Chicago: It's Different Now

      Джерард потерял дар речи. Он понятия не имеет, как осмыслить факт того, что он только что выступил на одной сцене с ёбаным Билли Корганом. Он не прекращает щипать себя в попытках доказать себе, что это произошло в реальной жизни. Он в восторге, но, наверное, ведёт себя неестественно тихо с момента, как они покинули сцену.       — Всё хорошо? — Фрэнк спрашивает, когда они садятся в машину, которая должна отвести их в отель после концерта.       — Я, наверное, всё ещё в шоке, — Джерард чешет ухо, — Я в восторге и, скорее всего, смогу поверить, что это случилось в реальной жизни только спустя какое-то время.       Фрэнк широко улыбается и берёт Джерарда за руку, переплетая их пальцы:       — Это и правда случилось, Джи. И это было просто охуенно.       Джерард прижимается ближе к Фрэнку и молчит весь остаток пути, лишь снова и снова воспроизводя в голове события этой ночи. Большая их часть уже сливается в одно целое, но последняя песня не входит в их число. Нет, её он будет помнить в мельчайших подробностях до самой смерти. Всё это время ему казалось, что этого просто не может происходить, но в то же время он старался запечатлеть это в памяти. Как же странно работает человеческий мозг.       Фрэнк отстраняется, когда они подъезжают к отелю, но снова берёт Джерарда за руку, как только они оказываются в лифте. После того разговора о том, чтобы официально стать «парнями», он стал ощутимо тактильнее, что безумно нравится Джерарду. Он даже и не осознавал, как сильно ему всё это время хотелось касаний Фрэнка, но ему было слишком страшно попросить этого напрямую.       Они молчали, пока шли к своему номеру по длинному коридору. Было приятно иметь возможность отказаться от одного из номеров, забронированных на этот тур, из-за того, что они решили жить вместе. Джерарду безумно нравилось иметь возможность поговорить, пока они разбирали чемоданы, обниматься, пока они смотрели телевизор, и лежать в кровати после секса, засыпая вместе так, будто это было самой естественной вещью в мире. Джерард восхищается тем, что это всё ещё может ощущаться настолько естественно после всего прошедшего времени, после всего, что произошло.       Ему страшно довериться этому чувству.       Фрэнк налетает на него, как только дверь номера закрывается за ними. Джерард не против, он просто не ожидал этого. Фрэнк в последнее время практически не инициировал секс, по крайней мере, если и инициировал, то без былого энтузиазма.       — Сегодня ты был таким горячим, — он говорит и проводит языком по шее Джерарда, прижимая его к двери своим телом. — Не мог насмотреться на тебя. Боже, какой же ты, блядь, горячий.       — М-м-м-м, — Джерард запускает руку в волосы Фрэнка, царапая кожу его головы, и хватает его задницу другой рукой. — Ты такой горячий, когда твои волосы начинают завиваться и твои губы так блестят, а твоя жопа в этих штанах выглядит ужасно сексуально.       Фрэнк смеётся:       — А твоя? Так и выглядывала из твоих штанов, из-за чего я всю ночь истекал слюнями, — он протягивает руку и хватает Джерарда за задницу, после чего немного изгибает руку, чтобы пролезть пальцами сквозь свежую дырку в джинсах Джерарда и впиться в его кожу.       Джерард взвизгивает, после чего смеётся; он на седьмом небе от счастья.       — Я не могу в это поверить.       Фрэнк игриво кусает мочку его уха, после чего отвечает:       — Во что ты не можешь поверить?       — В то, что мы здесь. Что мы снова вот так вместе.       Фрэнк просовывает пальцы в нижнее бельё Джерарда, из-за чего он чувствует, как нарастает возбуждение.       — Во что тебе так сложно поверить? Не думаю, что тебе в новинку, что я хватаю тебя за задницу, это не что-то необычное.       — Нет, не в этом смысле, — Джерард слегка отстраняется, — Я про то, что это не просто ради удовольствия от оргазма. Теперь это значит больше.       — М-м-м-м, — Фрэнк гудит, продолжая проводить языком по шее Джерарда. — Правда значит?       Джерард отстраняется ещё сильнее, отрываясь шеей от языка Фрэнка.       — А разве не значит?       Фрэнк выглядит раздражённым, что его дегустацию чужой шеи прервали:       — Это просто секс, Джи. Мы постоянно им занимаемся.       — Но теперь всё по-другому.       Фрэнк с недовольством выдыхает и запускает руку в волосы:       — Ты про всю фигню о том, что мы теперь официально встречаемся?       Джерард ненавидит то, как легкомысленно Фрэнк говорит об этом:       — Не только про это.       Фрэнк поднимает взгляд на потолок, и Джерард думает, что он, наверное, изо всех сил старается не закатить глаза. Когда он опускает взгляд, то говорит:       — Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать.       Джерард чувствует, что выходит из равновесия, резко переставая пребывать на седьмом небе. Почему ему всегда так нужно начинать говорить о своих чувствах и портить всё мгновение? Он качает головой, полностью выходя из личного пространства Фрэнка:       — Я пойду в душ.       — Джерард.       Джерард отмахивается, не оборачиваясь, когда направляется в сторону ванной комнаты:       — Нет, всё нормально. Я правда устал… и слишком перегрузился. Я явно из-за этого такой эмоциональный.       — Джи, ну же, — Фрэнк следует в ванную следом за ним и опирается на дверной косяк. — Знаешь, если бы мы жили в разных номерах, то ты мог бы пойти в душ в своём номере, и тебе бы не пришлось говорить со мной, когда ты выйдешь.       Джерард стягивает с себя рубашку перед тем, как обернуться:       — Но, знаешь, вот в чём дело. Я хочу видеть тебя, когда выйду. Мне нравится знать, что, даже если я злюсь на тебя, ты всё равно будешь здесь, когда я отлучусь на пару минут, чтобы успокоиться. Даже если мы и не будем это обсуждать, мы всё равно будем вместе. Мне нравится это.       После этих слов Фрэнк выглядит слегка раскаивающемся.       Джерард стягивает кофту и пару секунд просто стоит, держа её в руках, после чего снова начинает говорить:       — Почему ты просто не можешь признать, что во время этого тура всё по-другому?       Фрэнк пожимает плечами:       — Наверное, я просто не понимаю, зачем нужно это делать? Типа, конечно, да, между нами всё меняется. Мы оба это знаем. Почему мы должны это обсуждать? — он качает головой, — Мы никогда так не обсуждали наши отношения.       Джерард некоторое время смотрит на Фрэнка:       — Возможно, нам стоило это делать.       — Да, — Фрэнка вздыхает, — Возможно, — он разворачивается и уходит в спальню.       Джерард заходит в душевую кабинку и только споласкивает волосы, когда слышит, как дверь открывается, и к нему заходит голый Фрэнк. В его взгляде читается мягкость.       — Хэй, — он вплотную подходит к Джерарду, кладя руки на его бицепсы. — Я тоже хотел сходить в душ, так что подумал, что мы могли бы помыться в месте, сэкономить воду, спасти планету.       Джерард не может не улыбнуться. Раньше, когда они были парой, Фрэнку всегда так хорошо удавалось не позволить обидам накапливаться и перерастать в серьёзные ссоры. Приятно знать, что ничего не изменилось.       — Давай я помою тебе голову, — Джерард предлагает.       Фрэнк смеётся, но позволяет Джерарду вымыть свою голову. Джерард даже не может вспомнить, когда они в последний раз были так близки.       Когда они смывают всю пену, он поворачивается к Фрэнку, оказываясь лицом к нему. Он обхватывает лицо Фрэнка руками и аккуратно целует его в губы, после чего невесомо проводит пальцами по челюсти, носу и бровям Фрэнка.       — Какой же ты красивый, — он шепчет.       Фрэнк поднимает руки, чтобы обхватить ими шею Джерарда:       — К чему ты клонишь?       — Хочу тебя снова перепачкать, — Джерард признаётся.       — Мне нравится, как это звучит, — Фрэнк усмехается.       Секс в душе — это развлечение для молодёжи, так что они вытираются и перемещаются на кровать перед тем, как начать трахаться. Джерард уже входит в него тремя пальцами, как вдруг:       — Сейчас всё по-другому, — Фрэнк ахает, — Всё и правда по-другому… последние пару месяцев.       — Конечно, блядь, по-другому, — Джерард проговаривает, немного сердясь, и сгибает пальцы, давя на простату Фрэнка, из-за чего он вскрикивает. — Это было так сложно признать?       — Да, — Фрэнк бурчит. — Это правда, блядь, сложно для меня, понимаешь?       Джерард достаёт пальцы из Фрэнка и тянется вперёд, чтобы поцеловать его плечо.       — Понимаю, — он мягко говорит, после чего находит нужное положение и входит в Фрэнка. Жар Фрэнка, как и всегда, приятно обволакивает его. Он не может сдержать довольного вздоха, который срывается с его губ с первым толчком. Он также не может себя сдержать, когда проговаривает, — Люблю тебя. Я пиздец как сильно тебя люблю, — эти слова просто срываются с его губ.       — Я тоже тебя люблю, — Фрэнк отвечает так быстро, будто ему легко произнести эту фразу, но Джерард знает, что это не так.       — Правда? — к его удивлению, он на мгновение замирает.       — Ужасно сильно. Боже, нахуй, не останавливайся, — Фрэнк просит.       Джерард продолжает толкаться в него и больше ничего не говорит. Он ничего не спрашивает, ему больше ничего не нужно. Он снова на седьмом небе от счастья.       Когда их тела остыли, и они устроились под одеялами, прижавшись друг к другу, Фрэнк спрашивает:       — Ты когда-нибудь мог подумать, что мы так долго продержимся? — он поворачивается так, чтобы оказаться лицом к Джерарду. — В плане, до того, как мы расстались. Ты думал, что мы будем вместе навсегда? Ты у меня спросил про это пару месяцев назад, но сам не ответил, — он затихает.       — Да.       Фрэнк отводит взгляд:       — Ох.       — Я думал… — Джерард пытается собрать мысли в кучу. — Как только мы начали жить вместе, то я думал, что это навсегда. Это казалось таким постоянным.       — Это было удобно, — Фрэнк рассуждает.       — Да. В плане, я это понял, — Джерард приподнимается на локтях, чтобы сесть, опёршись спиной на изголовье кровати. — Когда ты уехал, я осознал, что ты продолжал содержать свой дом в Джерси и всё никак не мог туда въехать. Ты жил со мной, потому что это было логично, пока мы писали и записывались.       Фрэнк начинает поглаживать пальцами тыльную сторону правой ладони Джерарда:       — Но мне нравилось жить с тобой.       — Мне тоже, — свободной рукой Джерард заправляет несколько прядей за ухо Фрэнку. — Тебе бы хотелось когда-нибудь повторить это?       Фрэнк спрашивает, затаив дыхание:       — Пожить вместе?       — Да.       — Не знаю, — он опускает взгляд на руку Джерарда. — Мне нужно будет подумать над этим. В плане, было бы удобно жить вместе, когда мы будем что-то писать и записывать или репетировать. Было бы приятно не переживать об аренде. Но в остальное время-       — Я, конечно, и не имел в виду жить вместе всё время, — Джерард спешит уточнить. — Я буду рад, даже если ты согласишься провести со мной хотя бы частичку своего времени.       — А что по поводу обратной ситуации? — Фрэнк спрашивает в ответ. — Что, если я хочу, чтобы ты жил со мной, когда ты приезжаешь в Джерси?       — Мне кажется, это будет честно.       — Да ну тебя. Хватит. Я же просто шучу.       — Нет, я серьёзно, — Джерард слегка сжимает руку Фрэнка, чтобы подчеркнуть свои слова.       Фрэнк, похоже, сомневается в его словах:       — Ты ни за что не переедешь обратно в Джерси. Ты никогда этого не сделаешь.       — Я не буду жить в Джерси всё время, лишь так, время от времени, — Джерард пожимает плечами. — Я мог бы жить на обоих побережьях. У тебя же это получается. Думаю, у меня тоже получится.       Фрэнк садится, разворачиваясь лицом к Джерарду:       — Ты не шутишь? Ты правда готов на такое?       — Я на сто процентов готов попробовать.       Фрэнк недоверчиво щурится:       — Не говори такую хуйню, если делаешь это неискренне.       — Почему ты думаешь, что я неискренен?       Фрэнк замирает на несколько секунд, после чего едва слышно отвечает:       — Потому что это ужасно страшно, — он нервно сглатывает, — Доверять тебе, доверять этим словам ужасно страшно.       — Ты прав, — Джерард соглашается.       Фрэнк хмурится:       — Почему тебе это так легко даётся?       — Нелегко, — Джерард проводит рукой по его предплечью, стараясь успокоить его. — Но, может, я просто дольше об этом думал. Может, я дольше этого хотел.       — Я долго этого хотел, — Фрэнк поднимает руку и чешет свой затылок. — Я просто не признавался себе, что хочу этого.       На пару секунд в номере воцаряется тишина, после чего Джерард проговаривает:       — Нам не нужно ничего решать сейчас-       — Да, я знаю, — Фрэнк перебивает его. — Я знаю, но… — он затихает, а затем целует Джерарда. Когда Фрэнк отстраняется, то продолжает. — Я хочу снова чувствовать этот восторг из-за нас. Я хочу снова радоваться нам, тебе и мне, — он на мгновение опускает взгляд, но поднимает его перед тем, как продолжить, — Нашему будущему.       — Я тоже хочу чувствовать этот восторг. Я УЖЕ его чувствую, Фрэнк. Наши отношения такие крепкие. Такие надёжные.       Фрэнк снова тянется к рукам Джерарда:       — Ты правда так думаешь?       — Я думаю, что мы, наверное, впервые за все эти годы думаем головой. Думаю, в этот раз у нас всё получится, — он берёт руку Фрэнка в свою и сжимает её. — Правда.       На глаза Фрэнка наворачиваются слёзы:       — Я так сильно тебя люблю. Я знаю, что практически не говорил этого, но я думаю, что никогда не переставал тебя любить.       — Да? — Джерарду кажется, что его сердце замирает, потому что он всегда задавался этим вопросом.       Фрэнк качает головой:       — Да. Я не мог тебя разлюбить. В моём сердце всегда был именно ты, понимаешь?       — Да. Понимаю. В моём сердце тоже всегда был лишь ты, — Джерард кивает.       Фрэнк разворачивается и устраивается поудобнее под его плечом:       — Так что думаешь, ты бы смог арендовать дом недалеко от моего, когда приедешь в следующий раз? Просто чтобы посмотреть, комфортно ли нам.       — Хорошо. Если ты считаешь, что лучше начать с этого.       — Не знаю. Мне нужно будет подумать над этим, — он глубоко вздыхает. — Если ты сразу въедешь ко мне, то для меня это будет серьёзной переменой.       — Ты прав. Ничего страшного, если ты ещё не готов к этому.       Фрэнк целует костяшки Джерарда:       — Если честно, я ещё сам не знаю, к чему готов. Я даже не позволял себе думать о чём-то подобном.       Джерард крепко сжимает Фрэнка в объятиях:       — Тебе не нужно принимать никаких решений в ближайшее время. У нас есть время. Не нужно торопиться.       — Да, — Фрэнк прижимается ближе, — Да, хорошо. У нас есть время.