуть. Он определенно насмешил ее своим ответом. Малфой довольно хмыкнул. Ведьма немного успокоилась и напустила на себя серьезный вид. - Слушай меня внимательно, Малфой, и она ткнула в его сторону острым пальцем, - Гермиона расстроена. Ее очень выматывает вся эта ситуация, поэтому не нужно усугублять ее. Если ты действительно, - она выделила последнее слово, - Дорожишь ей, то ты знаешь, что ей нужно сначала хорошенько все обдумать, - она зыркнула в него, - Она не из тех, кто будет действовать на горячую голову. Малфой задумчиво кивнул. Что-то в ее словах было такое… - Прекрасно, что мы все выяснили, - она развернулась, чтобы уходить, но Блейз зачем-то схватил ее за рукав. Ведьма скривила лицом: - Ну чего тебе еще? - Грейнджер плакала из-за статьи? - напрямую спросил Блейз. Джинни посмотрела на него с мгновение, словно оценивая, можно ли доверять ему такую информацию, и едва заметно кивнула. Блейз перевел взгляд на Малфоя и убрал руку. Джинни важно удалилась, раскачивая на ходу бедрами. - Что за чертово рыжее проклятия на наши головы… - проговорил изумленный Забини. Малфой опустился на стул с ощущением, будто только что прощался со минному полю и каким-то чудом выжил. - Надо же, разговор с Уизли, после которого тебя не надо везти в Мунго, это надо отметить, - Малфой стрельнул в друга глазами, но тот весело рассмеялся. - Что теперь думаешь? Джиневра расскажет ей о разговоре? - Думаю, нет. Скорее всего, она сама хотела поговорить со мной, проверить меня. - Ну и наглая сучка эта Джинни! Везде сует свой нос, - восхищенно поговорил Забини. На что Малфой хмыкнул: - Она просто защищает Гермиону. Как и ты меня. Забини удивленно поднял бровь и поднял почти пустой стакан чая в воздух, делая вид, что чокается: - День, когда Драко Малфой не устает меня удивлять, вот это точно надо отметить. Малфой молчал, погруженный в свои мысли. Что-то в их с Джинни разговоре натолкнуло его на мысли, будто бы она хотела на что-то ему намекнуть… но на что? Он понимал, что это была своеобразная проверка. Он должен был ее пройти! Спустя пару минут они поднялись наверх и разошлись по кабинетам. Остаток дня Малфой ломал голову над тем, что имела в виду волшебница. * * * Часом ранее Джинни забежала к Гермионе, чтобы сопроводить ее на обед. Она не хотела надолго оставлять ее одну, особенно учитывая, что где-то рядом все время был Малфой. Подруга зарылась у себя в кабинете и хотела даже отправить свою помощницу за кофе и круассаном для себя, но девушка уже умчалась на перерыв. Джинни принесла с собой газету, которую взяла на проходной, и теперь сидела на стуле для посетителей и, покачивая ногой в туфле, ждала Гермиону и читала какую-то дурацкую статью. Устав вникать в суть написанного, она перевернула газету сразу на середину и ахнула от неожиданности: на развороте газеты она увидела колдографию Малфоя, а название статьи кричало на нее огромными печатными буквами: «Наследник поместья Малфоев ломает систему: Драко Малфой объявил о разрыве помолвки и с Асторией Гринграсс!» Она замерла, рассматривая его спокойный и уверенный профиль. Быстро пробежавшись глазами по статье, она резко сунула ее Гермионе прямо под нос, крикнув: - Читай! Гермиона сморщилась, отодвигая бумагу одной рукой и пытаясь дописать письмо, как вдруг заметила знакомый профиль. Она неуверенно взяла разворот газеты в руки и бегло прочла статью. На середине она прикрыла рот рукой, пытаясь переварить написанное. Среди прочего там говорилось, что Малфой устал делать вид, что чистокровные волшебники просто обязаны жениться или выходить замуж исключительно на себе подобных, а магическое сообщество продолжает делать вид, будто этого не замечает. Он говорил, что браки по договоренности, особенно когда будущие муж и жена - еще совсем дети, это пережиток прошлого, и он должен кануть в лету. Также Малфой говорил о том, что Астория - прекрасный человек, но они приняли решение, что и она, и он заслуживают права на то, чтобы сделать собственный выбор, а не идти путем своих родителей. Он уверен, что многие его сверстники желают поступить так же, а потому чувствует себя обязанным сделать первый шаг на этом пути. Он хочет надеяться, что наступит день, когда девушка, которой принадлежит его сердце, заметит его чувства и поверит в них, как бы сильно он не ошибался раньше. На вопрос интервьюера том, кто же эта таинственная личность и ждать ли в скором времени новости о свадьбе, Малфой ответил, что все будет зависеть от девушки. Имени ее он не раскроет, пока та не согласится дать ему шанс. Гермиона закрыла рот рукой, потому что из него вырывались всхлипы. Она не могла поверить в то, что происходит… Он что, действительно только что на всю страну рассказал о том, что не любит Асторию? Он разорвал с ней помолвку?… Этого просто не могло быть. Все это было не по-настоящему. Девушка подняла затуманенный слезами взгляд на подругу, та просто сияла. - Я говорила тебе, говорила! Он говорит о тебе в статье! - ткнула победно пальцем Джинни. - Я… я не понимаю, зачем?.. - всхлипнула Гермиона, - Зачем он все это делает? - ее начинало трясти. Грейнджер опустила газеты на колени, закрыла лицо руками и расплакалась. Джинни подошла к подруге и крепко обняла ее. Гермиона, икнув, подняла голову и спросила: - Он делает это для того, чтобы еще больше меня … унизить? - она непонимающе уставилась на волшебницу. - А что он еще делал, дорогая? - с подозрением посмотрела на нее Джинни. Гермиона еще раз громко всхлипнула, вытерла нос и ответила: - Мне кажется, это он собрал то совещание, где все проголосовали «за» мой закон… и еще подарок… он знал, что я хочу, я говорила ему об этом, - и девушка снова заплакала, но уже тихо. Джинни подавила хитрую улыбку и отняла руки от лица подруги: - Гермиона, то, что этот хорек начал вести себя по-мужски, это только твоя заслуга. Ты слышишь? Я в жизни не подумала бы, что у него хватит сил и смелости на всю страну заявить о таком! У них же так не принято. Гермиона с сомнением посмотрела на подругу. - И сам факт того, что он не просто мелет языком, а прикладывает какие-то усилия, чтобы ты поверила ему… говорит о многом, ты так не думаешь? - она взглянула на подругу, которая уже успокаивалась. - Не знаю, Джин… Все это… это слишком, я не могу… - Я и не прошу тебя сразу же прощать его! Он тот еще придурок, - недовольно фыркнула подруга, - Но я прошу тебя подумать об этом, ладно? Просто подумай. Гермиона слабо кивнула. Тогда Джинни села на корточки перед девушкой и спросила тихо: - Ты сама что чувствуешь? Ты все еще любишь его? Гермиона скривилась от попыток не заплакать, подбородок задрожал. Джинни усмехнулась и крепко обняла ее за плечи. - Я так и думала. Дуреха.