Пределы дозволенного

Утро началось с першения в горле и больной головы — Феликс будто и не ложился пораньше, так тяжело было встать с постели. Хорошо, что сегодня его расписание включало только ничегонеделание. Никакой работы — день посвящён новому аниме и литрам чая. Его соседи разбрелись по делам с самого утра. Феликсу быстро наскучило сидеть в комнате, поэтому он соорудил себе гнездо из пледа в гостиной. Сначала развёл на игру в приставку вернувшегося от косметолога Сынмина. Потом пообедал вместе с Йени, который ввалился домой после качалки — Чанбин сегодня явно его не жалел. Когда Феликс снова остался один, играть или смотреть аниме больше не хотелось. Он привычно открыл ТикТок и бездумно листал фанатские эдиты, пока не наткнулся на видео про себя и Минхо. Феликс редко такие смотрел, но здесь зацепило название: «Минхо и его четвёртый кот». В подборке собрали милые моменты, где Минхо заботился о Феликсе или просто относился к нему добрее, чем к остальным мемберам. Четвёртый кот? В случае с Минхо лучшего признания и не придумать. Да и чего говорить — такое внимание от него было очень приятным. Феликс давно уже залипал на своего горячего хёна. Дверь в общежитие открылась. Сынмин и Йени ушли совсем недавно, наверное, это вернулся Минхо. — Хëн, это ты? Ответа не последовало — точно он. Через несколько минут Минхо и правда вошёл в гостиную. Уставший и взъерошенный — значит, после тренировки по боксу. Минхо сел в кресло, или, правильнее сказать, растëкся по нему. — Где все? — На вокале. Минхо прикрыл глаза, и Феликс вернул внимание телефону. Он листал видео, пока не зашёлся в кашле — в горле всё ещё неприятно першило. Главное, не дать болезни разрастись, в их плотном графике на такое времени не найдётся. — Горло болит? — спросил Минхо, не открывая глаз. — Угу. — Феликс вздохнул. — Выпил что-нибудь? Феликс посмотрел на чашку с остывшим чаем. Он так увлёкся ТикТоком, что совсем про него забыл. — Сейчас схожу за чаем, — Феликс потянулся на кровати. — Так лень… Минхо бросил на него осуждающий взгляд, встал с кресла и скрылся в своей комнате. Феликс разрешил себе потупить в телефон ещё пять минут — потом он точно встанет с дивана. Пять минут превратились в десять. Мир уже готов к разговору, что ТикТок — опасное место, из которого просто так не уйти? Но вставать с дивана не пришлось. Едва он сбросил с себя плед, Минхо уже вошёл в гостиную с чашкой, от которой шёл пар. Вместе с ней он положил на стол и леденцы от кашля. — Хëн, спасибо! — Попробуй только меня заразить. Несмотря на угрозы, сел Минхо на тот же диван: поднял ноги Феликса и положил их себе на колени, укрыв их обоих пледом. Чай оказался с лимоном и имбирём. Он приятно пах и так хорошо согрел горло, что Феликс даже немного расчувствовался. Всë-таки лучше всего болеть, когда ты не один. Мысли, что Минхо действительно очень о нём заботится, всё не выходили у Феликса из головы. *** Иногда они готовили друг другу еду. Лучше всего с этим справлялся Минхо, но пожизненным поваром для мемберов он становиться не собирался. Поэтому Феликс брал на себя завтраки — ничего сложного не готовил, экспериментировать ему нравилось только с выпечкой. Он как раз нарезал тофу, когда на кухню вошёл Минхо. — Доброе утро! — Феликс улыбнулся, видя его сонное и немного хмурое лицо. Волосы Минхо спутались, на щеке отпечатался след подушки. Он был таким милым, но говорить об этом вслух, пожалуй, было опасно для жизни. — За ножом следи, а не на меня смотри, — ответил Минхо, зевая. Он подошёл ближе, заглянул в тарелки с закусками, проверил рис. Ничего не сказал, значит, пока Феликс всё делал правильно. После тофу он взялся за кимчи. Куски получались слишком крупными, а сок брызгал в разные стороны. — Чëрт. — Феликс взял нож поудобнее, когда почувствовал прикосновение к руке. — Я дорежу, — сказал Минхо. — Займись пока рисом, он уже готов. Феликс надулся. Конечно, ему нравилась забота, но он и сам мог справиться со многими вещами. — Хëн, ты же знаешь, что я не ребёнок? — Я знаю. — И кимчи я могу порезать. — Ëнбок-а, не спорь, вдвоём мы приготовим быстрее. Помощь нужна всем, не только детям. — Минхо подошёл ближе и бедром немного оттолкнул Феликса в сторону. А потом шлëпнул его по заднице и добавил: — Это, кстати, было не в воспитательных целях. А потому что захотелось. Феликс хихикнул и протянул Минхо нож. Вдвоём они и правда управились быстрее — когда Йени и Сынмин выползли из своих комнат, завтрак уже ждал их на столе. *** — Умираю, — простонал Хан. Он драматично разлëгся на полу и страдал так громко, чтобы все вокруг точно осознали степень его усталости. Феликс всё-таки нашёл в себе силы дойти до менеджера, который снимал их на видео. Одна часть не давала ему покоя: в зеркале казалось, что наклон его руки отличается от остальных. Похоже, он не совсем понял это движение. И, да — пересмотрев видео, Феликс в этом убедился. — Ëнбок-а, — протянул Минхо за его спиной. Отстой, он тоже решил посмотреть видео и определённо заметил этот косяк. Феликс натянул шапку на глаза, чтобы не видеть строгого Минхо, и получил шлепок по заднице. — Я умру, если кто-нибудь не принесёт мне воды, — продолжал громко страдать Хан. — Так встань и возьми, лентяй, — крикнул Чанбин в ответ. — Хён, ты не понимаешь, я не могу встать! Феликс решил ещё раз отработать движение у зеркала, и Минхо пошёл следом за ним. Когда они проходили мимо Хана, тот тут же вскинул руки. — Хён! Воды! Минхо открутил крышку от своей бутылки, слегка наклонил её и вылил немного на Хана. — Ты чего? — завопил Хан под хохот остальных мемберов. — Ты же просил воды. Феликс сочувствовал Хану, но возмущался тот и правда смешно, поэтому сдержать смех не удалось. — Ликси, и ты туда же! Минхо не дал Феликсу ответить: положил ему руку на спину и подтолкнул к зеркалу. Вообще-то пить и правда хотелось. Он протянул руку к бутылке Минхо, и тот без вопросов её отдал. Ещё прохладная. Феликс с наслаждением сделал несколько глотков и едва не подавился от смеха, когда услышал возмущённый крик Хана. — Нет, вы это видели? Ликси он воду дал! Феликс покачал головой и вернул бутылку Минхо. Эти двое всегда были очень близки, потому-то такие шутки между ними и стали нормой. К Феликсу Минхо относился бережнее — наверное, всё ещё помнил того чувствительного ребёнка, который приехал в Сеул. Тогда грубые шутки и правда ранили так же сильно, как серьёзные неудачи. Феликса всё ещё дразнили ощутимо меньше — кроме Сынмина, он как бессменный сосед давно уже понял, как далеко может зайти. Остальные, наверное, всё ещё не заметили изменений в характере Феликса. Но Минхо сам сказал, что больше не видел в нём ребёнка. Почему же тогда выделял из всех? *** Феликсу стало любопытно, как далеко со своими просьбами он сможет зайти. Минхо соглашался снимать с ним дурацкие видео для ТикТока, помогал с готовкой, заботился о нём, пока тот болел. Должно же быть что-то, от чего он откажется. Какой-нибудь дурацкий каприз. — Я устал, — Феликс тяжело вздохнул и опëрся на Минхо. — Пол такой удобный, можешь полежать на нём. Пусть Минхо и ответил так, но всё-таки позволил Феликсу на себе повиснуть. Они отсмотрели снятые материалы к клипу — в конце концов режиссёр остался доволен, и съëмочный день закончили. — Машины уже приехали, — передал им Чан, пообщавшись со стаффом. — Можете спускаться. Минхо дёрнулся, чтобы пойти в гримёрку, но Феликс продолжал на нём висеть. — Ëнбок? — Устал, — снова сказал он. — Говорят, боль помогает взбодриться. Минхо завёл руку за спину и впился пальцами в бок Феликса. Было скорее щекотно, чем больно, поэтому он захихикал. — Не помогло? — Неа. Когда почти все уже зашли в гримёрку, Чан вопросительно посмотрел на Феликса и Минхо. — Мы идём, Чани-хëн, — успокоил его Феликс. Тот пригрозил им пальцем, но ждать не стал. Когда Феликс уже думал отстраниться, Минхо сделал это первым, но потом немного пригнулся. Неужели он правда донесёт его до гримёрки, эти жалкие двадцать шагов? Дважды предлагать Феликсу не пришлось: он запрыгнул Минхо на спину, обхватил его ногами и обнял за шею. — Не тяжело? — тихо спросил он. Ему совсем не хотелось доставлять Минхо неудобств. Разве что подразнить немного. — Ты ешь меньше моих кошек, — ответил тот. Минхо действительно нёс Феликса так, будто ему было совсем не тяжело. И сгрузил его в гримёрке на диван, чтобы переодеться самому. Феликс всё ещё обдумывал это: и как легко Минхо согласился, и как далеко он ещё со своими просьбами сможет зайти. Но рядом сел Йени, отвлекая его от мыслей. — Опять спина? Он выглядел встревоженным, и Феликс поспешил его успокоить. — Всё в порядке. Не болит. — Но хëн нёс тебя. — А... — Феликс смутился. — Ну я просто устал. Йени смерил его таким взглядом, что стало окончательно неловко. Поэтому, чтобы не продолжать разговор, Феликс вскочил с дивана и пошёл переодеваться. В общежитии, раз уж они закончили не так поздно, было решено посмотреть что-нибудь перед сном. Феликс в выборе фильма не участвовал, потому что задержался в душе, — он бы точно такой не выбрал. Пришлось смотреть, как блогеры исследуют заброшенную психиатрическую больницу. — Фильм смешной, — заверил его Минхо. Ну, этому человеку в вопросах ужастиков вообще верить было нельзя. Камера дрожала, выхватывая облупившуюся краску на стенах, сломанные койки в палатах и жуткие граффити. Да уж, обхохочешься просто, ну и комедия. За спиной девушки мелькнула фигура, и Феликс вжался в Минхо. — Ты видел? — прошептал он. Минхо затрясся от смеха. — Это же манекен из соседней палаты, Ëнбок-а. Феликс надулся, но от Минхо не отлип. Тот, впрочем, недовольным не выглядел, даже обнял Феликса в ответ. Вот так, в обнимку под пледом, фильм и правда почти не казался страшным. Конечно, несколько раз Феликс вздрогнул от резких и громких звуков, так там и Сынмин подскочил! Нет, доверять выбор фильма он этим людям больше не станет. Ни за что. В своей комнате, когда Феликс уже готовился ко сну, он вдруг задумался. Минхо всегда был к нему мягок, но личные границы нарушать никому не позволял. Феликс и сам не понимал, почему его так тянуло идти дальше, пока не наткнëтся на отказ. Как много он сможет себе позволить? Феликс взял с кровати подушку, вышел из комнаты и остановился напротив двери Минхо. Тихо в неё постучал. — Что надо? — донёсся не слишком довольный голос. Феликс приоткрыл дверь и проскользнул в комнату Минхо. Тот уже лежал в постели, свет в комнате был приглушён — горела только настольная лампа. Минхо читал книгу, очки немного сползли на нос, когда он посмотрел на Феликса. — Хëн, можно я с тобой посплю? — С чего бы это? Феликс обнял подушку. Вот и тот самый отказ, которого он ждал. — Страшно после фильма одному. Минхо молча продолжал на него смотреть. По его лицу сложно было понять, о чëм он думал. Либо считал Феликса последним трусишкой — это близко к истине, хотя фильм, который они смотрели, и не напугал его настолько сильно. Либо думал, что Феликс обнаглел — и это больше похоже на правду. — Если будешь мешать спать, я тебя с кровати скину, — сказал он наконец. Феликс округлил в удивлении глаза. Но Минхо уже вернулся к книжке, так что он обошёл кровать, лёг с другой стороны и забрался под одеяло. Давно уже Феликс не спал с кем-то в одной постели. Раньше он часто нуждался в этом и мог попросить кого-нибудь из мемберов — почти всегда это был Чан, — пустить его на одну ночь. Так тревоги и кошмары беспокоили его меньше. Здесь, в комнате Минхо, с приглушённым светом и мягким шорохом страниц, Феликса сразу начало клонить в сон. Он перевернулся на бок. Минхо чуть хмурился, пока читал, иногда смешно морщил нос. Будто почувствовав, что на него смотрят, он перевёл на Феликса вопросительный взгляд. — Просто задумался, — пробормотал тот, лишь немного смутившись. Ему нравилось смотреть на Минхо. Его естественная красота, без косметики и залаченных волос, была мягкой и уютной. И сам он менялся, когда камеры переставали за ним следить. Феликс любил Минхо на сцене, но такого вот, домашнего и близкого, любил сильнее всего. — Спи. — Минхо опустил руку ему на голову и мягко погладил. И правда будто чесал кота. Бороться со сном стало невозможно, да и не хотелось. И Феликс быстро заснул. Проснулся от яркого света. В его комнате шторы всегда были задёрнуты наглухо, Минхо же позволял утреннему солнцу заходить в его комнату без стеснения. Феликс нахмурился и попытался отвернуться, и только тогда понял, что со спины к нему прижимается Минхо, закинув руку ему на бок. Феликс повозился немного и попытался перевернуться. — Скину с кровати, — сонно пробубнил ему в затылок Минхо. — Хён, солнце в глаза светит! Несколько мгновений ничего не происходило, а потом Минхо немного отодвинулся и убрал руку, Феликс повернулся к нему лицом. Его тут же снова притянули в тёплые объятия. Минхо, кажется, толком и не проснулся. Встать бы, вернуться в свою постель, а ещё лучше — заняться делами, раз уж проснулся пораньше. Но уходить от Минхо не хотелось, поэтому Феликс решил воспользоваться привилегиями четвёртого кота по максимуму. И спустя несколько мгновений снова провалился в сон. *** Феликсу нравилось помогать другим. Для него это легко и привычно: добрые дела — как наркотик, с них было сложно слезть. Заботу о себе он любил тоже. И хотя каждый в их группе заботился о других, именно внимание Минхо трогало Феликса больше всего. Может, дело в особенном отношении. Феликс часто залипал на сильное тело Минхо, любил наблюдать за его руками, пока тот готовил, обожал говорить по душам и молчать рядом с ним, когда становилось слишком грустно. Такой лёгкий, ненавязчивый краш. Феликс не собирался ничего делать. Может, задерживался руками на сильных плечах Минхо чуточку дольше приличного, но в их группе такие мелочи не волновали никого. Теперь, когда Феликс осознал, что и у Минхо к нему отношение особенное, он больше обращал внимание на всякие мелочи. На что-то, что прежде оставалось незамеченным. Например, как иногда Минхо долго не сводил с него глаз или прижимал к себе, схватив за талию. Как его взгляд иногда опускался к губам Феликса. Ненавязчивый флирт. Конечно, это были их привычные игры — все они дурачились на съëмках и репетициях, чтобы не сойти с ума от безумного графика. Но теперь Феликс задумался: насколько всё это действительно оставалось лишь игрой? Они застряли в гримёрке — на площадке обнаружили проблемы со светом, поэтому съëмку отложили. Феликс вызывал Хана на дуэль бананами: они легко ударяли друг друга, стараясь не повредить фрукты. Рефлексы с тхэквондо пригодились. Хан оказался на удивление проворным, но Феликс сделал резкий выпад, а потом отскочил назад и точно бы шлёпнулся на пол, споткнувшись о чей-то ботинок, если бы его не схватили сильные руки Минхо. — Ëнбок-а, дай мне этот банан, я быстро с ним разберусь. Обернувшись, Феликс увидел его коварную ухмылку. — Хëн, — тут же возмутился Хан, — с тобой я даже драться не буду! — Правильно, нечего с едой играть. Хочешь, помогу тебе съесть твой банан? Хан выставил свой банан как меч. — Не подходи. Иначе я его из кожуры достану. Феликс тихо смеялся, слушая их перепалку. Он мог бы отойти в сторону, но Минхо всё ещё удерживал его на месте — прижимал к себе одной рукой, другой тянулся за бананом Феликса. — Ликси, лучше бы тебе не делиться бананом. — Хан пригрозил Минхо кулаком. — Почему? — смеясь, спросил Феликс. Он пытался отвести руку с бананом в сторону, но Минхо не позволил ему отстраниться. — Да он же псих. Раскидает здесь кожуру, чтобы все попадали. — Отличная идея, — Минхо ухмыльнулся. Его ладонь опустилась на живот Феликса, пальцы проникли под чуть задравшуюся футболку. Удивительно прохладные в такую жару. Феликс вздрогнул, но Минхо только прижал его к себе сильнее, другой рукой выхватив злосчастный банан. — Хëн! — надувшись, Феликс попытался вернуть его, но что он мог сделать? Они стояли так близко друг к другу. Пальцы пробежались по голой коже — лёгкое касание отозвалось мурашками. А потом Минхо немного отстранился и отпустил Феликса. Снял с банана кожуру. И с ухмылкой откусил кончик. — Плохой хëн, — пробубнил Хан с набитыми щеками, тоже жуя банан. — Ты нас кормить должен, а не еду отбирать. — Ëнбок-а, хочешь? Минхо протянул банан. Феликс хотел было взять его, но ему не позволили. Пришлось подчиниться правилам игры: приоткрыть рот и приблизиться. Банан медленно проскользил по его языку, и Феликс, наконец, откусил кусочек. Минхо всё это время не сводил с него взгляда. Феликс проклял своё неуëмное воображение. Он просто хотел подурачиться с Ханом, а потом перекусить, а теперь вся эта глупая возня не оставляла ему и шанса сохранить невинность мысли. Хан сбоку от них изобразил рвотные позывы — и спасибо ему за адекватность. *** Феликс любил групповые фотосессии. Конечно, он уже привык сниматься в одиночестве и вдали от мемберов. Но всё-таки веселее всего съёмки проходили, когда они отчаянно пытались держать серьёзные лица и не расколоться, пока кто-нибудь кого-нибудь тайком щипал. Или же, если все были вконец умотанные работой, то просто сам факт присутствия этих людей рядом поддерживал и придавал сил. Сегодня состояние мемберов было примерно между «творим дичь» и «задолбались», поэтому улыбки на лицах сияли почти не вымученные, но никто особо друг над другом не подшучивал. Феликс заскучал, пока позади них меняли декорации и настраивали освещение, поэтому прицепился к Минхо. Они немного поборолись — шутливо, чтобы не испортить причёски, мейк или не помять одежду, — Феликс размахивал огромным леденцом, как мечом, а Минхо пытался его отнять. Разумеется, у него получилось. Что вообще Феликс мог противопоставить этой силе? Разве что жалобные глазки, но это уже переходило в категорию крайних мер. Кто-то из стаффа крикнул, чтобы все возвращались на позиции. — Хён, верни леденец. — Феликс протянул руку, но Минхо только ухмыльнулся. — Это мой реквизит. — Неа. Ты теперь без реквизита. Феликс потянулся было за леденцом, но его уже подтолкнули в сторону — это Чан следил, чтобы все мемберы стояли на своих точках. И ладно, ему этот леденец вообще не нравился. Большой, а съесть нельзя. Феликс привычно принимал позы, улыбался — всё это он бы сделал и во сне, настолько отрепетированы были движения. Пока вдруг не почувствовал, как что-то тычется ему в зад. Продолжая улыбаться, он чуть повернул голову и наткнулся на ухмылку Минхо. — Хён. — Ёнбок-а. Они немного сместились в сторону, но леденец никуда не делся — всё так же упирался в ягодицу Феликса. Исхитрившись и подобрав момент, он всё-таки смог его выхватить. Феликс едва не издал победный крик, но вовремя одумался — Чан смотрел на него строго, как всегда не одобряя игрища между мемберами. Зануда. Для следующих снимков нужно было сесть, и Феликс с радостью обнаружил, что его новое место рядом с Минхо. Они все сгруппировались чуть кучнее и позировали, подчиняясь командам ассистентам фотографа: «улыбнитесь», «не улыбайтесь», «смотрите друг на друга». Феликс чуть повернулся, чтобы увидеть Минхо, и опустил ладонь на его бедро. Улыбнулся и немного его сжал. — Ёнбок-а, — Минхо умудрялся говорить строго, не меняясь в лице и почти не размыкая губ. Феликс продолжал мило улыбаться, а рука его, надёжно скрытая от фотографа спинами мемберов, всё ползла вверх. Раньше он бы остановился где-то здесь, на середине бедра. Выше всё-таки начиналась опасная зона — слишком интимная, чтобы распускать руки. Но теперь, движимый любопытством, Феликс пробирался пальцами выше. Нога под его ладонью напряглась. — Все смотрите в камеру, пожалуйста, — донёсся до Феликса голос ассистента. Он с сожалением отвернулся от Минхо, но руку не убрал. Пальцами выводил на ноге узоры, поднимаясь всё выше, пока не почувствовал под тонкой тканью штанов край боксеров. Если он поднимется ещё выше, ещё левее… Холодные пальцы вдруг сжали его бок под одеждой, и Феликс едва не подскочил на месте. Минхо чуть склонился к его плечу. Наверное, на камеру это смотрелось как милое взаимодействие, на самом же деле такой манёвр позволял ему легко подняться пальцами выше по рёбрам Феликса и пощекотать. Самое обидное, что сам Минхо с лёгкостью держал лицо. Его слабая улыбка ни на секунду не изменилась, даже бровью не повёл несмотря на все старания Феликса. Тогда как Феликс — он был уверен в этом — уже запорол не одну фотографию своими попытками справиться с щекоткой. — Хён, — прошипел он, — перестань. Минхо в ответ только пробрался пальцами ещё выше и ущипнул за сосок. Феликс дёрнулся. Чан покосился с вопросом в глазах. Но кажется, кроме него никто ничего не заметил. Феликс не знал, что у них за игра, но проигрывать он не хотел, поэтому тоже поднялся пальцами выше, теперь уже его рука легла на пах Минхо. Окончательно осмелев, Феликс сжал ладонь и услышал тихий выдох рядом. Минхо стиснул его бок, пальцы впивались в рёбра, и это больше не было щекотно. Зато было горячо. Феликс продолжал мягко надавливать на пах, немного поглаживая его, и отчётливо чувствовал, как тот слегка твердел. Рука на его боку сжалась ещё сильнее. Теперь мысли уводили Феликса дальше. Он мог представить, как эта рука сжимала бы его в других обстоятельствах, если бы вокруг не было мемберов, стаффа и вообще они лежали где-нибудь в уединении комнаты… — Всем спасибо! Феликс очнулся. Оставалось надеяться, что его лицо на автомате принимало нужные выражения — последние несколько минут он совсем за этим не следил. Феликс убрал ладонь с паха Минхо, тот вытащил свою из-под его одежды. Поворачиваться было немного страшно. Но Феликс понадеялся, что особенное отношение спасёт его и сейчас. — Хорошая была съёмка, хён, — он повернулся с самой невинной улыбкой, на которую был способен. Минхо посмотрел на него тяжёлым взглядом. Но он не казался злым или расстроенным, просто… напряжённым. Мемберы вокруг них поднимались с сидений, чтобы освободить площадку, и Минхо тоже встал. А потом протянул руку Феликсу. Феликс, конечно же, и сам бы поднялся. Но получать внимание от Минхо было приятно, а ещё это подтверждало, что он не сердился. Руки они разжали не сразу — немного прошли вперёд, переплетя пальцы, пока Феликса не утянул за собой Сынмин. Сложно. Очень сложно теперь было не представлять сильные руки Минхо на своём теле. И не думать, куда это всё могло бы завести. В конце концов, отношение Феликса к Минхо тоже было особенным. *** — Неплохо побегали, Ëнбок-а. Феликс слабо улыбнулся и показал большой палец вверх. Он уже решил, что бегать с Минхо больше не будет. Феликс считал себя довольно выносливым — он, вообще-то, много бегал, — но после сегодняшней пробежки было желание лечь на ближайшую скамейку и не вставать с неё примерно никогда. Менеджер отстал от них на восьмом километре. Феликс мечтал остаться с ним. Но сдаваться не собирался, а ещё совсем не хотелось показывать Минхо свою слабость, хотя он бы точно её не высмеял. Поэтому пришлось бежать до победного, а потом ещё делать растяжку под чутким руководством хёна. В общежитии он завалился в свою комнату, видя перед собой только одну цель — кровать. Так и рухнул на неё, даже не разулся. А затем услышал, как открылась дверь. — Ты телефон свой не забрал... — это Минхо зашёл в комнату Феликса. — Ëнбок-а, ты почему в обуви. — У меня нет сил, — пробормотал он. Но перевернуться на спину себя всë-таки заставил. Теперь он видел Минхо, хотя предпочёл бы не видеть — взгляд у того был устрашающий. — Правда нет сил. Как до душа дойти... Феликс прикрыл глаза. А потом почувствовал прикосновение к ноге и вздрогнул. Открыв глаза, он увидел Минхо — тот уже подошёл к кровати. Схватив Феликса руками за лодыжки, он потянул за них так, чтобы ступни коснулись пола. — Хëн, — заныл Феликс, — ну встану я, дай отдохнуть. — Отдыхай. — Минхо опустился на пол. Феликс вытаращил глаза и на мгновение даже забыл об усталости. — Только не в грязной одежде. Феликс приподнялся на локтях. Минхо принялся расшнуровывать его кроссовки, и это ощущалось странно, но ещё и горячо. Он кинул в сторону один кроссовок, потом другой, поднял глаза и посмотрел на Феликса. — Со штанами сам справишься? Феликс прикусил губу. — Не справлюсь. Поможешь? Минхо встал с пола и навис над Феликсом. Вспотевший после пробежки, щëки слегка порозовели, волосы прилипли ко лбу. Такого его Феликс часто видел после практик — и это тоже было горячо. Энергия словно не покидала его полностью, он просто казался расслабленным. И возбуждённым. — Какой ты ленивый, — сказал Минхо и шлёпнул его по бедру. Феликс зашипел от боли, но тут же замер — пальцы Минхо коснулись резинки его штанов. — А говорил, что хорош в беге. — Я не знал, что ты так долго бегаешь! Минхо потянул штаны, и Феликс чуть приподнял бёдра, помогая снять их окончательно. Лежать таким, в одних трусах и футболке, было странно — мысли уводили далеко от простой помощи другу. — Оправдания. — Минхо кинул штаны на ближайший стул. Он сидел на коленях прямо между ног Феликса. Казался обманчиво покорным, хотя такое было вообще не в характере Минхо. Это странным образом заводило. Чувство вседозволенности пьянило голову, а потому хотелось выйти ещё дальше за все установленные ими границы. Может, это и была плохая идея. Нет, идея точно была плохая, но Феликс привык делать, а потом жалеть. Поэтому чуть сместил ногу в сторону и мягко коснулся пальцами паха Минхо. Тот вздрогнул и пристально посмотрел на Феликса. — Футболку тоже поможешь снять? — спросил Феликс, продолжая мягко давить пальцами, и невинно улыбнулся. Минхо сжал его ступню и отвёл в сторону. Взгляд у него был... Если бы Феликс не знал, как много ему позволено, точно бы напрягся. Минхо поднялся с пола и навис над ним, коленом упёрся в кровать, между ног Феликса, руками схватился за подол футболки. — А ещё что снять, Ëнбок-а? Минхо потянул футболку наверх, и Феликсу пришлось привстать, чтобы помочь ему. Он поднял руки, но запутался в ткани. Футболка, большая по размеру и влажная от пота, цеплялась за плечи, локти и никак не хотела слезать. Минхо дёрнул её сильнее. Сам он уже сидел у Феликса на бёдрах, поэтому как только футболку отбросили в сторону, лицо Минхо оказалось очень близко. Ладонь опустилась на шею Феликса — сильная, тёплая. Сжала её, несильно, но ощутимо. Минхо смотрел чуть свысока, он всё ещё был одет, тогда как Феликс остался в одних трусах. — Дальше справишься? — тихо спросил Минхо. Он был так близко — ладонь крепко удерживала Феликса за шею. Под кожей, подобно пузырькам газировки, бурлило сладкое предвкушение. Феликс улыбнулся и покачал головой. Тогда Минхо его поцеловал. Феликс вздохнул от удивления, но тут же расслабился, позволил горячему влажному языку проникнуть в его рот. Целовался Минхо так же, как танцевал — каждое движение было отточенным, выверенным, затягивающим. Второй рукой он прижался к спине Феликса, притягивая ближе к себе. Преграда из футболки, что всё ещё была на Минхо, раздражала, но отвлекаться от поцелуя не хотелось. Феликс опустил ладони на его бёдра — сколько раз он ими восхищался, сколько раз мечтал сжать сильнее, такие мощные, твёрдые. Сила Минхо всегда привлекала Феликса: то как он поднимал других мемберов, как мог даже приседать при этом, и то, как демонстрировал это будто вскользь. Никогда не выставлял напоказ. Теперь от этой силы кружилась голова. Минхо прижимал Феликса к себе, держал крепко, и если бы хотелось отодвинуться — а не хотелось совсем, — легко бы сделать это не удалось. Он слегка приподнялся на коленях, может, чтобы не давить на Феликса всем весом, и к его напряжённым бёдрам тянуло прикоснуться иначе. К голой коже, а не к гладкой ткани спортивных штанов. Минхо чуть повернул голову Феликса, чтобы было удобней целовать. Он целовал с напором, но не причиняя дискомфорта. Легко покусывал губы, ощутимо, но приятно сжимал шею Феликса. Шумно выдохнув, Минхо в один момент прекратил поцелуй и легко ткнул Феликса в грудь — дезориентированный, тот сразу упал на кровать. — Я помог тебе раздеться, — сказал Минхо. Удивительно, но выглядел он спокойным, только припухшие губы и выдавали, что произошло мгновение назад. — Теперь иди в душ. Точно, душ. Феликс лежал на спине, шумно дышал и пытался вернуться в неприятную реальность, в которой почему-то его перестали целовать. — Поможешь мне помыться? — спросил он. Голос немного дрожал, но контролировать его не получалось. — Зачем мне это делать? — Потому что… — Феликс прикусил губу и улыбнулся. — Хëн, кажется, ты совсем не можешь мне отказать. Минхо хмыкнул. Он не стал спорить, ничего не сказал про дерзость Феликса, только снова шлëпнул его по бедру. А потом встал с кровати, оправил футболку. Его штаны немного топорщились, и осознание, что именно Феликс сделал это с ним, кружило голову. — Если Ëнбок-и не справится сам, я помогу, — бросил Минхо и вышел из комнаты. Феликс совсем забыл об усталости и вскочил с кровати так быстро, будто недавно не умирал от длительной пробежки. Что ж, поцелуи действительно чудесным образом придали ему сил. Им повезло, что в общаге кроме них никого не осталось. Попадаться Йени или, что ещё хуже, Сынмину почти голым и со стояком не хотелось совсем. Когда Феликс зашёл в ванную, Минхо там не было. Он ведь согласился, ошибки быть не могло? Чувствуя себя немного глупо, Феликс стянул трусы — помыться после пробежки в любом случае придётся. Он открыл дверцу душевой кабины, когда услышал позади шаги, и обернулся. — Настрой воду, — сказал Минхо. Так спокойно, будто они каждый день мылись вдвоём. — Мне нравится не слишком горячая. Феликс кивнул, но продолжил смотреть, как Минхо снимает футболку. Они нередко ходили по общаге без верха, ничего необычного. Но Минхо, может быть, из-за полоски шрама на животе, делал это реже остальных. Наверное, поэтому Феликсу было так тяжело оторваться. Он поднял взгляд и увидел, что Минхо смотрит на него с ожиданием. — Иду! — Феликс зашёл в душевую, открыл воду. Сам он любил горячую, пускай это и вредило коже. Но зато так приятно расслабляло, особенно после тренировок и репетиций. — Хëн, я… Феликс обернулся, услышав шум — Минхо уже стоял позади него. Он был близко, хотя всё ещё на раздражающе приличном расстоянии. Полностью раздетый. Феликс не удержался — проскользил взглядом по его груди, подтянутому животу и ниже, теперь он мог пялиться не стесняясь и не скрываясь. Они уже однажды мылись вместе. Ту поездку в Японию и отдых в офуро Феликс помнил хорошо, но тогда он не позволял себе лишнего ни взглядами, ни словами. Сейчас он сдерживаться не собирался. Минхо приблизился, дотянулся до шампуня — лицо его было спокойным, безмятежным, это даже немного раздражало. Он намыливал волосы Феликса бережно, прочесывал пряди и приятно массировал голову — в общем, казался максимально сконцентрированным на своей задаче. Даже в глаза не смотрел. Зато Феликс не мог оторваться от лица Минхо, от капель, медленно стекающих по щекам. Не удержался — подался вперёд и слизал одну языком, тут же ощутив, как сжались руки в его волосах. — Ëнбок-а, не помогаешь, тогда и не мешай. — Прости. Минхо спустился руками ниже, тем же шампунем прошёлся по груди Феликса, по его плечам и животу, а потом опустился на колени. Смотреть на него сверху вниз было непривычно. Но Феликсу нравилось. Он чувствовал странную власть над Минхо, и именно с ним эта вседозволенность побуждала пойти дальше, посмотреть, как много ещё желаний удастся исполнить. Из всех людей, на взгляд Феликса, именно Минхо подходил на такую роль меньше всего. Тем не менее она ужасно ему шла. Минхо намылил его ноги, мягко прошёлся по ягодицам, несколько раз коснулся напряжённого члена Феликса, но больше механически, без эротического подтекста. Даже эти нехитрые действия волновали. Минхо подтолкнул Феликса назад, под душ, руками помогая воде смыть мыльную пену. Он всё ещё стоял на коленях. Феликс запустил руку во влажные волосы Минхо. Тот поднял голову, ухмыльнулся. Интересно, как Феликс выглядел сейчас? Он не слишком хорошо скрывал эмоции и подозревал, что все его желания написаны на лице. — Достаточно чистый? — спросил Минхо. — Да. Спасибо, хëн. Одна просьба осталась. — Какая же? — Есть проблема, с которой мне нужна помощь. — Феликс чуть надавил на голову Минхо, приближая его к себе. Минхо опустил взгляд на вставший уже член Феликса. Потом поднял на его лицо. Снова толкнул его, вынуждая опереться спиной о стену. — Какой ты несамостоятельный, Ëнбок-а. Несмотря на слова, Минхо недовольным не выглядел. Он обхватил член Феликса рукой, провёл по нему ладонью несколько раз — невыносимо медленно, едва ощутимо. Громкий выдох потерялся в шуме воды. Минхо приблизился и языком повёл вверх, от основания напряжённого члена до кончика, пробежался по головке. Феликс задрожал от предвкушения. Один вид Минхо, который держал его член в руках, касался языком, — один только этот вид сводил с ума. Что уж говорить об ощущениях. Минхо поднял взгляд. Выражение его лица от дразнящего, с ехидной ухмылкой, сменилось на жаждущее. Тёмный с поволокой взгляд, приоткрытые губы… Феликс снова запустил пальцы в его волосы, мягко перебрал. Минхо потянулся ближе, но на этот раз проигнорировал ноющий член: он принялся целовать живот, потом вдруг прикусил косточку на бедре — Феликс дёрнулся от неожиданности. Языком чертил фигуры на нежной коже. Ну точно издевался. — Хён, — взмолился Феликс, — ты можешь… Договорить он не успел. Минхо, дразнивший его до этого, наконец вобрал член в рот, сразу пропустил его глубоко. Феликс дёрнулся было, но сильная рука крепко прижимала его бедро к стене. Он застонал от нахлынувших ощущений. Рот Минхо, горячий и влажный, обволакивал его член. Он сразу взял быстрый, безжалостный темп: всасывал сильнее, выпускал изо рта и кружил языком по головке. Слишком интенсивно, так он точно долго не продержится. Феликс дрожащей рукой вцепился в волосы Минхо, дёрнул за них — тот не поддался. — Хён!.. Это слишком… — Он снова потянул за волосы, и Минхо с влажным звуком всё-таки выпустил член изо рта. — Поднимись. Поднимись ко мне! Минхо действительно начал подниматься, и Феликс тут же привлёк его к себе, поцеловал, чувствуя на языке слабый собственный вкус. Минхо прижал его к стене. Феликс подумал, как хорошо, что они одного роста — так удобно было притягивать ближе, целовать, трогать крепкую грудь и плечи. И члены их во время объятий так сладко скользили друг по другу, вызывая дрожь по телу. Минхо прижался ближе, притираясь, спустился губами к шее — Феликс откинул голову назад, подставляясь под поцелуи. Жар поглощал его. Пусть вода и не была слишком горячей, душевая всё же прилично нагрелась. Ещё горячее казались прикосновения Минхо: его губы, язык, пальцы будто оставляли следы на коже Феликса. Ноги бы наверняка подвели его, если бы не сильное тело, прижимающее к стене. — Ёнбок-а… — голос Минхо доносился будто бы из-под воды. Проморгавшись, Феликс приоткрыл глаза, столкнулся тёмным взглядом, полным похоти. — Повернись. Феликс даже сообразить не успел — его уже развернули, вжали в успевшую нагреться стену. Минхо снова приблизился, и теперь Феликс чувствовал его твёрдый член, упиравшийся между ягодиц. Ладони заскользили по животу, пальцы ущипнули сосок. Феликс всхлипнул и сам подался назад, потираясь о член. Он откинул голову на плечо Минхо. Растворился в ощущении рук на теле, поцелуев на коже. Но хотелось большего. Минхо будто услышал его мысли, а может, и сам думал о том же. Он схватил Феликса за бок, потянул на себя и немного вверх, вынуждая встать на цыпочки. Его член проник между бёдер, прошёлся по поджавшимся яичкам. — Сожми ноги крепче, — прошептал он на ухо Феликсу. Тот послушно свёл бёдра, опёрся руками на стену, чтобы не упасть. Минхо встал вплотную, его член скользил, задевая яички. Феликс вздрогнул, когда почувствовал руку на своём члене. Он мог представить, как бы это ощущалось, если бы Минхо действительно трахнул его, если бы они были не в душе — в постели. Если бы этот твёрдый член проникал в него. Феликс не сдержал стона, который эхом отразился от стен душевой. Одной рукой Минхо прижимал Феликса к себе — горячая ладонь лежала на животе. Другой быстро дрочил ему. Темп немного отличался от темпа, с которым Минхо трахал его бёдра, и Феликс не мог сосредоточиться: то подавался назад, впечатываясь в твёрдую грудь, то дëргался вперёд, в кулак, обхватывающий его член. Горячее дыхание опаляло ухо. Иногда Минхо мазал губами по его коже — не целовал, обозначал прикосновение. Феликс плавился от жара вокруг них, от жара, который собирался внутри него и требовал выхода. — Хëн… — выдохнул он, чувствуя приближение оргазма. По душевой разносились влажные шлепки, несдержанные стоны Феликса, шумное дыхание Минхо. Короткие толчки, с которыми тот вбивался в бёдра Феликса, становились всё резче. Влажные волосы облепили лицо и лезли в рот, но не получалось сделать ничего, только опираться о стену, чтобы не рухнуть на пол от нахлынувших ощущений. Сознание плыло, и Феликс, чувствуя, как жар внутри него уже овладел им целиком, охватил всё тело, задрожал от удовольствия. Ещё несколько грубых движений рукой Минхо на его члене — и он кончил с громким стоном, упал на стену, пытаясь удержать равновесие. Минхо прижался крепче. Феликс чувствовал себя расслабленным, безвольным, он откинул голову назад, на плечо Минхо, и просто позволил тому использовать свои бёдра, стараясь сжимать их как можно крепче. Спустя мгновение рука до боли сдавила его бок, пальцы впились под рёбра, и с тихим стоном Минхо кончил. Тяжесть его навалившегося тела придавила Феликса в стену. Они стояли так несколько мгновений, пытаясь отдышаться. — Хëн? Минхо? — М-м-м? Лёгкие поцелуи коснулись плеча Феликса, спустились ниже и остановились на лопатке. — Кажется, я снова испачкался, — пробормотал Феликс, сдерживая смех. Поцелуй на плече сменился укусом, и Феликс вздрогнул. — Ну что с тобой делать, — спиной Феликс почувствовал смешок, — придётся опять помыть. Распаренный и расслабленный, Феликс сидел на кровати, пока Минхо сушил ему волосы полотенцем. Наверное, он мог бы так уснуть. Они сидели в комнате Минхо, и уходить в свою не хотелось совсем. — Хён. — М-м? — Я останусь? — Оставайся. Феликс откинул голову назад, отвёл руки Минхо с полотенцем от своих волос. — Ты действительно не можешь мне отказать? Минхо ухмыльнулся. — Могу. Но не хочу. — Почему? — Это забавно. Ты такой беспомощный. Феликс лёг на спину. Теперь уже Минхо сушил полотенцем свои волосы, и было что-то уютное и домашнее в том, что они просто сидели вдвоём здесь, на этой кровати. Ну, раз уж Минхо находил эти просьбы забавными… То останавливаться Феликс не собирался.