Нас

Съёмки задерживаются допоздна. Стрелка часов переваливает за двенадцать, когда выжатый до последней капли актёрский состав начинает собираться и разбредаться по домам. Все спешат, игнорируют наставления и бубнёж на фоне. Все хотят поскорее попасть домой. Но по настоящему торопится только Арсений. Он быстро меняет съёмочный костюм на простую чёрную кофту и тёмные джинсы, собирает по гримёрке свои вещи, проверяет телефон и быстро покидает павильон вместе с парочкой коллег. Ночью на улице в несколько раз холоднее, порывистый ветер заставляет зябко поёжится. Арс дёргает плечами от отрезвляющей прохлады и поправляет лямку рюкзака, на спех закинутого на спину. Его одежда слишком тонкая, чтобы полностью защитить от ночного холода, поэтому замерзает он почти сразу. — Арс, может тебя подвезти? — участливо предлагает коллега-актёр, заметивший, что он уже несколько минут стоит у входа и рассеянно смотрит то в телефон, то по сторонам. — Чего ты будешь деньги на такси тратить. — Спасибо за предложение…— Арсений кивает, но в сторону коллеги даже не смотрит. Он оглядывается вокруг и облегченно выдыхает, слегка улыбаясь, когда наконец замечает знакомый чёрный джип, заезжающий на парковку. Антон действительно приехал за ним. — Но не нужно. За мной уже приехали. Он вежливо прощается с коллегой и быстрым шагом направляется в сторону автомобиля, едва не срываясь на бег. Его совершенно не волнует заинтересованный взгляд оставшегося позади человека, который провожает его до самой машины. Этот коллега-актёр ещё минуты две стоит на месте и старается рассмотреть и опознать таинственный тёмный силуэт за рулём. Кто мог приехать за Арсением? За этим скрытным человеком-загадкой и, как все думали, одиночкой. Арсений быстро забирается в салон автомобиля и сразу же расплывается в кресле, закрывая на несколько секунд глаза. Кажется, что вся усталость сегодняшнего дня сваливается на его плечи только сейчас. Эти самые пару минут Антон молчит, не двигается и как будто даже не дышит. Он по прежнему облачён в бесформенное черное худи с глубоким капюшоном, кепку, очки и маску. Всё, лишь бы его не узнали. Всё, лишь бы остаться немым чёрным силуэтом. Тенью. Его ладонь осторожно касается мягких тёмных волос, пропускает пряди сквозь пальцы и ласково гладит по голове. Арсений инстинктивно наклоняется в сторону проявления нежности, ластится к тёплой руке, как кот, и устало-одобрительно улыбается. — Я боялся, что ты не приедешь. — честно выпаливает Попов, поднимая взгляд немного тусклых голубых глаз на Антона. Он кладёт свою ладонь поверх руки Шастуна, переводит её себе на щеку и прижимается ближе. — Спасибо тебе. — Дурак. Я же обещал. — за плотной маской на его лице прячется ласковая улыбка. Антон бережно водит большим пальцем по прохладной коже и чуть хмурится, когда замечает, что Арсений до сих пор зябко сжимается. — Сильно замёрз? Получив утвердительный ответ, Шастун тихо вздыхает, убирает руку от чужого лица и перегибается через своё кресло в попытках найти что-то на задних сидениях. Уже через минуту он протягивает Арсению одно из своих худи, которое благоразумно прихватил с собой из дома: большое, тёплое, приятного тёмно-серого цвета с рваными краями и глубоким капюшоном. Не думая ни секунды, Арс натягивает его на себя, кутается в ткань, буквально тонет в нём, но выглядит как самый довольный в мире кот. Он расплывается в глупой улыбке. Помнит же, козёл, что это худи его любимое. Возникает ощущение, что Антона рядом становится больше и Арсения это успокаивает. Он медленно втягивает носом родной запах, глубже зарывается в тёплую ткань и с несоизмеримой нежностью во взгляде наблюдает за Антоном, который осторожно трогается с места и выруливает на дорогу. — Прости, что заставил ждать. Я ещё хотел взять тебе кофе или горячий шоколад, но в такое время уже всё закрыто…— немного грустно произносит Шастун, наблюдая за дорогой. В такое время машин и пешеходов очень мало, поэтому он ведёт расслабленно, откинувшись на спинку сидения и цепляясь за руль только одной рукой. — Спасибо большое, Тош. Самое главное, что ты приехал. — Арс ласково улыбается. Он перехватывает свободную ладонь Антона в свою и бережно сплетает их пальцы, греясь об его тепло как об обогреватель. — Всё остальное - пустяки. Я сам дурак, что не подумал. За несколько минут он отмерзает и чувствует себя явно лучше. Они останавливаются на светофоре, когда Арсений протягивает руку и аккуратно стягивает с головы парня капюшон. Антон не выказывает и капли протеста, поэтому уже на следующей остановке с него аккуратно снимают очки. — Хочу твои глаза прекрасные видеть. — Но на улице и в машине темно. — И что? Я-то чувствую твой взгляд. А очки мешают….Маскировка маскировкой, но сейчас немножко можно. На последнюю реплику Антон лишь усмехается и спускает ткань маски на подбородок. Остановившись в каком-то переулке, он поворачивает голову в бок и с особенной искоркой смотрит в океаны глаз напротив, подносит к своему лицу их сцепленные руки с переплетенными пальцами и мягко касается губами тыльной стороны ладони Арсения, который в очередной раз плывёт от этого жеста. Он сам тянется за поцелуем, бережно сминает родные губы, тонет в этом тепле и нежности. Остаток пути неторопливо проходит за будничными, но такими искренними разговорами, тихим смехом и ощущением долгожданного спокойствия наедине. Они оба наконец могут расслабиться и просто побыть в пространстве друг друга. Антон тоже успокаивается, но мысли о том, что завтра всё начнется по новой, его пугают. Снова ранний подъём, отсутствие второго человека в постели, оставленный ему кофе и записка аккуратным почерком. Вместе с усталостью это создаёт смесь меланхолично-расслабленного настроения. Он даже успевает немного погрустить, но молчит. Они поднимаются в свою тёплую квартиру, остаются в прихожей и не спешат включить свет. Арсений припадает лопатками к стене и чувствует как родные руки крепко обвивают его торс. Он прижимается ближе, устраивает руки на плечах Антона, обнимая его за шею, и прислушивается к ритму чужого сердца и дыхания. Шастун склоняет голову, прячет лицо где-то между складок своего же худи на чужом плече и жмётся к любимому теплу как котёнок. — Тош.. — Я так по тебе соскучился, Арс… — Тоша, я.. — И мне очень грустно от мысли, что мы сейчас ляжем спать, а завтра всё начнётся по новой. А я дома завтра весь день...— поглощенный своими мыслями Антон в упор не слышит, как Арс пытается его дозваться. Его грусть всё же вытекает наружу и обретает форму слов, повисая в воздухе. — Тош…— голос Арсения становится всё тише с каждым разом, но он терпеливо ждёт, когда на него обратят внимание. И это наконец работает. Арсений плавно проводит кончиком носа по шее Антона, приближаясь к уху и в конце шепчет совсем тихо. — У меня завтра выходной. — Что? — от удивления Шастун вскидывает голову и ошарашенно-неверящим взглядом смотрит в блестящие глаза напротив. — Ты не шутишь? Это получается…у нас наконец совпали выходные? И мы проведём весь день вместе? Ты, я, кровать и фильмы? — Получается так. — Арсений лучезарно улыбается и сильнее стискивает парня в объятьях. — Только ты, я, кровать и фильмы.