Zолотой Дворец

Рождественские каникулы.

Конвейерные ленты порядка десяти количеством тащили на себе сотни заготовок, скрепя металлическими штуками и механизмами. Все это сливалось в один глушащий шум. Дышать было уже невозможно: если не толстые слои пыли и черной сажи, то потные мужчины затмевали собой весь кислород. С каждым новым вздохом, в легких ощущался некоторый груз, словно один из коробок данного завода сместили с ленты на их душу. Зона-Шесть славилась своими ценными строительными материалами, которых распределяли по всей Республике именно в этом центре. Самое огромное количество добытого мрамора отправлялось сразу в Зону-Один, с уменьшенными ценами и налогами. После, им приходилось дорабатывать убытки фирмы, чтобы остаться на «стабильной» работе. Обеденное время - всем выдали лишний часок, чтобы выйти покурить или лечь и чуток поспать, кроме рабочего класса. Миротворцы - здесь их было не особо много, но вооружены они были как на войну, как обычно вышли на улицу подышать свежим воздухом или покурить. В это время их начальник спускался с верхнего этажа - единственного другого помещения, кроме основного, и обследовал свое «предприятие». В такое время он обычно искал себе красивенькую молодую девушку, которую можно было бы сжарить на один вечерок, а затем избавиться от бедняги, как от дохлой крысы, лишив зарплаты на честно отработанные месяца. И не пожалуешься, ведь это государственная собственность, а это значит, что правы тут только они. В другие, более редкие случаи, этот жирдяй любил разбрасываться недовольными замечаниями - даже самыми нелепыми. «…Также хотел предупредить об новом указе по-настоящему великого президента нашей страны - Ардона Нокса. С завтрашнего дня ваша рабочая смена увеличивается с восьми часов до двенадцати. Новый указ содержит и второй пункт: петь песни не патриотической позиции отныне запрещено по закону! Дезертиры будут наказаны. Во имя великой Республики!» вещал громкоговоритель на углу огромного помещения. Смешно. Шел двадцать первый век, а хрупкость власти осталась такой же, как в двадцать пятых годах. Но тогда была другая страна. Насколько система президента должна быть слабой, чтобы ее можно сломить обычными песенками уличных музыкантов? Тут поговаривали так: «Там, где сжигают книги, скоро будут сжигать и людей». Это была цитата одного известного человека, чье имя узнают только бабушки на скамьях, просящие мелочь для покупки хлеба. Но здесь сжигали людей, не добираясь до книг. Часть с песенками оскорбляющую власть отошли на задний план - примерно туда, где располагается мусорное ведро. Смену увеличили с восьми часов до двенадцати? Это новый вид наказания из-за провинившихся министров в Золотом Дворце, как это было после взрыва платформы в Седьмой Зоне? После этого инцидента, люди начали поговаривать о бунте и начальник поспешил вернуть все как было прежде, опасаясь худшего исхода. С того времени, старик, кажется, набрался смелости. Генераторы, которые пыхтели последние три часа не останавливаясь, вдруг заглохли, как по щелчку пальца. Мужчины встали к женщинам поближе, зная, что в случае чего, первые атаки попадут именно на них - ведь что сможет сделать девушка, отработавшая смену эквивалентно пяти мужчинам, загнанная в угол, без сил - без ничего? Она бы могла бежать - но куда? За время работы в заводе, рабочий класс сплотился так, что они начали заменять себе близких и родных. — Ну и что встали, как вкопанные? Зарплаты не хотите? — Закричал хриплым голос начальник отдела. Жирный старик, который всегда был одет в мешковатую рубашки и узкие брюки начал недовольно проходить по рядам, в недоумении о том, что происходит. В ответ - лишь тишина. Потому что тишина была самым громким ответом на его вопрос. Все застыли в ожидании. Знаете, как это бывает с утечкой газа? Чтобы все всколыхнуло - надо дождаться щелчка даже самой незаметной искорки. Сейчас его-то и не хватает. — Его и нет. — Процедила сквозь зубы Дафна. Молодая девушка, лишившись своего мужа работала на заводе за троих мужчин, чтобы получать хоть какие-то гроши на хлеб. Но зарплату ей выдавали раз или два, в счастливом случае, в месяц. — Что ты вякнула, чертовка? — Прошипел мужчина. С боку от него располагались еще два мужика, но уже более стройные и высокие, в пиджаках и с маленьким чемоданчиком в руках. — Чертовых зарплат у нас и так нет! — Закричала девушка во всю силу. Она обернулась и сделав шаг вперед, взобралась на конвейер, чтобы на нее было обращено больше внимания. — Разве это не так?! — Вещала Дафна. «Да!» отвечал народ. Золотой Дворец снова погрузился в молчание. Кабинеты стихли, все возвращалось в прежнее русло, после громкого происшествия с похищением Юлия Капоне. Ардон сидел в своем кабинете, который стал чем-то больше, чем просто рабочее место. Сидя на своем диване, он с минуты на минуту переключал одну запись: Хэллоуинский инцидент в Эфории. У него не складывались кое-какие факты: он знал, что в тот день миротворцев обязали переодеться в черные мундиры. Но на записи они были в белых. Смотря краем глаза на бумажную документацию, лежавшую на столе, принесенная Деспиной Дэркстэжой. Эта особа была по-настоящему интересной для изучения, но что было еще любопытнее, это то, что она сломана воспитана бывшим директором КГБ или, как сегодня говорят - ФСБ. Она располагалась такой информацией, которую прятали в архивах десятилетиями. Прям разговорах она беседовала с особой осторожностью и надменностью, и умело скрывала напряженность. Но лишь те, которые испытывают подобные чувства могут узнать это по поведению. Документация гласила о том, что в тот день всем без исключения передали черные мундиры. Что самое главное, фраза «без исключения» и «черные мундиры» повторялись два раза. Она снова задумала какую-то игру - игры с властью. Нокс это ценил с большим акцентом, чем к другим. Видите ли, с Деспиной он знаком уже несколько лет из-за тесных экономических связей с ее отцом и каждое неосторожное движение к ней - это упадок в рынке. Она знала это, поэтому и пользовалась. — Она же и присылала ту видеозапись. А теперь отправляет нам опровержение этому. — После пяти минут прошенной тишины вновь заговорила женщина, стоявшая позади дивана Ардона. Любимое качество Нокса в человеке - это преданность. Розалия Рубиос была как раз такой. Преданная своему делу и неизменному Вождю. — В какие игры эта прошмандовка играет с нами? — Фыркнула она, подчеркивая разницу между их статусами. — Ты ее недооцениваешь, Роза. — Вздохнул Ардон, остановив запись. Сегодня он был крайне спокойным и разговорчивым. После всех этих приступов безумия, ему посоветовали найти себе личного психолога. Кто мог бы ожидать, что такая прекрасная женщина найдутся за стол короткие сроки? — Я рассматриваю лишь потенциальных кандидатов на существенную угрозу, Ардон. — Закатив глаза, ее руки, словно змеи, заползли на шею президента и начали массажировать напряженную шею. Через пару секунд тот расслабился и Розалия расплылась в самодовольной улыбке. Угроза приходит даже в самое неожиданное время. Самыми неожиданными путями и в виде самых неожиданных вещей. Голограмма, подключенная к локальной сети внезапно отключилась. В комнате воцарилась полная темнота, а их рты не могли выразить легкое недоумение в ожидании самого худшего. Через пару секунд заиграло шипение и помехи отразились в трехмерном пространстве новых технологий. Через минуту начал слышаться отдаленный голос девушки, а еще через пару секунд появился полный экран. Девушка с микрофон в руке, одетая в строгий костюм в стиле обычных корреспондентов новостей. Но Розалия все же насторожилась - новости проигрывались лишь рано утром и в девять вечера и только по ранее отправленному сценарию. Но до девяти вечера еще было несколько часов, а об экстренной включении они ничего не согласовывали. Все это легко объяснилось легкой брошью на груди девушки-ведущей: неестественный начерченный глазок светился от лучей солнца, явно прикрепленный туда, чтобы как можно больше зрителей увидели это. Ее руки застряли на шее мужчины, и туда снова пробилось былое напряжение. Нокс выдавил жалкий смешок и насторожился, ожидая самых ярких новостей последних дней. «Доброго времени суток, дорогие граждане Республики». Девушка говорила быстро. Их преступление было ограничено временем. Розалия застыла в огромнейшем удивлении. На экране засветилась знакомая персона. «Я Доркас Рубиос и являюсь корреспонденткой независимого СМИ Республики, и сейчас вынуждена за короткое время оповестить вас о самых важных вещах сегодняшних дней. Сегодня в Зоне-Шесть вспыхнул самый крупный государственный центр по переработке строительных материалов. Причиной послужило увеличение должных часов работы. Свершилось настоящее чудо - народ наконец-то восстал против несправедливости режима Президента Нокса. Все закончилось победой! Завод полыхает огнем, а миротворцы вновь показали свою неэффективность и неустойчивость в борьбе с правдой и справедливостью. Так не стойте в стороне! Присоединяетесь к…» не успев докончить, экран снова погрузился в туман. Вскоре появилась надпись «Сервера временно недоступны. Мы стараемся решить проблему в ближайшее время». — Вызови мне Чевского. — Серьезным тоном протянул президент, все еще смотря в пустоту исчезнувшего экрана. Розалия оступилась, и приняв в сведение, удалилась из кабинета. Было даже страшно представить, какая участь ждет Игоря, ибо это была последняя капля терпения Ардона. Настоящее: — О. Господи. Боже. Мой! — Ангард в своей обычной манере влетел в комнату Каса и Нэху. Между этим, Нэху до сих пор спал, потому что из-за событий вчерашнего дня он повалился без всяких сил. Каникулы начались. Многие остались на первые дни зимних каникул в академии, чтобы не пропустить величайший и интереснейший Турнир, и лишь единицы отправились домой. Люди из разряда зануд и людей, интересы которых направлялись в совсем другое место. Все контрольные тесты и экзамены были сданы, по крайней мере на «удовлетворительно» и «хорошо», а некоторые из них даже на «отлично», потому спать можно было сколько влезет. После выходки Нэху в Турнире вызвало бурю эмоций, между прочем самых разных и самых ярких. И как без того не бывает, общество разделилось на два добротных лагеря: некоторые считают, что Нэху настоящий монстр не умеющий сдерживать себя и контролировать свои действия, другие же говорили, что это Грейс мерзкий тип и конфликт начал он. Все было более запутаннее: Дориан не умел держать язык за зубами, а Эверли не мог держать руки при себе. — Тихо ты! — Шикнул в ту же секунду Кас, отгоняя гиганта обратно в коридор. Всем было известно, что если есть на этом свете человек невыносимо громкий, то он учится в Эфории на факультете Саги. — Что случилось? — Спросил блондин. — У меня плохая новость. — Жалостно протянул парень, вздыхая с опечаленным видом. — Если это весть о нашем проигрыше - это ожидаемо, Ангард. — Безмятежно ответил другой. Ангарду показалось, что этот красавчик с белыми волосами особенно бесчувственный и не умеет сострадать другим людям, но это было самой яркой ложью. — Неожидаемо, прошу заметить. Мы никогда не проигрывали! — Зашипел Ангард, не веря в то, что это случилось. Словно вся его жизнь теперь сломана. — Деспина будет недовольна. — Я думаю, что она уже это знала. — Скептически фыркнул Кас. Весть о их проигрыше была не самой положительной и хорошей, чтобы ее принесли на утро следующего дня. Но все было предельно ясно. После отправки на штурм, Каса застали врасплох. Один нападающий и два защитника напали на него изо базы. Блондин до последнего надеялся на появление и спасения своего друга, но тот так и не появился. Он был в неприятном удивлении от того, что Нэху не пришел. Часом позже он узнал истинную причину «предательства». По началу он даже разволновался, ибо их последняя встреча с Грейсом закончилась не самым лучшим концом. Но на этот раз разукрашенное лицо Дориана вызвало вопросов куда больше, чем сломанная рука Нэху. Особенно, если учесть, что их снарядили экипировками. Ясное дело, что Нэху натворил полного ведра дерьма факультету и семейке Грейс, но это того стоило - Дориан должен был почувствовать, что не останется безнаказанным. — Блять… Вы можете быть тише?! — Голос Нэху стрельнул изо спины шаровым выбросом огня, испепеляющего свою цель до тла. Кас ощутил колючую смесь недовольства и усталости в сонливом голосе парня. — Извини… — Жалобно протянул блондин в ответ. В его красивых голубых глазах заискрилась то самое искреннее «я на самом деле не хотел этого» - тот самый огонек, в который Нэху любил всматриваться. — Да ладно. — Почувствовав вину на себе промямлил кареглазый. А на самом деле он был в бешенстве. Ангард реально не умел вести себя тихо. Ему было наплевать, глубокая ли ночь или раннее утро - если это «необходимо», его эмоции проинформируют об этом. — Который час? — Только десять утра. У тебя еще есть часок для сна, если ты хочешь. — Предложил Кас. Вид Нэху говорил о востребованности в отдыхе. — Я голоден. — Угрюмо ответил другой, пытаясь встать из кровати. Спина болела, не находя причин почему. — Тебе принести завтрак? — Поинтересовался Кас. Он любил всячески помогать в мелочах своему соседу. Это приносило ему особенное удовольствие. — Нет. Спасибо. Я бы хотел увидеться с Мэри. — Продолжал тот. Среди всей этой гущи новых знакомств и новых людей в его жизни он по прежнему оставался склонен, хоть и довольно редко, к встречам со своей подругой. Они были знакомы с раннего детства и Нэху считал, что она незаменима. — Выглядишь… пиздец как потрепанным. — Подметил Данте, складывая свою одежду в аккуратную стопку. Он выглядел слегка обеспокоенным состоянием своего соседа. Типичный Кас Данте. Вечно желающий всем помогать - если это конечно того стоит. Это в нем цепляло не хуже внешности. — Ты куда-то собираешься? — Обратив внимание на две остальные стопки одежд, Нэху задумался. Ему тоже надо ехать домой? Он даже не знал, хочет ли возвращаться. Он не думал. У него не было времени на такие раздумья, потому что каждый раз это заканчивалось рыданием и истериками. В конце его всегда успокаивал Кас, мол, Эссен с ними, значит с его семьей все хорошо. И это помогало. Нэху, наверное, с ума бы сошел в первые же дни, если бы не этот чертов блондин. — Я тут подумал… Если ты останешься на каникулах в академии, то и я не собираюсь никуда уезжать. — Вдруг заявил Кас. Нет. Этого быть не может. Эверли и так отнял у них возможную победу в Турнире. Он не может отобрать и долгожданные каникулы и Новый Год в кругу семьи. Точно не у Каса. Он заслужил хороший отдых. — Нет! — Твердо вскинул тот в ответ. Его реакция была слегка резкой, что удивило блондина. Встав в позе «фламинго», он без слов требовал объяснений. — Тебе не стоит откладывать встречу с семьей из-за меня, Кас. — Я не хочу оставлять тебя одного. — Пожал плечами тот, отправляя еще одну белую футболку на кровать. Может и блондин не видел в этих словах что-то сверхъестественного, но Нэху вдруг как осенило: он был готов бросить семью, чтобы не оставлять своего друга в одиночестве. Если у него и были сомнения на счет доверия и близости к нему, то они все отпали. Кас доказал, что не только достоин этой дружбы, но и то, что он сделал больше, чем надо было. — Спасибо. — Тихо пролепетал Нэху, переваривая осознанное. Но все же, он не мог себе позволить оставить его семью на самые долгожданные каникулы. Что-то внутри щелкало и проговаривало: «Ты не достоин его». — Спасибо за все. — Лишь повторил он. — Эм… Ладно? — Не понимал сосед, убирая утюг в шкаф, и вместе с ним отправляя выглаженную до идеала одежду туда же. — Что-то ты раскис, парень. — Я, наверное, тоже пойду домой. — Сообщил Нэху. Даже если это не так, он соврет и отправит своего блондина домой. — Решим позже. Ты случаем не голоден? Я-то очень. — Спросил Кас, указывая на свой живот, словно он мог разговаривать и сообщил бы о том, что ему нужна пища. — Да… Надо бы позавтракать. Мне надо к нашему декану зайти. — Нэху покинул свою кровать и отправился к стульчику, на котором также аккуратно лежала стопка его одежды. Но ведь только вчера она валялись на полу. — Это твоих рук дело? — Задал он вопрос, обернувшись к Касу. — Ты невероятная грязнуля, Нэху. — Улыбнулся тот в ответ. — Зачем тебе к Деспине? — На его лице играло любопытство, которое Эверли не хотел так быстро удовлетворить. — Сам не знаю. После вчерашней «милой», — Он поднял два пальца вверх, как бы сгибая их - «кавычки» — беседы, она сказала вернуться мне сегодня ближе к полудню. — Ты влип. — Все с такой же улыбкой протрещал другой. — Я так не думаю. Она выглядела вполне… обычно. — Пожал плечами Нэху. — Она практически все время выглядела «обычно». — Поделился Кас. Он с ней был гораздо дольше в плане знакомства и совместной жизни в стенах академии. — Но не узнаешь же, что же творится у нее на душе. Да и к тому же она очень любит придумывать всякие изощренные наказания. Молись, чтобы на тебя такая участь не выпала. — Мы уходим на каникулы. Как же меня накажут? — Спросил другой. Покинув комнату в общежитии, они проходили через коридор до столовой. — А после каникул ты собираешься не возвращаться что ли? — Можно было бы. — Протянул он, задумавшись. Можно же не возвращаться, или теперь это обязательство, доучиться? — Нет. Без тебя мне уже как-то… будет… не по-себе? — Признался голубоглазый. — Кас. — Оборвал другой, скептически поглядывая на своего друга. — Это была шутка. — А ты умеешь шутить? Извини. Я не знал. — Ухмыльнулся Данте. — Пошел нахуй. — Фраза, которая стала чем-то больше обыденным и повседневным. Их маленькой традицией, если можно такое веселье назвать подобным словом. Свернув за последний нужный угол, они оказались на коридоре, которая прямиком вела в кафетерий. Учуяв вкусный запах свежих булок и другой выпечки, живот напомнил о состоянии голода. Кас ухмыльнулся, соглашаясь с животом. Зайдя в столовую, на своем обычном месте на углу, Нэху заметил сидящих Мэри и Терру, за горячим обсуждением своих каких-то дел. И как обычно, рядом лежала книга по фармацевтике или растений для лечебного дела. Кас подал знак, что он отправится за едой. — Утречка. — Пробубнил Нэху, когда яркий солнечный свет залился на его лицо. — И тебе привет. — Ответила Терра. Мэри помахала ему рукой в знак приветствия. — А где другие? — Спросил парень, указывая на наличие свободных мест в большом количестве. — Окан и Лив собираются поехать домой. Они вроде договорились поехать в горы на каникулах. — Ехидно протянула Терра, указывая на то, что между ними все же проложилась какая-то связь. — Рада за них. Окан в последние недели так и не отходил от нас. — Добавила Мэри. Она сидела на самом углу, читая одну книгу с приятно бледно-зеленой обложкой. — В смысле не отходил? — Нэху недоуменно посмотрел на девушек. Они обе посмотрели друг на друга и посмеялись. — Он «романтик»! — Через звонкий смех проговорила Терра. — Каждый день букет, если не букет, то конфетки шоколадные, которые я удачно присваивала себе. О Господи! Я теперь останусь без сладкого? — Смех сменился легким разочарованием. — О чем болтаете? — Спросил Кас, вернувшись с подносом. Запахло только что приготовленной курицей. Нэху обратив внимание на своего соседа, изучил содержимое серебряного подноса, где красовалась золотистая курочка и суп. — О выходных Окана и Лив, конечно же. — Ответила Терра. — И что интересного в их выходных? — Прозвучал новый вопрос от блондина. — В том, что они снова сошлись. — Добавила Мэри. Нэху сел на одно из свободных мест, двигая к себе свой завтрак или даже обед. — Ничего интересного. После каникул мы узнаем, что они снова расстались. — Нэху пытался понять, в какой повторной фазе находятся отношения этих двух людей, которых они сейчас бурно обсуждают. — Не знаешь, откуда он берет такое вкусные конфеты? — Терра выглядела озабоченной из-за этих несчастных конфеток. — Кажется в соседнем пригороде, неподалеку от академии. Советую посетить, я там был и это просто великолепно. — Говорил Кас. 6 глава, 2 часть. «А ты исчез, ни в пустоте ни в темноте не отыскать Ты слился с воздухом, ты превратился в дым Остались буквы в документах, на счетах И эти буквы были именем твоим…» Monetochka, Твое имя. После замечательного завтрака, Нэху, как и было надо, отправился в кабинет своего декана. Попросив Каса оставить его одного, парень встал в нужный коридор и раздумывая о возможном развороте событий, пошагал в самую мрачную часть этого замка. Через окно просвечивались лучи солнца, которая казались бесполезными и слабыми в этой борьбе за место «быть». Ровные, чуть отклоненные в сторону отражения света казались такими же частями установленного порядка профессором Дэркстэжа. Дверь в деканат словно отталкивая, стоял прямо перед ним - массивная, с темно-зеленым проблеском металла дверь. В высоту и ширину больше, чем большинство дверей академии. По середине такая же темно-зеленая змея, с открытой пастью, предупреждаю, что это ловушка такой же гадкой и хитрой женщины, обитавшая там. Собрав всю волю что есть в кулак, парень постучал в двери. Стук о металл был слегка приглушенным, но он все равно остался услышанным. — Войдите. — Спокойный, ровный голос девушки где-то в том кабинете не старался выдавливать силы, чтобы остаться замеченным. Именно такое состояние было чем-то вроде предупреждения. Кабинет декана встретил его все в таком же чистом и, как ему казалось, тошнотворном виде. Длинные и чистые стеллажи с книгами, размеры которых пугали бедного парня стояли будто горой над ними, как над душой. Аккуратно поставленные статуэтки и редкие цветы у окон. У этой женщины даже вещи являются жертвой ее дисциплины? — Добрый день, мистер Эверли. — Ее губы слегка приподнялись в улыбке и остались в таком же положении. В черном легком платье она выглядела, как какая-то вдова в нескончаемом трауре. Волнистые черные волосы были убраны в пучок над головой и лишь несколько прядей свисали по бокам. Бледная кожа напоминала о присутствии холода в кабинете - наверное, холод, который она излучала сама. — Добрый. — Ответил он, сделав небольшой шаг вперед. Двери захлопнулись и он пискнув, извинился. Парень знал насколько нелепо выглядит. Как это бывает с мышкой в лапах гремучей кошки. Деспина сидела у своего рабочего стола перебирая всевозможные бумажки. Даже когда ее покои были нарушены, она продолжала заниматься своим делом. — Как ваше настроение? Чудный день, раз даже погода солнцем радует. — Сказала она без капли позитива на лице. Нэху кивком согласился с ее выражением. Небольшие очки, которые до сегодняшнего дня не были видны на лице декана данного факультета сейчас сидели на ней, как влитые. Лишь чутка припущенные. Приспустив голову вниз, она изучала содержимое бумаг. Когда между ними создалась небольшая пауза, она метнула свой суровый взгляд на студента и в немом жесте пригласила его сесть. — Вы собираетесь остаться здесь на каникулы? — Раздался второй вопрос. — Я еще не решился, профессор. — Робко ответил тот. И ведь вправду: в последний раз он общался с матерью через письмо, когда это случилось в первый раз. И с того самого дня его не покидало чувство уверенности в Эссене Грей, который все это время и до сих пор обеспечивает его семью и его самого в какой-то степени. Он не хотел возвращаться в те трущобы, откуда еле сбежал, но тех проблем уже не будет, ведь стилист обеспечил их всем, чем только мог. — Вы кого-то ждете, я правильно понимаю? — Подняв свой взгляд от этих букв, она снова метнула свой пронзительный взгляд, но теперь не быстрый, а продолжительный, мучащий и изучающий. Затем она снова приподняла губы чуть вверх в мягкой улыбке, и вернулась к своим делам. «Она умеет улыбаться. Это уже хорошо!» подумал Нэху. — Да, профессор. — И как она столько узнает? Может по всей академии она расположила своих агентов и каждый из них следит за отдельными персонами, которые находятся в ее интересах? Впрочем, теорий о ней было очень много, начиная от самых абсурдных и заканчивая самыми интересными и завораживающими. Деспина собрав все бумаги в одну стопку, отложила их на край стола и теперь уселась, наблюдая за парнем. Теперь разговора точно не избежать, каким бы он не был. — Эссен Грей прибудет в замок завтра к вечеру. — Сообщила она в более мягкой манере речи. Нэху смутился на долю секунду и тут же обрадовался. Радость была яркой вспышкой перед тем, как она потухнет и сместиться недоумением: откуда она знает, кого он ждет? Эта личность с каждым новым «разом» становилась все загадочнее и интереснее. Она была стеной, которую не преодолеть. Не обойти, не узнать секретов, которые она таит. — Я полагаю, что вы находитесь в смятении. — Предположила девушка, встав со своего места. — Я вас не совсем понимаю. — Недоуменно пролепетал студент в ответ. Между тем, та прошла мимо него и подошла к камину из кирпичей черного мрамора. Коснувшись камина, она еле слышно прошептала «И ценой чего они тут», словно жалея о чем-то. Сверху камина располагался портрет, которого Нэху не замечал до сегодняшнего дня. На нем был изображен мужчина, стоявший над группой людей. Красноватый флаг с золотой символикой, чего не было разобрать. Впрочем, это было неважно. Мужчина, которого взяли как основу указывал на что-либо указательным пальцем. — Поворачиваясь лицом к прошлому, вы становитесь спиной к будущему. — Голос ее теперь звучал холодным, твердым. Тон увеличился, а она сама предстала перед ним спиной, разглядывая портрет. — Вы не хотите оставлять семью. — Догадалась она. — А в академии вы видите свое будущее - знания, навыки, сила… Мне кажется, что вы уже догадались, мистер Эверли. Я предлагаю вам остаться на каникулы в замке, чтобы проработать себя и свои навыки. — Оу… Эм… — Нэху не знал что ответить. Он сам не знал ответа на этот вопрос, который мучал его на протяжении недели. С одной стороны он хотел остаться, потому что знал, что то, что он делает недостаточно и дополнительные уроки ему не станут лишними. А с другой стороны семья, которую он не видел полгода. Выбор был тяжелым. — Я не знаю, профессор. — В голосе послышалась нота жалости. — Я дам вам время подумать до завтрашнего вечера, мистер Эверли. Вы свободны. — Она обернулась к нему с улыбкой на лице и указала на дверь. Он с радостью встал со своего места и направился к выходу, когда его остановил оклик декана. — Тьма - это прежде всего туман, который защитит вас от лишних глаз. Выход всегда найдется. — Она метнула свой короткий взгляд на картину и вернула его к парню. — Даже в самый тяжелый момент. — Нэху кивнул и с ее позволения, поспешил прочь. «И что это только что было?» задался он вопросом, как только массивные железные двери позади захлопнулись, оставляя мрачные мысли позади. Он хотел все немедленно рассказать своему блондину, у которого еще была роль соседа. Как только он повернул за коридор, там где располагалась лестница вниз, его взору открылась еще одна фигура: теплый блонд, худощавое тело и противная атмосфера - Дориан Грейс. Но только его длинные волосы сменились более короткими. Под глазами красовались мешки, а сам он выглядел до смерти уставшим. Метнув свой полуоткрытый взгляд, прожженный ядом в парня, он пошел дальше - в сторону деканата факультета Нэху, что было не менее странно. Миновав самый верхний этаж и вернувшись в корпус общежития, он, полагаясь на свою память благополучно дошел до туалета их части общежития. Как только он собрался повернуть к лестница, чья-то рука схватила его за кисть и утащил в туалет. Нэху хотел было закричать какого черта, но увидев Лорана Грейс желание это сделать удвоилось. Он жестом показал умолкнуть, но ярость лишь становилась больше, а выплеснуть все еще страстнее. — Какого хуя, Грейс младший? — Заворчал в пассивной агрессии Нэху, требуя объяснений. В его глазах больше не было той ненависти к нему, гнева или отвращения. Нет. Там было что-то интереснее, что-то еще не изученное, неизведанное. Нэху смутился, брови сгустились в неровных линиях, а глаза бегали изучая его лицо. — Тихо, еблан. — Огрызнулся он в ответ. А вот это было в их обычном манере. Он сложил руку и уставился назад, выдыхая слишком громко. — Блять, просто блять… Я не знаю, как тебе это сказать, но мне нужна помощь… — Он снова уставился на него с той же странной физиономией. — Уверен, что именно моя помощь? — Гнев внутри сменился чем-то более положительным: радостью и весельем. Не каждый день к тебе приходит младший брат твоего недруга за помощью. Тот едва заметно кивнул и снова встал спиной. — Я сейчас рассмеюсь. — Усмехнулся парень. — Я не знаю, что там ваша главная шавка сделала с моим братом, но он словно сам не свой. Понимаешь, как это бывает с человеком, у которого воздержания от наркотиков? — Он схватился за кисть Эверли и словно выпытывая, смотрел в него с надеждой на какой-нибудь ответ. — Я ничего не понимаю, Грейс. Чего ты блять от меня хочешь? Нормально что-нибудь объяснишь?! — Терпение было на исходе, а желание поделится со всей этой информацией с Касом хотелось все больше и больше. Он будет в восторге от такого количества новостей. — После вашей передряги в Турнире, Дориан чуть ли не на ежедневной основе уходит куда-то. Куда конкретно он мне не говорит. Я решил за ним проследить пару дней и каждый раз он шагает прямо к этой Деспине. В после каждого такого визита он выходит словно с него всю душу высосали. Со мной он практически перестал общаться. Да и теперь мы на разных факультетах. — Лоран говорил очень быстро и не очень разборчиво. Он метал свои глаза по всему помещению в желании не смотреть на своего собеседника. — На разных? — Именно. Я остался в Нокс, а по распоряжению Совета его переместили в Корвид. Насколько я теперь знаю, это было по инициативе этой змеи ахуевшей. — И блондин бросился в раздумья. Через пару секунд, его как будто ударило молнией. — Перед тем, как его вернули - эта шавка Саги и главная швабра Совета были у нас… дома. Они говорили про странное заключение, вроде договора. — Да что ты блять несешь?! — Взорвался другой переходя на крики. Лоран бросился к нему и приложил свою холодную руку к его рту в мольбе закрыть свой «ебаный рот». — Я сам не знаю. Думаю, она пичкает его чем-то или еще что-то… Просто помоги мне разузнать об этих странных махинациях. — А взамен мне что? — Улыбнулся Нэху. Не будет же он даром помогать такому человеку. Да и к тому же отличный повод испортить жизнь Грейс старшему. Если он узнает, что его младший братик обращается за помощью и даже чуть ли не умоляет к такому «отбросу общества», как Нэху, его охватит шок и ступор. — Все что хочешь. В планах разумного! Мало ли в твою тупую бошку придет. — Фыркнул он. — Я могу и передумать. — Ухмыльнулся другой, сокращая дистанцию между ними. — По-го-ря-чил-ся. Сэр. — Недовольно буркнул блондин. — Желание. Мне нужно одно желание. И использовать я его могу когда захочу. — Это был довольно хитрый ход. И очень удобный. — Согласен. — Лоран протянул руку. Нэху поморщился, но ответил рукопожатием. — Мне теперь руки мыть надо? — Вали-ка нахуй, пока вся академия не затрещала о тебе. — В самодовольной улыбке, Нэху прогнал Грейс младшего обратно в свой корпус. — Ну и ахуеть. — Сказал он сам себе, когда остался один в туалете. С особо игривым настроением он забрался на второй этаж и прошагал до своей комнаты. Нэху был рад тому, что Кас остался в комнате и поспешил ему все рассказать. — Ты блять не представляешь, что со мной только не случилось за последний час! Начиная от странного поведения профессора Дэркстэжа и заканчивая… о Боже! Все по порядку! — В восторге чуть ли не кричал парень. Кас с вытаращенными глазами уставился на него. — Что случилось? — Спокойно спросил блондин. — Начну с того, что Деспина мне странные фразы щебечет. — Сообщил он, словно это было чем-то шокирующим. — Это разве не ее типичное поведение? — Ухмыльнулся голубоглазый. — Нет. На этот раз это было… иначе. Словно она хотела мне о чем рассказать, но не может и потому говорит намеками. — Нэху задумался. Ведь ее поведение было странным, такое всегда с ней было, но сегодня эта странность была чуть другой. Девушка словно о чем-то предупреждала его. — А в замке не установлены какие-то шпионы? М? — Промычал вопрос парень. — Я так не думаю. Деспина знала бы, если они были. — Пожал плечами Кас. — Но ведь ее поведение об этом говорит, верно? Предположим они есть, и ты сказал, что она будет в курсе - значит складывается одна общая картина… — Нэху был неуверен в своих догадках. — И ведь правда… Ахуеть. Что творится? — Парировал блондин. — Опять какие-то восстания? Хотя нам бы сообщили. — Она еще говорила одну странную фразу, будто себе… шепотом. Не могу вспомнить. — Нэху встал у окна пытаясь всеми силами вспомнить ту фразу, произнесенную шепотом. — «И ценой чего вы здесь?». Точно! Она поглаживая камин сказала эту фразу точь-в-точь. — Поглаживая камин? — Засмеялся другой в ответ. — У нашего декана новый питомец, а мы даже не знаем? — Последовало продолжение. — Ладно, опустим эту ситуацию на время. Я хочу тебе показать кое-что. — Кас сунул свою руку в какую-то сумку и достал маленький шарик, сложного темно-серого цвета с электрическо-синим неоновым корпусом. — Что это? — Задался вопросом Нэху, оглядывая маленький кусок металла. — Сейчас увидишь. — Улыбнулся Данте и слегка подбросил шарик. Он чуть опустился вниз, но так и не коснулся пола, а словно застыл в воздухе. Нэху уставился в недоумении с распахнутыми глазами. — Что за черт? — Прошептал он. Кас усмехнулся, но ответа не дал. Комната залилась ярко голубым светом, чуть ли не ослепительным. Потом отключился и в воздухе появилось изображение. «Голограмма» догадался парень, внимательно следя за движением цифровой змеи, которая кружилось по комнате. Когда ее фаза достигла расстояния от парней к двери, она резко повернулась и пошла на них. Сначала она ползла, а затем бросилась в воздух. Нэху от неожиданности закрыл лицо руками и зажмурился. Когда легкая рука соседа слегка толкнула его, он ощетинился. «Это все не правда» сказал он себе. Змея превратилась в человека - старика, худого и неприятного с виду. Лысая голова, лишь редкие седые волосинки по бокам. Резкие черты лица и к тому же противные. Неповоротливые губы сложились в недовольную линию, создавшая общую картину недовольной гримасы. На нем была черная легкая мантия, скрывавшая его от глаз. Голубой цвет сменился на зеленый. Изо спины старика начали огромным количеством выпадать змеи. Они окружали его. Самые большие были у его босых и худых ног, которые показались из мантии. Они обвивали его конечности и сжимали их, словно создавая целостный организм. Маленькие проползали через все тело к его голове. Они что-то шипели. Нэху насторожился, пытаясь понять о чем они шипят. «Аурелиан-с-с С-с-ага» из их шипения доносились еле разборчивые слова. Через мгновение старик со змеями испарились, оставив лишь оболочку из зеленого пара. Вдруг изо стены выскочила небольшая лиса, ярко рыжего цвета. На ее лице играла сильно выражаемая улыбка, словно она приветствовала двух парней в этой комнате. Разглядывая цифровое животное, Нэху понял, что это вовсе не доброта в лисе играет, а хитрость. Ее глаза прищурились, словно соглашаясь с мыслями Эверли. Неожиданно для него конечности маленького зверя начали резко прорастать в неестественном виде. Через долю секунды лиса превратилась в женщину, на которой сидела рыжая мантия. Ее волосы рыжие волосы свисали с плеч, а сама она все ехидно улыбалась. Глаза сверкали желтым цветом, какое не бывает в природе. У подножия ее ног появились маленькие лисы, которые хихикали. До уха парня доносились неразборчивые слова и ему снова пришлось прислушиваться. Лисы начали кружится вокруг нее и с каждым новым кругом они увеличивали темп ходьбы и так перешли в бег. «Хи-хи-Хелена Корви-хи-хи-д» хихикали лисы, пока они превратись в сплошную оранжевую линию, что было не разобрать и утащили девушку с собой вниз. Яма закрылась также быстро, как и появилась. Все произошло настолько резко и быстро, что Нэху даже не понял, что случилось. Из той же стены вышло новое животное, но совсем не похожее на его предшественников. Это был чересчур большой барсук в маленьких круглых очках, с дурной черной шляпой, украшенной желтой ленточкой и с тростью, которая при столкновении с землей искрилась такими же желтыми искорками. Он снял шляпу и чуть наклонился, в знак приветствия. А потом начал неестественно быстро кружится. И через секунду перед ними встал человек в элегантном сером, клетчатом костюме, с этой же шляпой и тростью, и такими же круглыми очками. Он выглядел моложе, чем первый старик, но все же казался человеком в возрасте. Из его спины спокойно вышел тот же самый барсук и встал перед ним, смотря на двух парней. «Руперт Нокс» спокойным человеческим голосом сообщил он, словно эти два парня понимали о чем он. Затем сделав то же самое, что и в начале, они оба ушли в ту же стену, через которую попали сюда. После всего этого маленький металлический шарик упал на пол. Нэху еще пару минут стоял с распахнутыми глазами смотря в стену. — Что за хуй?! — С явным восторгом в голосе закричал Эверли, как только пришел в сознание. — Ты разве не слышал? — Недоуменно спросил Кас в ответ. — Что? Неразборчивые шипения змей или хихиканье лисов? Только барсук среди них адекватный, если не учитывать, что он говорящий. — Подметил он. — Эти три человека-основателя академии. Первый - Аурелиан Сага. Он основатель факультета Сага. Наш главный символ - это зеленая змея, которая еще присутствует на гербе нашего факультета. Он ценил амбициозность и целеустремленность в людях, так и набирал себе студентов. — Поделился Кас. — Хелена Корвид - основательница факультета Корвид. Главный символ факультета - лиса с ярко рыжим окрасом. Больше всего она ценила в людях ум и хитрость. — Продолжил блондин. — И наконец: Руперт Нокс - основатель факультета Нокс. Символ - барсук. Больше всего привлекал особый острый ум и трудолюбие. Так и выбирал себе студентов. — Закончил Данте. — Я думал Нокс назвали в честь президента. — Поделился Нэху. — Руперт Нокс его дед, если так взять. — Пожал плечами блондин. — Тогда, в те времена людей набирали по качествам. Сейчас эта система нарушена, но все же Деспина иногда следует подобному принципу набора. Нэху вспомнил о том, что хотел поделиться историей с Грейс младшим, но потом остановил самого себя: «Нужно подождать, мало ли». Да и к тому же Лоран не хотел бы, чтобы об этом случае узнали кто-либо еще. «И хули я волнуюсь о том, чего не хотел этот ублюдок?» спросил парень самого себя. — Ты когда собираешься покинуть академию? — Поинтересовался Нэху, вспомнив про отдельный участок их разговора с деканом. — Сегодня в полдень, если удостоверюсь в том, что ты тоже отправишься домой. — Улыбнулся блондин, указывая на собранные чемоданы у двери в комнату. — Завтра к вечеру придет Эссен. Я с ним отправлюсь домой, так как насколько я знаю он тоже теперь временно живет в Зоне-Тридцать-Четыре. — Поспешил успокоить того Эверли. Он знал, что это скорее всего ложь, потому что после разговора с Эссеном он наверняка решит остаться. Грей никогда бы не посоветовал чего-то плохого или вредного. Не смотря на его возраст, он был достаточно мудр. — Я рад. — Искренне улыбнулся он. — Тогда… до встречи в следующем году? — Кас шагнув вперед и крепко обнял Нэху. Словно это была их последняя встреча. Кас отстранился от своего соседа и подошел к входной двери и взяв свои чемоданы, обернулся и в последний раз улыбнувшись Нэху, вышел из комнаты на несколько недель. Нэху мог лишь смотреть ему в зад, ведь теперь он будет в этой комнате жить один в какое-то время. Зная, что Кас не одобрит то, что он пойдет провожать его до пригорода, поэтому Нэху пришлось скрытно пройти за ним до конца ворот академии. — Я буду присылать тебе письма! — В конце обещал блондин, обернувшись с такой же широкой улыбкой. Он все таки понял, что за ним ходят по пятам, но ни чуть не разозлился. Парень надеялся, что письма будут не очень длинными, потому что некоторые замудренные слова блондина вызывали досаду, а он в письме писал их в огромном количестве. Он был единственным первокурсником из Сага, который остался в замке на каникулы. Ему было даже чуть уныло, ведь теперь придется вставать по противному щелчку будильника утром, а не от криков Каса и Ангарда, или милых словечек блондина. Хотя вспоминая то, что было дома в целях дисциплины вызывали мурашки по коже. На следующий день он отлично выспался и лишь открыв глаза, он осознал, что даже не услышал звук будильника. Счастливо валявшись с полузакрытыми глазами, он пробывал в таком положении долгое время — дома им никогда не разрешали так делать. Наконец полностью раскрыв глаза и обернувшись от стенки, он увидел Лорана, который сидел в аккуратной позе и настоятельно изучал взглядом лежавшего парня. — Блять. Хули ты тут? — Заворчал Нэху, явно недовольный тем, что в его комнату пробрался совсем чужой ему человек, так и еще студент другого факультета. — И тебе утречка. Хотя я свое утро провел наблюдая за таким жалким зрелищем. — Холодно бросил тот в ответ. Нэху не особо нравился Лоран, но еще хуже был его старший брат. Если их брать в сравнении, то Грейс младший был более нейтральным по отношении к нему. Ему не было особого дело до жизни других , ведь всегда приоритет ставил только свою. И вот, впервые он видит его в таком обеспокоенном виде за судьбу своего старшего брата. — После завтрака. — Сухо промычал Нэху, поняв почему его ожидают. Да и причем так сильно. Лоран недовольно фыркнул и покинул его комнату. Нэху спустился кушать с оставшимися Сагавцами. После завтрака он снова поднялся наверх в общую гостиную факультета, где на кресле у камина расположился Грейс младший. — И с чего начнем? У тебя хотя бы есть план? Или тебе объяснить значение этого слова? — Закидал вопросами Эверли. — Заебешь, Эверли. — Фыркнул в ответ другой. — Я думаю, что она пичкает его какими-то таблетками или чем-то вроде этого. Чтобы удостовериться, мне надо покопаться в ее кабинете. — Я тут вижу, ты самоубийца, раз решил залезть туда. — Усмехнулся Нэху, утверждая, что его план это сплошной бред. — Думаешь? — Впервые, Лоран выглядел… беззащитным? Он нуждался в помощи… Отчаянность - самая страшная вещь в человеке. — Знаю. У нее глаза по всей академии. — Чутка здравого смысла в этой запутанной рутине тоже не помешает. Лица Грейс младшего сменился на легкое разочарование. — Но вот, что могу тебе сказать: после Турнира, на ее столе я видел таблетки… «Обливион» кажется. Если сможешь разузнать, что за таблетки, то может это то, что ты и ищешь? — Вполне возможно. Ты уверен? — Да. Рад был помочь, если не заметил. — С остротой парировал Нэху. — Спасибо. — Еле заметно пробурчал Лоран в ответ и поспешил удалиться. Но Нэху было плевать, ведь оставалось несколько часов до того, как Эссен прибудет в Эфорию. За время до вечера он решил провести в библиотеке в одиночестве. Мэри поехала в город отмечать праздник вместе с семьей, так как за превосходную учебу ей выделили очень хорошую стипендию. Ангард присоединился к поезду Каса чуть позже и они вместе отбыли в город в полдень. Терра после завтрака села в планолет и отлетела в свой дом и лишь Нэху мучился одним вопросом: что ему самому делать? В голове заиграла одна мысль о тех самых таблетках в кабинете профессора Дэркстэжа. Они имели иностранное значение и если хорошо подумать, то в библиотеке обязательно найдется книга, которая сможет дать хоть какие-то разъяснения. Буквы были латинскими и наверняка слово было написано на английском языке, поэтому Нэху покинув свое тихое место, направился в секцию со словарями. Их было очень много да и самых разных размеров: от самых тонких и маленьких, до самых огромных и толстых. Парень взял то, что по-больше. Найти определенные слова было проще, чем думалось, весь каждому отдельному слову, начинающемуся на определенную букву отводилась определенная часть книги. Около середины книги он нашел нужные страницы и дойдя до цели, увидел строчку: «Oblivion - Забвение». Интересное значение, но ничего не объясняющая. Вернув словарь на свое место, он прошелся пером по своей руке, чтобы не забыть значение слова. Тогда в его голову пришла другая мысль о том, что если это таблетки, то они должны быть в какой-то целебной книжке. «Была бы сейчас кто-то из девочек, не мучился так долго» подметил парень про себя. Выйдя из секции словарей, он зашел в другую - в целебное дело. Всего бы ничего, но книги все были практически одинаковые, а названия их ни о чем не говорило. «Надо написать письмо Мэри» решил Нэху. — Что потерял? — Голос мужчины раздался изо спины. Жалящий, до боли знакомый. Нэху обернувшись увидел Эссена Грея. Лед внутри растопился, внутри все заиграло новыми яркими красками, словно заходящее солнца дарило ему свои последние теплые лучи. — Эссен! — Восторженно окликнул парень бросившись в объятия. Это было так непривычно: обнимать кого-то из взрослых. Но с ним это было так по родному? — А ты растешь не по годам, а по дням я смотрю! — Хохотнув заметил Грей. Он выглядел потрясающе. Шикарный костюм, который, наверное, он сделал себе сам. Блестящая кожа и сверкающие глаза, чистая блестящая улыбка и доброе лицо. — Ты голоден? У нас тут восхитительные ужины делают, если ты вдруг проголодался. — Озаботился Нэху. Он знал, что скорее всего Грей уже сытый, так как тем, кто родился в Зоне-Один считают высшим сортом гражданского слоя и их бы ни в коем случае не оставили бы с пустым желудком. — Нет, спасибо. — Ответил тот, все еще стоя в дверном проеме. — Прогуляемся? — Спросил он, метнув свой взгляд за окно. Снег еще не растаял, но он был убрал из небольших дорожных плит еще давно. Нэху кивнул и они отправились вниз, на улицу. — Ты тепло оделся? — Эссен остановил парня у входа и внимательно оглядел его. — Да. — Парировал другой, пока темнокожий мужчина осматривал его, как врач больного пациента. Удостоверившись, что зимний суровый воздух не проскользни внутрь через толстую куртку, они вышли на улицу. Через пару минут, нос не чувствовал поток кислорода из-за того, что кончик замерз, но рядом с Эссеном это вовсе не было проблемой. — Как у тебя с оценками? — Поинтересовался мужчина. Нэху слышал, как многие родители или старшие братья и сестра спрашивали у своих младших или детей, что у них творится с оценками, но у него самого никогда такого не было. Герда Эверли не была ознакомлена с такой системой образования, как тут. А в младшей школе оценок и вовсе не было. — Вполне «удовлетворительно». Если не считать Основы Безопасности и кое-какие трудные предметы, то у меня все хорошо. — Улыбнулся Нэху, самодовольный тем, что совсем без знаний поступивший парень из трущоб обогнал по успеваемости больше половину студентов академии из сносных семей. — Да и к тому же я получил похвалу от декана. — Да не может того быть! — Усмехнулся Эссен, передавая в руки парня перчатки. Нэху взял их в руку и начал разглядывать: черные перчатки, на указательном пальце кончик зеленой змеи, которая словно ползла вверх по руке. Символ его факультета. — Красиво. Спасибо. — На лице маленького студента играло довольство. Он был рад встрече с Эссеном. Последний раз они встретились около двух месяцев назад на пару минут, чтобы перекинуться пару фразами. — Думаю, ты задаешься вопросом о том, где тебе встретить праздник, не так ли? — Наконец протянул мужчина. В голосе его теперь играла тяжесть, которая пришла вместо той легкости. И теперь не были слышны те самые пылинки озорства и радости. — Угадал. — Лишь смог ответить друг, нацепляя на руку подаренные перчатки. Когда он шевелил руками, создавалось впечатление, что змеи реально двигаются вверх. Иллюзия была словно волшебной и он лишний раз удостоверился в профессиональности собственного стилиста. — Я бы с удовольствием отвез бы тебя домой, но… — Эссен замялся. Он правильно подбирал слова для маленького человечка, чтобы не кидать его в гущу тяжелой реальности. — Сейчас не время для дома. Остаться здесь будет безопаснее всего, Нэху. — Лишь смог сказать мужчина. — Не совсем понимаю то, что ты имеешь ввиду. — Отозвался другой. Снег под ногами хрустел и это доставляло нервам неприятную атмосферу. Не смотря на то, что рукам в перчатках было тепло, Нэху все равно засунул их в свой карман. — Сейчас в Зонах происходит то, что тебе необязательно знать. Но я не могу скрывать от тебя факта: начались ужасные вещи и я хочу отгородить тебя от этих вещей. — Слова его звучали все менее и менее понятнее. Грей говорил загадками. — Все еще не понимаю… Какие вещи? Расскажи мне правду. — Спокойно потребовал другой парень. На секунду он усомнился в том, что ему доверяют, но затем он осознал, что он еще подросток, а перед ним состоятельный мужчина. — Увы, насколько я бы не хотел, мне нельзя. Просто хочу предупредить, чтобы ты держался далеко от других городов и Зон, кроме этой. Конечно же я не оставлю тебя и буду приходить, как только возникнут такие возможности. — Поспешил успокоить Грей, видя как лицо Эверли меняется с каждым новым его словом. — А как же моя мама и сестра? — Голос его срывался со спокойного тона, на нервный и ужасающийся. Если происходят ужасные вещи за стенами Зоны-Один и ему нельзя знать о таких вещах, то о них знает его семья и кроме того они могут стать жертвами. — Ты можешь не волноваться по поводу этого. Они в безопасности. Около двух или трех недель назад я перевел их в свою квартиру. За ними приглядывают. — Ответил огромным облегчением Грей. Словами не передать ту благодарность мужчине, которую Нэху испытывал внутри себя. — Извиняюсь, что встреваю в ваш разговор, джентельмены. — Такой же ледяной, как и погода на улице голос заставил остановиться и обернуться. Профессор Дэркстэжа стояла от них в пяти метрах, в роскошной черной меховой шубе. — Эссен Грей, рада вас здесь видеть. Не уделите ли вы мне пару минут своего времени? — Спросила она. Лицо ее было не важным. Блеклым и уставшим. Не трудно было догадаться, что последние сутки она провела со своим столом. — Конечно, Дес… профессор Дэркстэжа. — Откликнулся Грей и еле заметно кивнул, давая понять, что женщине нужно уйти. Сев на корточки, он взялся двумя руками за плечи парня. — Не переживай, у тебя есть я, парень. Я всегда буду вам помогать. С тебя я лишь требую не делать глупостей и оберегать себя, договорились? — Договорились. — Ответил другой. Тогда Эссен поднялся и они вместе вернулись в замок. Грей извинился и поплелся наверх,в кабинет декана, а Нэху хотел лишь принять теплый душ и лечь спать, что и сделал в остаток дня. Дни шли очень скучно. Утром его будили старшие парни из второго или третьего курса, чтобы не пропустить завтрак, а после трапезы они «мило» болтали с Грейс младшим о его «великих» делах. Он все же смог разузнать кое-какие вещи о таблетках, а пробелы заполнил сам Нэху, когда написав письмо Мэри, молниеносно получил ответ о том, что таблетки «Забвения» заставляют разум человека туманить и делать то, что скажет так называемый «хозяин», если доза в определенном количестве с добавлением особых пряностей.

Конец шестой главы.