Душки и их души

Лампочка слабо мерцала в тьме, её свет был больше похож на свет от свечи, которая вот-вот потухнет. И за этим с каким-то странным любопытством наблюдал парень в серой рубашке, что сидел за внушающим уважение дубовым столом. Он стучал по поверхности стола пальцами правой руки, от мизинца к большому и обратно, тихо дыша сквозь зубы. Ободок на его голове почти съехал, но погружённый взглядом в мерцание единственного источника света в комнате тот не замечал лёгкого дискомфорта. Вообще время словно застыло, и лишь тихое тиканье секундной стрелки часов в его голове не позволяло полностью погрузиться в это странное ощущение полностью, постоянно вытаскивая его из глубоких вод рассудка. Он приоткрыл рот и протянул левую руку к лампочке. Но коснуться источника света ему не дал стук в дверь. Сидящий резко встрепенулся и с небольшим испугом посмотрел на источник шума. — Кхе… Входите! — он показал готовность встретиться с тем, кто решил побеспокоить его посреди ночи. Парень поправил широкий ободок на голове и стал смотреть на дверь с навязчивой мыслью: «Ну и кого там принесло посреди ночи? Опять этот не спит?». В комнату тихо вошла девушка с длинными аквамариновыми волосами. — Мастер? С вами всё в порядке? — спросила та хрустальным своим голосом. Сидящий за столом тихо вздохнул и откинулся на внушительную спинку стула за собой. Он расслабил лицо и стал смотреть на неё с небольшой усталостью во взгляде. — Безымянная… Ты по рабочему вопросу? — парень слегка похрипывал, увы, но голос ещё не восстановился до конца. — Не совсем, дорогой Мас- Её перебили быстрым движением руки, которую «Мастер» поднял, призывая собеседницу к тишине. Он пару раз моргнул, фокусируя свой взгляд на девичьей фигуре в роскошном платье. — Тогда и обращайся ко мне как и подобает друзьям, Ма-тян, — он пододвинулся ближе и скрестил руки на груди, пока девушка проходила вглубь комнаты. — Как скажешь, Шиппаи… — Маргарита ответила ему тихим голосом, садясь на стул напротив него. Какое-то время они молчали, пока Шиппаи тихо вздыхал и пытался проморгаться, всё ещё рассматривая девушку перед собой. Он вроде уже и привык к Маргарите, но до сих пор не мог понять, почему его так тревожит то, что она старше его, но выглядит младше. Словно для неё время действительно остановилось. — Ты похожа на вампиршу, знаешь об этом? — с усмешкой спросил тот. — Вот как? Сегодня не Walpurgis Nacht, чтобы нечисть так спокойно бродила по земле. Но в таком случае ты уже допустил ошибку, разрешив мне пройти, — она слабо улыбнулась, прикрывая пальцами губы. Шиппаи хмыкнул и попытался сформулировать мысль. Но слова в голове резко разлетелись, и он стал ухватываться за случайные мысли. — Вальпургиева ночь? Не совсем помню, что это значит… — он выдохнул сквозь зубы, явно сосредотачиваясь. — О, тогда готова напомнить, Шиппаи. По нашим поверьям именно в эту ночь на земле господствует вся нечистая сила, а ведьмы устраивают свои шабаши, — девушка слабо улыбнулась и опёрлась локтями на стол, — Но актуально это для немцев, да, остальные относятся к этому дню менее трепетно. — Опять на что-то намекаешь? М… Вальпургиева ночь… Точно, «Гость Дракулы», верно? — спросил парень, поправляя чёлку. Маргарита лишь кивнула в ответ на это и продолжила смотреть за Шиппаи. Взгляд аквамариновых глаз девушки изучал его, она наблюдала за ним с большим интересом. А Шиппаи потянулся к ящику стола и после достал оттуда баночку с таблетками. — Ты ведь хочешь знать, пью ли я их? Разумеется, раз уж мой личный лечащий врач настаивает… — тот поставил баночку на стол и стал глядеть на ту в неясном моргающем свете. — Да, пожалуй, это будет всяко лучше, чем ваш обычный рацион таблеток. Так вы хотя бы проживёте на пять лет дольше. Если совсем откажетесь от наркотических препаратов, хотя бы на два месяца, то… — Шесть? — ухмыльнулся он. А вот Маргарита нахмурилась и сжала подол платья, совсем скрывая свои руки. В ответ на это парень лишь достал пару таблеток и закинул их в рот, а после проглотил, даже не запивая. Хотя и было банально нечем, ведь стакана под рукой не имелось. — Я могу сказать тебе это и как Шиппаи Куроиши, и как Мастеру. Мне не нравятся подобные шутки и особенно, когда они касаются здоровья. Особенно твоего здоровья, — девушка старалась говорить это довольно строгим голосом, но с её почти что детским лицом это выглядело довольно потешно. Куроиши тихо рассмеялся. — А тебе, и как Маргарите Бланкенхайм, и как Безымянной я могу ответить лишь тем, что вся моя жизнь меркнет перед тем, что я должен сделать. Я предпочту быстро сгореть, чем долго тлеть и ничего не добиться, так что… — но его резко перебили ударом ладони по столу. — Я отсрочу момент, когда ты сгоришь настолько, насколько это возможно. Вот и всё. И… пожалуйста, начни восстанавливать свой режим сна. Меня пугает тенденция, которая прослеживается в твоём рабочем графике, так что позаботься о себе, пожалуйста… — тихо сказала она с тоской в голосе и поднялась с места. Шиппаи промолчал, он не чувствовал себя дискомфортно, но просто не знал, что ответить Маргарите. Он знал, что она куда умнее него, но даже так он бы просто так не смог с ней согласиться. — Отчёт принесу утром. Что-нибудь ещё понадобится от меня? — спросила она. — Ничего такого. Позаботься о моём побратиме. В конце концов не только меня надо спасать из бездны. И лучше, если ты вытащишь его… Доброй ночи, Ма-тян. Сама не забудь отдохнуть, — он тяжело вздохнул, глядя ей в след. — Доброй ночи, Шиппаи… — тихо ответила та и покинула кабинет. А он вновь откинулся на спинку стула и стал размышлять о своём. Странно, это было действительно странным для него. Как он умудрился сделать это всё, насколько же повезло человеку, имя которого буквально значит «Неудача». Но каждый за успех расплачивается падением. И его падение ведь только началось. Его пытаются замедлить и крепкие руки, и нежные, но не так просто удержать его от пропасти, в которую стремится его разум. — Опять придётся убегать, слишком мрачная мысль меня посетила. Надо поработать ещё немного. Посмотрим, ой, посмотрим-посмотрим на максимум возможностей моих гнилых и протухших мозгов, — сквозь зубы процедил тот и вновь выдвинул ящик стола. *** Картинка медленно расплывалась перед глазами. Словно бы даже было стыдно за своё состояние, но Шиппаи улыбался, глядя в стену. С губы медленно стекала тонкой струйкой слюна, а все мышцы были расслаблены. — «Я опять переборщил. Странно, что я даже это осознаю. Возможно, побочка её препарата, всё же он отлично чистит разум. Но последняя доза явно была лишней. Я даже не могу вспомнить, что же именно я закинул. Как он там говорит в таких случаях? Ха-ха?» — парень негромко покашлял, выплёвывая из себя собравшуюся слюну и марая ей свою серую рубашку. Попытка подняться со стула успехом не увенчалась. Он продолжил полулежать и смотреть в стену. Душе было больно, но тело непреклонно не хотело подчиняться своему хозяину. Шиппаи умудрялся держать под контролем слишком многое, но был не способен справиться со своим телом. И со своими слабостями. — «Слишком много удовольствия мне приносит моя зависимость. Пора бы себя возненавидеть, не так ли?» — он изогнул губы в подобии улыбки, по крайней мере ему так казалось. И перевёл взгляд на мигающий свет лампочки. По сути ту же самую свечу, которой был он. Но цепляется ли лампочка за свою жизнь? Может она желает сгореть дотла, осветив всё своим светом? Или вовсе не имеет разума, дабы осмыслить свою роль? Да вряд ли это всё имеет значение, пока по его венам течёт осквернённая кровь, заставляя сердце выбивать странный ритм. Ритм, в котором живёт Шиппаи и который диктует ему, что же делать дальше. Интересно, а сколько он так времени уже сидит? Может прошла секунда, а может и уже часа два он не может отвести взгляд от лампочки. В конце концов, он просто смыкает глаза и улыбается наступающему сну. Сегодня ночью поработать не удастся, его маленькое удовольствие забрало всё.