Магия момента

Я заблудился в странном мире этом Моих потерь уже не сосчитать Я так боялся стать плохим поэтом Что предпочёл, увы, никем не стать

— Ну как? — О господи, вот это кайф! — Правда? Здорово. — Как будто сам Иисус приготовил, честное слово! — Не знала, что ты так религиозен. Это Ба на тебя так повлияла? — Твоя бабушка — чумовая тетка, а я сейчас абсолютно серьезен, Джейни. Суп превосходен, просто пальчики оближешь. А еще есть? — Ну вот, теперь причина похвалы понятна. Обычная корысть. Ладно, давай сюда свою тарелку. — А мне можно? — Ты тоже намерен упомянуть имя господа всуе, Логан? — Нет, пусть Саймон и дальше выделывается. Я просто очень голоден. — Не слушай его, Джейни, он уже за третьей порцией пришел. — Ой. Да пошел ты! Он все врет, Джейни! Только за второй. — Ладно-ладно, не волнуйтесь. Тут на всех хватит. Еще и на завтра останется. — Не останется. Джеймс имеет привычку наведываться к холодильнику по ночам, пока никто не видит. — Точно, но мы все равно его пару раз спалили. — Да вы не волнуйтесь, мне не жалко. Они смеются, еще какое-то время препираются из-за лишней порции офигенно вкусного супа мисс Монро, и Саймон мысленно благодарит всевышнего, в которого не особо, впрочем, и верит, за хороший вечер. «Пусть их будет побольше, — думает он с непонятной пока тоской, — пусть ничего не меняется еще долго-долго».

***

Джейни разминает его затекшие мышцы с поразительной тщательностью. «И как у тебя только шея не отвалилась, — говорит она озабоченно, — они просто каменные». — Ммм, как хорошо, — стонет Саймон, наклоняясь назад. — Да, вот так. Не останавливайся, прошу тебя. На секунду ему в голову приходит не слишком приличная мысль: их могут услышать и неправильно истолковать происходящее. С другой стороны, кому какое дело? Они с Джейни просто друзья. Мисс Монро не выделяет никого из Роузвудской семерки, сохраняя со всеми исключительно дружеский тон общения, а Саймон не готов навязываться девушке лишь потому, что она достаточно симпатична, чтобы суметь его увлечь. Порой ему снятся странные сны с участием Джейни, где ему отводится то роль непризнанного талантливого художника, на каждой своей картине изображающего музу с внешностью мисс Монро, то незадачливого наркодилера, прячущего товар в плюшевом мишке, а то и вовсе спасителя Джейни от мафии (пуля вонзается между лопаток, когда он прыгает их боссу наперерез, защищая испуганную девушку). Саймону претят воздушные замки бесплодных мечтаний, а потому он просто надеется, что все так и останется: и их с Джейни легкость в общении, и их незатейливые розыгрыши. Иногда ему кажется, что мисс Монро задерживает на нем свой взгляд чуть дольше остальных ребят и широко улыбается каждый раз, когда он неуклюже, но искренне шутит. Но потом он думает о ком-то, кто в разы круче него и отбрасывает мысль как несостоятельную. Саймон не мечтает о поцелуях с Джейни, не представляет (хорошо, практически не представляет) ее в своей постели и желает застыть во временном пузыре студенчества, где найдется место взаимным подколам и смеху милой его сердцу девушки. Ему не нужно видеть Джейни перед глазами ежечасно, достаточно одной мимолетной встречи в течение дня. Кивок в толпе, обмен репликами, касание рук. В конце концов, он не так уж много и просит.

***

Сборы на вечеринку, посвященную выпуску Джеймса из Карни, протекают в суматохе. Саймон безуспешно ищет единственный подобающий случаю костюм под вопли Джастина, который никак не может найти свой галстук. Ему вторит Эйвери, сокрушающийся из-за пропажи лосьона после бритья (Саймон готов поклясться, что лосьон под шумок взял Джеймс, но Эйвери знать об этом совершенно необязательно). — Ребят, полосатая или в горошек? — на пороге его комнаты появляется Грант с двумя тщательно отглаженными рубашками. Озабоченность у него на лице такая, словно он избирается в парламент и никак не может определиться с партией. Консерваторы или либералы? Крылышко или ножка? — Спроси у Джейни, — советует Джастин, яростно копаясь в куче грязного белья. — Ей виднее. Грант горестно кивает и исчезает, оставляя в воздухе знакомый аромат лосьона после бритья. Вот оно что, Джеймс неожиданно ни при чём. — Выходим, пора. А это уже Тристан. Как всегда одет с иголочки, не подкопаешься. Мистер «я все контролирую в своей жизни, разве можно иначе». Саймон, в общем-то, немного завидует четкости жизненного сценария Тристана, пусть и пугается его революционных идей с жаждой полной анархии. Раздать все беднякам ума много не надо, но лично Саймону куда комфортнее знать, что в случае чего его ждет дом, а не небо в клеточку. Костюм так и не находится, и Саймон под дружное улюлюканье остальных парней отправляется на вечеринку в шортах и кроссовках, ничуть тому не смущаясь. Дресс-код — это последнее, что его волнует: после первого же шота все и думать забудут о приличиях, а если уж дело дойдет до косячка… Хотя лично он обещал себе больше не курить. Хорошенького понемножку. — Ну как я вам? — у первой ступеньки лестницы их поджидает Джейни. Саймон мысленно подбирает упавшую до пола челюсть под восхищенные присвистывания парней. Мисс Монро чудо как хороша в зеленом платье на бретелях длиной выше колен, открывающем длинные, стройные ноги. — Объективация, — одергивает себя Саймон и старается не пялиться так откровенно. В первую очередь он джентльмен, пусть фрак ему не завезли, а цилиндры и верного Дживса пришлось оставить в прошлом веке. — Отпад! — выдает Джаспер. — А можно я забронирую один танец с тобой, пока никто не успел? Какой находчивый, вы только посмотрите. — Обещаю, что станцую с каждым из вас. — Джейни смеется. — Если, конечно, не вывихну лодыжку на этих каблуках. Ну очень неудобно. — Зато красиво, — возражает невесть откуда взявшаяся Лилиан, щеголяющая на высоченной шпильке. — Скорее травмоопасно, — мягко говорит Тристан и берет Джейни под руку. — Идем, мы уже опаздываем. Вся компания высыпает из Роузвуда.

***

На яхте шумно: орет музыка, льется шампанское, раздается топот сотен ног. Вечеринка оглушает Саймона, кроме того кроссовки предательски скользят по мокрым доскам палубы, и он передвигается от одного столика к другому, держась за не слишком надежные перила. Если эта чертова посудина перевернется, им всем крышка. Косплеить пассажира с «Титаника» в планы Саймона явно не входит, особенно с учетом того, что потенциальная Роза в нем не заинтересована. Зеленое платье Джейни мелькает в толпе: вот мисс Монро хохочет в стайке моделей, приятельниц Лилиан, вот она что-то обсуждает с Джеймсом, нахмурив брови, вот танцует с Джаспером, с трудом удерживая равновесие на каблуках. Со стороны они смотрятся комично: Джаспер едва достает Джейни до плеча и смешно подпрыгивает, пытаясь нивелировать разницу в росте. Саймон ощупывает в кармане косячок: что, если…? Ему вдруг делается тоскливо. Он ничего не ждал от вечера, и все же при мысли, что Джеймс отправится по жизненному морю в одиночное плавание, оставив Роузвуд за бортом без капитана, становится не по себе. Кресту есть куда уйти, благодаря стараниям родителей его наверняка дожидается роскошная квартира в Вест Виллидж с видом на центральный парк. А он… Саймон думает о духовных практиках родителей где-то в лесах Конго, и к горлу подступает тошнота. К черту это все. Он извлекает косячок из кармана. Настало время немного расслабиться. Отпускает почти сразу: ощущение тоски и безнадеги развеивается с первыми кольцами дыма. Вскоре к Саймону присоединяется Эйвери, и они вместе смеются над какой-то дурацкой шуткой. Постепенно все парни из Роузвуда, за исключением Джеймса, мигрируют на нижнюю палубу в бильярдную. Саймон сто лет не держал в руках кий, но остальные тренировались и того меньше — после пары ударов он начинает лидировать. — А в Древней Греции играли в пул на раздевание! — орет изрядно поднабравшийся Джастин. — Давайте каждый, кто промажет, будет снимать с себя один из предметов одежды! — Бро, я тыщу раз видел тебя голым, — хмыкает Эйвери. — И зрелище это не то чтобы завораживающее. Придумай что-то повеселее. — Сам придумай, — огрызается уязвленный Джастин. — На интерес играть не в кайф. — А что, если на поцелуй прекрасной дамы? — предлагает Эйвери. — Тем более что любимица Роузвуда здесь. Эй, Джейни! Как насчет поцелуя победителю? — Почему нет? — возникшая словно из ниоткуда Джейни останавливается перед бильярдным столом. — Когда, если не сегодня? Саймон чувствует, как потеют ладони. Сердце начинает бешено стучать. Он просто обязан выиграть. Возможно, он немного под кайфом. Возможно, он все это время врал себе, говоря, что не мечтает о поцелуях с Джейни. Возможно, он хочет чертового хеппи-энда для своей нелепой персоны хотя бы на один вечер, а завтра пусть все вернется на круги своя. Он прицеливается и разбивает шары, отправляя сразу несколько из них в лузы. Джейни встает за его плечом, он слышит, как она задерживает дыхание. Не хочет видеть Саймона в победителях или…? — Твоя взяла, бро, — объявляет Эйвери, разочарованно прищелкнув языком. — Повезло. Целуйтесь уже. — Может, не при всех? — Саймон кивает на громоздкий шкаф в углу, стоящий боком. — Что, если добавить немного приватности? — Я за. — быстро вставляет Джейни. — Желание дамы — закон, — расшаркивается Эйвери, — У вас минута, ребят. Стараясь не смотреть на свою спутницу, красный от смущения, Саймон первым шагает к шкафу. Когда высокие полки скрывают их от посторонних, он в смятении разворачивается к Джейни. — Знаешь, ты же можешь отказаться, — выдавливает он с трудом. — Никто же не будет проверять. Если тебе неприятно, то… — Почему мне должно быть неприятно? — Джейни внимательно смотрит на Саймона и, прежде чем он успевает ответить, льнет к нему. В голове у Саймона что-то щелкает: перед глазами проносится сумасшедшая карусель образов из снов: художник-наркодилер-спаситель-просто друг. Сотни нереализованных, почти книжных сценариев, и один-единственный шанс все не запороть прямо сейчас наяву. Он заключает Джейни в объятия и целует так, будто на земле нет ничего важнее ее губ. В каком-то смысле так оно и есть. Саймон Квик целует Джейни Монро как в последний раз, не думая, что этот чудесный момент конечен и несет в себе какие-то последствия. (он так боится перемен, он так боится, что все изменится). Она отвечает ему: нетерпеливо, почти нахально. Руки обхватывают его бедра, требовательно скользят под резинку шортов (как же хорошо, что он так и не отыскал чертов костюм, боже, спасибо тебе, аминь), и опускаются ниже, туда, где… Черт. Он совершенно точно не святой, и не настолько джентльмен, чтобы не реагировать на прикосновения симпатичной ему девушки к его члену. В подобной ситуации никто не смог бы остаться равнодушным, разве что статуя. Поэтому Саймон делает мягкую попытку отстраниться, ровно за секунду до того, как книжные полки с грохотом падают, открывая парням весьма любопытную картину. — Ого, что это у нас тут? — вопит Джаспер, таращась на них во все глаза. Рука Джейни все еще в его шортах. — Вот же блин, — стонет она, пряча голову на груди у Саймона. — Пойдем отсюда, — тихо говорит он в наступившем молчании и добавляет уже громче. — Некоторые слишком возбудились. Первым начинает смеяться Эйвери, затем Джастин. Непонятно, смеются они над Саймоном или над самими собой, но это не так уж и важно: Саймон и Джейни поднимаются на верхнюю палубу, не размыкая рук. — Ох. Ну и влетит же нам завтра, — говорит Джейни. Ее глаза сияют. — Извини, что поставила тебя в неловкое положение. — Да ничего, не привыкать. Они встают у перил. За бортом стемнело, на черном небосклоне сияют редкие звезды. — Это было очень приятно, — Джейни разворачивается к Саймону. — Я иногда представляла, как это будет, но реальность куда лучше ожиданий, если честно. — Ты представляла меня? — Саймон не верит своим ушам. — Меня? — Почему это так тебя удивляет? — Мне казалось, что я тебя не интересую в этом плане. — Ну а я вот представляла. И теперь фантазии есть куда разыграться еще больше. Джейни краснеет. — Ты мне очень, очень нравишься, — выпаливает Саймон. — Просто ты всегда казалась такой занятой… Я боялся, что ты почувствуешь себя неловко, если я что-то скажу. Мы жили вместе, и это могло, ну… Разрушить магию момента что ли. — Хорошо, что мы теперь все прояснили, да? — Да, точно. — Может, мы могли бы где-нибудь продолжить? — Джейни несмело улыбается. — Ну, знаешь, найдем еще один книжный шкаф. Который закрепили надежнее предыдущего или… — Или продолжим прямо тут? — предлагает Саймон. — Здесь музыка играет, романтично как бы. — А давай. — Джейни тянется к нему. Тягучая блюзовая мелодия сменяется криками Джона Скэтмэна. — Ski-Ba-Bop-Ba-Dop-Bop, — надрываются динамики. — Боюсь, романтика — это не совсем наше, — произносит Саймон задумчиво. — Ну и шут с ним, — говорит Джейни и глубоко его целует.