Грязь.

В самом начале их "дружбы" его вообще ничего не смущало: ему было абсолютно всё равно, что подумают остальные и какие многозначительные взгляды они на него кидают. Шутить о том, что он был бы не против лечь под Пугода, ему нравилось. Пакет забавно смущался, остальные не понимали, а Саша хитро улыбался, будто ничего не было. Санчез ведь шутит. Он не испытывает к Пугоду ничего. Просто уважает и дружит с ним, причём близко. Всегда всё рассказывает, делится с ним разными идеями, и они просто составляют друг другу хорошую компанию! Да и если Пакета такое устраивает, значит, всё нормально. Так ведь? Он долго себя обманывал в этом, даже когда Барси указывал ему на всё это, как слепому котёнку. Саша хорошо запомнил тот вопрос: — Слушай, мне кажется, ты немного перегибаешь... Ну, с Пугодом. Ты уверен, что это всё ещё обычный флирт, а не какие-то недо-отношения? — Ты шутишь? Разумеется, это несерьёзный флирт. Меня даже парни привлекать не могут, это ведь... ненормально. После этого диалога Саша в первые начал серьёзно задумываться о своих чувствах. Ну да, пожалуй, представлять, как Пугод аккуратно держит его за руку и нежно целует, — это не признак хорошей дружбы. Но он и не сильно задумывался вообще! А теперь... появилась огромная проблема. И ведь всё было так очевидно: Пакет же совсем недавно начал по-другому себя вести — прекратил смеяться и просто кивал на все неоднозначные фразы Санчеза. Даже Пугод всё понимал и настороженно к нему относился... Какой стыд. А Саша ещё говорил, что для него любить мужчину — ненормально. Тогда он самый настоящий псих. А это разве правильно? Конечно нет. Поэтому он и принял решение всё скрывать и старался по минимуму общаться с Пугодом. Ведь просто прекратить флиртовать и вернуть нормальное отношение Пакета — ещё не вся проблема, Саше и самому надо перестать ощущать такие омерзительные чувства. Но ради правды говоря, это было очень и очень сложно. Перестать думать о Пугоде просто невозможно, особенно когда парень так себя ограничил. Порой Саша сравнивал себя с наркоманом, которому перестали давать дозу, и теперь он не понимает, что делать, а рвануть к запретному хочется постоянно. У него как будто грязь где-то в груди, которая не даёт свободно думать, всё время пытается доказать, что Саша ужасен и не заслуживает такого хорошего друга, как Пугод. Санчез ведь даже не видит его как своего друга! Эта грязь как будто повсюду. Да, Саша понимал, что так просто он не сможет перестать думать о Пакете — слишком поздно он опомнился, — но надежда была и она всё ещё есть. Хотя, если посмотреть на это со стороны, то легче просто всё принять и не беспокоиться: Санчеза трясет каждый раз, когда он видит что-то отдалённо напоминающее Пугода; Санчез ускоряет шаг каждый раз, когда Пакет пытается к нему подойти; Санчез лучше умрет, чем примет свои чувства. — Санчез! А ты сейчас свободен? Я просто... — Извини, Пакет, я очень занят, давай потом! — быстро кидает Саша и улетает. Сейчас у них было собрание, на котором двое хотя бы немного разговаривали друг с другом, поэтому Пугоду показалось, что наконец-то можно спокойно с ним пообщаться и после. Наивно. — Избегает тебя, да? — шепчет Модди Пугоду, который только что предпринял очередную попытку пообщаться с Сашей. — Я даже понять не могу, в чём причина, — тихо отвечает Пакет, смотря на отдаляющийся силуэт Санчеза. — Я ничего ему не сделал, а он как будто ненавидит меня. А когда у меня выходит с ним поговорить, появляется стойкое ощущение, что мне не договаривают или даже врут. — Может, ты его просто достал? — шутит Модди, будто даже не особо слушая проблему. — Причина должна быть более веская для него, — удрученно говорит Пугод, не поняв шутки. — Если бы я достал — он бы всё прямо сказал. Ну, наверное. Для Пугода не было секретом, что он бесповоротно влюбился в Сашу. И, в отличие от своего друга, принять он смог почти сразу же. Да, эта влюблённость Пугода сильно удивила — давно он такого не испытывал — но он точно не старался от этого как-то отказаться и скрывать. По крайней мере, Модди он сообщил почти сразу же. О, то удивление Чата — это было просто нечто для Пакета. Понял Пугод свои чувства совсем недавно, вот и его отношение к флирту Саши так изменилось: он всё пытался искать в них скрытый намек, а не воспринимать всё как шутку. Но признаваться в чувствах и показывать своё неравнодушие он не спешил — страшновато было. Но в любом случае, никакие признания уже не помогут, теперь это вообще не нужно! С Пакетом даже на диалог не хотят выходить. Его всячески избегают, возможно, врут и стараются игнорировать, даже если Пугод зовёт Сашу, показывая, что ему нужен именно он. — Ну вот как ты вообще умудрился влюбиться именно в этого? — вырывает Модди Пугода из размышлений, после долгой минуты молчания. —Не знаю, — и это правда всё, что может сказать Пугод. С Сашей ведь реально очень сложно, но отпустить его не получается. Саша ведь такой... непонятный. То он просто прикалывается, то правда что-то хочет донести. С ним сложно даже сейчас! Может, поэтому он так понравился Пакету? — Влюбился и всё. Модди на это просто вздыхает и закатывает глаза. — Просто приди к нему на базу и прямо спроси, в чём дело. Зачем вся эта драма? — Для Чата эти тёрки и в правду самая меньшая проблема из возможных на Острове. — Ты правда думаешь, что это хорошая идея? Я не помешаю ему? — Серьёзно? Тогда тебя начало такое волновать? Ты преувеличиваешь, он ничего тебе не сделает просто за то, что ты к нему заскочил. Мы все ходим друг к другу! — собеседник Модди ещё немного молчит. — Ну так что? Идёшь к своему ненаглядному? — Пугод всё ещё думает. — Слушай, это ведь хороший шанс признаться? Думаю, такое лишним не будет. — Ладно, возможно, ты прав. — Пугод одевает элитры. — Надеюсь, что он ушёл на свою базу и я не буду выглядеть идиотом... Спасибо за совет! — Ты бы и сам до этого догадался. Когда-нибудь. — Рядом с тобой лучше думается, — Пугод в последний раз кидает другу улыбку и улетает прочь. Сердце давно так быстро не билось — оно и понятно, скоро у него состоится тревожный диалог, где, возможно, он наконец-то скажет, что именно чувствует к своему другу. Санчез в это время убирался у себя на базе, думая о чем-то своём. В последние дни мысли о Пугоде не так сильно «съедали» его, что не могло не радовать. Да и в целом он думал о своем друге заметно меньше, оставляя предпочтение бытовым проблемам. Или это был самообман? Ночью ничего не могло занять его разум, и уже тогда наступал полный кошмар. Он и так засыпал с трудом, а теперь его голова была переполена мыслями, так что спокойно заснуть было невозможно. «Интересно, а Пугод переживает? Он заметил моё избегание, но не станет ли ему равно? А он хоть что-то думает на этот счёт?» — такие и многие другие вопросы терзали, а ответов не находилось. Они вроде друзья. Пугод должен хоть что-то чувствовать, ведь так? Порой Саша даже ненавидел себя за то, что думает о таком. Но сейчас переживать из-за этого не стоит. У Санчеза сейчас другие дела, никак не относящиеся к какому-то там Пугоду. До какого-то времени. Саша только разобрался с сундуками, как слышит, что к нему пришли. О, эти шаги он узнает везде, хоть они почти ни чем не отличаются от остальных. Парня начинает сковывать страх, он надеялся, что за свои действия ему не придётся отвечать. Что ж, придётся выкручиваться. — Санчез, ты тут? — Пугод выглядывает из коридора, замечая Сашу, который уже собрался. — Пакет! Не ожидал, что ты придёшь... — Ближе к делу. Я вижу, что ты меня избегаешь. В чём причина? — Ничего подобного, всё в порядке. Я просто в последнее время очень занят. — Я вижу, что это не так, — Пугод подходит ближе, заставляя Санчеза напрячься. — Прошу, скажи. Ты ненавидишь меня? — С чего такие выводы? Я отношусь к тебе как к хорошему другу. Пугод подходит почти в плотную к Санчезу, и тут уже становится страшно. — Тогда почему ты так странно себя ведёшь? Не ссылайся на занятость, ты даже общаться начал со мной по другому. — Я веду себя как и всегда, прекрати так нервничать, — но, ради правды говоря, из них двоих больше нервничал только Санчез. — Нет! Ты начал совершенно по другому себя вести со мной, раньше ты... Ну... Относился ко мне иначе. — Ты сейчас о чём? — Не строй из себя идиота. — Тебе что, так сильно нравился мой идиотский флирт? — А если так, то что? — Пугод старается звучать уверенно, хотя внутри всё трясется от страха. Он вообще не специально сказал это. Санчез молчит и удивлённо пялится на своего друга. Слова не могут найтись, голова не может нормально слов связать после таких слов. Это же ведь... Не может быть взаимно. — Да ладно, — Пугод просто пялится на Сашу, даже не понятно, что он выражает. — Ты что, реально... — Санчез начинает странно улыбаться. — Да я же ведь так, не всерьез. Я не думал, что ты... — Не угомоняется он, ему так легче. Непонятно, зачем Санчез продолжает врать, разве сейчас не самый подходящий момент, чтобы всё высказать? Всё равно мерзко. Уже не просто от чувств — от себя. От того, как он старается притворяться для человека, которого любит, даже когда понятно, что это просто идиотизм. Саша уже дрожит, а от этого отходит подальше и отворачивается от Пугода. Он не может смотреть на него, стыдно. Лучше бы Пакет не молчал так долго, скажи хоть что-то! Скажи, что это просто несмешная шутка, пусть всё станет как прежде. Но тот просто опустил голову. — Да, Санчез. Ты мне нравишься, — Пугод находит в себе силы, чтобы произнести эти слова. — Это взаимно? Мозг Саши просто не может больше обрабатывать информацию. Так пусто — и в голове, и на сердце. Но ответ крутится в голове только один, самый ужасный и беспечный: — Да, — Санчез пытается звучать как можно тише, но Пугод всё равно его слышит, поэтому чуть ли не подбегает и бросается к нему в объятия. Санчезу тепло, на душе и физически, он обнимает Пугода и утыкается ему в шею, так спокойно, спустя столько дней. Но грязь никуда не ушла. Их отношения шли вполне обычно, если не учитывать факт, что Санчез всё ещё старался меньше контактировать с Пакетом, хоть уже не так рьяно, как раньше. А также Саша всеми силами скрывает своё отвращение к отношениям с Пугодом. Так ведь будет легче и Санчезу, и его... парню. Даже думать о таком тяжело. Плевать, что Пугод тоже чувствует к нему романтические чувства (Саша и так в тайне от себя же надеялся на это), но не плевать, что Санчез не может до сих пор принять их отношения. Они же не могут быть серьёзными и здоровыми, если Саше тошно от них. Иногда это отвращение усиливается и Санчезу даже смотреть на Пугода тяжело. Саша никогда не забудет тот раз, когда Пакет, после тяжёлого дня, удобно устроился у него на плече. Санчез сразу напрягся, а через какое-то время просто ушёл, глупо оправдавшись. Тогда ему было стыдно даже смотреть на Пугода, который, как брошенный щенок, смотрел на уходящего парня. Благо, свою нервозность он скрывал очень хорошо, если от Пугода всё ещё не было ни одного вопроса о состоянии Саши. Или Санчез хочет в это верить, а Пакет просто выжидает определённого момента, когда можно всё высказать. Кто ж его знает. Пока Санчез пытается себя оправдать тем, что хочет сделать всё проще для своего парня и не забивать ему голову своими проблемами, Пугод старается сделать вид, что всё нормально, хоть, порой его такое и бесит. Но ведь у них и так много проблем, с этим можно разобраться позже. Да и может, Саша просто не особо привык, вот и нервничает — боится, что сделает что-то не так. Но в глубине души до Пакета давно дошло: у Санчеза серьёзные проблемы, с которыми им стоит разобраться. Можно ли сказать, что Пугод «терпел» холод Саши? Возможно. Парень хотел это обсудить с Модди, практически с единственным человеком, которому он доверяет, но быстро передумал: такое слишком лично, да и что здесь посоветовать, кроме как обсудить. Так и шли размеренно их, не до конца здоровые, порой недоверчивые, отношения. До одного дня. В тот вечер Пугод, как зачастую и было, пришёл к Саше, на что тот по-особенному сильно на это разозлился. Ему было плохо. Непонятно, что на это поспособствовало, но, возможно, просто усталость от таких отношений. Он всё время огрызался и язвил Пугоду, при том делая вид, что спокоен. Ну, разумеется, это было не так. Пакет пытался с ним поговорить на счёт этого, и Саша бы хотел, но ведь тот слишком «безразличный к Санчезу, чтобы хоть раз до чего-то самостоятельно догадаться» — это дословно. — Я не понимаю, в чём проблема просто сказать? Ты даже подсказки не даёшь. Почему я ещё должен гадать? — Да потому что я не должен постоянно тебе всё объяснять. Какой же ты тупой, я не могу. — Это ещё я тупой? Я нормально проблему пытаюсь решить, а ты истеришь с пустого места. — Я не истерю, я просто такой. — Какой, блять? Псих? Угомонись строить из себя какую-то жертву. Санчез затыкается, а Пугод тяжело вздыхает. Он вообще думал уйти, потому что эти оскорбления от дорогого человека вообще не хочется слушать, но решил остаться. Тяжело оставлять Сашу одного вот таким. Пугод подходит ближе к парню, осторожно кладёт руку на его плечо. Обнимать пока не стоит — а то закроется ещё сильнее. Уже даже сейчас Санчез становится напряжённым. — Давай спокойно поговорим. Обещаю, я постараюсь тебя понять, — Саша заметно расслабляется, пока рука Пугода не доходит до его щеки. — Я же люблю тебя. Санчеза как будто громом сражает, злость начинает кипеть, хочется ударить Пугода и уйти. Он сказал это очень не вовремя. Грязь снова переполняет с новой силой. — Любишь? Поговорить хочешь? — приторно милым голосом говорит Санчез. — Да ты мне отвратителен! — Пугода с силой отталкивают от Саши. — Я ненавижу тебя, я ненавижу всё, что с нами связано, я ненавижу наши отношения в принципе! Почему я вообще должен любить тебя, когда мне даже смотреть противно на твои жалкие попытки показать любовь?! — Саша прекращает кричать на Пугода, смотря на то, как тот просто стоит в ступоре. Сказать на такие откровенности больше нечего, ну, зато теперь он наконец-то понял. — Это ты хотел услышать, да? Убедиться, что у нас всё плохо? — саркастично добрым тоном произносит Санчез. — Надеюсь, когда я приду, тебя здесь больше не будет. Саша быстрым шагом уходит с базы, задевая Пугода плечом. Оставлять его одного на собственной базе небезопасно, но сейчас вообще не до этого. Наверное, после такого было бы правильно уйти и забыть эти отношения, как плохой сон. Наверное, стоило бы оставить всё как есть, ведь такое попросту невозможно исправить, а терпеть плохое отношение нельзя. Наверное, и признаваться в чувствах было глупой идеей, если человек, которого ты любишь, вообще тебя избегал первоначально. Но он просто не знает правильно ли это будет... Пугод ещё немного стоит, потупившись в коридоре, после ухода Санчеза. Пытается рационально понять, что делать. И вариант просто жить, как раньше, привлекает больше всего, но он не решит всей проблемы. Когда этот осадок уйдёт, то что будет с Пугодом? А что с Санчезом? А как они вообще будут потом общаться друг с другом после такого? Мозг из логических выводов не может принять тот факт, что Саша вообще не любит Пакета. Он бы тогда не отвечал взаимностью — не глупый же. А если он просто запутался?.. Если это так, то Пугод не должен с этим разбираться. Он ничем не поможет, а проблема эта только Санчеза. Когда тот всё обдумает, тогда можно будет разговаривать и прийти к компромиссу. Пугод может подождать, ему некуда спешить. А пока лучше оставить Санчеза одного, пусть остынет, это будет полезно Саше и... На улице что, дождь пошёл? Как только он вышел из базы, почти сразу начал себя винить. Как можно было так по-ублюдски отнестись к человеку, который в тебе души не чает? Разве это можно назвать любовью? Теперь Санчез надеется, что Пугод не уйдёт из базы. Это будет небольшой надеждой, что его всё ещё ценят и принимают таким. Но Санчез не привык надеяться на хороший исход, поэтому ему легче представить, как он приходит, и нет ничего, что напоминало бы о Пугоде. Что пришёл конец не только их отношениям, не только их дружбе, но ещё чему-то. А грязь... грязь не уйдёт, она будет всё ещё накапливаться в груди, указывая на то, как ужасен Санчез. Что даже близкий и, вроде бы, самый понимающий друг оставил его. Саша неспособен нормально любить и то, что Пугод ушёл, было бы вполне нормально и справедливо. Санчез заслужил к себе плохое отношение. Парень останавливается около дерева. Он не грустит, просто стыдно перед любимым человеком, который уже не простит его. Он чувствует, как начинает накрапывать дождь, который совсем скоро перерастёт в ужасный ливень. Идти домой надо, но всё ещё не хочется, даже страшно. И это так забавно! Его же дом, чего там бояться? Там страшно не увидеть Пугода. А к Пакету хочется... хочется обнять и извиняться, пока его точно не простят; хочется начать всё заново, понимая, что это совершенно бесполезно. Санчез садится под дерево, всё ещё размышляя о чём-то своём. Он тяжело вздыхает: всё равно ни к чему не придёт, остаётся просто ждать, даже не надеясь на что-то хорошее. Как же он обложался! А исправить ситуацию, может, уже и невозможно. Дождь становится сильнее, а Санчез ещё больше начинает ненавидеть себя. Пока не замечает, что дождь перестал капать на него, хотя звук всё ещё идёт. Что? — Простудишься так, глупый. Санчез резко поднимает голову, слыша знакомый и родной голос. Пугод. Смотрит на него и тепло улыбается, держа в одной руке зонтик. Ощущение, будто к нему пришёл святой. — Пакет... — тихо говорит Санчез, заворожённо смотря вверх. — Я, я, — Пугод садится около него под дерево и аккуратно укрывает Сашу своим пиджаком. — Не нашёл твоей одежды, придется так, ты уж потерпи. — А ты?.. Тебе не холодно? — Нисколько. Ты тут не замёрз? Санчез отводит взгляд и поджимает губы, кивая головой. — Я тебя провожу. — Погоди, я... Мне правда... жаль... Я не ненавижу тебя... — Я знаю, Саша. — Умоляю, прости, я правда поступил как идиот, я любил наши отношения и тебя люблю, прям всего. Просто... — Санчез запинается, а Пакет прикрывает ему рот рукой. — Я и не обижаюсь, — Пугод пожимает плечами. — Всё в порядке. То, что тебе тяжело принять наши отношения — проблема, но мы же с этим справимся, так? После этих слов Пакет удивлённо вскидывает брови — хоть этого и не видно. Санчез положил свою голову на плечо Пугода? Это первый раз, когда он первым начинает физический контакт с ним. — Я бы на твоём месте обижался, сильно. — Как хорошо, что мы разные. — Я ведь сказал, что не люблю тебя. — Моей любви нам хватит. — Да ты на всё знаешь, как ответить, умный тут нашёлся. Пугод хихикает, на что его слабо толкают. Ребята только заметили, как дождь начал ещё сильнее усиливаться. — Теперь-то мы можем пойти домой? — начинает хныкать Пугод. — Домой? — Ну, к тебе. —... Можем. Шли они до базы Санчеза долго, полностью промокшие, но зато всё время шутя и общаясь. За последние дни наконец-то спокойно и тепло на душе, так что заболеть не становится огромной проблемой. А грязь из груди Санчеза исчезает с каждым смешком Пугода.